Из истории освоения Нейруса. Молодые годы первого Президента.

Осторожно прокравшись в туалет с фонариком и учебником истории, Володя устроился в самом дальнем углу и стал читать. Целый месяц бесконечных нарядов не мог пройти даром. Теперь все мышцы болели от непривычных нагрузок во время тренировок по боксу и занятий на скалодроме, а по некоторым предметам (вроде истории) приходилось предпринимать экстренные меры. В этом полугодии они проходили Последнюю Войну, бушевавшую почти весь двадцать второй век и закончившуюся менее семидесяти лет назад. Последняя война привела к тому, что с карты Земли были стерты границы всех государств – правительства всех ведущих стран были уничтожены. Если начиналась эта война, как борьба самых сильных государств за ресурсы – то закончилась борьбой за простое выживание между отдельными группами людей. За время Последней Войны была уничтожена почти вся инфраструктура, уровень производства скатился к девятнадцатому веку, человечество катилось дальше – к полной потере признаков цивилизации и новому Каменному Веку – так, по крайней мере, считал их учитель истории. Как-то разрозненные остатки правительств смогли все же договориться, остановить военные действия, начать восстанавливать то, что еще было возможно. За семьдесят лет восстановить удалось не так уж много. Ну, или много. Тут мнения расходились – так же, как по поводу стакана, который, то ли наполовину полон, то ли наполовину пуст. Конечно, никто больше не воевал, не голодал, не умирал из-за отсутствия воды или необходимых лекарств. В сфере космических технологий был совершен мощный прорыв, удалось восстановить спутниковую связь, Интернет и телевидение, создать невиданные прежде космические корабли. Но историк сетовал, что быт землян двадцать третьего века почти не отличался от века двадцать третьего или даже двадцатого. А если и отличался, то в худшую сторону. Автомобили стали роскошью. На производстве и в сельском хозяйстве работали люди, а не роботы, даже на опасных видах работ – под землей, например, на большой высоте – продолжали трудиться люди, что вызывало возмущение Степана Романовича. Володя этого возмущения не разделял. Он вообще не понимал зачем ему могут понадобиться знания по истории (ну, кроме самых приблизительных) – поэтому последний зачет по истории он провалил – теперь нужно было пересдавать. В туалете загорелся свет. -Тяга к знаниям, конечно, похвальна, - произнес Петр Сергеевич. Володя обреченно поднялся с пола. -Фонарик мне, - распорядился Пушкарев, - пятнадцать раз отжаться и спать. Володя, закусив губу, повиновался. Ладно, хоть Пушкарев не отнял учебник – спустя пару часов можно будет повторить попытку. Володя выработал в себе эту привычку – спать ровно отведенное время, просыпаясь без будильника. Когда через два часа он проснулся, выбрался из спальни и… его сцапал за плечо Пушкарев. Володя изумленно обернулся: -Как Вы это сделали?! -Несложно было догадаться, что ты предпримешь вторую попытку, - хмыкнул Петр Сергеевич себе в бороду, - учебник-то я тебе оставил. -Я не об этом. Я Вас не услышал! Не так-то просто было подкрасться к нему незамеченным – это Володя прекрасно знал – и то, что у Пушкарева получилось… Петр Сергеевич довольно улыбнулся: -Кажется, кое-что еще умею, да? Володя согласно кивнул. -Учебник отдай, - попросил воспитатель, насмешливо глядя на парня, - и можешь продолжать восхищаться. -Мне очень нужно доучить, - поморщился тот, - завтра зачет по истории… -Сегодня, - поправил Пушкарев. -Сегодня, - согласился Володя, - а она первым уроком. -Ничего, - усмехнулся Петр Сергеевич, - сегодня вы с Волковым историю пропустите. Вас вызывает директор училища. Сразу после завтрака отправляетесь к нему. -И зачем нам к директору? – хмуро поинтересовался Сережка, узнав эту новость. – Что мы опять натворили? -Тебе, Волков, виднее, - отозвался Пушкарев, провожая их в административный корпус. Оказалось, они ничего не натворили. Им пришло приглашение из Академии. Поступить на подготовительный курс отделения Космической Навигации. -Там готовят капитанов Дальней Разведки, - пояснил Станислав Павлович. -Мы знаем, - коротко сказал слегка ошарашенный новостью Сережка. Володя молча смотрел в пол. Значит, бескрайний космос, неизвестные планеты и, возможно, новые миры, цивилизации. Еще пару лет… да что там – год назад, он пришел бы в восторг от такой перспективы. Но не сейчас. Пример Олега был достаточно убедителен, и он успел его проанализировать. Если проводишь в космосе несколько месяцев кряду – это уже не очень хорошо для семьи, а если торчать там годами… -И почему они нами заинтересовались? – спрашивал тем временем Волков. – Из-за оценок? Так у Кудинова они лучше. -Хорошие оценки, это необходимо, но недостаточно для Академии, - отозвался Станислав Павлович, - гораздо больше их заинтересовали результаты ваших психотестов. Кстати, их необходимо будет пересдать, если Вы согласитесь. Ну, и, разумеется, вы не должны провалить годовые экзамены. Так что скажете? -Конечно да, - сразу же отозвался Сережка. Володя немного помедлил, потом произнес, по-прежнему глядя в пол: -Я не буду поступать на Навигацию. -Почему?! Волков смотрел на него разочарованно. -А куда собираешься? – поинтересовался Станислав Павлович. Володя пожал плечами: -Не знаю. Но не в космический флот точно. Он впервые говорил это вслух. И от того было не по себе. А может, дело в том, что Волков смотрел на него, как на предателя. -У вас есть еще пара месяцев на раздумья, - сообщил директор, - а пока можете идти. Ребята поднялись со стульев. -Ты, Климовцев, задержись. Володя почему-то ждал, что Станислав Павлович начнет его отговаривать, но тот заговорил совсем о другом. -Если ты остаешься в училище, - произнес директор, - но не хочешь во флот - у тебя только два пути. Наземная инженерная служба – но это не гарантия, что постоянно будешь на Земле. Или сейчас переводишься на медицинское отделение, потом поступаешь в гражданскую Медицинскую Академию – с нашей базой это у тебя наверняка выйдет. -А можно перевестись? -Можно. Технически. Сдаешь вместе с медицинским отделением анатомию, физиологию, астрофизиологию и со следующего курса учишься с ними. Насколько у тебя это практически выйдет – не знаю. Ведь сейчас тебе придется посещать совсем другие предметы. Сможешь сам подготовиться? Володя пару секунд подумал. Потом кивнул: -Смогу. -Ну и отлично. Волков не разговаривал с ним весь день, так что Володя всерьез жалел о произнесенных в кабинете директора словах. И даже Сережке сказал, что передумал и пойдет в Академию. Но тот лишь раздраженно дернул плечом: -В одолжениях не нуждаюсь. А вечером Пушкарев позвал их к себе в кабинет. -Вы нормальные? – поинтересовался он едва парни зашли. – Из-за чего решили покрыситься? Из-за того, что ты, Волков, хочешь в космос, а Климовцев не хочет? По-вашему, друзья только тогда друзья, когда вместе учатся спят и едят?! Миритесь или из нарядов не вылезете! -За что? – насупился Волков. -Найду за что, - пообещал Петр Сергеевич. Они помирились. Формально. Но Володя знал, что Сережка на него все равно дуется. И вообще он стал сам не свой. Думал о чем-то постоянно, позабыл свои шуточки. А однажды ночью, проснувшись, Володя увидел, что Сережка не спит, а лежит в своей кровати, уставившись в потолок. Он выбрался из постели и подошел к нему. -Серьезно, - сказал он негромко, словно продолжая давний разговор, - могу пойти на Навигацию. Наверняка там прикольно учиться. Сережка усмехнулся, сел в кровати: -Ну да. А потом нам дадут один корабль на двоих? Глупо. Пушкарев прав, а я идиот. Если хочешь сидеть всю жизнь на Земле – твое право. Володя промолчал. -Я боюсь, что не потяну без тебя эту Академию, - вдруг признался Сережка, - вот в чем дело. И физика, и эти психотесты… я вообще забил бы на них, если бы не ты. Володя пожал плечами: -Но сдал-то ты их сам. И по физике давно все контрольные пишешь. И то, что тебе страшно… ерунда на самом деле. Я когда прилетел сюда с Нейруса – вот когда было страшно. На Нейрусе у меня остались друзья. Вообще все, кого знал. А тут… я понятия не имел даже, что должен вратарь на воротах делать, а ты меня в первый же день поставил на них, помнишь? Сережка усмехнулся: -Ну да… Вообще-то ни черта не было заметно, что ты чего-то там боишься. Я думал поэтому, что ты на редкость наглый пацан, которому все до лампочки. Ладно… давай эти полгода ты мне с домашкой не помогаешь. Совсем. Посмотрим, что из этого выйдет. Может я вообще провалю экзамены и не поступлю. -Навряд ли, - возразил Володя. Волков дернул плечом: -Да. Приятно, когда друг в тебя верит. На этом их размолвка была закончена. Приближался Новый Год и Володя все чаще думал о Марине. Она уже сообщила ему о дате проведения школьного вечера – Олег как раз в это время должен был быть на Земле. Он собирался поехать на этот раз вместе с Володей, снять номер в гостинице и встретить его сразу после вечера. План был отличный. Вот только Марине не нравилось, что он не заглянет к ней в гости. «Ну а смыться от своего Олега ночью ты не сможешь?» - поинтересовалась она у него по электронке. Вероятно, он мог. Вот только не собирался. К тому же совершенно не понимал, зачем это делать – Олег планировал, как и обычно, оставить его в деревне на все зимние каникулы, и она там тоже будет. Смысл непременно устраивать свидание в тот самый день, когда он будет с Олегом? Впрочем, Володя догадывался, в чем был смысл. Марина наверняка надеялась, что их застанут родители. И мать и отец. Ей был нужен скандал, в центре которого она. Наверное, ей хотелось надеяться, что этот скандал объединит ее семью – хотя бы на время. Маринка была безмерно рада, когда он приехал. И весь вечер с удовольствием была в центре внимания. Володя понимал, в чем тут дело. В его парадной форме, выданной на руки по случаю праздника, в еще не до конца забытой истории с Витьком, после которой многие Маринкины знакомые ребята считали, что с ней никто и никогда не будет встречаться. Его и сейчас некоторые пытались просветить насчет того, с кем он пришел на вечер. Он давал понять, что ему это не интересно. -Так придешь сегодня? – улыбаясь, спросила девушка, когда они уже выходили из школы. Было девять. Еще не поздно, но уже темно. Родители Марину не встречали, и Володя взялся ее проводить, благо было недалеко – перейти улицу и миновать двор. -Я не могу. Ее настроение мгновенно поменялось -Не можешь или не хочешь? – сухо спросила она. -Не могу. Я должен быть в гостинице в десять. Так они договорились с Олегом. -А если не придешь? -Я ему обещал. Кажется, для Марины это прозвучало, как пустой звук. -Я не могу его обманывать, - попытался объяснить Володя. -Почему? Он тебе никто. -Он мне не никто. - Теперь он злился. «Он тебе никто» - это был аргумент Светланы в спорах с Олегом. Услышал Володя его как раз перед этой поездкой. -Он меня не бросил, - снова пытается он объяснить то, что, по его мнению, объяснять не нужно, - хотя мог бы. Спокойно. Он мне не никто. Он больше, чем родители. Родители со своими детьми возятся. А он со мной… Даже после того, как я его надул в прошлый раз, он меня не послал. Марина молчит. Они уже миновали улицу и шагают по темному двору, добираются до подъезда. - Если не придешь, то мы больше не встречаемся, - сухо сообщила она. Володю охватывает злость. Она вообще слышала, о чем он ей говорил?! Он молчит, чтобы не дать этой злости прорваться наружу. А Марина в это время, находит ключи, открывает дверь подъезда, вопросительно смотрит на него. -Значит, не встречаемся, - сухо соглашается он, разворачивается и спокойно уходит. Хотя ощущения такие, будто по жилам вдруг потек раскаленный металл. От Олега не укрылось его настроение, но у Володи не было желания разговаривать – он торопливо разделся и лег в постель, притворился, что уснул. Олег некоторое время ходил по комнате, что-то делал, потом зашуршал какой-то книгой, наконец, выключил свет, поворочался некоторое время и уснул. Володя лег на спину, взял со столика телефон Олега, вышел в сеть. Маринка понаприсылала ему кучу сообщений. Общая суть сводилась к тому, что если он не придет сегодня, то он не мужик, а размазня, «маменькин сыночек» (?!). Володя поднялся, натянул брюки и подошел к окну. Открыть получилось совершенно бесшумно – Олег даже не пошевелился во сне - в грудь ударило морозным воздухом. Он взглянул вниз – всего-то третий этаж… Он легко представил, как выбирается на улицу – гораздо сложнее было представить, как утром он будет смотреть Олегу в глаза. Володя снова глянул на телефон. Марина успела прислать еще пять сообщений. Коротких, но емких. Характеризующих его не лучшим образом. В последнем заявлялось: «Я тебя ненавижу». Володя закрыл окно, не раздеваясь, лег. Это было неправильно. Вся эта ситуация, а тем более эти ее слова. Он вспомнил, как Марина всхлипывала из-за его ожога в то лето, когда они только познакомились. Тогда все было очень просто. А теперь совершенно запуталось. Может, он не прав, ценя свое слово данное Олегу больше, чем желание Марины затащить его в свою квартиру? Может… но он едва ли заслужил все те слова, которые она ему написала. Особенно последние. Не удержавшись, он снова зашел на свою страничку. «Идиот», «Дурак», «Как жаль, что я тебя встретила», «Забудь, как меня зовут» и так далее. Володя раздраженно отложил телефон, достал из-под подушки конспекты по анатомии, которые одолжил у Кольки Стратова, фонарик и принялся читать. Так его и застало утро. Олег проснулся, встал, забрал свой телефон у Володи с кровати, включил его. -Ого… Володя запоздало сообразил, что Олег увидит, включив свой телефон, закусил губу: -Можешь выйти из переписки и удалить ее? – попросил он Олега. -Да, - Молодой человек на некоторое время замолчал, но Володя чувствовал на себя его взгляд, - Насколько плохо? – спросил он, наконец. Володя ответил не сразу, потом нехотя произнес, не отрываясь от конспекта: -Восьмерочка. -На меня сильно злишься? Теперь Володя поднял на него удивленные глаза: -С чего бы? -Ну, это из-за меня ты не пошел… Парень недовольно дернул плечом и вновь вернулся к чтению: -Не совсем из-за тебя. -Ладно. Тогда ты, наверное, меня не убьешь, если я скажу тебе кое-что… Володя отложил конспект. -Если вот это все, - Олег кивнул на телефон, - только из-за того, что ты не пришел к ней сегодня – тебе остается только порадоваться, что все случилось до того, как вы оказались действительно крепко связаны друг с другом. Володя раздраженно закусил губу: -Жалко, что у вас со Светкой, такого не случилось, - выговорил он, в отместку Олегу, и тут же пожалел. Но тот лишь пожал плечами: -Случалось, - возразил он Володе, - и не раз. И я ни разу не выдержал. Все время шел извиняться и мириться, хотя ей, наверное, не очень это было нужно. Результат, ты сам знаешь какой. Володя некоторое время сидел неподвижно, размышляя над словами Олега, потом дернул плечом: -Ладно. Посмотрим. Нам собираться уже надо, верно? -Да, - согласился Олег, - пора. Маринка гуляла под его окном под ручку с Глебом. Снова. Как два года назад. Володя понятия не имел, как правильно вести себя в этой ситуации. Но характер заставлял поступать вопреки тому, к чему его принуждают. Марина добивалась его ревности – а он не ревновал. Она, очевидно, ждала, что он придет к ней мириться, увидев ее прогулки с Глебом, а он этого делать не собирался. Даже если он не прав. Утром он спускался на кухню, помогал Елизавете Николаевне с завтраком, потом чистил от снега дорожки, потом поднимался к себе и учил анатомию с физиологией, выкинув все лишнее из головы. У него отлично получалось. Сегодня Марина с Глебом не появились. И на следующий день тоже. А на третий день, когда Володя отправился в местный магазин, к нему подошел Глеб. Теперь они были почти одного роста, но Глеб уже заметно раздался в плечах и в свои семнадцать, выглядел совсем взрослым парнем. -Надеюсь, ты с Маринкой больше не встречаешься? – поинтересовался он. -Учитывая, что вы с ней каждый день дорожки топчете… - поморщился Володя, - странный вопрос. -Ну, допустим, уже оттоптали. Она со мной гуляла только тебе назло, - сказал Глеб, - а я с ней гулял, только чтобы… в общем ты маленький – не поймешь. Володя резко остановился, глянул Глебу в лицо. -Ну, или поймешь, - хмыкнул тот, - Я к тому, что если вдруг ты собираешься с ней встречаться… или она тебе на меня нажалуется, и ты соберешься мне физиономию бить… Это дурная идея. Понял? Мы с ней с первого дня обо всем договорились. Правда я не знал, что мне так быстро надоест. Володя пару секунд размышлял, потом спросил: -Надеюсь, ты только мне это рассказал? Глеб кивнул: -Пока да. -Вот и не трепись. Понял? Глеб некоторое время смотрел на него, словно изучая, потом кивнул: -Как скажешь, - и зашагал прочь. Володя дошел все-таки до магазина, купил то, что собирался, а потом направился к Марине. Он еще не знал, о чем они будут говорить, и чем этот разговор закончится, но почему-то был уверен, что должен к ней прийти. Открыла дверь Маринина бабушка, позвала девушку. Та покраснела, увидев Володю, на лице мелькнула тень улыбки – она подумала, что он пришел извиняться, поэтому, подождав, пока он снимет куртку, потащила к себе в комнату. -Я с Глебом разговаривал, - сказал Володя, как только дверь за ним закрылась. Марина замерла на минуту, потом настороженно спросила: -Ну и что он тебе наврал? -Наврал? – поинтересовался Володя. Девушка секунду смотрела ему в глаза, потом отвернулась к окну: -Сам виноват, - тихо произнесла она, - ты делал вид, что тебе плевать, что я с ним снова стала встречаться. -И ты, назло мне? -Ну да… -А со мной назло родителям? Девушка равнодушно пожала плечами. -Ну а что-то ты делала, потому что сама хочешь? Она не ответила. Володя перевел дух. Теперь он, наконец, принял решение. -Марин, ты мне нравишься, - сказал он, - и мне плевать на Глеба, на кого угодно. Но я буду с тобой встречаться, только если ты этого хочешь. А назло со мной встречаться не нужно. Он ушел. Дома засел за конспекты, хотя хотелось просто лечь и умереть. Он этого не собирался делать. Когда-нибудь же должно стать легче, рано или поздно… Конечно, скорее поздно… или даже настолько поздно, что никогда. Этот вовсе не значило, что не нужно готовиться к экзаменам. В конце каникул приехал Олег, сообщил, что его зовут обратно на дальние рейсы, и он решил согласиться. Вылет через два месяца, расчетное время рейса – год. Это означало никаких летних каникул в деревне. Может, Станислав Павлович и отпустит его без опекуна на недельку – но не больше. Володя воспринял это спокойно. С Маринкой они расстались, Волков, уже летом уедет в Академию – почему бы Олегу не улететь на год в свой космос? Вероятно, все просто сговорились не отвлекать его своим присутствием от подготовки к экзаменам… Он еще не знал, что все-таки приедет сюда на все летние каникулы. В мае умрет Елизавета Николаевна. И, побывав с разрешения Станислава Павловича на похоронах, Володя вернется в училище, отправится к директору и заявит, что если его не отпустят к Антону Алексеевичу на ВСЕ каникулы, он сбежит, поселится в лесу неподалеку от деревни и никто из землян в жизни не найдет его, пока он не захочет. Станислав Павлович долго изучающе смотрел на него, потом поинтересовался: -Надеюсь, это шутка? -Почти, - отозвался Володя. -Ну, тогда езжай. В деревне он готовил завтрак и обед – так, как делала это Елизавета Николаевна, ездил с Антоном Алексеевичем на работу. Марина в этом году не приехала. Когда Антон Алексеевич провожал его в августе в училище, то перевел дух и сказал: -Дождаться бы теперь Олега.