История о том, как я в свою любимую игру попала

Хм, где я находилась? Очередной странный сон, где меня называют убийцей или что-то вроде, верно? Я стала ходить по этой темноте, чтобы побыстрее покончить с этим, но почему-то долгое время ничего не появлялось. Я уже стала беспокоиться. Вдруг это и не сон вовсе? Мало ли где я могла оказаться. Например в... Даже не знаю! В Пустоте какой-нибудь. Однако вдалеке стал появляться лучик света, так что я пошла к нему. Вблизи я увидела, что это была она. Да, тот самый демон, что не раз вселялся в меня. Наверное, мне нужно было поговорить с ней, да? Я подошла ближе. — Что тебе нужно? Опять хочешь сказать, что ты вернешься или что все мои друзья умрут, да? Я предположила это, потому что уже знала, что примерно она будет говорить в таких снах, как этот! — Хи-хи, не спеши так быстро навешивать ярлыки. На самом деле я пришла, чтобы сказать, что... у нас не вышло все испортить! И что же это могло значить? — Что? О чем ты? Что ты хотела испортить? — спросила я, чуть отходя назад. — Ну, во-первых, не я, а мы, а во-вторых... Брось, ты же знаешь, что я говорю про то, что случилось с Андайн. Мы оставляли тебе послания в Эхо-цветах, предупреждали, что тебе не понравится то, что случится с твоими друзьями, если ты пройдешь дальше. Мы были уверены, что в итоге кто-нибудь из них умрет, и ты будешь жалеть. Но нет! Ты защитила их, пожертвовав собой. А ведь ты могла бы умереть. Тебе повезло, что этого не случилось. Что ж, похоже, ты действительно не такая глупая, как мы думали. Она действительно не ожидала, что я спасу друзей? Это было глупо с ее стороны. Или же где-то здесь был какой-то подвох. Но... она все время говорила «мы». С ней был кто-то еще? — Это, конечно, очень интересно, но что значит «мы?» С тобой кто-то еще? — не испугалась я спросить. — Ой, я разве не сказала тебе? Да и ты сама не догадалась. Возможно, я ошиблась, когда назвала тебя не совсем уж глупой. Ты серьезно ничего не поняла? Я заодно с твоим другом — Сансом. Ой, я сказала с твоим? Я имела в виду... С моим. С тем самым. Помнишь его? Он принес тебя сюда. Он называет себя... Эррор. Итак, Чара и Эррор действительно заодно. Пожалуй, это можно было предвидеть. — Но зачем вам это нужно? Он уничтожает альтернативные вселенные! Причём здесь ты? Я всё ещё помнила его слова об оригинальной вселенной, но что, если Чара могла дать больше информации? — Ой, да ладно! Не притворяйся глупой! Ты же все знаешь про меня! И ты знаешь, что я хочу уничтожить этот мир! Когда этого мира не станет, все эти «альтернативные миры» тоже исчезнут, чего и хочет Эррор. И с твоей помощью мы сделаем это. Что ж, никакой новой информации. Зато теперь я уверена в старой. Значит, хотят уничтожить все миры с моей помощью? Ещё чего. — С чего ты взяла, что я помогу вам? Я ведь не собиралась никаким образом уничтожать оригинальную вселенную. Не с помощью геноцида, не каким-либо ещё способом! — Это ты так думаешь. Ты думаешь, что ты добрая и невинная, что ты никогда никого не убьешь, но... это не так. Я знаю это. Почему же ты тогда решила пройти геноцид? Тебя никто не просил, ты просто захотела. Я могла бы подумать, что только из-за того, чтобы узнать, что произойдет. Но... Даже когда геноцид был пройден, ты возвращалась к нему. Просто так, по своему желанию. Ты снова и снова убивала своих так называемых друзей. И после этого ты говоришь, что не сделаешь этого снова? Ха, тебя просто нужно... подтолкнуть! Я так хотела ударить ее, но... она была права. Я действительно проходила геноцид снова и снова. Но сейчас они живые, сейчас мы действительно дружим. Мы разговариваем, шутим, даже грустим, но по-настоящему... Поэтому сейчас никакого геноцида не будет! — Нет... Этого не будет! Никогда! — с криком я действительно ударила ее! — Ах ты!.. Ты совершила большую ошибку, сделав это. Я отомщу тебе, но позже. А сейчас... проснись! Я действительно очнулась. Нет, это не было внезапно, но я чувствовала, как глаза чуть-чуть приоткрылись. Да, чуть-чуть, но не больше. Полностью открыть их я не могла. Шевелиться тоже было трудно, а встать я и вообще не смогла. Я бы хотела понять, где нахожусь, но почти закрытые глаза не позволяли. Однако слышала я неплохо и уловила разговор, который вели знакомые голоса. — С ней точно все будет в порядке? Тот голос был похож на Андайн. Она интересовалась, что со мной? Почему? — Андайн, зачем ты напала на человека, если говорила, что вы подружитесь? А это... точно Папирус! — Прости, Папирус. Я просто была уверена, что она опасна и может навредить. Но она... приняла удар на себя, когда могла бы дать этому копью ранить меня. Ну неужели она наконец-то поняла, что всё это время я всего лишь хотела подружиться с ней? — Я надеюсь, что с ней все будет в порядке. Да? — кажется, он к кому-то обращался. Но к кому? К Андайн? — Н-н-не волнуйся, Папирус, я уверена, что в-все будет хорошо! Кажется, этот голос был мне знаком. Но я не могла быть на сто процентов уверенной. — Хорошо это слышать, Альфис! Альфис? Я была в ее лаборатории? О, в прошлый раз это плохо кончилось. Я попыталась открыть глаза, но безрезультатно. Двигаться было еще труднее, но мне надо было подать какой-то знак. Я решила попробовать говорить, но вместо этого послышались лишь тихие хрипы. Но, похоже, это все же привлекло их внимание. — Я, к-кажется, что-то слышала. П-п-пойду посмотрю. Похоже, это была Альфис. Меньше всего мне хотелось, чтобы она подходила ко мне. В прошлый раз у нас была не самая лучшая встреча. Звук её шагов становился все четче. Мне стало не очень хорошо, но разве это остановило бы Альфис? Шаги стали совсем громкими, а затем прекратились. Похоже, она была здесь. — Э-эм, ты как? Ты в порядке? — спросила ящерица. Неужели по тому, как я выглядела, не было видно? Хотя на самом деле я даже не знала, как выглядела сейчас. Я попыталась ответить, но вновь выдала лишь непонятные хрипы. — Оу, да, ты некоторое время не сможешь говорить, но не волнуйся! Просто кивни, если с тобой все хорошо и п-п-поверти головой, если н-не в порядке. Я повертела головой, так как чувствовала себя довольно... ужасно. Затем я вновь попыталась открыть глаза, чтобы хотя бы видеть. — О, по поводу твоих глаз. Тебе трудно их открывать, да? Ну, в общем, если ты хочешь видеть, то тебе нужно расслабиться, полностью закрыть глаза, а з-затем... А затем резко о-о-открой их! Очень р-резко! Я знала, что это будет больно, но мне пришлось выполнить указания. Я закрыла глаза и полностью расслабилась. Я быстро представила, как открываю глаза и начинаю видеть. И также быстро я открыла их. О, это правда было больно, как я и думала. К счастью, теперь я хотя бы могла видеть. Да, та самая лаборатория, та самая Альфис. Ничего не изменилось. — О, молодец. Слушай, тебе придется остаться здесь ненадолго, чтобы... Я резко прервала ее хрипением, вспомнив, что произошло в прошлый раз, когда Альфис мне это сказала. — Альфис, ну как она?! Я наконец-то смогла увидеть Папируса. Похоже, ему надоело ждать, и он решил сам проверить, как я там. — Что ж, ей значительно лучше. Она уже открыла глаза, но... говорить пока не может. Но это ненадолго. Тем более... если она примет особую лечащую еду, то ей станет лучше. Но... у меня такой нет. Точно! Еда! Нет, у Альфис точно была лапша в холодильнике. Она снова врала? Я пыталась закричать на нее, но, конечно же, не выходило. — Что это с ней? — поинтересовался Папирус. Вот его я волновала значительно больше, чем эту ящерицу. — Не знаю! Думаю, она хочет что-то сказать. Но, к сожалению, пока мы не найдем ей что-нибудь подлечиться, мы не узнаем, что она хочет. Ну нет, я прямо слышала, что она врет! Я не могла этого так оставить. Чтобы сказать им, что мне нужно, мне пришлось использовать не рот. Я слегка подняла руку и указала на Альфис. Она обратила внимание. Затем я показала рукой прямоугольник. — Прямоугольник? Это... Меттатон? — предположил Папс. Да уж, из всего, что можно было назвать, Папирусу пришел в голову только этот робот. — Что значит прямоугольник? Я не понимаю! Альфис, несмотря на любовь ко лжи, хотя бы призналась, что не понимает, о чём я. Я стала думать, как показать что-то вроде холода. В холодильнике ведь холодно! Но для этого потребовалось бы больше одной руки. Пришлось действовать по другому. Я начала показывать на пол. — Хм, пол? Внизу, да? Прямоугольник внизу, верно? Да, она угадала. Внизу вроде был только один прямоугольник. Холодильник. — Прости, но... внизу у меня нет прямоугольников. После этого у меня уменьшились зрачки. Это же была наглая ложь! Мои друзья приводят меня к Альфис, чтобы та помогла, а она начинает врать. Да что с ней не так? Снова хочет удержать меня здесь? — Альфис, но у тебя в лаборатории есть холодильник. В нем наверняка есть еда, да? Я могу принести ее! — ну наконец-то! Папирус всегда был готов помочь! — О-о-оу, точно, хе-хе, а я и, и, и забыла про х-холодильник! Мда, и как только другие не замечали этого вранья? Тем не менее, Папирус спустился вниз, а через некоторое время вернулся с лапшой и... Андайн! Кажется, она вроде больше не злилась на меня, так что я не переживала. Так как никакой плиты я у Альфис не помнила, пришлось съедать лапшу всухомятку. Насколько я помнила, так восстанавливалось даже больше, чем обычно. Я аккуратно взяла еду из рук Папируса и начала медленно откусывать небольшие части. Это действительно помогло. Не так хорошо, как в игре, но мне стало значительно лучше. Я начала шевелиться и даже говорить! — Спасибо, — тихо произнесла я. Говорить на достаточной громкости пока не получалось. — О, не за что, человек! — с улыбкой ответила Альфис. Я посмотрела на неё с серьёзным выражением лица. — Я благодарила не тебя, а Папируса, который в отличие от некоторых догадался принести мне еды и помочь! После этого я отвернулась. Но затем всё же развернулась обратно, так как хотела поговорить с Андайн. — Эм-м, Андайн? — Да? А она говорила довольно дружелюбно для того, кто не так давно хотел убить меня. А я ведь сейчас ещё и Альфис нагрубила... Хорошо, что Андайн не напала! — Ну, ты больше не собираешься протыкать меня копьем? — уточнила я, все еще немного побаиваясь. — После того, как ты приняла удар на себя, что бы меня не ранило? Нет, я ошибалась насчет тебя. Да и Папирус мне много о тебе рассказал, пока ты валялась без сознания. Похоже, ты не такая уж и плохая. Это радовало, но... когда-то что-то похожее сказал Санс. А потом он сбросил меня с моста с издёвкой! — Слушай, я не думаю о тебе плохо, но... Андайн, ты не врешь мне? Я должна была спросить. И хоть я могла не услышать правды, я бы почувствовала нотки лжи в голосе. — Хм... Честно, я не буду тебя убивать. Если ты не веришь мне, позволь кое-что рассказать, — предложила Андайн, подходя ближе ко мне. — Ну... ладно? — неуверенно ответила я, хотя мне стало интересно. — Хорошо. Смотри. Когда Папирус пришел ко мне, я уже знала о том, что по Подземелью ходит человек. Но он начал рассказывать о своих проблемах с дружбой, и мне пришлось его выслушивать. У него не так много друзей... Без обид, Папирус, — быстро перевела на него взгляд рыба. — Но когда оказалось, что его новый друг человек... Я стала беспокоиться за него и... — О, Андайн, это так мило! Это правда? — прервал ее Папирус. — Да-да. Слушай, пока я рассказываю, не мог бы ты выйти? — попросила Андайн. Папирус согласился, пусть и расстроился немного. Он вышел, как воительница и попросила. — Так вот, я стала беспокоиться, но он хотел, чтобы мы подружились. Я не могла убить тебя перед ним, поэтому пришлось показывать тебе Водопад. И вот, когда его не было рядом, я решила, что это прекрасная возможность избавиться от тебя, а ему, ну... соврать. Несчастный случай или что-то такое. Без обид! Но когда копье полетело в нашу сторону, а ты не позволила ему нас ранить... я была удивлена. Я не думала, что человек пойдет на такое ради друзей. Мне всегда казалось, что люди коварные и опасные. Тогда я поняла, что ты не такая злая, как я о тебе думала. Похоже я впервые в своей жизни ошиблась! Она действительно ошибалась. Что ж, теперь она хотя бы признала ошибку, чего раньше никогда не делала. — Вау... Я не ожидала этого. Спасибо, Андайн. Может, пойдем отсюда? — предложила я, улыбнувшись. — Ну, если тебе можно... Альфис, ей можно уходить? Как по мне, спрашивать что-то у Альфис было не лучшей идеей. — Хм... Я, я д-д-думаю, что, эм... Д-д-да, ей можно! Вау, это было слишком «заикательно» даже для Альфис. Хотя... я знала, в чем дело. Мы с Андайн спустились вниз, где нас уже ждал Папирус. Втроем мы начали выходить из лаборатории. Я поглядела на Альфис и вдруг заметила в её взгляде... небольшую зависть? Почему? Из-за того, что Андайн была с Папирусом? Или со мной? Это сильно напрягало. Так сильно, что я даже спросила: — Эмм, Альфис, с тобой все хорошо? Выглядишь... какой-то злой? Даже не злой, а будто бы нервной. Или ещё что... На тебя не похоже! — А? Н-н-нет, я в п-порядке! А вот по её взгляду можно было сказать обратное. — Альфис? Что с тобой? Ты какая-то напряженная. Все нормально? — вот! Даже Андайн заметила! — Я, я, я, в-в-все хорошо, А-андайн! П-п-просто, я, м-м... — Да хватит! Просто признайся, что любишь ее! Это же так очевидно! — выкрикнула я, наверное, на весь Хотленд, после чего быстро закрыла рот руками. — Альфис? Это правда? — спросила Андайн. После этого Альфис покраснела так сильно, что я вообще не была уверена, что с ней все хорошо. — Луна, что с Альфис? Она умерла? Папирус точно не умел искать причины для непонятного поведения. — Не-е-е, она просто... стесняется, — улыбнулась я, смотря, как Андайн пытается привести в себя падающую куда-то вниз Альфис. — Думаю... что скоро настанет время свидания!