Мистер Сыщик: Парадокс времени

Я почувствовал огромную толщу воды, обволакивающую меня и тянувшую на дно. Страх сковал мои движения, но все же, с трудом открыв с трудом глаза и заметив где-то вверху солнечный свет, проникающий сквозь воду, я собрал все усилия и ринулся туда. Странно, я не видел ни машины, ни утопленного преступника… Ничего, кроме воды и бледного света. С усилием я выплыл на поверхность, вынырнул, пытаясь ухватиться руками за воду, хотя и знал, что это невозможно. Громко вдыхая, глотая кислород, я никак не мог насытиться свежим воздухом. Он жег легкие, словно раскаленный уголь и от этого хотелось кричать, но я не мог издать ни звука, только часто хватал ртом желанный воздух. -Сэр, вы живы? – услышал я неподалеку встревоженный знакомый голос. Я оглянулся. Метрах в ста от меня, на желтом песке стояла Пейдж. Ее босые ноги погрузли в иле и девушка, подставив руку над глазами, защищаясь от яркого солнца, с волнением смотрела на меня. -Пейдж! – воскликнул я, сплевывая воду, - как же я рад тебя видеть! Девушка в удивлении вскинула брови и отступила на шаг, пока я наконец-то выбрался на берег. Мокрый, словно собака, попавшая под ливень. В ботинках хлюпала вода, джинсы плотно обтягивали ноги, словно вторая кожа, намереваясь высыхать еще долго даже на ужасном солнцепеке. -Вот же угораздило меня, - говорил я, стаскивая на ходу промокшую футболку и выкручивая ее. Вода хлынула прямо на песок, - ну давай! Скажи какую-нибудь подколку по этому поводу! – Обратился я к Пейдж, – и что ты вообще здесь делаешь? Я ведь не говорил вам, куда направился… Девушка, уставившись на меня во все глаза, отступала назад, пока, наконец, не споткнулась о камень и полетела бы на землю, упав на спину, если бы я вовремя не схватил ее за локоть. -Да что с тобой?! – я в изумлении посмотрел на напарницу. -Отойди, сумасшедший! – воскликнула она и вырвала свою руку, порвав при этом рукав своей рубашки. И тогда я застыл, не веря своим глазам. Что за бред?! Пейдж в ужасе направила на правила на меня револьвер, крепко сжимая обеими руками оружие. Я с изумлением уставился на подругу и только сейчас заметил, что она была…немного другая. Словно, что-то изменилось. Ее лицо выгорело на солнце, ноги были босые, одеты в легкие коричневые брюки, растрепанный хвост светло-каштановых волос с рыжим отливом спадал на пожелтевшую, когда-то белую рубашку и накинутую сверху мужскую кожаную жилетку. Я удивленно заморгал. -Пейдж, ты… - начал было я, но девушка меня перебила. -Я Паола. -Кто? – я рассмеялся, - слушай, заканчивай этот маскарад. Давай лучше доложим в полицию Альбукерке о происшествии… Я тебе все расскажу по дороге, только убери игрушку, - я одним пальцем отодвинул дуло револьвера от своего лица. Молодая особа вздохнула, опустила оружие, но не убрала обратно в кобуру. -Эй, ты жив и… Понимаешь, я лучше пойду, - настороженно произнесла она и быстро, не поворачиваясь ко мне спиной, двинулась к…лошади?! Я вскинул брови и наконец-то огляделся. Все изменилось вокруг, казалось не таким, как обычно. Слишком тихо, слишком жарко, слишком… Да что произошло?! Река, с которой я выплыл, уходила далеко за горизонт, и я не наблюдал рядом моста, с которого свалился. Вокруг была лишь вода, солнце и множество зеленых деревьев, видимо, уходящих в лес, неподалеку от берега. Как может рядом цивилизацией, машинами и магазинами находится такое, Богом забытое место? Чащоба самая настоящая, с густой растительностью и без каких-либо дорог, что могли бы вывести меня отсюда. Лишь тропы, утоптанные ногами людей и коней. К одному из множества деревьев, была привязана прекрасная гнедая лошадь с черной, как смола, гривой, в нетерпении бьющая копытом при приближении Пейдж. -Эй, постой-постой! – воскликнул я, бросившись к девушке, спотыкаясь о собственные ноги, грузнувшие в песке и стряхивая прилипшую грязь с туфель. Напарница испуганно отпрянула и быстро вскочила на лошадь, одним махом. Резанув острым ножом, что неожиданно возник в ее руке, веревку, привязывающую животное к дереву, она свысока взглянула на меня, и собралась было уже пришпорить гнедую, но я бросился наперерез лошади, отчего та возмущенно заржала и начала пританцовывать на месте. -Остановись, ммм, Паола, - в отчаянии крикнул я, - пожалуйста! Слушай, я, наверное, был не в себе, - произнес я в попытке остановить девушку, хотя сам считал, что это она, кажется, с ума, сошла, - скажи, будь любезна, как вернутся в город? Пейдж притормозила и, потрепав лошадь по загривку, ответила, с подозрением поглядывая на меня: - В город ведет только эта безопасная тропа. Уж не знаю, сэр, как вы здесь очутились, но пешком вам идти около пяти часов. Сколько?! Я лишь ошеломленно хватал ртом воздух. Так-с, и где, скажите на милость, я очутился? Я ведь находился в Альбукерке, упал с моста…А здесь – ни моста, ни машин, один только лес, река и…. Где город?! -Всего доброго, - холодно произнесла Пейдж, или как там она себя вздумала называть, пришпорила было лошадь в намерении объехать меня, но я снова бросился поперек рассерженного, ставшего на дыбы животного. -Ты что творишь? – закричала девушка, - что тебе нужно?! -Не подбросишь к городу? – заискивающе улыбнулся я. Первые десять километров скакать на крупе Леди было довольно легко и увлекательно, учитывая, что последний раз я ездил на лошади в далеком детстве, в деревни у дедушки. Я обхватил Пейдж обеими руками, надеясь не сорваться с кобылы, на что девушка лишь ворчала. Свежий ветер дул мне в лицо, приятно охлаждая горячую кожу, мокрая футболка прилипла к телу и была холодной, прямо таки ледяной, что составляло большой контраст с жарким воздухом. Грива Леди глянцево переливалась на солнце, а сама лошадь неслась вперед галопом; пейзажи сменялись один за другим: зеленый густой лес, деревья, кусты, они становились все реже, постепенно превращаясь в степь, что, казалось, простиралась до самого горизонта… И постоянный стук копыт, движение, навстречу ветру и солнцу, свободе и приключениям… Вот только каким? Однако уже через некоторое время у меня с непривычки болела спина, да и ноги ужасно затекли. Подскакивая постоянно на лошади, я уже почти жалел, что не пошел пешком, на своих двоих. Как только Пейдж может сидеть прямо на кобыле, словно ей все нипочем? Никогда не знал, что она умеет так ловко держатся в седле. И какая выносливость! Ее же не в Оксфорде этому научили! После очередного скачка над небольшим ухабом, я, недовольно бормоча, потер одной рукой кобчик, рискуя свалиться с лошади, и обратился к наезднице: - Слушай, Пейдж, - начал было я, но волосы девушки тут же залетели мне в рот, и мне пришлось отплевываться, так и не договорив. -Я Паола, - раздраженно буркнула подруга и метнула в меня пронизывающий взгляд, - Чего тебе? -Нам долго еще ехать? -Нет, примерно столько, сколько мы уже проехали, - ухмыльнулась собеседница. -Ох, мать моя, - я вздохнул и, вдруг увидев впереди яму, воскликнул, - Пейдж! Осторожно… Но всадница уже заметила препятствие и, пришпорив лошадь, вихрем пронеслась над оврагом, не успел я и глазом моргнуть. Прыжок, наверное, со стороны смотрелся впечатляюще, однако, могу заверить, сидеть на крупе кобылы, совершавшей подобный полет, не очень приятно и не вполне безопасно. Я крепче прижался к девушке, чувствуя пробежавшие по мокрой спине мурашки. Но яма была уже позади. Со вздохом облегчения я оглянулся, ощущая, как на лбу выступила испарина, и услышал смущенный голос всадницы: -Может, наконец, отлипнешь от меня? И без того жарко. Проклятье! Я отодвинулся, насколько позволяла спина лошади, ощущая себя чуть ли не трусливым мальчишкой. Где это видано, чтобы после погонь, драк, перестрелок, я испугался свалиться с лошади и сломать себе шею! Наконец-то, по истечению часов, дней, месяцев, столетий, мы въехали в какой-то городок. К тому времени у меня уже ломило кости так, как будто это на мне мчались галопом. Пейдж, или как там она себя вдруг стала называть, легко соскочила с сиденья и когда я, кряхтя, словно старец, спешился с лошади на свои две онемевшие ноги, взяла повод Леди и привязала ее у ворот какого-то борделя, иначе это обшарпанное деревянное здание не назовешь. Девушка двинулась внутрь бара с простым названием «Салун у Бобби», а я остался смотреть по сторонам, словно истукан. Улица, где мы остановились, представляла собой пыльную, грязную дорогу, с обеих сторон которой находились в основном деревянные постройки. Кое-где проглядывали засохшие кусты или хиленькие деревья. Трава здесь совершенно пожухла и, казалось, будет хрустеть под ногами. Рядом с местными тавернами спорили о чем-то пьяные мужчины в странных одеяниях, а их привязанные к деревьям лошади недовольно пофыркивали и махали хвостами, отгоняя мух. Все проходящие мимо люди таращились на меня, словно я был восьмым чудом света. Да, я был еще во влажной футболке, ботинки просили каши, и в волосы набилось много песка и пыли, но на меня косились с подозрением совсем не поэтому.… Я заметил странную моду этого места – в такую-то жару носить сапоги со шпорами, жилетки поверх белых (ну, когда-то белых) рубашек. И шляпы. Это вполне естественно – головные уборы летом, однако уж очень данные шляпы с широкими полями напоминали стиль Дикого Запада… Я широко распахнул глаза и словно по-новому взглянул на окружавшую меня среду. Вздох облегчения. Что ж, вполне вероятно, я каким-то образом попал в экскурсионный городок, вон все как настоящее! Не знал, что рядом с Альбукерке находится нечто подобное. Интересно, далеко ли от цивилизации меня течением унесло? Наверное, потому и машину я не нашел… Теперь все понятно! А Пейдж, конечно, подыгрывала… Вот врунишка! Ну, как бы там ни было, мне нужно выбираться отсюда. Отыскать бы гида, да машину раздобыть где-нибудь… Хотя, и телефон не помешает, мой ведь совсем расклеился после плаванья, да и к тому же выпал с кармана, пока я скакал на лошади. Я двинулся в бар, куда зашла Пейдж, в твердом намерении положить конец этому сумасбродству и уехать отсюда как можно скорее. Но когда я распахнул деревянную дверь, мне оставалось лишь диву даваться, настолько здесь все было продумано и правдоподобно, ну точно в каком-нибудь вестерне. Мужчины в пьяном угаре хохотали над чем-то во всю глотку – уже успели нализаться, хотя на дворе было еще светло. Они играли в карты, кости, пили виски и похотливо смотрели на женщин в платьях, что имели роскошные юбки разных цветов, обильно украшенные рюшами и кружевами. Дамы заливисто смеялись над шутками господ, которые довольные их поведением, поглаживали свои усы и предлагали молодым особам присоединиться к ним, например, в карточной игре, или спальне. Само убранство заведения было под стиль Дикого Запада – все, начиная с бара и заканчивая столами, стенами и полом, выполнено из дерева. Под потолком висели полки для бутылок с алкоголем, на гвоздях, вбитых в стены, - керосиновые лампы, а в рамках из полированного дерева красовались старые пожелтевшие фотографии: мужчины на лошадях, табуны тех грациозных животных, самые настоящие ковбои и тому подобное. Я похлопал себя по карманам джинсов и, найдя несколько долларов, обрадовано подошел к бару. -Налей виски, - молвил я, протягивая купюры, но бармен лишь краем глаза взглянул на них, ухмыльнулся и произнес: - Приятель, я не знаю, где ты это взял, но такие деньги мы не принимаем. -Как это? – я опешил, - послушайте, но ведь не у всех найдутся долларовые банкноты девятнадцатого века! Бармен посмотрел на меня, словно на умалишенного и отошел. Что же, я здесь, может, и выгляжу, как белая ворона, однако это не повод для насмешек! Лучше бы помог и сказал, где достать местную валюту. Или билет отсюда. Чтобы как-нибудь укрыться от посторонних взглядов и спокойно поразмышлять, я схватил брошенную на стойке газету и сделал вид, что погрузился в чтение. Однако огромный заголовок статьи меня неожиданно заинтересовал… «Дата: 3 июня 1880 г. Билли Кид был снова упущен на Орегонском пути. В жестокой схватке был убит шериф Томпсон. Как сообщают опечаленные этим известием родственники погибшего… Конная полиция упустила… Твердо намерены посадить малолетнего преступника за решетку, где ему самое место….» Забавно, я изучал историю, а если быть точнее, преступность Дикого Запада и личность малыша Билли мне хорошо известна. Так же как и то, что уже в 1881 году он будет убит шерифом Пэтом Гарретом. Интересно, как местные гиды обыграют это происшествие? Я перевернул страниц и застыл. Еще свежие, яркие воспоминания о ювелирном магазине, ограблении, пятиконечном алмазе и моем немыслимом падении всколыхнули мои мысли. Я машинально засунул руку в карман, и только сейчас понял, что бриллианта нет! Он исчез, а я, радуясь своему спасению, совершенно позабыл о нем и только теперь обнаружил потерю! Да что там, опираясь на воспоминания, я понимаю, что камень пропал еще до того, как я сошел на берег! Вот проклятье! Мне нужно вернутся обратно, к реке, и заняться поисками алмаза… Хотя нет, логичнее будет отправить туда команду водолазов, они наверняка спустятся вниз за телом преступника…И моя машина! Но как же все это странно, я прекрасно помню, как держал алмаз в руке, а после меня ослепил его белый яркий свет… Немыслимо! Собственно, я начал размышлять в этом направлении, наткнувшись на снимок в газете. Я ошарашено смотрел на черно-белую фотографию бриллианта в форме звезды, а надпись рядом гласила: «Ливерпуль, Великобритания. Мистер и миссис Свон готовы заплатить любую суму тому, кто найдет украденную фамильную драгоценность. Когда-то он принадлежал миледи Кэтлин Паддингтон, носившей ожерелье…» В голове всплыли обрывки фраз грабителя: «Он бесценный. Совершенно уникальная фамильная драгоценность…». Я взахлеб прочитал статью. Камень пропал «10 дней назад», а полиция так и не смогла ничего выяснить. Ну, еще бы, если камень найдется только в 21 веке! Ладно, как бы там ни было, мне нужно вернутся обратно в отель и сообщить обо всем местным властям. Надеюсь, в моей машине найдут алмаз, иначе толку будет с моего предотвращенного ограбления. И кто тот подонок, из-за которого я чуть не утонул?! Я встал из-за барной стойки и направился к единственному солидному на вид мужчине, под внимательными взглядами некоторых посетителей, в том числе и Пейдж. -Извините, мистер, - обратился я к полному блондину в вполне приличном костюме с галстуком, чуть потрепанным, но не суть; от незнакомца несло перегаром чуть меньше, чем от остальных здесь присутствующих. -Чего тебе, парень? – хрипло поинтересовался мужчина, почесывая свою бородку. -Как я могу отсюда выбраться? – спросил я, - я имею в виду из городка. Мне срочно нужно обратно в отель, да и поболтать с полицией не помешает. Где я могу найти человека, так сказать, из нашего времени? И машину… Секунду мужчина смотрел на меня затуманенными зелеными глазами, продолжая жевать табак, после чего коротко произнес: -Что? Я раздраженно молвил: - Да брось! Не знаю, какие у вас здесь правила, но меня сюда занесло по чистой случайности. Где я могу достать транспорт и уехать отсюда? -Ааа, - дошло до толстяка, - тебе извозчик нужен? – хотя нет, не дошло. -Да какой, мать твою, извозчик, - рассердился я, - автомобиль! Хоть какой-нибудь металлолом на колесах! И путевку отсюда в один конец! Где здесь местный гид?! -Ты что, нарываешься?! – толстяк, подбоченившись, медленно поднял со стула свою грузную тушу и навис надо мной, сверкая глазами. -Ох, ты что, боевиков пересмотрел? Я просто хочу узнать… Миг – и огромный кулачище мужика резко и с огромной силой направился мне в скулу, и если бы я вовремя не увернулся, то уже со свистом полетел бы к стене. -Ты спятил?! – я закрутился волчком, увертываясь от ударов противника. Мужчина озверел еще сильнее. Я слышал выкрики его пьяных в стельку товарищей, которые зазывали толстяка расквитаться со мной, возгласы женщин и призывы бармена сохранять спокойствие. Вот бы противник последовал его совету! Но не тут-то было! Огромный кулачище блондина чуть было не обрушился на мою голову в намерении разнести череп. В мгновение ока я отскочил, отпружинил от пола, подпрыгнул и со всего размаху ударил моего недружелюбного собеседника ребром ладони по виску. Мужчина застыл, в ошеломлении распахнув мутные глаза, а уже через секунду его веки закрылись, и он без сознания рухнул на пол, проломив при падении деревянный стул своей огромной жирной тушей. В баре воцарилась ошеломленная тишина. Все, кто видел мой молниеносный прием и тело противника на полу, уставились с удивлением, смешанным со страхом, на меня. Я вытер со лба соленый пот и, поклявшись даже порога этого салуна больше не переступать, развернулся и зашагал прочь. Ничего, я сумею найти, как выбраться отсюда, никто мне в этом не помешает, а Пейдж видимо, не поможет. Что за город, что за люди?! Что за напасть!.. Но не успел я выйти из бара, как вдруг услышал позади себя короткий выстрел и вздрогнул. За моей спиной на пол рухнуло что-то тяжелое. Я обернулся и столкнулся взглядом с Пейдж, которая направляла револьвер в мою сторону. А сзади, в двух шагах от меня на деревянном полу корчился от боли мужчина. Его рука крепко сжимала рукоятку ножа, он скрипел зубами, но не издавал ни звука, а лишь с ненавистью смотрел на меня. Под телом мужчины растекалась лужа крови.