Snowy puppy

— Пойдём в машину, — мягко сказал Джерард, проведя рукой по волосам друга. — Ты дрожишь.  — Нет, — промямлил Фрэнк, вжимаясь одежду Уэя. — Просто, тело дёргается. Джерард просмотрел на Айеро с доброй улыбкой. Он взял его на руки, словно маленького ребёнка, что потерялся и ищет маму. Скорее всего, Фрэнк правда чувствовал себя потерянным. Возможно, именно это была причина, по которой он ответил на ласку со стороны старшего парня, что играл с его волосами и оставлял мягкие поцелуи на лбу и щеках. Возможно, причина была в том, что Фрэнку нужна была ласка, нужны были слова утешения, ведь он такой чувствительный, такая «плакса». Возможно, причина была в жалости Фрэнка толи к Джерарду, толи к мёртвому псу, толи к самому себе. Была возможность того, что причина, по которой Фрэнку были так приятны прикосновения его друга, была ни чем иным как его глубокой симпатией к этому самому другу. Возможно, эти прикосновения были желанны. Возможно, Фрэнк иногда думал о Джерарде, когда трогал себя сам, но в более интимных местах. Возможно, Фрэнк смотрел на Уэя и интересовался, когда этот загадочный, такой мрачный, но столь добрый человек, трогает себя в тех же местах, что и этот глупый подросток, не контролирующий свои гормоны, думает ли этот человек о нём, о подростке, о Фрэнке. Скорее всего, Фрэнк, придаваясь чувствам, по ночам мочил подушку своими слезами, а может ещё чем. Возможно, Фрэнк просто замёрз… ментально. Придаваясь размышлениям о том, по какой причине Джерард несёт его, Фрэнк, сам того не желая, не заметил как он был в машине. Уэй завёл транспорт. Фрэнк не стал спрашивать, куда и зачем он хочет поехать, он просто остановил друга, когда тот положил руку на коробку передач.  — Джерард, — тихо, почти шёпотом сказал Фрэнк.  — Что? Фрэнк понятия не имел, как красиво попросить об этом, он не знал, как объяснить это. Поэтому, и только, поэтому сказал напрямую:  — Я хочу сесть с тобой на сидение машины, и я хочу, чтобы ты делал со мной вещи, которые ты хочешь. Джерард на секунду замолчал. Он смотрел на друга. О чём думал Джерард? Сейчас в голове он слышал, как поют птицы. Разные птицы. Как трепещут их крылышки при полёте. Это длилось всего пару секунд. Но это пение сначала остановило Уэя, но ровно через секунду крикнуло на него: «Лови свой шанс, дебил». Джерард прикоснулся к щеке Фрэнка. Их лица приблизились. Дыхание. Дрожь. Поцелуй. Как чувствуется настоящий поцелуй? Я не знаю. Я целовала других людей, не раз…, но я не чувствовала ничего. Чтобы поцелуй был особенным, надо целоваться с тем, кто не выходит у тебя из головы, чтобы прикосновение губ ты почувствовал всем телом. Первый поцелуй ты не обманешь, как бы того ты не желал. Парни медленно переминали губы друг друга. Фрэнк встал (его рост позволил ему это сделать, находясь в машине Джерарда, пусть она была и не большой). Он перебрался к Джерарду на сидение. Младший парень облокотился спиной на руль, пока старший, покрывая его поцелуями, провёл рукой по его спине, от чего подросток прогнулся, издав тихий стон. Но не было ничего пошлого и прочного в этом стоне, это был самый невинный стон за всю историю человечества. Так же как и эти поцелуи светлые, непорочны, словно созданы ангелами.  — Спасибо, что ты есть, — сказал Фрэнк.  — Спасибо, что есть этот мир, — ответил ему Джерард. Они провели всю ночь, целуясь, обмениваясь редкими философскими фразами (хотя никто из них так и не решился на фразу: Я люблю тебя) и недвусмысленными взглядами. А большего для счастья не надо.