Глава 1
15 сентября 2016 г., 22:04
Нарцисса Блек лежала на кровати, укутавшись в тёплое одеяло. Было очередное октябрьское утро, когда ни за что не хотелось расставаться с постелью. Крупные капли дождя барабанили по оконным стёклам, завывал ветер, обрывающий с деревьев пожухлую листву. Ещё не было и полудня, а вокруг стало темно, будто вечером. Казалось, этот пейзаж слишком рано начавшейся осени был насквозь пропитан каким-то отчаянием и унынием. Вот и девушка разделяла настроение погоды, молча разглядывая блёклый вид за широким окном.
Вдруг свершилось событие, которому удалось разрушить всю эту атмосферу уныния, к самому стеклу подлетели две совы. Погода была явно «нелётная», птицы, видимо, сильно желали скорей оказаться в тёплом помещении и от нетерпения стучали клювами по раме. Нарцисса быстро вскочила с кровати и подбежала к окну. Она дрожащими от волнения руками начала открывать задвижку, что получилось не с первого раза, и распахнула окно. Миллион брызг полетел ей в лицо. Тут же комната наполнилась прохладой и свежим ароматом дождя, однако сильный порыв ветра вновь напомнил, это не летний озорной дождик, а очередной холодный осенний ливень.
Закрыв окно мисс Блек стала разбираться с новоприбывшей почтой. Она, руководствуясь распространённым лозунгом: «Самое приятное надо оставлять на конец», отложила сложенный вчетверо листок клетчатой бумаги на край стола и начала распечатывать небольшой белый конверт, на нём было выведено: «Нарциссе Блек». В самом же письме присутствовали суховатые поздравления с помолвкой и пожелания счастливого брака. Внизу стояла подпись Люциуса Малфоя, настолько ровная и донельзя аккуратная, что девушка усмехнулась, представляя в уме картину, как Малфой младший весь день только и делает, что выдаёт кому-то свои автографы. Убрав прочитанное письмо в ящик стола, где хранилось большинство переписок, Нарцисса приступила к следующему, более долгожданному, посланию, которое можно было бы назвать скорее запиской.
«Здравствуй, милая Цисси, — говорилось в ней. — Я мечтаю дождаться того момента, когда мы снова будем рядом. Я хочу обнять тебя, прижать к себе и никогда не отпускать. Я понимаю твою ситуацию и не собираюсь на чём-либо настаивать. Какое бы ты решение не приняла, я буду с тобой согласен. Жду ответа. Твой Джесси Палмер.»
Сочетание двух этих писем полностью убили положительный настрой в мисс Блек. Они вновь вернули её на перепутье. С одной стороны находились вся семья, общество, с другой стоял любимый человек. Она просто не знала, что же теперь делать. С того момента, как родители сообщили Нарциссе о своём решении выдать её замуж за Рабастана, она возненавидела этого человека тихой, но лютой ненавистью, хоть и не общалась толком с будущим супругом. Он казался ей невидимо нависшим врагом, посягающим на её свободу и личное счастье. Однако и идти против родительской воли девушка не желала, поступок Андромеды и так пал тенью на весь род Блеков, неизвестно, что случится, если и младшая дочь пойдёт той же дорогой. Откинуть все личные интересы, смириться и прожить жизнь, ненавидя мужа? Нет, это не стоит общего мнения. Это слишком.
Тут в голову к Нарциссе нагрянула одна странная и почти безумная мысль. Она быстро открыла ящик стола, извлекла письмо Люциуса и вновь перечитала. Затем она быстро взяла перо, желтоватый лист бумаги и быстро начертала несколько слов: «Есть важное дело. К часу. У дуба». Девушка наскоро подписала конверт и вложила в него письмо. Скрипнула дверь, и Нарцисса слегка вздрогнула, будто боялась, что её застанут за чем-то запрещённым. Но когда она обернулась, то увидела лишь домовика, неловко топчущегося у порога.
— Что тебе? — спросила мисс Блек, стараясь как можно быстрее запечатать конверт.
— Вы так и не спустились вниз. Может быть прикажете принести Вам еду сюда? — эльф бормотал совсем тихо, а когда закончил, то застыл, ожидая ответа хозяйки.
— Нет, я сейчас ухожу, — ответила Нарцисса, принимаясь что-то строчить на ещё одном листочке. — Держи, — добавила она, не отрываясь от написания, и протянула домовику уже законченное письмо. — Это должно оказаться в руках у мистера Малфоя.
Домашний эльф взял письмо и тут же вышел, видно по лицу мисс Блек было слишком понятно, что она в весьма дурном расположении духа. Окончив с переписками, девушка встала из-за стола и направилась к, такой важной в жилище почти любой женщины, гардеробной. На вешалках нашли себе приют десятки платьев, в аккуратных шкафчиках лежало множество пар обуви, одним словом, одежды у Нарциссы было достаточно. Она всегда достаточно щепетильно относилась к выбору, как вечернего туалета, так и повседневного наряда. Сейчас же она была вдвойне придирчива. Одни наряды казались ей слишком откровенными для делового разговора, другие слишком яркие или соответственно блёклые, к третьим не было гармоничного дополнения в виде туфель или зонтика, а без последнего в такую погоду никак. Наконец выбрав тёмно-синее платье более или менее подходившее под нынешние завышенные критерии Нарциссы, девушка переоделась, накинула на плечи серый плащ и взяла голубой зонт. За окном продолжал лить ливень, но этого было слишком мало, чтобы удержать девушку дома. Именно сегодня могло произойти событие, которое в корне изменит всю её жизнь.
Нарцисса Блек выскользнула из свой комнаты и тихо, стараясь не шуметь, направилась к выходу. Однако по этому поводу ей следовало волноваться меньше всего. За последние годы дом значительно опустел. Оставались лишь многочисленные воспоминания в меру счастливого детства. Вслед за каждой из сестёр Блек, покидавшей этот дом, исчезала часть той старой и доброй атмосферы некогда царившей в поместье. Беллатриса жила с Рудольфусом Лейстрейнджем и теперь носила его фамилию, Андромеда тоже устроилась в уютном домике с мужем и растила дочь. Лишь вспомнив о сестре, Нарцисса вздрогнула. Неужели и её может ждать такая участь? Неужели и от неё, «младшенькой Цисси», отвернуться родители, а друзья начнут проклинать?
Девушка ускорила шаг и стала продумывать предстоящий диалог с Малфоем, чтобы избавиться от гнетущих мыслей. Миновав порог родного дома, Нарцисса остановилась и огляделась. Раньше, даже в дождливую погоду, небольшой садик перед домом, где она с сёстрами весело играла, казался ей самым очаровательным местом на всей планете. Взор ребёнка не замечал ни грязных луж, ни покосившейся оградки, на которую последние лет десять даже домовики не обращали внимания, ни кустов, разросшихся во все стороны и мешавшихся при проходе вглубь сада. Теперь, когда родное поместье стало золотой клеткой, критичный взгляд замечал все мельчайшие недостатки.
Было всего без четверти час, а Нарцисса уже была готова трансгрессировать на условленное место. Так она и поступила, предпочитая ждать Люциуса в небольшой рощице под раскидистым дубом. Дождь постепенно заканчивался, и воздух наполнился прекрасным свежим ароматом. Девушка осторожно присела на низкую скамеечку совсем рядом со стволом, уже давно пропало из памяти, когда она появилась у дерева, кто же её смастерил. Сидеть на мокром было весьма неуютно, но Нарцисса не думала об этом, а лишь смотрела в светлеющий лоскуток неба меж ветвями. Тучи одна за другой исчезали, небосклон вновь завоёвывало солнце, пускай оно и грело не так сильно, как летом, но казалось, будто пейзаж оживал, наполнялся красками.
— И долго ты уже ждёшь меня? — окликнул Нарциссу всё тот же знакомый надменный, однако всё-таки приятный, голос.
— Совсем нет. — Девушка откинулась на спинку скамьи, и от прикосновения с холодным деревом по коже пробежались мурашки. — Мне нужно переговорить с тобой по одному очень важному поводу.
— Я понял, что дело срочное уже по твоему одному немногословному посланию. Что случилось?
Малфой на несколько шагов приблизился к Нарциссе, но садиться на сырую скамью не собирался. Тогда встала сама мисс Блек. Она не знала, как подступиться к делу. Вопрос был более чем деликатный, и она б не удивилась, даже если б Люциус рассмеялся ей прямо в лицо.
— Ты же наверняка знаешь, что в этом году, скорее всего весной, я выйду замуж за Рабастана Лейстрейнджа. Нет, пожалуйста, не перебивай меня! — Нарцисса предотвратила попытку мистера Малфоя вставить в её речь несколько своих слов. — Я не желаю этого брака и имею лишь два способа предотвратить его.
Девушка протянула Люциусу тот лист бумаги, на котором успела написать записку совсем перед уходом. Мужчина кинул лишь несколько взглядов на письмо и, странно усмехнувшись, поднял глаза на Нарциссу.
— Что это? Ты пишешь: «Я люблю тебя, Джесси, и…», так это не то. А вот! «Я готова пойти с тобой хоть на край света. Давай убежим туда, где нас никто не найдёт», — разве это похоже на умозаключения взрослой женщины? Хочу ещё раз спросить, что это за беллетристика.
— Это мой первый вариант избежать замужества. Но есть и второй. Я хочу сделать тебе одно предложение. Давай сбежим вместе.
Мистер Малфой лишь смерил девушку немного пренебрежительным взглядом. Раньше среди трёх сестёр Блек Нарцисса выделялась своим спокойствием и благоразумием. Она не совершала таких опрометчивых поступков, как Андромеда, и не бросалась воду и пламя лишь за свою навязчивую идею, что было свойственно Беллатрисе. Однако теперь Сигнус потерял последнего члена своей семьи, подававшего надежды на светлое будущее.
— Хорошо, предположим в твоей идее есть здравый смысл. Объясни мне значение твоих действий. — Мужчина сделал ещё один шаг навстречу Нарциссе, и расстояние между ними стало не более одного метра.
— Я могу всё разъяснить. Из-за Андромеды уже пала тень на честную фамилию Блеков, если я тоже уйду из рода, чтобы жить с грязнокровкой где-нибудь в далёкой провинции, то это останется чёрным пятном в истории нашего рода. Совсем другой расклад, если все узнают, что Нарцисса Блек по девичий глупости развлекалась с богатым красивым аристократом, люди лишь скажут: «Какая глупая и опрометчивая девчонка!». Но этого будет достаточно, чтобы Лейстрейнджи не захотели видеть такую родственницу. С подобной репутацией, мне будет сложнее выйти замуж, а про Люциуса Малфоя пойдут слухи, что девушки сами в его объятья падают. Надеюсь, я чётко высказала свою позицию? — Нарцисса старалась преподнести свою речь, как простое деловое предложение, но голос не слушался её и периодически срывался.
Люциус ещё раз бросил оценивающий взгляд на Нарциссу. Неужели она и вправду хотела совершить подобное?
— Ладно. Но почему же я?
— Не знаю, — ответила девушка, потупивши взгляд. В данной ситуации она не видела никого кроме Малфоя, кому могла бы предложить подобное. — Я просто хочу спросить. Ты согласен? Если нет, то я воспользуюсь первым планом.
— Нет, ты не сделаешь этого, — Люциус улыбнулся, этот разговор сильно забавлял его. — От чего там ты хочешь избавиться? От брака с Рабастаном? Нет, Нарцисса, ты врёшь и мне, и самой себе. Единственное, что доставляет тебе некоторый дискомфорт, — это ответственность за свои действия. Ты никогда не сможешь уйти с этим маггловским выродком, совесть будет тебе до конца дней напоминать этот поступок.
— Он волшебник! — внезапно голос девушки обрёл былую звонкость.
— Он осквернитель всего магического сообщества. Знаете, мисс Блек, я приму Ваше предложение. Но что же Вы подразумевали под побегом? Мирную жизнь в уютной деревушке с грязнокровкой? Нет, если уж что-то задумывать, так грандиозно, в лучших традициях Малфоев, — Люциус усмехнулся, в который раз за сегодня.
— Договорились. — Нарцисса кивнула и отступила на несколько шагов.
Она, не спеша, подошла к дереву и чуть коснулась пальцами влажной коры. «Верни письмо, — чуть слышно прошептала девушка. — Я положу его на место». Она обернулась. Улыбка исчезла с лица мистера Малфоя, вместо неё осталась лишь ледяная ухмылка. Он извлёк свою волшебную палочку и поднёс её к конверту с заветным именем. «Вот, где его место», — так же тихо ответил Люциус, и письмо заполыхало ярким пламенем. Нарцисса чуть было не вскрикнула и протянула руки к горящей бумаге, но к тому моменту от неё уже почти ничего не осталось. Жалкий обгорелый обрывок Люциус бросил на землю.
— Я буду ждать тебя тут же через полчаса с вещами. Не забудь написать своему обожателю отказ, если действительно готова пойти на край света не с ним, а со мной. До встречи, Нарцисса. — Люциус махнул девушке рукой на прощание и исчез.
Нарцисса ещё стояла в продолжение нескольких минут, не двигаясь, и смотрела на то место, где совсем недавно Люциус Малфой стоял с горящим конвертом в руках. Положение лишь ухудшилось. Раньше на принятие решения у неё было полгода, теперь оставалась лишь четверть часа.
