Упоротость она такая: Покоряем будущее!

— ААААААААААААА!!! — КАКОГО ЧЕРТА, ОПЯТЬ, ААА?! — ХВАТИТ ВИНИТЬ ВО ВСЕМ НАС! — К ТЕБЕ-ТО ЭТО КАК ОТНОСИТСЯ?! — ПРЯМО-ПРОПОРЦИОНАЛЬНО! — НЕ НАДО ЗАКИДЫВАТЬ МЕНЯ ТЕРМИНАМИ, КОТОРЫЕ Я НЕ ПОМНЮ! — ТАК ТЫ СОВСЕМ ТУПАЯ?! — ТОЖЕ МНЕ, ДОФИГА УМНЫЙ! — ЗАТКНИТЕСЬ! — У НАС ТУТ СТРЕСС ВООБЩЕ-ТО! — САМ ЗАТКНИСЬ, ОДНОГЛАЗАЯ СОПЛЯ! — ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! СЕБАСТЬЯН! — А ТУТ ЭТО НЕ РАБОТАЕТ! НЕ ЛЕЗЬ К СЫНУЛЕ, ОН В ОТПУСКЕ! — СИЭЭЭЭЭЭЭЭЛЬ, ЧТО ТАКОЕ?! ЧТО ПРОИСХОДИТ?! — Я НЕ ЗНАЮ!       Вы когда-либо задумывались о том, что чувствуют люди, попадая во временную воронку?       Ну так вот, вокруг вас пространство, внешне напоминающее космос, вы на скорости несётесь вниз, а люди, находящиеся вокруг вас ещё и умудряются орать на вас, весело, не так ли?       Вместе с ребятами так же летели те самые чемоданы, что они собирали для отъезда на отдых. — Не, а если серьёзно, сколько мы уже летим? Я реально устал орать уже, — сказал Дима, смотря на часы на запястье. — К сожалению, не могу сказать вам точное время, мои часы остановились, — сказал Себастьян, пожимая плечами и поудобнее устроившись в потоке воздуха. — Хренов повелитель времени. — Он божество, — поправил Диму Миша. — Ааааааа, — уныло потянул Дима, закатывая глаза. — ИИСУСЬЯ МАТЬ! ТАК СВЕТ! — резко заорала Аня, показывая рукой вниз. Все по инерции посмотрели вниз и увидели «свет внизу тоннеля» к которому стремительно приближались. — СЕЙЧАС МОЖЕТ БЫТЬ ОЧЕНЬ БОЛЬНО, ИИСУСЬЯ МАТЬ, ЗА ЧТО?! — прокричала Катрина, группируясь.       А тем временем, ребята все быстрее и быстрее приближались к «свету в конце тоннеля». Вот и настал этот роковой момент. Яркий свет ослепил ребят и вслед за криками испуга последовало эпичное приземление. Как вы думаете, куда? Правильно. Жопами в лужу. — Ах, ваши пирожки, моя пятая точка, ааа, — сказал Дима, заваливаясь вбок. — Так, хоть не озеро, уже радует, — сказала Катрина, вставая и помогая подняться другим. — *дикий, дикий кашель* ЧТО С ЭТИМ ВОЗДУХОМ?! *еще более дикий кашель*- задыхались Сиэль, Элизабет, Алоис и Виконт. — Господин! / Ваше Высочество! — запаниковали дворецкие. — Эээээээээх, чувствуете это? Выхлопные газы, канализация, бензин, собачьи фекалии! Дерьмовая экология! Мы точно в двадцать первом веке! — ликовали Катрина и Аня. — Так, в каких временных рамках мы находимся мы уже поняли, а теперь надо понять хотя бы в Петербурге ли мы и если да, то в каком районе, — сказал Дима, пытаясь трезво оценить ситуацию. — Ну, как насчёт собрать свои манатки, выйти из парка и осмотреться? — спросил Миша, указывая руками на вещи из девятнадцатого столетия. — Давай начнём с того, что значительная часть нашей компании выглядит как пережитки прошлого, тем более эти сумки. И насколько я понял из всех древних в нашем столетии более менее шарят только Гробовщик и Алистер, — сделал логическое заключение Дима. — Не как пережитки прошлого, а как костплейщики, причём с очень хорошим косплеем, — поправила брата Катрина, попутно запуская руку в свою сумку. — Мать иисусья, что это, паспорта?       И правда, немного покопавшись в сумке, Катрина нашла четырнадцать английских паспортов и шесть французских, а так же документы на усыновление и удочерение детей. Так же там были всякие полисы, трудовые книги, документы на недвижимость, ключи, свидетельства о гражданстве и бумажки из эмиграционной службы. — Что это? — спросил Сиэль, смотря на всю эту груду бумажек, которые вытащила из сумки Катрина. — Ну, судя по виду, тут двадцать удостоверений личности и они оформлены на… вас… Хронос знатно вас простебал. — Почему их двадцать, если должно быть девять? — спросил Миша. — Тут паспорта гражданина и заграничные паспорта. Блен, это слишком смешно, — сказала Катрина, открывая первый паспорт и тихонечко смеясь. — Что такое? — спросил Себастьян, подаваясь вперёд. — Поздравляю тебя с двадцатипятилетием, дорогой мой сын, тебя теперь зовут Савьер Аттвуд и у тебя есть сын, его зовут Эймерай... и это Сиэль. — Что?! Я его сын?! Эймерай?! Серьёзно?! Ему же двадцать пять, а мне тринадцать! — закипал «Эймерай». — Ты усыновлённый, твоя настоящая фамилия тут не указана, но теперь ты носишь фамилию своего папочки.       Вот примерно так, как Себастьян стал Савьером, а Сиэль Эймерайем, так же примерно поменяли имена все. Алоис — Ален Брукс (усыновлён Клодом) Клод — Колин Брукс Мефистофель — Невилл Бастьен Элизабет — Эстель Бастьен (удочерена Мефистофелем) Велиал — Вивьен Нуарен Исиль — Эрнест Миллер Гробовщик — Габби Оулдридж Грелль — Дезире Дей Виконт — Жиль Мартен — Кстати можно постебать Сиэля, — сказала Аня, строя ухмылку. — Почему это? — У тебя единственного паспорта нет. Ты записан у Себастьяна, — продолжила шутейку Марука. — Лооол, точно, ему же четырнадцати нет. Малыш, — подхватила мысль Катрина. — Заткнитесь! — взбесился Сиэль. — Значит он сделал нам другие имена, но зачем? — спросил Велиал, принимая из рук Катрины свои паспорта и бумаги, кладя себе во внутренний карман. — Не помню, чтобы клал что-либо до этого, — сказал он, вытаскивая из кармана жилета густо надушенную записку, которая гласила: « Get ready for new life, honey: *» — Тварь межвременная! — прокричали все, пугая птиц, которые сидели на ближайших деревьях.

***

— Ну, кто на первый взгляд может определить район? — спросила Аня, оборачиваясь на ребят и пытаясь найти глазами часы.       Ребята наконец-таки собрались и вышли на выход парка. Просто представьте себе это: Шестнадцать человек. Одиннадцать из них в старомодных костюмах. Куча старомодных чемоданов и вместе с ними ребята в обычной одежде. — Ты говоришь это людям, которые долгое время в Викторианской Англии прожили, — сказал Миша, пытаясь спрятаться от заинтересованных взглядов прохожих. — Ну хоть точно можно сказать, что сейчас день, — сказал Исиль, смотря на небо. — А вот я бы на твоём месте так не утверждала, — сказала Катрина, тихонько хихикая. — Так, как насчёт нарыть денег, заказать большое такси, сложить туда все это и поехать к нам? — спросил Дима, роясь по карманам. — Окей, у меня есть пятьсот, а у вас? — У меня есть пару фунтов, — сказал Себастьян, доставая из кармана монеты. — Чувак, тут, во-первых, другая валюта, а, во-вторых, привыкай к жизни в этом веке, Савьер Аттвуд, — сказал Дима, открывая приложение для заказа такси. — Сейчас у нас восемь вечера, девятнадцатое августа, две тысячи шестнадцатый. Ну хоть в этой эпохе я хорошо разбираюсь, — сказала Аня, смотря на календарь в телефоне. — Ой, Катрина, что это? — спросила Элизабет, показывая на проезжающие машины. — Это как раз таки те самые железные кареты, в которых содержатся те самые лошадиные силы. — Кстати, я видела там документы на какую-то недвижимость, — сказала Марука, указывая на сумку Катрины. Катрина вытащила кучу документов и на пару с Марукой стала просматривать бумажки. — Да, тут есть документы на владение квартирой, — сказала Катрина, передавая документ Маруке. — *зачитала адрес* Это кажется мне смутно знакомым. — Черт тебя дери, — сказали Дима, Миша и Катрина. — Что опять не так? — спросил Алоис. — Эта квартира в нашем доме. Даже этаж один. Это не та ли случаем квартира, в которой бабуля жила? — разъяснил Миша. — Она самая, — ответил ему старший брат. — Так значит мы ваши соседи? — утвердил Алоис. — У Хроноса очень плохо с юмором. Просто отвратительно.       На горизонте показался большой микроавтобус. Предварительно закинув вещи в багажник, а что-то частично в салон. Только не спрашивайте, как они сели в такси вшестнадцатером. Они до сих пор вспоминают это как страшный сон. — Уж точно не так я себе представлял поездку на этом чудо изобретении, — сказал Мефистофель, убирая от себя локоть Виконта.

***

— Ну вот, наша квартира, — сказала Катрина, поворачивая ключ последний раз и открывая дверь.       Пятикомнатная квартира с одним санузлом. Преимущественно выполнена в светлых оттенках, чтобы попасть на кухню надо пройти влево от входа, прямо напротив входа находится туалет, а если пройти по коридору, который расположен справа от двери, можно найти ещё три спальни и гостиную.       Одна из спален выполнена в светлых тонах, а сбоку, почти у стены стоит двухместная кровать. Как можно догадаться по краткому описанию, это комната родителей ребят.       На той же стороне, но уже ближе к выходу находится спальня мальчишек. Весёлые коричневые обои, с какими-то странными узорами, в угол комнаты поставлена двухэтажная кровать, так же тут имеются два шкафа, комод с зеркалом, письменные столы и на одном из этих столов в прямом смысле молебельный уголок.       Не сложно догадаться, кому принадлежит этот стол.       А вот справа от этих двух комнат находится комната Катрины. И вот эта комната вообще не похожа на девчачью комнату.       Чёрные обои с серебряными рисунками на ней. Кровать, заселенная чёрным постельным бельём и бардовым покрывалом.       Светло-коричневый письменный стол, над которым весит карта мира и множество странных плакатов, некоторые из них даже имеют окультический подтекст. Зеркальный шкаф, комод с зеркалом, тумбочка около кровати и зашторенные красные занавески, из-за которых комната имеет кровавое освещение. — О, а еды то у нас нет. Съездим в магазин? — сказала Аня, никого не стесняясь открыв холодильник. — Думаю надо, давайте просто закинем вещи ребят в их квартиру, осмотрим её и пойдём в магаз. Кстати, если вас троих оформят в школе учиться, то вы с одноклассниками возможно часто будете ходить в магазин за всякой вкусной и не полезной едой, — сказал Дима, беря у Катрины ключи и выходя на площадку, чтобы открыть соседнюю квартиру.       Соседняя квартира имела такую же планировку, разве что отделка там была старенькой, но это не так важно. Зато в комнате, идентичной комнате Димы и Миши, стоят две кровати. — Если это квартира бабушки, то зачем ей столько спален? — спросил Дима, проходя по всем комнатам. — Ну может она любила светские вечера с ночёвкой закатить, — сказала Катрина, хорошенько просматривая все комоды и шкафы. — Что ты делаешь? — Ищу пасхалки от Хроноса. Он же у нас ещё тот шутник, сто процентов что-нибудь должно быть. После этих её слов, все ребята начали активно обыскивать квартиру. Прокопались они в ней пол часа, прокопались бы и ещё больше, если бы Элизабет не додумалась посмотреть на самой верхней полке, что была прибита к стене и заставлена какими-то склянками. — Нашла! — провозгласил радостный девичий голос на всю квартиру. Все разом сбежались в гостиную и взяв конверт в руки, Дима вскрыл его и принялся читать про себя. — Ну, что там? — спросил Гробовщик, развалившись на диване. — Ахахаха, Хронос блен, он пристроил вас троих учиться в их школу, — сказал он, указывая скачала на Сиэля, Алоиса и Лиззи, а потом на Катрину, Мишу, Аню и Маруку. Последние же в свою очередь издали стоны недовольства и закатили глаза. — Это ещё не все. Савьер, Колин, Вивьер и Невилл, работают учителями в этой же школе. Дезире у нас психолог, а Гробовщика с Исилем вообще в столовку закинули. А Жиль работает в столовке в моем универе. Класс. — ТВАРЬ МЕЖВРЕМЕННАЯ!!!