Девяносто девятая, она же первая

Их было девяносто семь. Девяносто семь пуговиц в небольшой жестяной коробке с почти стёршейся надписью «Печенье». Блестящие и матовые, белые и чёрные, большие и маленькие… Одинаковых не было, хотя были похожие. Больше всего было рубашечных, хотя часто встречались пуговицы с женских блуз. Несколько металлических. Пара пуговиц с джинсов: на одной было изображение паутины, на другой — какая-то эмблема. Некоторые были вырваны буквально «с мясом» — обрывки ниток и крохотные клочки ткани остались на них, когда пуговицы сложили в эту коробку. Зачем? Шерлок озадаченно нахмурился. Зачем Джону эти штуки? Да, Джон был хозяйственный и экономный, как говорила иногда миссис Хадсон — домовитый. Но хранить пуговицы?.. Зачем?! Шерлок чуть прищурился и довольно усмехнулся. Он учуял дух тайны. *** Трёхнедельное наблюдение ничего не дало. Продуманная провокация с обрыванием пуговицы с джоновой рубашки — тоже. Он просто сходил в магазин и купил себе такую же, как та, которую Шерлок спрятал. И пришил. Сам. Шерлок молча скрипел зубами. А в чёртовой коробке тем временем стало на одну пуговицу больше. В мыслях Шерлока не было ни единого просвета. Ещё через неделю он извёлся от любопытства так, что не выдержал. *** — Зачем тебе пуговицы? Молчаливый от недосыпа Джон, пьющий уже вторую чашку кофе, медленно моргнул и с недоумением глянул на свою рубашку. — Не эти, — раздражённо сказал Шерлок. — Те, что у тебя в шкафу, в коробке, спрятанной под майками. Джон аж проснулся. — Вообще-то это не твоё дело. Ты можешь понять, что если человек что-то прячет, то обычно он не хочет об этом говорить? Шерлок привычно пропустил лишнюю информацию мимо ушей, всё так же выжидающе глядя на Джона. Тот нахохлился и уткнулся в кружку. Шерлок подождал. Потом ещё немного подождал. Потом понял, что нужно включать повтор. — Зачем тебе пуговицы? — Отстань. — Они все разные. Ты не используешь их, если тебе нужно пришить оторвавшуюся. Кроме того, там много пуговиц с женской одежды, тебе они не нужны, они не имеют практической ценности. Значит, это что-то, связанное с эмоциями. — Заткнись. — Ты реагируешь эмоционально, но не слишком. Это не что-то, чего ты стыдишься, но говорить не хочешь. Почему? — Потому что это тебя не касается. — Джон допил кофе и поднялся. — Я на работу. Если будешь снова копаться в моих вещах, будь так любезен сложить их аккуратно. — Я всегда их складываю… — Шерлок замолчал. Попался как ребёнок! Джон ехидно ухмыльнулся и ушёл на работу, оставив Шерлока без ответа. Негодяй. *** — Это твой фетиш? — Что? Джон как раз читал в медицинском журнале полемику под статьёй о новом методе безоперационного лечения геморроя, и его слегка передёрнуло. — Пуговицы. — Тьфу ты… — Это твой фетиш? — упрямо повторил Шерлок, хотя уже понял, что ошибся. — Нет, ты бы реагировал острее. Тогда что? — Шерлок… — Джон вздохнул. — Прекрати. — Их там девяносто восемь, — возмутился Шерлок. — Они все разные! В чём смысл? — Девяносто восемь? Джон выглядел довольным. Нет, не так — самодовольным. Он поудобнее устроился в кресле и снова опустил взгляд в журнал, но не читал. — Джон! — рявкнул Шерлок. — Ты всё равно не поймёшь, — хмыкнул тот. — Тебя это не интересует. — Значит, это всё же связано с сексом. Ты собираешь пуговицы всех, с кем переспал? — Ты с ума сошёл? — удивился Джон. — Действительно, многовато, — пробормотал Шерлок. На лице Джона появилось снисходительное выражение. — Для тебя — возможно. Теперь Шерлок разозлился. Он ненавидел, когда он чего-то не понимал, и он ненавидел, когда на него смотрели с превосходством. А ещё его взбесило то, что для Джона девяносто восемь сексуальных партнёров — это не так уж и много. Он вскочил с дивана и резко наклонился к Джону, опершись руками о спинку кресла по бокам от его головы. — Объясни! Джон глянул на него с недовольством и без малейшей опаски. После эпопеи с выяснением его второго имени он уже ничему не удивлялся. — Отойди. — Говори! — О господи! Сядь в своё кресло, я расскажу. А то ты мне жизни вообще не дашь… Шерлок тут же уселся и вопросительно уставился на друга. — Я их не считал. — Джон вздохнул. — И это не фетиш. Я на них не… Кхм. Они меня не возбуждают. Просто это вроде… коллекции. Когда я впервые занимался сексом в своей комнате — в родительском доме, я имею в виду — то случайно оборвал у своей девушки пуговицу с блузки. Мы тогда этого не заметили. Потом я её нашёл, и, чтобы не потерять и мать не нашла, бросил в первую попавшуюся коробку. Ну и забыл, конечно. Потом была такая же ситуация, я снова нашёл пуговицу с платья подружки и бросил туда же. Ну… Так и пошло. Шерлок сидел в своей излюбленной позе, сложив пальцы домиком перед губами, и казался спокойным, но желваки на скулах выдавали его напряжение. — То есть ты собираешь только те пуговицы, которые оборвал во время секса? — Вроде того. Оборвал случайно, вообще-то. — Но собираешь уже целенаправленно, — процедил Шерлок. — А так как далеко не все твои… партнёрши носят блузы… то девяносто восемь — это далеко не все… Стоп. Там полно пуговиц с рубашек. С мужских! — Ну… — Джон смущённо отвёл взгляд. — В общем… Как бы… Я не гей! Но… Я би. Просто не хотел говорить. — Почему? — проскрипел Шерлок. — Да потому что меня с первого дня достало, что нас сразу же абсолютно все посчитали парой! Да и ты сам тоже… Короче, я не хотел, чтобы ты решил, будто я за тобой увиваюсь, ясно? — Увиваешься. — Нет! — рыкнул Джон. — Не увиваюсь! — Не увиваешься. Джон внезапно вынырнул из собственных переживаний. — Ты в порядке? Ты только что дважды повторил за мной. Шерлок? Ответить Шерлок не мог. Он был занят очень важным делом: держал себя в руках. Объяснить, почему слова Джона произвели на него такое впечатление, он был не в состоянии, но у него потемнело в глазах, участилось сердцебиение и дыхание, напряглись все мышцы и что-то холодное и склизкое заворочалось в желудке. Выброс адреналина Шерлок узнал, а вот остальное — нет. Да и причину понять тоже не мог. Ну в самом же деле, это же не из-за того, что Джон… Горло перехватило, сердце забилось ещё чаще. Так. Причина найдена. Теперь нужно это как-то нейтрализовать. — Шерлок! — Джон совсем близко, смотрит с тревогой. — Выдохни. Так. И ещё. А теперь вдыхай. Медленно. Ещё медленней. Хорошо, молодец. В глазах у Шерлока посветлело. Любопытно. Нейтрализатор тоже найден. Итак, сведения о том, что Джон Ватсон занимается с кем-то сексом и даже собирает маленькие трофеи, вызывают у Шерлока сильные негативные эмоции. Забота означенного Джона Ватсона о Шерлоке нейтрализует негатив и вызывает — Шерлок прислушался к себе — очень приятные ощущения, связанные, скорее всего, с появлением в его крови эндорфинов и, возможно, дофамина. Вывод: Джон должен быть рядом постоянно. Процесс размышления отнял едва ли секунду. Джон всё ещё стоял, склонившись к нему, и Шерлок мгновенно этим воспользовался, вцепившись в его свитер и рванув на себя. Правда, при этом он кое-что не учёл. Через две с половиной минуты увлекательнейшего перекатывания туда-сюда по ковру перед камином Джон, тяжело дыша, наконец уселся на Шерлока сверху, прижав его руки к полу. — Какого чёрта это было? — Недопустимо! Я забыл принять во внимание твою военную подготовку! Джон! Это в высшей степени непозволительно! Джон моргнул и попытался слезть с него. Шерлок тут же уронил его на себя обратно. — Шерлок, — очень спокойно сказал Джон. — Объясни мне, пожалуйста, каким образом мой рассказ о моей небольшой коллекции привёл нас к подобному положению? Шерлок вздохнул. — Очевидно, Джон. Ты только что оторвал пуговицу с моей рубашки. Должен тебя предупредить: всё, что в твоей коробке уже есть, я выброшу. Но в утешение тебе могу сказать, что рубашек у меня много. Джон задумчиво посмотрел на него. — А моё мнение учитывается? — Если ты собираешься и дальше пополнять свою коллекцию чужими пуговицами — то нет. — Могу я узнать — почему? — Потому что это разбалансирует мой мозг, — огрызнулся Шерлок. — Хм… А если я буду отрывать пуговицы с твоих рубашек, это твой мозг не разбалансирует? — Нет. — Шерлок… — Но только отрывать во время секса, а не в драке. — Шерлок! — Джон? — Ты идиот. Джон вздохнул и приподнял Шерлока с пола за грудки, поймав его губы своими. — Это значит, что мы договорились? — задыхаясь, уточнил Шерлок минут через двадцать. Его одежда была в полном беспорядке, а мысли расслабленно колыхались водорослями в спокойной воде. — Знаешь, нормальные люди говорят что-то вроде «Я тебя люблю»… Хотя о чём это я? — Да, я тоже удивился, — хмыкнул Шерлок. — Но я бы кое-что хотел уточнить. — Да? — Твой мозг долго будет нуждаться во мне для сбалансированной работы? Шерлок сделал вид, что задумался. — Лет сорок, не меньше. — Что же… — протянул Джон, — меня это устраивает. *** Часа через три они наконец смогли дойти до комнаты Джона и даже открыть шкаф. Правда, пуговицы из коробки торжественно высыпали только на следующее утро. Тогда же Шерлок сам положил в неё свою оторванную пуговицу — первую из многих. Через полгода в коробку легла пуговица с рубашки, которую Шерлок надевал на их свадьбу. Через десять лет пришлось завести вторую коробку.