Тень

Когда Джинён, наконец, почувствовал в своих объятиях тело Марка, радость плотным кольцом сжала его грудь. Сердце стучало где-то в горле. — Ты жив…жив… — шептал Туан, припадая к парню, не обращая внимания на людей. КоКо возмущённо залаяла, когда её зажали с двух сторон. Джинён обнаружил собачонку и схватив её из-за пазухи Туана, принялся целовать от избытка чувств. Мин Хо так сильно хотел пить, что забыл про всё на свете, когда ему передали флягу с водой. Полицейские выдали промёрзшим парням одеяла. Катер направился к берегу… Полицейских со всех сторон засыпали вопросами. Что произошло? Всё ли нормально с городом? Те удовлетворили любопытство, рассказав, что было землетрясение почти 6 баллов. Но жертв и разрушений, как таковых, нет… Ну или почти нет…пока ещё ведь никто не оценивал ущерб. Мин Хо не очень удивился, увидев Марка. Не было сил удивляться. После возвращения на берег, они уселись в машину Туана и поехали домой. Свой «форд», увы, Джинёну пришлось оставить на стоянке. В машине парни молчали. Только Пак распорядился, что они поедут ночевать к нему домой. Никто и не протестовал. Все были измучены длинным и тяжёлым днём. Джинён держал КоКо и сидел на переднем сиденье. Он глаз с Туана не спускал. — Марк, как ты нас нашёл? Как вообще ты смог так быстро найти катер? — Сам не понимаю… У меня сейчас в голове — чёрная дыра. — усмехнулся Туан, успевая погладить белую шерсть собаки и коснуться руки Джинёна, поглаживая её тоже. Этот жест не остался незамеченным. Мин Хо на заднем сиденье покраснел и стал смотреть в окно. В доме было холодно. Джинён сразу почувствовал сильный голод. Они не ели целый день. Он вспомнил, что еды вообще в доме не осталось, кроме остатков молока и нескольких гамбургеров, которые были уложены в корзину заботливой рукой Туана. Марк сразу принялся распоряжаться. — Джинёни, я съезжу в супермаркет, а ты покорми КоКо. Сейчас я принесу из машины её миску и корм. — Марк, я с тобой! — капризным голосом заговорил Пак, а Мин Хо усмехнулся и сжал зубы. Ему было холодно. Хотелось тепла. Желудок тоже разрывало от голода. Он сразу проникся к Марку каким-то особым чувством. Это было двоякое ощущение. С одной стороны, Туан был соперником, с другой -очень притягивающей личностью со здравым смыслом. Таких поневоле начинаешь уважать. Но, этот красавчик забрал у него совершенное и нежное создание, называемое Паком Джинёном и такого он простить не мог никому. — Вы можете оба ехать, я покормлю вашу собаку. — тут же примирительно сказал он. Но Марк не согласился. Он потрогал лоб Джинёна, причём, сделал это с такой заботливостью, что Мин Хо закашлялся и отвернулся. КоКо тут же принялась лаять и бегать кругами. Она больше всех не понимала, почему её сегодня мучают и морят голодом. — Джинёни, тебе нужно поберечься… Я быстро съезжу. Позаботься лучше о малышке. И о своём госте тоже. — добавил Туан и выскользнул за дверь. Пак задумчиво посмотрел в глаза Мин Хо и побежал следом: — Иен, я возьму корм и миску! Мин Хо подозвал щенка и поднял его на руки. — Ты милая… — он потрепал белый пух и прижал собаку к себе. После того, как Марк сварганил быстрый ужин и они поели, сразу навалилось чувство усталости. Была уже глубокая ночь, когда они решили разбрестись по комнатам. Джинён не отпускал руку Туана ни на секунду. Мин Хо устал отворачиваться. Он подозвал КоКо и сообщил, что щенок будет спать с ним, потому что в доме очень холодно. Марк попробовал возмутиться, но Джинён сжал его руку, поглаживая запястье и Туан тут же проглотил свои возражения. — Я дам тебе ещё одеяло. — сказал хозяин и пошёл вместе с парнем в выделенную ему спальню. — Скажи, — обратился Мин Хо к Джинёну, когда они остались одни в спальне, — Ты его любишь? — Что? — Пак достал одеяло и опрокинул его на кровать. А потом поднял глаза на парня. — Как тебе это удалось? Ты же никогда никого не любил… А теперь…эта тень…отца Гамлета нарисовалась… — Мин Хо, по-моему, ты опять лезешь не в своё дело… И не называй его тенью. Я же просил! И не сваливай в одну кучу Шекспира и Пака… У нас там разные тени, понятно? — Хорошо, как скажешь, — парень сразу закрылся внутренне и отвернулся, расправляя одеяло, — Могу я помыться в душе, всё ещё холодно. — Конечно, можешь, зачем спрашиваешь? Я включил обогрев…скоро дом нагреется…а вода точно уже горячая. Парень помялся, собираясь ещё что-то сказать, но не рискнул. И Джинён, пожелав ему спокойной ночи, удалился. Мин Хо отпустил щенка на кровать и пошёл ополоснуться. — Джинёни, тут так красиво… Мне понравился твой дом… Только почему у меня такое чувство, что тут тебя совершенно нет…и не было? — сказал Марк, поворачивая голову от картин, которые он рассматривал, когда Джинён зашёл в свою спальню. — Верно…я не любил его… — Пак подошёл и сразу обнял Туана обеими руками, цепляясь за плечи, -Всегда мечтал побыстрее вырасти и уехать отсюда… Теперь, это просто дом воспоминаний…не очень хороших… — Джинёни, я так соскучился… — голос Марка стал совсем невесомым. Казалось, просто листья посыпались с сакуры. А у Пака внутри разлилась горячая лужа. Стало легко и тяжело одновременно. Тело сделалось лёгким, а душа потянула на самое дно. Туда, где поселились все слабости и пороки. Где прятался страх: «Никто и никогда не останется с тобой навсегда, Джинён. Помни об этом… И тогда твоё сердце выдержит всё.» — Джинёни…ты очень плохо выглядишь… ложись… Хочешь, я почитаю тебе что-нибудь? — Нет, я пойду в душ. — Подожди, ты уже был в душе…и ты переоделся… Что случилось, Джинёни? — Марк сжал руки парня в своих пальцах и заглянул прямо туда, на дно тёмных сил, где притаилась тоска и боль. — Всё хорошо, Марк, я рад, что ты теперь со мной…тут…в этом доме… Мне здесь трудно находиться… Ненужные воспоминания…ненужные мысли…ненужный хлам, который уже давно пора разгрести и выбросить вон. Дальше Туан не стал ждать. Он потянул к себе напряжённое тело и принялся целовать губы, щёки, глаза… Постепенно возвращались силы… Мысли становились неуместными… Страхи — жалкими… Боль — испитой и убитой. — Хватит защищаться… — шептал Марк, опаляя дыханием уши, продвигаясь к шее, — Я не затрону твои оголённые нервы… Джинёни… Ты мне весь нужен…весь… понимаешь? Какой есть…холодный, горячий…меня всё в тебе радует… И эти ледяные пальчики… И эта кипящая лава твоего страстного сердца… Твоя загадочная и непонятная сущность…и твои губы… Джинёни… Не бойся утонуть в этих ощущениях…они не исчезнут…никогда. Туан ещё что-то шептал, милое и глупое, постепенно растворяясь и собирая себя из разрозненных кусочков. Он сам потерялся от избытка эмоций. Ему казалось, что он навсегда останется в этом прекрасном теле. Будет бродить по дальним закоулкам души, питаясь мёрзлыми ягодами. Заблудится в холодном, выжженным чувствами, поле. Утонет в болотной трясине, настежь оголив свою душу… И всё же будет счастлив… Потом они оба лежали под одним одеялом, прижавшись друг к другу. Влажные тела убивали расстояние, смешивая запахи. Всё становилось неважным. Далёким. Ничтожно глупым и несущественным. Губы Джинёна дрожали. Потное тело Туана было желанным, самым восхитительным воплощением его мечты. Марк всегда очень хорошо чувствовал, что нужно Паку. Вот и сейчас принялся целовать пульсирующие, мягкие припухлости, наслаждаясь ими, как самыми драгоценными источниками. Хотелось сдохнуть…хотелось жить… Хотелось утопиться в этой нежности… — Марк, ты был прав, — засыпая, прошептал Джинён, — Он просто любит меня… Он не шантажист… Мозг Туана долго не мог переварить эту фразу. А когда сумел её идентифицировать, разозлился: — Я убью его! — прошептал он и провалился в сон. *** Мин Хо проснулся от того, что было слишком жарко. Казалось, что маленькое тельце собаки излучает трансформаторное тепло. Но, что-то было не так. Голова страшно болела. Трудно было глотать. Пред глазами всё ещё плескались волны. Это жуткое море, в котором утонули все его силы. Странно, но жаль было только бумажного жирафа. Сделанного из тонкой салфетки, превратившейся в маленький комок, который достал парень перед тем, как постирать свою, испорченную солью, одежду. Джинён дал ему пижаму. Старенькую, пропахшую временем и сыростью. Но такую мягкую, как он сам. Сердце учащённо забилось. КоКо завозилась и заскулила. Мин Хо спустил её на пол и она тут же сделала лужу. Парень улыбнулся. Нужно было встать и вытереть пол. Собака запросилась обратно в тёплую постель. Мин Хо нагнулся и подтянул животное за маленькое тельце. Потом откинул одеяло и спустил ноги. Почему всё его тело превратилось в какое-то растерзанное существо, которое перестало ему подчиняться? Ему удалось всё же добраться до ванной и даже тряпку он смог найти. Прошёл снова в спальню и принялся убирать за собакой. Когда уже мыл руки, ему показалось, что мир превратился в разрозненные частички. Голова закружилась. Стало темно в глазах. Он попытался позвать Джинёна. Но голос прозвучал только в его голове. Он смог дойти до двери и даже пройти по длинному коридору. Нащупав в полутьме ручку от двери чужой спальни, повис на ней. А когда дверь мягко открылась, рухнул на холодный пол прямо в тёмном проёме. *** — Что это было? — воскликнул Марк, всматриваясь в черноту ночи. Где-то далеко в доме он услышал слабое повизгивание КоКо. Джинён проснулся и тоже сел в кровати. — Что происходит, Марк? — Подожди…я слышал, кто-то открыл дверь…включи свет. Пак тут же свесился к настольной лампе, что стояла рядом на тумбочке. Когда яркий свет раздвинул темень, они оба увидели тонкое тело, брошенное на полу. Одетое в детскую, глупую пижамку с какими-то мультяшными мишками Гамми. Распущенные по плечам тёмные волосы были беспорядочно разбросаны. Джинён вскрикнул и испуганно прижался к Марку. Туан вскочил, пряча своё голое тело в одеяло и кинулся к парню. Пак прикрылся руками, пытаясь защитить свою наготу. Марк перевернул парня, стараясь понять, что же произошло? Ясно, что тот потерял сознание. У него был сильный жар. — Джинёни, иди сюда…поможешь мне перетащить его на кровать, он заболел. Пак тут же спрыгнул с постели, напяливая на себя нижнее белье. Они вдвоем подняли парня и уложили на свою кровать. Джинён невольно задержал взгляд на обнажённом теле Туана, который потерял одеяло, когда нёс Мин Хо. Ситуация была комичной, но Джинён тут же забыл об этом, пытаясь привести Мин Хо в чувство. А Марк кинулся к своей одежде и натянул трусы и футболку. — Пойду заберу КоКо… — сообщил он. Джинён только кивнул, слушая отдалённый лай щенка. Мин Хо открыл глаза и наткнулся на серьёзный взгляд Пака. — Что ты тут делаешь? — прошептал он испуганно. Джинён ухмыльнулся. — Это что ты тут делаешь? Позвать не мог? — Пак натянул одеяло на парня и пошёл шарить по тумбочкам, — Где-то у меня был градусник… Я часто болел…у меня даже лекарства остались. — Просроченные? — через силу улыбнулся Мин Хо. — А что? Для тебя сойдёт. — Пак обернулся на Марка, который зашёл в комнату вместе с собакой, — Марк, у тебя в машине есть аптечка? — Конечно. — Туан сунул КоКо на кровать к Мин Хо и пошёл к дверям. — Тапки хотя бы надень! — крикнул ему вслед Джинён и кинулся за парнем. Мин Хо вздохнул… Это несправедливо… Для него всего лишь — просроченные таблетки… А Для Марка — тёплая забота. — Ну, что приуныл? Этого следовало ожидать… Надо было тебя отправить в больницу…я же так и думал, что этим всё закончится… Странно, что я не заболел, а то бы Иену пришлось не сладко… Где этот чёртов градусник? Туан притащил аптечку и сразу принялся искать жаропонижающие препараты. Мин Хо закрыл глаза. Голова была, как стеклянный шар, дёрнешься и она рассыпется. КоКо залезла к нему под одеяло и устроилась сбоку, согреваясь от горячего тела. — Марк, я принесу воду…не нашёл я градусник, но и так понятно, что температура у него вулканическая…можно сказать, что с такой не живут. — Вот, тут есть градусник! — Туан перестал копошиться в аптечке и пошёл к Мин Хо, — Сейчас я тебе его поставлю. Джинён обулся и отправился на кухню. — Не надо мне градусник…я просто хочу поспать… — начал капризничать парень. А Марк вдруг вспомнил глупых мишек Гамми у него на пижаме и усмехнулся. — Не будь ребёнком, иначе придётся вызвать скорую. Думаешь, мне нужен этот груз ответственности? — Туан засунул в ухо аппарат и приложил палец к губам, когда Мин Хо снова попытался что-то сказать. Джинён притащил воду и остановился рядом с Марком, выжидая, когда запищит термометр. Заболевший посмотрел на обоих парней и улыбнулся вымученной улыбкой. Джинён критично осмотрел Туана и тоже улыбнулся. — Марк, ты футболку на левую сторону надел. — Какая разница, — отмахнулся Туан и забрал запищавший градусник, — У него температура 39 градусов! Он забрал стакан из рук Пака и сунул ему в руки термометр. Потом взял таблетку и кинул в стакан. Она зашипела. КоКо проснулась и высунула мордочку, заинтересованно наблюдая за бурей в стакане. — Надеюсь, ты меня не отравишь? — прошептал Мин Хо. — Это не мой метод, — тут же не остался должен Марк, — Обычно я ничего не делаю исподтишка. Будешь проверять мои нервы на прочность — вызову тебя на дуэль… а сам не приду. Джинён прыснул и внимательно осмотрел градусник. Пока Туан спаивал лекарство, Пак задумчиво следил за собакой и улыбался её смешным выходкам. Она таскала Мин Хо за пальцы, рычала и тявкала. — Марк, — наконец не выдержал он, — Это же градусник для животных. — Какая нафиг разница, Джинёни… — Туан подхватил пустой стакан и убрал его на тумбу. — Как это какая? — вскричал Мин Хо. А Джинён добавил: — Вообще-то, животным меряют температуру в прямой кишке. Мин Хо схватился за ухо и возмущённо взглянул на Марка. — Ну и что, — сказал нравоучительно Туан, — Я его ещё ни разу не использовал… Вы что, хотите, чтобы я ПРАВИЛЬНО померил температуру? Знаешь, Джинёни, мне бы не хотелось, чтобы ты меня неправильно понял. Пак вдруг принялся хохотать своим истеричным смехом, который заражал всё вокруг. Но Мин Хо было не до смеха. — Вы всегда так издеваетесь над больными людьми? Сперва — ледяная вода, потом, градусник собачий в ухо! Пак ещё сильнее принялся кудахтать от смеха. А Марк серьёзно посмотрел в глаза Мин Хо. — Тебе удалось его рассмешить… Наверное, мне следует начать переживать. — Вам обоим следует начать переживать, — влез в разговор Джинён, вытирая слёзы, — Я собираюсь немного вздремнуть…а вы продолжайте оттачивать своё актёрское мастерство… И…да, КоКо я забираю с собой. Мы идём в другую спальню… Марк, не смотри на меня так странно…я всё равно не умею ухаживать за больными. Туан вздохнул и снял футболку, выворачивая её на правую сторону. — Хотя… — добавил Джинён, — Я могу и тут поспать…места много. Пак прилёг с краю и собачонка сразу переползла к нему. Туан снова надел футболку. И пошёл в ванную за прохладной водой и полотенцем. — У тебя красивое тело… — сообщил ему Мин Хо, когда он вернулся, — Мне придётся подкачаться. — Ещё раз посмотришь на него с вожделением и тебе не нужно будет терпеть физические перегрузки, а ещё — придётся искать адвоката… — Джинён сказал это не открывая глаз и отвернулся на бок. А Марк подумал, что миром правит одно правило — всё не так, как нам кажется.