Warm me, please

— Сехун-а, почему мы идем сюда? Бабл-ти же лучше! Кому вообще нужен этот кофе? — Лу-хён, я ходил сюда с Тао. Тебе точно понравится, — хитро прищуриваясь, Сехун продолжил подталкивать омежку к входу в кофейню.       Лухань знал Сехунни очень давно, и понимал, что если Макна так щурится, то у него явно что-то на уме. Но Хёну было сложно противится радужному пони. И устало выдохнув, скорее для того чтобы показать Сеху свое недовольство, Лу зашел в помещение. Не успел Лухань сделать и шажка, как его обволокло невероятно приятное, после мороза на улице, тепло. Через еще одно мгновенье Хань ощутил чудесный кофейный запах, Лу сам удивился оценив этот запах как приятный. Он никогда не любил запах кофе, и если разбираться до конца, он и сам напиток терпеть не мог, находя его горьким и противным. Но именно в запахе этого места было что-то особенное, пленяющее Лу. Омежка на секундочку выпал из реальности, выдыхая чарующий аромат полной грудью. Запах словно ласкал и согревал его легкие. Выйдя из плена запаха, Хань прошел вглубь кофейни, садясь за ближайший столик. Мысленно он ругал себя за такую странность. Решив отвлечься, светловолосое чудо стало рассматривать зал. Особо было нечего смотреть, кофейня была совсем крошечной, три небольших столика и барная стойка. Но зато хозяева заведения создали отличную обстановку, и Лу это сразу подметил. Отделка стен, пола и вся мебель были выполнены из светлого дерева, которое уже наверняка пропиталось запахом кофе. На стенах висело множество фотографий: с людьми в этом кафе или с пейзажами. Также было несколько полок с книгами, некоторые названия были знакомы Ханю, только парень читал китайские переводы. Еще было очень много подушек и пледов, они были раскиданы по всему помещению. Не удержавшись, омежка и сам завернулся в пледик по самый нос, подтянув ноги по себя. Еще немного и парень, окончательно пригревшись, уснет в этом уютном плетеном креслице. — Добрый вечер! Вы готовы сделать заказ?       Лу лениво и сонно повернул голову на источник звука, увидев парня сонливость Ханя исчезла. Даже не пытаясь скрыть интерес, это было бы просто бесполезно, он разглядывал появившегося баристу. Сразу Лу заключил две вещи: этот парень однозначно альфа и именно от этого парня так прекрасно пахло все время. Хань медленно скользил взглядом по парню, изучаю каждую черту его внешности. Среднего роста и широкоплечий, с длинными ногами. Форменная рубашка была слегка облегающей и когда Сюмин, именно так написало на бейджике, поднял руку верх поправляя густую челку, Лу оценил накаченные и сильные руки парня. У него были красивые ярко-рыжие волосы, что так красиво переливались под светом ламп. На фоне его бледной кожи, ярко выделялись пухлые губы. Еще у Сюмина был острый подбородок, и при этом пухлые щечки. Но Лухань загляделся не на все это, а на глаза баристы. Они были безумно выразительными и, несмотря на одинарное веко, большими. Они чем-то напоминали глаза лисы, возможно из-за формы или же из-за этого взгляда, на дне которого искрилась хитрость и вечная заинтересованность ко всему на свете. — Нам, пожалуйста, два доппио. Хм… и кофе по-восточному на вынос, — широко улыбнулся Сех. — 操你妈, Сех! — Лу гневно зыркнул на забытого Сехунни. — Хёёёёён, ну я не понимаю китайский! Не говори на нём при мне, у меня голова от него болит. Все друзья китайцы. Что это значит вообще? — Это значит: « Я согласен, Сехун.» — пожал плечами Лу.       Сюмин едва заметно усмехнулся. Лухань обернулся на смешкок и понял, что все это время пока он смотрел на баристу, тот также внимательно разглядывал его. Из-за этого омеге стало неловко и он вновь зарылся в плед, пряча покрасневшие щечки. —Отлично, два доппио и восточный. Подождите немного.— Сюмин развернулся на пятках и направился к стойке, Лу заворожено глядел на уходящего парня.       А Сех, ну Сех есть Сех. Он фотографировал уходящего парня, делая фокус на его заднице. А что, он видел как хён глазеет, потом Лу сам обрадуется этим фотографиям. А еще он Тао отправит. Да, точно отправит. Сех сделал еще один кадр, где видно Луханя который осматривает Мисока. Затем радужный пони загрузил фото в чат с Тао, и дописал сообщение: « Ты был прав! Твой бывший сосед и правда Лу привлек… Вон как залип!» Довольно улыбнувшись, Сех отправил сообщение, меньше через минуту он получил ответ: «Я же говорил , Лухань Сюмину еще на фотках понравился. Теперь дело за тобой. » — Что улыбаешься как идиот, опять с Хуаном свои игры обсуждаете? — поинтересовался Лу, разглядывая довольного макну. — Типо того.       Омежка не долго интересовался Хунни, и снова вернулся к Сюмину. Этот бариста заваривающий кофе - это личная идиллия Луханя. «Я что, еще от течки не отошел?» — в мыслях высказывался Лу. То как Мин обхватывал чашку, своими длинными и красивыми пальцами или облокачивался на столешницу, напрягая мышцы руки, заставляло омежку сглатывать слюну. Затем бариста вернулся с подносом к столику, и поставил на середину стола пакет с кофе на вынос, а после он поставил чашки перед омегами, задерживая свой дурманящий взляд на Лу. — 你太客气了, — с усмешкой сказал бариста полушепотом. — А, как тебя зовут? — Лухань, — парень покраснел еще сильнее, понимая, что его ругательства были поняты. — Ты знаешь китайский? — Олень значит, — Мин улыбнулся совсем по-детски. — Один друг научил.       Лу кивнул и опустил взгляд на напиток, он тоже хотел дать Мину прозвище, но сейчас не было идей. Омега обхватил чашку руками и совсем немного отхлебнул. Стало противно горько во рту, ему было неловко прокашливаться перед Сюмином, который трепетно готовил напиток. Лухань несколько минут кашлял, пока Сех спокойно попивал кофе. Сюмин же сначала напугался, что ужасно приготовил напиток, но Сехун же спокойно пьет. Ему было немного обидно за свой напиток, ведь он так старался угодить Оленю, а тот откашливается. Его щечки немного надулись, делая Сюмина похожим на хомячка. -Баоцзы! Баоцзы, баоцзы! — вскрикнул Лухань. — Ты Баоцзы, точно! — Сюмин невольно рассмеялся, и вся обида исчезла. Как вообще можно дуться на такого кроху? — Хорошо, булочка так булочка. Называй меня как хочешь, — Сюмин, не переставая улыбаться, смотрел на Лу. — Лу-гаааа, — Лу одними губами повторил имя, оно ему понравилось. А из уст МинСока, оно звучало особенно мило. — запишешь свой номер в мой телефон? А я принесу тебе кое-что, — Сюмин достал из кармана гаджет и протянул его Ханю, а сам поспешно удалился.       Вернулся он через пару минут с пироженым на тарелочке: — Держи, — сказали они в унисон, протягивая друг-другу предметы.       Поставив тарелочку перед Лу, Мин принял из рук Оленя свой телефон. Лу за обе щеки уминал десерт. Китаец любил всё сладкое, без исключения. Подметив эту находку, бариста удалился и зала. Вскоре появился Тао, и омеги уехали по домам, хотя Хань очень хотел остаться и дождаться появления Сюмина.       Немного расстроенный скомканным прощанием с Сюмином, Хань грустно смотрел в окно машины. Мимо мелькали уже давно отложившиеся в памяти дома и улочки. И из забытья его вырвала вибрация телефона в его руках:

« ХаньХань, у меня есть идея чем тебя угостить! Заглянешь завтра?»

« Хмм, я зайду, Булочка.» — быстро набрал и отправил текс Лу, и он даже не задумался от чего так легко неформально болтает с человеком которого знает лишь день.

Нововое сообщение. Прочитать. Отправить. Новое сообщение. Прочитать. Отправить. Новое сооб…

***

некоторое время спустя

***

      Лухан разлепил глаза из-за мелодии своего телефона. Кто вообще звонит в такую рань по воскресениям. В день, когда у Лу единственный выходной, и он отсыпается до часов до трех. Так мог сделать только один человек на земле, и именно на него Хань никогда не мог злится. Перед тем как принять звонок он глянул на часы, 10.37. — Лу-га, это ты? — послышался мягкий голос, Лу улыбнулся, будучи еще сонным. Китаец постоянно поражался глупым вопросам Минсока. Кто же кроме Лу мог ответить на звонок? — Баоцзы, это я, — Хань лениво повернулся на узком диване. — Лу-га, у тебя голос сонный. Ты спал? Я не хотел разбудить тебя, правда…- Лу лишь хихикнул в трубку, — О, ты не сердишься! Это хорошо! Луууу-гаааа, я хочу приготовить тебе кое-что. Ты придешь попробовать сегодня? — Хорошо, — Лу протяжно зевнул, — я приду ближе к вечеру, после сна. — послышался смех Мина. — Сладких снов, Олень.       Звонок закончился, и Лу мысленно пытался посчитать, сколько раз слышал это чудесное «Я кое-что придумал для тебя, придешь попробовать?», всегда немного разными словами, но с одним смыслом. И Лу всегда приходил. Пил каждый раз новую выдумку Минсока, а после провала, заедал горчинку пироженным или шоколадкой, которую Мин приносил заранее. Из раза в раз, почти одно и тоже, но это было настолько нежным и любимым для Ханя, что он готов пить самые противные напитки, лишь бы слушать как Мин говорит смешные, а порой и глупые истории, и наблюдать за его теплой и уже ставшей родной улыбкой, смотреть на сощурившиеся лисьи глаза в порыве искреннего смеха. Думая об этом, он так и заснул с улыбкой до ушей. Сон был светлым и сказочным, настолько пленительным, что Лу совершенно не услышал будильника.       На улице декабрь, остались считанные дни до Нового года. Лу стоял перед входом в кофейню и нервно теребил края промокшего свитера. С неба крупными хлопьями падали снежинки, приземляясь на лицо Луханя, щеки и нос уже щипало от холода. Тонкое пальто все время распахивалось от холодного, пронизывающего на сквозь, ветра. Ноги практически оледенели, и Лухань не чувствовал их. Тоненькие джинсы и осенние кроссовки, что он одел второпях, не давали парню никакого тепла. Руки коченели от мороза, Лу подносил их к губам, и опалял их своим горячим дыханием. После этого он каждый раз растирал их, возвращая чувствительность на некоторое время. Его волосы стали влажными, из-за снежинок, что так красиво падали на его светлую макушку, но затем они таяли. Еще немного поколебавшись, он зашел в зал, и как-то сразу на него налетел обеспокоенный Мин. — Лу-га, вот ты дурак? Кто без зонта гуляет в такую погоду? — Мин взял красно-синий плед с кресла, быстро накинул его на плечи Лу. — Олень, закутайся и садись у обогревателя, хорошо? Я приду через минутку. — Лухань дошел до столика пингвиньей походкой, большие шажки не давались ему из-за пледа. Он разулся и снова поджал ноги под себя. — Мин-а, а ты ведь можешь приготовить мне чай? — крикнул Китаец, слыша шаги на лестнице. — Могу, но кофе у меня получается лучше, — буркнул Мин, появляясь в зале. — Это тебе, снимай свой сырой. — Сюмин протянул омежке большой белый свитер, который даже на вид был теплым. Лу, покачав головой, промычал что-то невнятное. — Эй, Лу-га, ты омежка, тебе еще детей рожать своему альфе. Так что быстренько снимай!       Щеки Лу стали еще краснее, но свитер он все же принял. Неуклюже он выбрался из пледа, выразительно оглядев альфу. « Не смотрю, не смотрю!» — рассмеялся бариста, закрывая глаза ладонями. После этого Лу стянул свой мокрый и противный свитер, бросив его на пол. С каким-то непонятным трепетом он взял свитер альфы, вдыхая запах, пахнет Сюмином. Он быстренько надел его, и потерся щекой о рукав. Мягкий. Через несколько минут Мин принес поднос, с кружкой напитка кофейного происхождения и пирожеными. Лу улыбнулся понимая, что от него хотят. Он уже давно подопытный олень, на котором тестируются самые сладкие напитки от Сюмина. Лу отхлебнул из чашки, сначала вкус был приятным, но затем снова появилась горьчинка. Лу снова начал плеваться и кривить мордашку. В этот раз, Сюмин совсем не расстроился из-за такой реакции, ведь омежка так мило жмурился и кривил личико. — Хань, может… — Лисьи глаза баристы нервно бегали по помещению, пытаясь уцепиться за что-то, — Давай проведем Новый год вместе? Обещаю никаких эксперепентов! — Ну, все мои родственники в Китае. — Лу прикусил нижнюю губу, изображая задумчивость, — Так что, с удовольствием!