Лучший муж — лучший друг

Я отсыпалась после весьма бурной ночки в клубе, поэтому зазвонивший телефон ненавидела всей душой. — Бро, угадай, кто будет твоим мужем! — гаденько захихикал Макс. — Кто? — холодея, я сразу спросила прямо. Мне не до игр — этим утром потенциальные женихи собирались в нашем клановом особняке, и дедушка, он же глава клана, из них выбирал лучшего. — Если коротко, я бросился грудью на амбразуру, — по голосу слышу, что мой лучший друг ухмылялся, — и твой дедушка вполне себе согласился. — Бро-о! — восхищенно выдохнула я. — Ты лучший! — Скоро приеду, приготовь что-нибудь пожевать, — попросил Максим. Бросив телефон, я со счастливыми визгами прыгала на кровати. Я так переживала за это решение главы, а он выбрал лучший вариант! Мы с Максом подружились еще когда пешком под стол ходили, скоро столетний юбилей нашей дружбы. Росли вместе, он был мне плакательной жилеткой, когда пришла пора влюбляться в кого ни попадя. Я была ему плакательной жилеткой, когда у него нашли рак — этой болезни подвержены даже вампиры. Я была с ним все время, пытаясь приободрить. Мы справились, а потом как-то так случилось, что переспали на пьяную голову. Я тогда очень переживала за сохранность нашей дружбы, но ничего не изменилось, кроме одного — когда хотелось заполучить красивое тело рядом с собой, не нужно было больше сдерживаться. Разумеется, кроме тех моментов, когда у одного из нас была пара. Наши отношения стали только крепче, потому что исчезли все недомолвки и стеснения. Когда бро решил жениться, я честно ему сказала, что он выбрал девушку не своего круга, и хорошим это не кончится. Но он был счастлив, поэтому я не стала серьезно препятствовать. И помогла ее найти, когда она сбежала с любовником и фамильными драгоценностями Макса. Даже только раз сказала "ну я же тебя предупреждала". Мы тогда ушли в поход почти на две недели к горному озеру, пили, трахались, курили травку — в общем, отдыхали душой и телом. Мы даже не ссорились ни разу серьезно, с бро у меня связаны лучшие в жизни воспоминания. Когда меня бросил парень, в которого я была очень серьезно влюблена, Максим был рядом. Платонически обнимал и всю ночь смотрел со мной старые боевики. Правда, нам всегда было довольно сложно доказать, что мы просто друзья. Теперь в такое вообще никто не поверит, ну и хрен с ними. Мы слышим сердцебиение друг друга, и у влюбленных оно совсем не такое. Натянув футболку, я отправилась инспектировать холодильник. Щеголять в трусах перед Максом даже не есть акт соблазнения, я так делала и когда у одного из нас кто-то был. Прям камень с души свалился, я уж вчера даже напилась, чтобы суметь уснуть в ожидании дедушкиного решения. Когда щелкнул тостер, зазвенели у входной двери ключи. Как раз скоро закипит чайник и уже почти готов омлет. Тонко нарезав сыр, я щедро разложила его по одному из тостов, как Макс любит. — Ты рада? — мурлыкнул довольный, как кот, парень, обнимая меня со спины и целуя в щеку. — Еще спрашиваешь! — повернувшись в его руках, я даже на носочки приподнялась, чтобы обнять его еще крепче. — Это же лучший из возможных вариантов! Улыбаясь, лысик высвободился и выключил варочную панель, потому что я опять проворонила омлет. — Я так подумал, — ополоснув руки, он сел за стол, — что мне придется тебя утешать после ваших ссор, слушать твои жалобы на него в целом и плохие оргазмы в частности, и решил, что оно мне не надо. — Правильно решил! — чмокнув его в блестящую лысину, я поставила перед ним тарелку с омлетом и тостом. — Чай или кофе? Химиотерапия на вампиров действует глубже, чем на людей. У Макса навсегда выпали все волосы. Вообще все, на всем теле. — Кофе, — я включила кофемашину, — меня там, кажется, убить были готовы. — Они просто не знали, на что идут, — рассмеялась я. Характер-то у меня еще тот... — Я тоже хотел попросить их одуматься, но они бы не прислушались, так что я спас их ценой своего безымянного пальца, — поддакнул бро, — тем более, ты точно от меня не сбежишь, — уже почти двадцать лет прошло, в его голосе нет горечи, сердце бьется ровно и спокойно, — да и можно трахать тебя, когда захочется. — Тебе лишь бы трахаться! — притворно оскорбилась я, ставя перед ним кружку с кофе и бутылочку сливок. Невозмутимо наклонившись, Макс укусил меня за ляжку, за что был оглушен вскриком и шлепнут по плечу. Зараза, чуть ли не каждый раз меня кусает! — А то тебе нет, — фыркнул он, как ни в чем не бывало возвращаясь к поеданию тоста. Опровергнуть было нечем, так что я села напротив и принялась за еду. Мы спокойно позавтракали, я сходила в душ, сидя в одном полотенце перед зеркалом, высушила и выпрямила волосы — все это время бро тасовался рядом и трепался ни о чем. Он был спокоен, и только когда я уже взялась за утюжок, в сердечном ритме и запахе стало проскальзывать легкое возбуждение. Почему-то его заводит, когда я занимаюсь волосами. Фетишист проклятый... Едва я отключила все приборы и встала из-за туалетного столика, Максим оказался очень близко. Его длинные пальцы неторопливо высвободили краешек полотенца из-под одного из слоев ткани, и оно шустро соскользнуло к моим ногам. Я в ответ потянула вверх его футболку, обнажая отлично прокачанное тело. Ну как его можно не хотеть? Тихо застонав, когда когти опасно прижались к коже бедер, я откинула голову, подставляя шею. Обожаю, когда жестко, а Максим любит кусаться. Чувствуя, как кровь стекает по груди, я торопливо расстегивала его джинсы, стараясь огладить немаленький член. Обхватив меня за талию, парень сделал пару шагов и вместе со мной свалился на кровать. Удерживаясь на одном локте, впиваясь когтями мне в плечо и бедро, он вел языком по коже, повторяя маршрут капель крови, изводя меня влажными поцелуями. Я неторопливо дрочила ему, податливо подставляясь и негромко постанывая. Слишком хорошо меня знает, слишком любит то, что нравится мне, и никогда не делает больнее, чем нужно... — Ну же, громче, — хрипло приказал бро, заводя мои руки мне за голову. Он мог и не говорить — стоило ему войти в меня, я выстонала его имя, прогибаясь в спине до боли в заломленных руках. Жесткие быстрые движения его бедер выбивали из меня вскрики и просьбы не останавливаться, но я захлебнулась вдохом, когда его зубы впились мне в горло, пережимая трахею. В глазах темнело, и это безумное удушение сводило с ума. Его язык скользил по коже, я старалась попадать в такт с жарким сбитым дыханием, от наслаждения закатывались глаза, и можно было только сильнее прижиматься к горячему телу, и стонать, стонать, сипло, трудно... — Ты там живая? — с насмешкой поинтересовался лысый Аполлон, заложив руку за голову и прикуривая косяк. — Охренеть... — только и смогла выдавить я, не в силах пошевелиться. Мне между губ вставили самокрутку, и я с удовольствием затянулась, чувствуя, как улетучиваются остатки мыслей из гудящей головы. Потолок плавно покачивался, все тело приятно болело, саднило заживающее горло, так что я прикрыла глаза и затянулась еще раз. — Честно говоря, не хотел бы я, чтобы наша дружба превратилась в отношения, — судя по щелчку зажигалки, бро приберег косячок и для себя, — ты слишком ревнивая, когда влюбляешься, и любишь шантажировать сексом. — Ты тоже не подарок в отношениях, — промямлила я, когда он забрал у меня сигарету на пару мгновений, чтобы стряхнуть пепел, — но друг ты лучший в мире. — Так что, дружба навеки? — предложил парень, возвращая мне мою травку. Я молча подняла кулак с оттопыренным мизинцем, и мы это дело закрепили. — А когда свадьба-то? — выдохнула я вместе с дымом. — Не раньше, чем через полгода, — бро уткнулся лицом мне в грудь, — и я просто обожаю твои сиськи! Усмехнувшись, я погладила его по голове. Думаю, мой лучший друг будет лучшим в мире мужем.