Упала в ямку или SovremenniyTale.

Он получил вызов, но как? Из-за моей крови, это точно. Но как амулет определил мою кровь? Может, Санс, надев на меня его, магически привязал его ко мне, и он теперь, возможно, реагирует на мою эмоции и чувства. Как объяснял Доктор Гастер, амулет действует только в случае отправки вызова, путем сжатия камня. И тут возникает вопрос, каким образом амулет передал вызов, ориентируясь на возникновении на его поверхности всего капли крови? Ведь, еще в битве с Меттатоном, почти вся поверхность тела была в крови и рана была ужасающе огромной, однако, вызов дошел до него из-за сжатия. Может, это из-за волнений, которые он ко мне испытывает? Я планирую изучить амулет по прибытию обратно, чтобы понять механизм его работы. Если выживу, конечно. Но как он придет? Машина пространства и времени работает с возможностью переноса только носителей человеческих душ и их плоти, а пока единственные, кого я знаю, кто может перенести безопасно по вселенным - это Инк и Эррор. Но сейчас они здесь - со мной. И этот вариант исключается. Если его проникновение в этот мир окажется удачным, то вероятно, он будет в скверном и отвратительном настроении. Но окончание забора энергии через 12 часов. А почти половина, которую можно взять за извлечение частичек, у меня отсутствует, что означает, возможно, поверхность останется так же далеко от нас и шансы на благополучный исход и мое настроение, постепенно, с каждой секундой, неизбежно начало падать вниз. Все в который раз пошло под откос. Кровь испортила всем шансы на удачную развязку конфликта. И прежде, это вина энергичной, не любившей ожидание Паучихе. И если Санс, все таки, выбрал телепортацию с помощью машины, то все намного хуже, чем казалось. А вдруг он не выберется из темной пустоты? Рассыпется в пыль без возможности вернуться или стать подобным Гастером?! Непонятной жидкой черной субстанцией, через которую еле-еле можно разглядеть признаки лица и рук, а остальное отсутствует?! Вдруг... он не выживет?! Я впала в панику. Внутренне. Снаружи, я пыталась выдать жалкую улыбку, которая Инка и Эррора не вводила в смятение и подозрительность.... Санс навсегда будет стерт из линии, я, возможно, не смогу вернуться домой, или произойдут какие-то сбои. Я любила фантастику, но страх неизвестного, не смотря на такую знакомую тему про вселенных, обхватывал меня все крепче, и я просто была готова ожидать самого худшего. -Пули нет! Она, должно быть, прошла насквозь через плечо,-ответил бы до этого момента весело и беззаботно Инк, но сейчас, он был полностью серьезен и сосредоточен, во что, поверить после увиденного достаточно трудно. Папирус сопереживал, нервно сжимая руки, однако, не дергался и не причитал, не крутился вокруг, как юла, с тревогой. Санс полностью сохранял спокойствие, оставаясь таким же равнодушным к миру и хладнокровным. Даже при выстреле Маффет в меня и обнаружении пули, он даже глазницей не моргнул и не дернулся. Значит отработал это умение, раз при выстрелах не паникует и более того, не предпринимает никаких попыток к действию. Он продолжал задумчиво глядеть на нашу неразбериху и курить сигару, сбрасывая потихоньку пепел стуком пальца. Андайн вышла из оцепенения, до которого, просто стояла, опустив руки и думая о чем-то далеком от нас, чуть сгорбив ровную спину. Желтый глаз чуть дергался, а рот оставался приоткрытым, из которого были видны блестящие белые острые зубы. Ну, прям как удильщик, использующий Colgate. Такой палец в рот не клади. И лучше вообще ничего не класть, включая пальцев, поберегите здоровье и нервы, их всегда немного и в ограниченном количестве. И руки не суйте, вдруг откусит и проглотит. Представляете, какой был бы апокалипсис, если бы еды Андайн не хватало. Все подземелье обречено! Никто не выживет и не спрячется. Ну, Санс выживет, с таким то оружием и тактикой. Но я знаю, кто точно пересидит эту вакханалию - Гастер. Он прячется в пустоте и его никогда не найдут. И он будет победителем в этой кровавой игре. И рыбка, недовольно оскалившись, прокричала на весь лес, стукая со всей силы кулак о кулак: -Эй! Стоять, насекомое! И убежала, образовав в руке светящееся голубо-синее копье и исчезнув в густых деревьях. Сначала было слышно шуршание и хруст веток, но затем, все стихло. Папирус не помчался за ней, и опасливо глянув на босса и тяжело вздохнув, перевел волнительный взгляд на меня. -Ну, тогда, протирайте рану перекисью водорода,-пропыхтел медленно Санс, кусая зубами сигарету и так же стоя на месте. -Эррор, давай перекись водорода сюда!-крикнул Инк, поворачиваясь к Эррору, и начиная сверлить того недоумевающим взглядом. -Откуда я тебе перекись водорода найду? Я его не таскаю с собой, между прочим. Гений. Нашел крайнего. Может тебе еще и бинты и чаю горячего с кетчупом?!-пробрюзжал Эррор, уставившись зло на Инка и жестикулируя руками. -Ну, насчет чая и кетчупа, я бы не отказался. -Кто у нас тут остроумный нашелся?-вскипел глючный, не принимая шутку. - Ах, да, если найдешь кетчуп, будь так добр, принеси мне. -Я тоже сарказмы люблю, сейчас возьму и знаешь куда твою кисточку запихну?!-рыкнул он, и на лице появились желваки. Инк и я были так заинтересованны сказанным Эррором, что я забыла про свою боль, а Радужный отвлекся и хитро уставился на глючного, прищурив глазницы. -Ну и куда? Тот сначала сердито молчал, а потом выпалил: -В мешочек с кистями! Ухмылка Инка увеличилась, а хитрый взгляд перемешался с коварным и ехидным, и лукаво подергав невидимыми бровями, он игриво произнес: -Ты же сначала хотел не туда запихнуть, а? -Да заткнись ты, извращуга! О чем ты вообще думаешь?! Даже не пытайся,-прокричал тот, покрываясь табличками с ошибками и дергаясь. Эррор вытаращил глазницы и начал оглядывать нас по очереди. Инк ухмылялся, щуря один глаз, я хитро оскалилась так же глядя на Эррора, и уже забыв про рану. Mafia!Санс хмыкнул и нехотя глядел тоже на него. Один Папирус не понимал, что происходит и растерянно пытался вглядеться в лица, но так и не почерпнул знаний, да и ему и не стоит. А я просто орала внутри души. Громко и со взрывами. Лучше бы Эррору не надо было язвить. Боже, мне бы все, что у меня накопилось в душе, излить в мир. Но лучше все оставить при себе. -Ладно. Я пожалуй буду красить рану,-повернулся ко мне Инк, и достав нужную баночку, под угрюмое сопение глючного, сверлящего его спину до дыры, попросил: -Закатай, пожалуйста, рукав. Я, болезненно вздрогнув, тем не менее, выполнила просьбу, сняв джинсовую курточку с одной руки для удобства. -Спасибо,-улыбнулся тот. Вдруг пронзительно завыл ветер, подняв с земли пыль. Ветки елей зашумели, яростно закачались, отчаянно скрипя друг о друга. На небо набежали огромные черные тучи, которые двигались очень низко и невероятно быстро. Загремел гром где-то вдалеке. Мне еле удалось удержаться на ногах от сильного воздушного потока. Я прикрыла одной рукой глаза от частичек песка и других мельчайших веществ, поднявшихся при ветре. Сзади раздалась яркая синяя вспышка света, волной дошедшая до нас. Мои волосы развевались по сильному ветру, и мне хватило лишь мгновения, чтобы вспомнить ту вспышку и радостно прокричать: -Санс! Да. Это был он. Он вышел из синей пустоты. И был отнюдь не в добром настроении духа. Но при моем крике, повернул голову на зов голоса, и его лицо мгновенно посветлело. Руки мгновенно густо покрылись синеватой дымкой и он откинул всех на землю, резко опустив Инка, Эррора, Mafia!Санса и Папируса вниз. Я, превозмогая невероятно сильный ветер, побежала вперед, не глядя на дорогу, энергично стуча кедами по земле. В теле проснулась легкость и воздушность, как у птицы, вновь обретшей крылатость. Во мне проснулась буря смешанных эмоций. Радостных, как у ребенка, грустных, облегченных и счастливых. Глаза, будто, ярко сверкали и блестели, что даже сильный ветер и вихрь остро-слепящей пыли для них был не почем. Раздумывать долго не пришлось. Раскинутые руки, забывшие слово "больно" и высокий стремительный прыжок вперед. Меня подхватили сильные руки и прижали к себе. -Ты... ты пришел за мной,-улыбнулась я, поднимая лицо вверх. -Я не мог не прийти,-улыбнулся он, разглядывая меня с большим вниманием и интресом. -Я скучала по тебе,-не знаю как, слетело у меня прямо с языка. Меня еще крепче сжали руками, и я зарылась лицом в куртку, получая долгожданное душевное тепло. -Я тоже,-искренне произнес он.-Я тоже.