Оставь меня в покое!

— Что с моими соседями? — Думаю, тебе лучше самому обо всем узнать, — комендант странно улыбнулся и объяснил, как мне найти свою комнату. Кастелянша выдала нам одеяло, покрывало и подушку и мы пошли наверх. Хосок на втором этаже открыл дверь и, пожелав мне удачи, пошел по коридору. А мне пришлось идти до третьего этажа. Коридор был очень длинным, на каждой стороне было очень много дверей. Я пошел прямо, постоянно вертя головой в поисках нужной комнаты. Сколько же их тут? 306, 307… В 312 громко играла музыка, мои соседи, оказывается, любители музыки. А вот и 313. Я постоял перед дверью пару минут и решительно опустил ручку вниз. Комната была не сильно большой, но всяко больше той, что была у меня дома. Вдоль окна стоял письменный и обычный столы, по бокам от них две кровати. Рядом с правой кроватью стоял холодильник и находилась дверь, через которую я зашел. Параллельно правой кровати стояла точно такая же, а рядом с ней дверь, похоже, в ванную. Перпендикулярно стоял шкаф и третья кровать. Неплохо, в центре большое пространство. За дверью в ванной шумела вода, а на подоконнике, свесив правую ногу на стол сидел… Юнги… Не сложно догадаться, кто будет моим вторым соседом. Этих друзей знала вся школа, поэтому их не могли заселить в разные комнаты. Зеленоволосый оглянулся назад, услышав, как захлопнулась дверь. — Тебе чего? — Я-я… Я тут буду жить… — честно, в такие моменты, когда меня унижают, хочется провалиться сквозь землю. Да, раньше тоже были насмешки со стороны одноклассников, но когда они стали делать гадости, стало невыносимо. — Да ну? Серьезно? Нашего чмошника поселили сюда? — с ухмылкой спросил он. — Ну что же, рассказываю быстро, запоминай: твоя кровать около двери. В шкафу твоя полка самая верхняя, одна. Чемодан девай куда хочешь. Книги и тетради оставишь в шкафчике в школе, а сюда будешь приносить только то, что задают. За письменным столом можешь сидеть сколько хочешь, но если мне или Мону он понадобится, ты его уступишь. На втором столе можешь с краю поставить свою посуду и что-нибудь еще. В холодильнике твоя полка самая нижняя, морозилка маленькая, поэтому всю не занимай. По поводу ванной… Идешь туда, когда будет свободна, — с каждым словом Юнги мои глаза стали расширяться, а рот открываться. — И еще: если тебе не нравятся эти правила, ты можешь сразу идти отсюда жить в другое место! — Юнги слез с подоконника и лег на кровать справа и достал телефон. Я начал тихонько раскладывать свои вещи и украдкой поглядывать на засыпающего старосту. Когда он расслаблен, на него смотреть гораздо приятнее. Неожиданно из ванной вышел Мон, вкусно пахнущий гелем для душа. — Так вот кто наш сосед! — Намджун ляпнул со всей дури ладонью по моим лопаткам. — Чего пялишься на него? — Ничего такого! И вообще, у меня дела. Я выбежал в коридор, сердце стучало где-то в горле. Пялился? Я разве так со стороны выгляжу? Некоторое время я сидел в комнате у Хосока, даже познакомился с его соседом. Достаточно неплохой человек. Думаю, мы сможем подружиться. Погуляв немного на улице, я вернулся в комнату. Когда закончилась перекличка учащихся, Шуга и Мон встали с кроватей и направились к двери. Старший мне шепнул на ухо: — Только попробуй нас сдать! Мало не покажется! Но в ответ он услышал мое тихое сопение и, облегченно вздохнув, вышел из комнаты.

***

Во сколько часов начинается ваше утро? В шесть? Или в семь? Мое обычное утро где-то в 5:40, правда, это было до переезда в общагу… Сегодня я проснулся от холода во всем теле. Это даже не от того, что моего одеяла не оказалась в радиусе пяти метров от моей кровати. Это из-за открытого настежь окна. Утро всегда было холодным, но, похоже, сегодня оно решило быть еще холоднее. Мои соседи похоже пришли совсем недавно, потому что я так окоченеть мог за достаточно короткое время. Минут десять-двадцать. Я думал, что если мы будем соседями, то отношение ко мне хоть как-то улучшится, но… Книги валялись под кроватью, одеяло я нашел в душевой кабине, полностью промокшее. Зубная паста, почти вся законченная, валялась недалеко от унитаза, а зубную щетку я даже не нашел. А когда я посмотрел на себя в зеркало чуть не упал: эти гады разукрасили мое лицо маркерами. Не одним черным, а разноцветными. Моими новыми маркерами! Я не смог сдержать слезы, и в очередной раз, упав на пол, начал тихо завывать. Мне уютно плакать на полу, свернувшись калачиком. Побыв еще немного тюлеником, я поднялся с пола и вышел из ванной. В спешке собрав учебники, и на ходу надев форму, я выбежал из комнаты. С каждым шагом я все громче и громче слышу перешептывания за моей спиной. У меня уже слуховые галлюцинации? Я же еще не в школе, о чем это я? Обернувшись назад уже в восьмой раз за эти десять минут, я подумывал о том, чтобы начать принимать таблетки. Я только зашел в школу, а меня уже успели задеть плечом, поставить подножку и наступить на ногу. Да, с рождения я не такой уж и сильный, брат не занимался моим воспитанием так же, как и родители, которые оставили нас, поэтому я вырос достаточно мягким человеком не только для парня, но и для девушки. Поэтому меня могут часто назвать девочкой: считают мою внешность слишком женственной и милой. Как по мне, я не собираюсь менять свой внешний вид из-за чьего-то мнения. Вот я снова зашел в класс, достал из шкафчика чистую тетрадь и сел за свою парту. Опять, то же самое: окно, идущие по дороге Шуга и Мон, издевательства одноклассников…что? А где Намджун? Юнги один направляется в школу. Неужели другу настолько хреново, что уже и школу не будет посещать? Я посмотрел в сторону доски — обо мне опять написали кучу сплетен. Тяжело вздохнув, я поплелся вытирать мел. Я слишком хорошо изучил каждого ученика, поэтому не попался на подножку около третьей и первой парты. Уроки тянутся слишком медленно, учителя что-то непонятное объясняют. Даже Юнги не возмущался и заполнял какие-то бланки. И вот, решая проверочную по математике, староста заговорил на весь класс: — Бли-ин… Испортил бланк. В графе «имя» написал чмошник. Что же делать? — он посмотрел на меня с насмешкой и весь класс поддержал старосту. — Как тебя хоть зовут? Честно, считаю глупым такую показуху. Или он и правда всегда такой? Я отвернулся к окну, проигнорировав зеленоволосого, и мне тут же учитель сделал замечание, что я не занимаюсь работой; мне пришлось покинуть класс. Это был последний урок, поэтому, не дожидаясь звонка, я пошел в общежитие. Меня удивило, что Джуна не было в комнате. Пожав плечами, я направился в ванную. Честно, бесит самое начало, когда надо долго регулировать воду. Стоя под душем, я думаю о том, как мои негативные мысли уходят вместе со стекающей водой. Мой теплый душ всегда успокаивает меня, и этот раз не был исключением. Вернувшись в комнату, я увидел лежащего Юнги, который что-то читал… Чего? Он правда что-то читает? Не верю своим глазам. Как будто прочитав мои мысли, он спросил: — Чего уставился? Занимайся своими делами. Или, может, мне подкинуть работы для тебя? — Нет-нет, у меня полно забот, — я достал из рюкзака учебник по английскому и сел выполнять упражнение. Через два часа я уже сидел в кафе за свободным столиком и ждал новых посетителей. Сегодня их было не так уж и много, поэтому я устану не так сильно, как обычно. Близился час к закрытию, и мои коллеги просили прикрыть их, ссылаясь на важные дела. Ну, а мне-то спешить некуда, поэтому я остался один до конца смены. Прибрав кафе, переодевшись и закрыв его, я вышел на улицу. Уже достаточно темно и холодно. Как жаль, что кроме майки у меня ничего нет. Ускорив шаг, я почувствовал что-то странное: такое ощущение, что меня кто-то преследовал. Чем быстрее я шел, тем ближе он подходил ко мне. У самого общежития я уже мчался изо всех сил, и показав пропуск, побежал к себе. Если бы я вернулся спокойно, то услышал бы странные звуки, доносящиеся из нашей комнаты, но мои мысли были заняты только моим преследователем, и я, не задумываясь, ворвался в комнату, в которой Юнги трахал какого-то парня…