История Царей - основателей

Вернёмся к Алексу и Алиссии. Девочка весело бежала впереди задумчивого парня, который ловил каждое слово малышки. Алиссия сказала, что девочка её зовёт туда и побежала по скверу. Алекс молча следовал за жизнерадостной деточкой. О чём он думает? Наверное, всё о том же: «Рядом с ней я могу мыслить, почему? Почему мы идём неизвестно куда, а я даже не хочу перечить? Почему я верю ей, почему ОН уже не тревожит меня? Почему?» - много вопросов, не правда ли? В любом случае, он следовал за Алиссией. А неизвестная нам пока девочка звала её и ждала. Ждала, когда она перестанет быть одинокой. А теперь я удаляюсь… *** От лица Алекса… Я просто иду за ней. Ничего особенного, просто мне кажется, я её понимаю. Будто когда – то кто – то мне не поверил, и что – то в моей жизни пошло из – за этого не так… Такое знакомое чувство, но почему? - Сюда, братик! – она весело машет мне ручкой из – за угла. Я уже не поспеваю за ней. Надо поторопиться. - Алиссия, не беги так! Ещё потеряешься! – эх, ну куда она?! - Давай! Быстрее! – она смеётся над моей медлительностью. Примерно десять минут мы шли по незнакомым мне улицам, а может, я просто не замечал ничего, кроме её силуэта. Что – то нехорошее бежит за мной. Мне кажется, что оно может задеть и её, поэтому я не отрываю от неё взгляда. - Устала, – сказала она и плюхнулась на ближайшую лавочку. Я подошёл к ней. - А далеко ещё? Много идти? Она посмотрела наверх, будто вспоминая что – то. - Нет, немножко! Вот и хорошо. - Ну что, отдохнём немного и пойдём? - Да! – она лучезарно улыбнулась. Алиссия самый красивый ребёнок, которого я когда – либо видел. Когда она смеётся, вокруг неё витает что – то настолько радостное, что как бы тебе ни было плохо, ты тоже захочешь посмеяться с ней. Мы посидели на лавочке, она продемонстрировала мне свои познания в математике: посчитала пальцы на моих руках и сказала, что у нас с ней вместе получится двадцать пальцев на руках. Странно, но я, как это… был горд? Меня радовало, что она уже умеет считать и читать. Кажется, мы стали настоящими братом и сестрой, только не все это знают. Вот и сейчас какая – то бабушка недоверчиво цокает, смотря на меня, несущего маленькую девочку на плечах. А что такого? Она устала, вот я и посадил её на плечи и понёс, куда она велела. - Влево, влево! Нет, влево! – она весело хихикала и закрывала мне глаза ладошками. Нет, никогда я не пойму этих лондонских бабушек. Они просто завидуют, ведь их старшие братья не носили их на плечах по парку! - Пришли, – наконец провозгласила сестрёнка. Мы стояли у старого дома: все окна заколочены, но, кажется, откуда – то слышны звуки фортепиано. Или рояля, или пианино – не знаю, как там их правильно называть! - Точно? – я не мог не спросить. - Да, здесь. Она заёрзала, давая понять, что дальше пойдёт сама. Я спустил её с плеч и пошел, на этот раз, впереди. - Дверь заперта. Подожди минутку. Я достал перочинный ножик из кармана, который взял с собой из – за плохого предчувствия. Замок тут старый, дверь деревянная. Похоже, этот дом скоро снесут. Кто здесь может быть? Одно движение – замок слетел со старых ржавых петель. - Пошли, Алиссия, – я взял сестрёнку за руку. Она хмыкнула. Я прикрыл за нами дверь. - Надо вниз, – она потянула меня за собой. Я молча шёл за ней. Что говорить? - Здесь, здесь… Пока мы шли, звучание фортепиано усиливалось. - Здесь… - она остановилась перед железной дверью, оттуда шёл слабый свет. - Ты, ты здесь? – она сжала мою руку своей и приоткрыла дверь. - Братик… - Я тут. Не бойся, идём. *** В комнате стоит чёрный лакированный рояль – единственная вещь во всем помещении, не покрытая пылью и грязью. На рояле стоит свеча – единственный источник света в комнате. У рояля раскиданы бумаги, ноты, кажется, ничего не видно. За роялем сидит девушка и играет что – то задумчивое. Наши герои такого никогда не слышали. Алекс и Алиссия, держась за руки, стояли и в недоумении смотрели на девушку, которая всё играла, не обращая на них внимания. Она играла, но смотрела не на клавиатуру, а куда – то вдаль, в пустоту. - Ты меня звала… Кто ты? – девочка подалась вперёд, но парень не выпускал её руки. Он, казалось, был напуган, хотя был ли это испуг? Девушка медленно повернула голову к своим столь жданным гостям. - Ты пришла! – она не прекращала играть, медленно покачиваясь в такт музыке. – Я ждала, а ты пришла с другом! – она посмотрела на Алекса и добавила: - С братом. - Откуда ты… - Алекс оборвал свою фразу. Девушка отвлеклась от музыки, которую она извлекала из рояля, и встала со стула. - Меня зовут Уна. Уна… - А я Алиссия! – девочка протянула руку новой знакомой. - Я рада, что ты меня услышала, – девушка присела на корточки. – Ты очень красивая! Хочешь, я дам тебе твою музыку? Алекс решил сказать хоть что - то. - Меня зовут Алекс. Приятно познакомиться, – он тоже протянул девушке руку, хоть и не так охотно, как Алиссия. Девушка медленно встала и посмотрела на руку Алекса. Она не спешила принять его приветствие. Она будто изучала его руку. Как это ни странно, Алекс не убирал руку, он удивлённо смотрел на Уну. Длинные тёмные волосы закрыли её лицо, и он не мог разглядеть её глаз. Она медленно протянула юноше руку, он расширил глаза. Алиссия наблюдала за этой картиной и смотрела то на Алекса, то на Уну. Наконец, они поприветствовали друг друга и оба стали чуть менее осторожными. - Алиссия, я хочу сыграть твою музыку. Пошли, – она поманила девочку к роялю. Она села за инструмент и посмотрела Алиссии в глаза. Девочка не знала как ей поступить, она просто стояла рядом. Алекс тем временем внимательно смотрел на Уну. Что – то он видел, что – то, чего не смогли бы увидеть мы с вами. Он понимал, насколько девушка одинока. Он знал, что Уна хочет им помочь, но её нужно выслушать и научиться понимать её слова. И вот Алекс не отводит от девушки глаз, пытаясь найти хоть какую – то подсказку в том, как она ведёт себя и что говорит. Клавиша за клавишей, нота за нотой. Музыка, жизнерадостная и понимающая, лилась, исходя из пальцев Уны. Девушка радовалась тому, что она играет. Радовалась, будто давно ждала чего – то, а получилось даже лучше. Алиссия уже хотела пойти потянуть Алекса к ним, но он сам подошёл. - Ты уже поняла, что Алиссия не просто счастливый ребёнок. Ты видимо давно хотела сыграть что – нибудь весёлое. Но людей вокруг тебя было мало, а музыка этой пустоты слишком грустна. Ты думаешь, что сможешь сидеть тут, а мир сам к тебе придёт? Уна резко прекратила играть. Алиссия попятилась к Алексу, она почувствовала злость девушки и, не замечая того, сторонилась. - Откуда ты знаешь меня? Я смогла связаться только с Алиссией, она одна меня слышит… - Уна опустила голову. Алекс лишь поднял Алиссию на руки. Девочка не отреагировала. Она верила своему брату. - Мы уходим. Если ты не хочешь быть одна – пойдём, – Уна удивлённо посмотрела на Алекса: почему он ведёт себя не так, как все? Каково было её удивление, когда она разглядела в полумраке комнаты приветливую улыбку парня! Но улыбка быстро сменилась серьёзностью. - Скоро это здание снесут. Как ты здесь живёшь? - Это здание не снесут. Этот дом брат дал мне, я могу здесь жить всегда. Но не могу уйти… - она указала на длинную верёвку, привязанную к ноге девушки. Она была достаточно длинной, чтобы свободно передвигаться по этой комнате, но выйти из неё девушка не могла. Алекс опешил. Алиссия уткнулась личиком в его грудь. - Ты привязана? Как же ты можешь оставаться в этой комнате постоянно? – он говорил не с жалостью, не с возмущением. Он говорил так, будто хотел разозлить Уну, заставить её показать хоть одну эмоцию. Почему показать эмоцию? Потому что она ещё ни разу не улыбнулась искренне, не сказала ни одного слова с толикой понимания. - Меня навещают. Навещают… - девушка сжала кулаки. - Да, навещают, но не он. Ты всё равно одна, ты же понимаешь это. Поэтому ты хочешь слушать только музыку Алиссии, музыку, которая даёт тебе общение, понимание. Но ты не спрячешься от одиночества, играя на рояле, – он казался жестоким, Алиссия начинала бояться его голоса. Уна слушала его и сжимала кулаки ещё крепче. - Я приду сюда завтра. Один. Алиссию ты больше не увидишь, не позволю использовать её для создания глупой маски! Ты не заменишь свою жизнь весёлой мелодией! С этими словами он вышел из комнаты, оставив Уну одну. Одну со своими мыслями. Но в голове у него крутилась одна фраза: «Она такая же, как я когда – то…» Что это значит? Я не знаю, знает лишь он и ещё один человек.