To play a double game

Утомительный день хлопотаний над Поттером, отключившимся на время от этого мира, и восстановления дома наконец-то закончился. Северус валился с ног, а ведь ему ещё надо написать Альбусу... Зельевар решил плюнуть на старого маразматика и поплёлся в ванную. За эти длинные сутки без сна он успел восстановить почти всё, кроме некоторых комнат, и произнести заклинание "reparo" больше раз, чем за всю свою жизнь. Гарри же, даже полумёртвый, оказался тем ещё геморроем... Однако профессор не упускал возможности лишний раз переодеть его, протереть мокрым полотенцем дрожащее красивое тело, хоть и покрытое тонкой сеточкой шрамов и полузаживших недавних повреждений. Поттера серьезно лихорадило, и не удосужился в себя прийти даже на второй день, так что Северус занимался то за починкой дома, то за варкой зельев для героя, то присматривал за самим Гарри. Последний против, вроде, не был. Выйдя из душа, Снейп направился в свою комнату и, зайдя в помещение отметил, что Поттера снова начало потряхивать. Зельевар закатил глаза и снова отправился в ванную за полотенцем. Вернувшись, волшебник плюнул на полотенце и, улёгшись возле мальчишки (его комнату он так и не восстановил), накрыл их обоих одеялом, сгребая Гарри в объятья, в которых он всегда успокаивался. Этот раз не был исключением и Поттер перестал стучать зубами. Прижавшись теснее к горячему и чуть подрагивающему телу, Снейп прикрыл глаза и попытался уснуть, но кое-кто не дал. Гарри внезапно повернулся к нему лицом и обнял в ответ, перестав дрожать абсолютно. Температура его тела резко упала. Северус мигом открыл глаза, отмечая все детали и даже необычность позы, в которой спал герой. Обычно он тихо сопел, лёжа на боку и прижав к груди колени, сворачиваясь в эдакий калачик, а сейчас лежал просто на боку, подложив левый локоть под голову, а правую руку закинув на зельевара. И не дышал. Снейп забеспокоился, положил руку ему на грудь и биения сердца не почувствовал. Его собственное пропустило удар. На шее пульса тоже не оказалось. Неужели... Северусу было тяжело дышать, глаза жгли непрошеные слёзы. Он мотнул головой, отгоняя навязчивые мысли: он ещё может что-то сделать, если поторопится. Профессор быстро пошарил под подушкой, но палочки там не оказалось, как и на тумбочке. Он встал с кровати и решил применить невербальное заклинание, но кто-то сзади положил ему руку на плечо. Костлявую и тонкую, холодную как лёд, такую ужасно, отвратительно знакомую. Сзади послышался тихий голос: - С-северус-с-с, мой любимый пос-с-с-следователь, нас-с-столько двуличный, что так и не с-с-с-стало понятно, за кого он играет. Не пытайс-с-ся даже. Ему ничем не помочь... - Ты лжёшь... - зарычал зельевар, сжав руки в кулаки и поворачиваясь лицом к высокому синекожему существу. - Нет, мой предатель, его души ос-с-сталось так мало, что она прос-с-сто с-скоро ис-с-счезнет. Северус мигом высвободил свою магию, которая яростно начала расползаться по комнате, но была остановлена одним взмахом руки Волдеморта. Тёмный Лорд хорошо влиял на метку, вытягивая из подданного все силы. Зельевару казалось, что это хуже любого непростительного. Спасло и помогло сопротивляться знакомое шипение сзади. Тёмная комната озарилась неоново-зелёным светом. Поттер открыл светящиеся глаза и медленно встал, подходя сзади к Северусу и поднимая над его головой руки. Его магия вливалась в профессора, придавая силы и явно что-то творя с Волдемортом. Тёмного Лорда непроизвольно начало сильно выкручивать и он громко зашипел, прекратив заклинание. Северуса отпустило и он просто тяжело дышал, чувствуя приятное, хоть и инородное тепло внутри себя, как уже чувствовал однажды. Тот-кого-нельзя-называть замотал головой и отступил на пару шагов назад. Вперёд Снейпа вышел странный Поттер со своими жуткими зелёными глазами, шипением и клубами вьющейся вокруг сильного тела зелёной магии. Она давила на тёмного мага в три раза сильнее, чем когда-то на самого зельевара, вынуждая великого волшебника (известнейшего по силе после Мерлина и Гриндевальда тёмного мага, возглавившего отряд Упивающихся Смертью) медленно опускаться перед ним на колени. Этот зарвавшийся гриффиндорец, даже не окончивший Хогвартс, сейчас был больше, чем просто странным существом. Он казался воплощением чего-то древнего, уверенного, бескрайнего, непоколебимого, настолько мощного, что никакие непростительные и древнейшие заклинания, которые знал профессор не шли ни в какое сравнение с этой силой, разливающейся густыми потоками в воздухе, обволакивающей и заполняющей все вокруг, словно они находились внутри огромного, спокойного в штиль, океана. А толща воды (вместо выталкивания) прижимала Волдеморта ко дну, обходя Северуса мягкой тёплой волной. Потенциал Тёмного Лорда на этом фоне казался настолько мелким и ничтожным, что Снейп не мог себе представить, как этот человек мог представлять для Гарри опасность. Как вообще его кто-то мог сломить или унизить. Это казалось какой-то выдумкой, чем-то ненастоящим и странным. Вот он, Гарри, будто выточенная из тёмного камня статуя - идеальная, вечная. И что-то казалось Северусу неправильным. Что-то мешало воспринимать это существо как того самого Поттера, который так зацепил зельевара. Первое, что Северус заметил, так это отсутствие каких-либо шрамов, родинок и повреждений на теле мальчишки. Оно было слишком совершенным, будто неживым. Второе - комната, в которой они находились, не была комнатой Снейпа. А третье - Волдеморт же мёртв. Как он мог вернуться, если хоркрусы были уничтожены? Темнота. Северус резко открыл глаза: весь в холодном поту, в своей кровати, под пристальным взглядом темно-зелёных глаз с другой половины. Вот он - обычный, такой живой и привычный Поттер - лежит рядом. Бровь Гарри поползла вверх. Зельевар фыркнул и отвернулся, накрываясь черными волосами и имитируя полное безразличие к пробуждению героя. Хотя в душе он ликовал, что гора с Магомедом на пару свалились с его плеч, и мальчишка жив, да ещё и всё случившееся оказалось просто дурным сном. Сзади кто-то заворочался, одеяло натянулось и к спине Северуса прижалась чужая холодная спина. Тихий, будто обидевшийся на осуждение, голос Поттера произнёс: - Я замёрз. Зельевар вздохнул, повернулся и обнял покрывшееся мурашками тело, зарывшись носом в чуть отросшие каштановые пряди, шумно втягивая воздух и ощущая знакомый слабый запах корицы и яблок, видимо, оставшийся от шампуня, которым пользовался Гарри. А потом тихо спросил: - Качаешь права, Поттер? Герой сначала засопел, потом издал короткий смешок и впервые улыбнулся. Видимо, шутка всё-таки удалась, и Северус слегка улыбнулся от осознания того, насколько было приятно вот так лежать рядом, слушая тишину.