Ангел удачи или исчадие ада

      С уходом Али комната Маринетт погрузилась в тишину. Отчего-то защитники Парижа боялись пошевелиться и нарушить это безмолвие какой-нибудь глупой фразой. Почему-то, несмотря на то, что они проводят вместе уже вторую ночь, их взаимоотношения стали переноситься на другую ступень, где они начинают отдаляться друг от друга, словно не решаясь переступить какую-то недозволенную линию — точку невозврата. Первым осмелился заговорить Кот, плавно усаживаясь на кровать девушки.       — Спасибо тебе, что отвела её журналистскую чуйку от котомассового поражения. Не хотелось бы мне, чтобы она заостряла на этом внимание.       — Как и мне, — в такт ему вторила хозяйка комнаты, вновь удобно устраиваясь в кресле. — Хотя не думаю, что она забудет этот момент. Аля всегда точно и правильно подмечает нужные акценты в тех или иных ситуациях. Думаю, это врождённое.       Улыбаясь своим мыслям и гордясь достоинством подруги, как своим собственным, Мари с тёплой улыбкой подумала о Сезер. Она всего лишь на пару секунд закрыла глаза, погрузившись в воспоминания, как чьё-то дыхание нежно коснулось её лица. Пара взволнованных глаз внимательно всматривалась в её лицо.       — Принцесса, мне кажется, или ты чересчур бледна? — с беспокойством в голосе поинтересовался Нуар.       Защитница города хотела отшутиться, но во взоре напарника чувствовалась тревога и, как-то сама не заметив, она высказалась обо всём, что её тревожило, не забыв рассказать о вечернем инциденте. Парень слушал внимательно, ласково держа её за руку. Многое Нуар и так знал, но до конца не осознавал, насколько сильно его одноклассницу беспокоят эти страхи.       — Принцесса, не переживай. Я ни за что тебя не брошу и останусь рядом. Я даже прощу тебе твоё высказывание про Лоток, вот такой вот я велиКОТушный Кот, — скаламбурил в конце юноша в надежде поднять настроение хозяйке комнаты, но улыбка лишь едва-едва проскользнула на её лицо.       — Принцесса, ты же сейчас вот-вот заснёшь! Подожди, сейчас я тебя перенесу на кровать. Вдруг вчерашние неудачи до сих пор преследуют тебя, — в шутливом тоне проговорил Адриан. Его руки с величайшей предосторожностью подняли хрупкое тело девушки и с таким же трепетным отношением аккуратно положили на кровать.       Маринетт ни на его действия, ни на его слова ничего не стала отвечать. Она чувствовала апатию к происходящему, ощущала себя какой-то слабой и разбитой. Неизвестно откуда навалившаяся усталость, неустанно гнала девушку податься этому манящему чувству и растворится в своём сновиденье.       Нуар присел рядышком и помог однокласснице снять рубашку, а после накинул на неё лежавший рядом пушистый серый плед. Мари хотела поблагодарить своего товарища по поимке акум, но в этот момент желудок героя города неожиданно забурчал, и она не смогла сдержать весёлой и задорной улыбки.       — Что, накормить тебя, мой всеядный «подопытный материал»?       — Не зови меня так, — немного раздражённо фыркнул Кот. — Лучше, мой нахальный Рыцарь, мой пленительный Кот, желанный соратник, но не так. Принцесса, разве я не заслуживаю немного любви и ласки за свою самоотверженность, за верность делу во имя твоей домашней работы? Да и как твой личный охранник, согласись, я хорош?       Говоря всё это, парень медленно приближал своё лицо к лицу девушки до тех пор, пока их носы не прикоснулись.       — Принцесса, я голоден, — его голос стал ниже на один тон, а в глазах появился какой-то тёмный и неведомый Мари огонёк.       — Т-т-так давай я принесу чего-нибудь, — от возникших мурашек, что поползли по телу после слов Нуара, героиня Парижа неожиданно для самой себя начала заикаться.       — Нет, Принцесса, ты не поняла. Я голоден, по-настоящему голоден, — томно проговорил парень, понизив свой голос ещё немного, добавив хрипотцу. Хищно облизав губы и специально задев кончиком языка губ девушки, он продолжил. — Ты разве забыла, что твой Котик плотояден? Так давай напомню.       Взор парня заволокло дымкой, зрачок расширился, а дыхание участилось. Маринетт с удивлением поняла, что Кот уже практически лежит на ней, прижимая своим телом к кровати. Она хотела возмутиться таким поведением напарника, но тот нагло прервал её возмущение поцелуем. Его язычок нахально проник в её рот и, как хозяин положения, стал ознакамливаться с новой территорией. Такой исход дел определённо не устраивал Мари, и она возмущённо выпихнула его своим языком, а в ответ Нуар отчего-то застонал. Вид у героя города был престранный: грудь тяжело вздымалась, а пальцы, как бы ненароком, подбирались к вырезу майки девушки.       — Кот, ты вообще в своём уме?! Слезь с меня! Ты, что творишь?!       Но юноша на её слова не обратил никакого внимания. Его глаза пылали страстью, и мысленно он уже представлял это молодое и упругое тело обнажённым, что будет извиваться под его ловкими руками, прося «ещё» и «ещё». Не успела девушка опомниться, как этот ушастый извращенец уже стянул с неё майку, оставив Мари в одном лишь бюстгальтере. Ещё две секунды и уже эта часть гардероба улетела в неизвестном направлении. Лёгкие касания, едва уловимое шуршание, частое дыхание и вот уже грудь героини Парижа полностью открыта пред её напарником. Проделано это было так ловко и умело, что Маринетт не успевала среагировать на происходящее. Плавно наступившая и проникшая в комнату темнота играла защитнику города на руку. В отличие от той, что сейчас невидящим взглядом смотрела в потолок, Кот прекрасно видел в темноте и увиденное ему очень нравилось. Издав урчащий звук, он решительно и самоуверенно припал губами к её соску.       От нахлынувших чувств девушка охнула. Её сердце колотилось, как бешеное. Её руки непроизвольно впились в его густую и вечно растрёпанную шевелюру. Внутри, чуть ниже живота, происходило что-то странное, какое-то шевеление, заставлявшее её плотнее сжимать бёдра. Щёки пылали, желание запретного росло, но при этом в груди не покидало чувство неправильности происходящего. Мари была в смятении и не знала, что стоило бы ей предпринять. Но вот чувство неги приятной волной вновь захватывает её тело, освобождая рассудок от всех нравственный мыслей, заставляя поддаться плоти. В итоге смесь страха и страсти, желания и стыда вылились в сдавленный стон.       — Ты так чувствительна, — оторвавшись от её груди и самодовольно ухмыльнувшись, произнёс Кот. — Но не надо стесняться. Скажи мне, чего бы ты хотела, чтобы я сделал с твоим телом.       — Мне… — выдохнула Мари, — мне всё это не нравится.       — Врёшь. Я же вижу, что ты просто таешь, — Нуар накрыл ладонью её грудь. — Видишь? Вот верный признак.       Её соски были напряжены, а голова отчаянно кружилась. Девушка не понимала, как он понимает, что с ней творится, если она сама в себе не уверена? Он вертел ею, как сорванным цветком розы, обдирая лепестки один за другим. Лишая воли, уничтожая внутри неё что-то, что она хотела сохранить. Но даже память об этом постепенно стиралась. А юноша, смотря на её растерянное выражение, хищно скалился. Блеск зелёных глаз и белоснежность его зубов — всё, что Мари могла разглядеть в темноте. В то время как парень наслаждался полным спектром удовольствия от просмотра прелестей девушки.       Маринетт не видела, но чувствовала этот похотливый взгляд. Желая укрыться от его глаз своими руками, она сделала попытку прижать их к груди. Но стоило ей ими пошевелить, как в её запястья тут же впились его крепкие пальцы.       — Принцесса, зачем же ты хочешь скрыть от меня такую красоту. Они необыкновенны. Эти два холмика с небольшими бугорками на вершине — прекрасны. Они манят, они зовут, они пленят. Это варварство скрывать такое от твоего желанного соратника?       Его губы, приблизившись к её уху, осторожно прикусили мочку и начали её слегка посасывать. Чтобы Мари не смогла прервать его забавы, он вытянул её руки вверх и перехватил их одной рукой. Его тело плотно прижимало девушку к постели. Холодным латексом, что обтягивал его грудь, он прикоснулся к груди Маринетт, чуть надавливая, но не ложась на неё полностью. Он вновь страстно и с рывком её поцеловал, только в этот раз она была готова, а потому плотно сжала губы. Раздражённо рыкнув, он свободною рукою сжал её грудь, а после большим и указательным пальцем чуть сжал её сосок. Против воли у Мари вырвался стон, а дожидавшийся этого момента герой города нагло этим воспользовался. Теперь она полностью в его власти. Хм, чем бы ему сперва заняться?       Не убирая руки и продолжая ласкать то одну, то другую грудь, он углубил поцелуй. Попытки выпихнуть его из своего рта лишь разжигали страсть подростка. Силы девушки таяли, она всё меньше могла противостоять его напору.       — Принцесса, скажи, я ведь тебе нравлюсь. Скажи, ты ведь меня хочешь. Скажи, и я доставлю тебя такое удовольствие, что тебе и не снилось, — тяжело дыша, Нуар решил снова прошептать, а не сказать вслух свои желания. Но девушка в ответ помотала головой. Её упорство начинало его раздражать. Не такую реакцию он от неё ждал.       Пока он говорил, палец правой руки обводил небольшие восьмерки вокруг пленительных гор, периодически поднимаясь на вершину, совершая уже там небольшие круги вокруг маленького холмика. Раздумывая, что же делать дальше, Кот навис головой над грудью Мари. Стоит ли ему опять с ними поиграться или приступить к более интересным делам? Пока он медленно и лениво об этом думал, он своим дыханием щекотал одно из самых чувственных мест девушки. Наконец, он принял решение. Снова страстно поцеловав Маринетт, которая вновь сжала губы, он плавно, не пропуская и дюйма её кожи, выложил дорожку из поцелуев до пупка, уделив особое внимание её упругим возвышенностями и не забыв проиграться с двумя вершинами её чувственности.       Свободной рукой он принялся стягивать единственные оставшиеся вещи на девушке — шорты и её трусы. Поняв его замысел, Маринетт энергичнее задёргалась в его объятиях. Но расслабленное тело не желало слушаться. Её жалкие попытки освободиться только веселили её напарника. Желая насладиться представлением подольше, он медленно и с чувством стягивал с неё одежду, ёщё и комментируя происходящее:       — Принцесса, ну что ты? Где страсть, где экспрессия? Твой страстный и пленительный «подопытный материал» решил углубить с тобой обучение. Он захотел сблизиться со своей Хозяйкой, чтобы одеть на себя поводок или же надеть поводок на тебя, моя Принцессочка.       Произнеся последнюю фразу, Нуар рывком стянул с девушки шорты.       — Вот и всё, Принцесса, остался последний рубеж. Как думаешь, за кем будет победа?       — Кот, пожалуйста, прекрати. Я не хочу. Что с тобой случилось? — из глаз девушки полились слёзы. От недавних приятных ощущений не осталось и следа. Его прикосновения пусть и ласковые, не приносящие боли, вызывали теперь лишь отвращение. Не калеча её тело, они калечили её душу.       — Твое тело практически уже моё, осталось получить лишь только твою душу, и я одержу победу. Я заполучу тебя любой ценой. Не сомневайся в этом. Ни за что не отпущу свою жертву, если встал на её след.       В этот момент глаза Маринетт расширились от ещё большего ужаса и понимания.       — Т-ты, т-ты… ты не мой Кот… Ты не Мой! Ты фальшивка! Ты…       — Я, я, я, помолчи, — сморщившись при звуках её голоса, парень с презрением посмотрел на лежащую под ним девушку. — С чего ты взяла, что я не он? Он, просто ты меня плохо знала. Вернее знала, но не хотела этого признавать. Сама же называла исчадием ада, сама обвиняла во всех случившихся с тобой бедах. А теперь удивляешься, как мы к такому пришли? Моя Принцессочка, ты так жестока. Ты разбиваешь мне сердце. Не кому-то, а мне — твоему похотливому Рыцарю.       Вновь предприняв попытки освободиться, девушка усиленно начала кричать:       — Уйди, сгинь! Ма-ма! Па-па! Ма-ма! Па-па! Пожалуйста, спасите! Ма-ма! Ма-ма! Па-па-п-па! — сдавленные рыдания начали подходить к горлу Маринетт. — Кто-нибу-бы-у-будь спасите меня-я-я, пожалуйста-а-а-а…       Юноша не предпринимал попыток прекратить истерику Мари, он наслаждался её мучением и осознанием безвыходного положения. Чем громче и безысходнее звучал её голос, тем кровожаднее была его улыбка       — Ма-ма! Меня, хоть кто-нибудь слышит? Кот! Кот! Ко-о-от! Спаси меня, Кот! Нуар! Нуа-а-ар! Пожалуйста, Кот, спаси-и-и! Ко-о-от!       — Глупая, я уже тут. Чего это мне спасать тебя? Мы ведь оба знаем, что на самом деле ты этого хочешь, всё твое тело говорит об этом. Доказать тебе?       Его рука легла на её бёдро и медленно, перебирая пальцами, его правая ладонь направилась к последнему клочку ткани, что оставался на её теле. Брыкаться и вырываться больше не было сил. Бессильные слёзы, надрывный всхлип и его рука, что стягивает её трусы. Спасенья нет. Возврата нет. И сил сражаться больше тоже нет…       Насвистывая весёлую мелодию, Адриан заскочил в комнату своей одноклассницы. В помещении ощущалась чужое присутствие. Мгла была настолько густой и холодной, что даже с кошачьим зрением парень с трудом различал обстановку в комнате Маринетт. Двигаться было тяжело. На сердце стало так тоскливо и одиноко, а после пришла дикая боль, что сжала этот трепещущий в груди орган в ледяные тиски. Осознание случившегося резко пронзило мозг героя Парижа. Сжав зубы, борясь с самим с собой и непослушным телом, он ринулся в ту сторону, где оставил свою одноклассницу. Её кровать полностью была покрыта серым смогом. Её образ совершенно был не видим за этим сгустком серости. Лишь приблизившись к Маринетт, Адриан услышал её слабые всхлипы и просьбы о помощи. Испугавшись за девушку не на шутку, юноша принялся её трясти, желая разбудить. Покрывавшая её мгла, ринулась на Кота, но ни чем не могла его задеть, ни притронуться, ни как-либо причинить ему вред. Наоборот, чем упорнее она бросалась на защитника города, тем меньше её становилось, тем светлее становился его контур. Взвыв, серость покинула комнату через оставленное открытым Адрианом окно. Всё происходившее вокруг героя Парижа не было им замечено. Всё его внимание было сосредоточенно на сероватом лице девушки, чьё дыхание практически не ощущалось, а тело было подобно льду, прикосновения к нему обжигало.       Но Кот не терял надежды и усиленно старался согреть Маринетт, обтирая её, укутывая в несколько одеял, крепко к себе прижимая и нашёптывая различные слова поддержки, которые, незаметно для самого парня, превратились в признания любви. В его объятиях тело девушки начало оживать. Медленно начал появляться румянец на щеках, дыхание выровнялось, а серость исчезла, сменившись на бледность. Мари открыла глаза и невидяще уставилась в пространство. Она никак не реагировала на действия Нуара, она вообще ни на что не реагировала. Её глаза были мертвы, не было и искорки от прежнего лучистого взгляда.       — Принцесса, пожалуйста, посмотри на меня! Посмотри, это я, Кот! Пожалуйста, не молчи! Очнись, Принцесса! Если ты и дальше будешь меня игнорировать, то я тебя поцелую! Да, да, поцелую! В конце концов, я так и не получил свой приз. А я ведь тебя выиграл! Значит, всё честно! Слышишь, Принцесса? Я не шучу.       Но девушка безмолвной куклой сидела на кровати, пока парень убивался вокруг неё. Сдерживая слёзы, Адриан ласково погладил девушку по её шелковистым волосам, осторожно вытер испарину со лба. Чуть трясущимися ладонями он притронулся к её щекам и нежно, словно пытаясь не потревожить эту застывшую прекрасную, но такую хрупкую фигуру, коснулся её губ своими губами. От такого невинного касания тело подростка будто поразил разряд молнии. Чувства были так остры и сильны, что в шоке Адриан отскочил от своей одноклассницы. На мгновение взгляд девушки прояснился, но Маринетт тут же вновь окаменела, стоило ей увидеть Кота. Но в этот раз её глаза больше не были пугающе-потухшими. Агрест чувствовал, что её мысли где-то далеко, где угодно, но не рядом с ним, не в этой комнате. Она ещё была охвачена оковами сна. Её разум до сих пор был во власти Морфея, хотя его одноклассница уже сидела с открытыми глазами.       Парень прекрасно помнил, как его самого колошматило после недавнего ужасного сновиденья, и как тяжело ему было. Но смотреть на её муки ему было совершенно невыносимо. Он осторожно положил руку Мари на плечо. Девушка вздрогнула, взглянула на него снизу вверх. Её взор окончательно прояснился. Небесные глаза встретились с зелёными, прозвучал безмолвный вопрос, на который был дан такой же безмолвный ответ, однако, кто вопрошал, а кто отвечал, осталось тайной. Нуар не столько услышал, сколько почувствовал, как из её груди вырывается глубокий вздох.       Держать руку на плече Маринетт было приятно, и юноша подумал, что ощущать её обнажённую кожу — вот, наверное, наслаждение несравнимое ни с чем. То, как доверчиво она смотрит на него, то, как трепетно прижимается к нему, желая найти в нём защиту, то, как доверяет, несмотря ни на что, делало героя Парижа по-настоящему счастливым.       — Всё закончилось. Прости, что покинул тебя, — присев пред ней на колени и склонив голову, защитник раскаивался в своём проступке.       — Нет, спасибо, что ты спас меня. Я… — голос хозяйки комнаты дрогнул, но взяв себя в руки, она продолжила, — я бы не смогла вернуться из этого кошмара сама… спасибо. Это ведь был сон? Да?       Такая солнечная и светлая девушка, вечно светящаяся позитивом, сейчас казалась бледной тенью себя прежней. Словно кто-то вытягивает из неё все соки перед тем, как прервать её жизнь. Сердце Адриана обливалось кровью от мысли, что из-за его недалёкого проступка он мог её потерять. Знал, что за ней кто-то охотится. Знал, что рядом с ней околачивается смерть. Знал, он всё знал, но посмел оставить её спящую и беспомощную одну, ради того, чтобы утолить свой голод. Мог ведь сходить в ближайшую забегаловку. Но нет же, он направился к себе домой. Домой, где отец был недоволен его последней фотосессией, где Натали непрестанно напоминала о его расписании, где четыре стены родного места стали похожи на решётки тюрьмы…       «Не понимаю… Я совершенно не понимаю, что заставило меня вернуться к себе домой. Я ведь и не хотел. Но что-то упорно меня отсюда выгоняло. И, похоже, я уже знаю ответ… Хочешь смерти моей Принцессы? Ни за что и никогда! Слышишь, старуха с косой? Ни за что и никогда! Верный Рыцарь будет верен своей Принцессе до конца и навсегда! Навсегда…»       Всё это время, что Адриан корил себя, Маринетт внимательно смотрела на своего напарника. И чем больше смотрела, тем больше понимала насколько она была глупа. Как можно была спутать её Кота с той подделкой? Как можно было не различить реальность и сон? Девушка потёрла свои запястья и в ужасе заметила на них отпечатки чей-то руки. Не желая их показывать Коту, она укуталась в лежащий рядом плед.       — Извини, Принцесса, но я думаю, что тебе стоит ещё поспать. Твой вид сейчас не самый лучший. Кажется, что, подуй на тебя, и ты исчезнешь. Поспи и будь спокойна. В этот раз я тебя не покину, не сомкну глаз и буду тебя охранять.       Убрав влажные пряди с лица Маринетт, Нуар бережно поцеловал её в лоб и ненавязчиво заставил её прилечь обратно на постель. Он прикоснулся своей ладонью её правой щеки, неотрывно смотря на девушку тёплым и нежным взглядом.        — Ты моё самое главное сокровище. Ты мой лучик света, так гори же ярче солнца, а я защищу твоё пламя, — негромко прошептал он.       Голос Кота был ниже, чем обычно и чуть хрипловат, но совсем не походил на голос «того другого». Этот голос юноши был так сладок и маним, что Мари не смогла сдержать смущённой улыбки. Её щёчки приобрели алый оттенок, а по телу пролилась приятная волна. Это было схоже с недавними ощущениями, но сейчас она знала, что всё иначе. В этот раз рядом с ней не самозванец. В этот раз с ней её верный Рыцарь, её личный Кот. А тем временем его большая и надёжная рука продолжала ласково прикасаться к её лицу.       — Скажи, Принцесса, что мне сделать? Твой потерянный взгляд. Я готов на всё… как стереть из твоих воспоминаний этот недавний кошмар?       Краснея ещё сильнее, защитница города едва слышно пробормотала:       — М… можно, я обниму твою руку? Умм… и я не собираюсь с ней что-либо делать.       Слова девушки стали неожиданностью для Агреста, но раз она такое говорит, значит, ей становится лучше.       — Ха-ха, Принцесса, что например? Как по мне, так ты уже с ней что-то делаешь, — желая её развеселить, начал в шутливом тоне говорить Адриан, наблюдая, как тонкие пальцы Маринетт обвили его ладонь.       — Ну, например… я не стану чесать ею нос. Пойдёт? — не желая от него отставать, произнесла в таком же тоне Мари.       — Ничего страшного. Я не буду возражать, даже если ты засунешь мой палец в ноздрю, — с самым серьёзным выражением, какое он смог сейчас изобразить на своём лице, ответил герой Парижа.       — Хи-хи, Кот, не говори ерунды, я бы никогда так не поступила, — радостная улыбка расползлась по лицу девушки.       — Наконец-то ты улыбнулась, моя Принцесса.       В глазах юноши было столько нежности, заботы и… любви? Что Мари, глядя в эти изумруды, что сейчас были схожи с зеленеющим морем, в чьих глубинах она с удовольствием бы утонула, чувствовала себя самой счастливой и желанной девушкой на свете.       — Спасибо тебе, Нуар. Спасибо, что остаёшься рядом. Мне становится легче, когда я чувствую твоё прикосновение. Так я по-настоящему осознаю твоё «подлинное», а не «фальшивое» присутствие.* Знаешь, я бы хотела, чтобы сегодня ты был только моим… Хочу касаться тебя ещё и ещё… и долго слушать звучание твоего голоса… И знаешь, я… Кот. Я действительно…       Сонное бормотание одноклассницы плавно перешло в мирное сопение.       — Эй… Не смей сейчас засыпать! Что ты хотела со мной сделать? Эй, я должен знать! Принцесса, проснись! — возмущению Адриана не было предела. Как она могла? На самом интересном месте!       Но девушка никак не реагировала на его бурные слова, лишь крепче сжимала его ладонь и блаженно улыбалась во сне.       — А, так вот оно что… ты не проснёшься. Значит, я забираю свою руку… которую ты так усиленно и самоотверженно обнимаешь, — из вредности и из чувства обиженного достоинства пробормотал юноша, пытаясь освободить свою ладонь из цепких рук одноклассницы. — Блин, Принцесса, и почему у тебя такая сильная хватка? Чёрт, как же мне теперь тебя караулить? Эх, теперь придётся спать вместе… Но мы ещё обязательно вернёмся к этому разговору… Что ты имела в виду под словами, что желаешь сделать меня своим? Дурочка, я уже давно принадлежу лишь тебе одной…       Тихо прошептав последние слова, парень, не желая разбудить свою спящую красавицу, легко и нежно, как тёплый летний ветерок, прикоснулся к губам… любимой. Сердце сделало свой выбор, осталось услышать выбор его Принцессы…