Настоящее Рождество

POV Санса Я слышу, как отпирают дверь, и незнакомый голос с той стороны восклицает, - Цепной художник, оригинально, он буйный? Через секунду в комнату входит человек, которого боится весь Готэм. И мы оба удивленно смотрим друг на друга, он первый прерывает молчание. - Я получил Вашу валентинку, леди! The Bat*! Вы видите самую суть вещей, - по крайней мере он умеет себя вести. - Вы должно быть, Джокер? Наслышана, - моя самая соблазнительная улыбка и самый светский тон. Я ни на секунду им не очарована, в ужасе даже от мысли, что разговариваю с ним, но когда герои не приходят... Монстр покрупнее может задавить более мелкого. Рамси научил меня думать быстро, и действовать еще быстрее. Он сам затеял эту игру. - Поверьте, отныне и навек я ценитель Вашего таланта, моя дорогая, Вы нужны мне, я предложу любые деньги, любые услуги, - его голос становится приторным, - я устрою в Вашу честь настоящий фейерверк, - он срывается на хохот, я вижу боковым зрением, что Рамси нервничает, и наслаждаюсь его замешательством. - Почту за честь, - не перестаю улыбаться, перехожу на полушепот, все это отдает такой жуткой театральностью, но этот странный человек задает тон, заставляя всех вести себя неестественно, он заполняет собой все пространство, - каков же Ваш замысел? - Я хочу открыть клуб, - ему нравится моя интонация и он тоже почти шепчет, - шикарный, нереальный клуб, под самым их носом, на их же деньги, клуб, где можно будет достать что угодно. Для этого мне нужны люди, много людей, - Джокер вспоминает о Рамси и поворачивается к нему, внезапно сделав лицо брокера с Уолл Стрит, - мистер Болтон, это Ваш выход! - Сколько потребуется, - Рамси сдерживается, но тени, пробегающие по лицу, выдают его. Джокер возвращается ко мне, вернув и прежнее выражение лица. - Это место должно быть невероятным, изысканным, таким, что глаз не оторвать. Я хочу роспись на потолках, как в галерее Уффици*, изображающую самых знаменитых людей Готэма, и пусть это будет иронично, скандально, дерзко, но все же с некоторой долей изящества. Роспись, на которую каждый придет посмотреть лично, Вы же меня понимаете? - Да, - делаю восторженные глаза, улыбаюсь шире, наверное со стороны я кажусь сумасшедшей, но ему явно нравится. - И я хочу новое имя! Художника, которого раньше никто не знал, мне нравится Старк, звучит хлестко, как пощечина от строптивой любовницы, - Джокер внезапно переходит на шепот, - поверьте, дорогая, это всегда работает. Мне нужны Ваши идеи, эскизы, свежесть Вашего мышления. Я к вам заеду через недельку, покажете наброски. Сколько вообще нужно на это времени? - Недели мне вполне хватит, - я подаю ему руку для поцелуя, не прекращая смотреть в глаза. Это очень опасная игра, возможно самая опасная из всех, но она поможет мне оказаться на свободе. - Отлично, - он галантно целует мою руку, и напоминает Рамси, что забирает какую-то мышь. Оба уходят, дверь больше не заперта, но я чувствую себя настолько измотанной, что не могу никуда идти. Если Рамси собирается наказывать меня за вранье — пусть наказывает, мне уже все равно. Но пусть будет готов к тому, что скоро мне будет кого попросить о защите.

***

POV Рамси Пока мы трепемся с Сансой, тупой Бэтмен дохнет, и мне приходится пообещать клоуну, что парни достанут ему нового. Наконец он сваливает и можно вздохнуть спокойно, нет ничего хреновее настоящих психов, никогда на знаешь какого черта от них ожидать. Самый идиотский день из всех, если бы я верил в бога, я бы точно уверился, что мудак издевается надо мной и хохочет в голос. Он получит картину, но не Сансу. Будет надо — убью, но не отдам её ему. Я возвращаюсь в долбанутую мастерскую, она сидит, а у ног валяется один из моих псов, вот и повод отыграться. Достаю ствол и всаживаю пулю ему прямо в череп. Она вскрикивает и рыдает, все ноги в крови, а башку собаки размазало на половину комнаты. Они не должны ходить внутри здания, - смотрит на меня как на врага, привет, детка, я скучал по тебе, - приведи себя в порядок, едем. Если прямо сейчас не убраться отсюда, я начну палить в парней, и вот это действительно хреново. Возвращается, везу её в «Торквемадо», по пути сую пачку купюр. Она ни черта не понимает, в глазах все еще слезы стоят. Доходит только когда мы попадаем внутрь и там кругом полуголые девицы. Одна на сцене, стервозная, в черном белье, из тех, которые сами швыряют тебя на кровать и усаживаются сверху, такая может затрахать до смерти, если повезет двинуть кони именно так. Эти заведения хороши тем, что в них от тебя вообще ничего не зависит, падаешь на красный диван и просто наслаждаешься моментом, прежде, чем заказать приват или уволить девицу и увезти домой. Отдельное удовольствие — наблюдать за неопытной пташкой, которой приходится в этом вариться. Поначалу она, кажется, брезгует даже мебелью. Старается не показывать страха, не сделать ничего глупого, не смотрит на сцену, на официанток, тупо упирается взглядом в пол. Потом делает скучающее лицо, вспыхивает, когда замечает, что я пялюсь на неё. Такой контраст с холодными уверенными сучками на сцене. Отвлекаюсь на парочку отвязных девиц в ковбойских шляпах, которые сосутся у стойки бара. Когда снова смотрю на Сансу, она о чем-то беседует с официанткой, и та провожает нас в приват, что за сюрпризы, девочка? Этот вечер перестает быть томным, и улыбка непроизвольно расползается по лицу. Глотаю пару таблеток и предлагаю Сансе, раз уж веселиться, то по полной. Девица, которую она выбрала, светленькая, с пышной грудью, сладкая, сахарно-молочная на вид, зовет себя Дезире. Сначала она танцует для нас обоих, потом все её внимание принадлежит Сансе, яд расползается по её крови и обостряет все чувства, она заводится с полоборота, несмотря на то, что ей нельзя трогать танцовщицу. Эта блондинистая сучка расстегивает пуговицы платья Сансы и я вижу ужас, на секунду промелькнувший в глазах, быстрый взгляд на меня, думала будет просто? Глазами показываю что делать, Санса, кажется даже не замечает этих переглядок, так уж повелось, она не замечает и половины того, что я для неё делаю. Дезире, наша нежная игрушка, извивается вокруг моей подружки, периодически проводя языком по её шее или соскам, зрелище шикарное, высшей пробы, вы делаете меня счастливым, девочки. Подхожу к моей крошке, обхватываю руками её шею, вздрагивает, когда я её касаюсь, заставляю подняться, еле держится на ногах, киваю стриптизерше и её нежные ручки ласкают грудь Сансы, пока я избавляю её от остатков одежды. Усаживаю её на себя, придержав за талию, и она кончает после пары толчков, обессиленная, приходится её перевернуть, чтобы продолжать, блондинка куда-то испаряется, но уже все равно, таблетки и шоу сделали свое дело, мы оба совсем свихнулись, детка, сегодня будем трахаться пока не сдохнем, можешь сколько угодно шипеть как ненавидишь меня, но только что ты кончила за минуту как долбаная нимфоманка, тело не обманешь, никого ты не любила, кроме меня, я тебя знаю, я часть тебя, Санса, ты принадлежишь мне. Ты принадлежишь мне прямо сейчас. Мы уходим из клуба невменяемые, не переставая лапать друг-друга, плохо понимая что вообще происходит, кажется оплачиваю счет, кажется ловлю такси, я даже не могу толком сказать трахаемся ли мы по дороге домой, все сливается перед глазами и понимаешь только обрывки: ресницы, грудь, пряди волос, стоны, шепот, её горло в руках, эту шикарную горячую пульсирующую плоть внутри неё, которая занимает все твои мысли. Незачем ехать в Логово, снимаем комнату в отеле, громим там все в ноль, пока есть силы и злость, трахаемся на полу, на столе, на выпотрошенной кровати, везде, обливаем друг-друга всем алкоголем подряд, что есть в мини-баре, вылизываем его и снова бросаемся целоваться. Мудак с раскроенной физиономией никогда не получит мою пташку.