Я не служу тебе, но...

- Дин, - тонкие девичьи пальцы сомкнулись на предплечье охотника, - я был слишком груб тогда в мотеле. И… И в порыве эмоций, наверно, не договорил то, что действительно хотел сказать. – Девушка прикусила пухлую губу и после недолгой паузы продолжила, - Я не служу тебе, но я… Я благодарен судьбе за то, что она свела меня с тобой. И я благодарен тебе… За то, что ты открыл мне глаза, показал, что можно бороться за то, что сам считаешь нужным, а не всегда слепо подчиняться голосу сверху. За то, что ты открыл новые, до сих пор мне неизвестные чувства, эмоции. Я благодарен тебе и… Ощущаю какую-то особую связь между нами. Близко. Слишком близко. Дин чувствует её теплое дыхание на своей щеке. Кас и не представляет, как сильно слова и чувства, которые он с такой наивной простодушностью только что полностью раскрыл, западают в сознание и душу Винчестера. Вот оно. Вот то, что он ощущал, на что бессознательно надеялся. Все не просто так. Есть что-то большее… Связь, незримая нить. - Кас… - он хочет что-то ответить, но эти глаза действуют на него как сильнейший гипноз. И вместо тех слов, что он так и не нашел в голове, чтобы высказать все свои мысли и чувства, Дин медленно и как-то особенно аккуратно подался вперед, чтобы коснуться своими губами этих мягких, теплых, идеально розовых губ. Глаза девушки широко распахнулись, и в них читалось искреннее удивление и, даже, легкий испуг. Однако, Дину было уже все равно. Он ощущал этот запах свежести и чистоты так близко. Этот запах, который всегда сопровождал Кастиэля и раньше. Этот запах, что ассоциировался у него с верой и благодарностью. Дину было уже всё равно. Сейчас он хотел только выразить всю свою благодарность и… любовь? В данный момент, пока Кас был в обличии милой девушки, Винчестера это не особо удивляло или беспокоило. Он подумает над своими чувствами потом, а сейчас… Крепкие руки охотника обхватили талию ангела и настойчиво, но мягко потянули на себя. Девушка уперлась своими ручками в грудь мужчины и упала сверху, потеряв равновесие. В ту же секунду он, не разрывая поцелуя, подхватил лёгкое и хрупкое тельце и отправился к столу. На пол полетело огромное блюдо с гамбургерами, свечи и даже ведёрко со льдом, в котором находилось несколько бутылок шампанского – комнату оглушил звон посуды, и звук бьющегося стекла. Охотник усадил девушку на стол и на секунду разорвал поцелуй, чтобы сделать глубокий вдох. Кастиэль всё с тем же удивлением смотрел ему прямо в глаза: - Дин, что ты делаешь? Вместо ответа охотник прислонил указательный палец к её губам и заглянул в глаза ангелу: взглядом можно сказать куда больше, чем словами. Рука скользнула к подбородку, слегка приподнимая его для следующего поцелуя, более нежного, но более красноречивого. Вторая рука изучала точеную фигурку девушки: талия, бёдра, спина, шея. В этот момент для них никого вокруг не существовало: не было полчищ озлобленных демонов и тщеславных ангелов, мечтающих избавиться от них, не было миллиардов людей, что вот-вот ощутят на себе сущность апокалипсиса, не было Сэма, что с истошными криками бился в дверь церковной комнатки, озаряемой ярчайшим столбом белого света. Никого, лишь они. Когда ангелок в руках Дина неожиданно начал отвечать ему взаимностью, он больше не мог себя сдерживать. Одежда постепенно начала отправляться на пол, в компанию к такой же ненужной и неуместной в данный момент посуде. Крепкое, смуглое, мускулистое тело нависло над кукольной фигуркой девушки, чья кожа, казалось, светилась изнутри – настолько белой она была. Глаза девушки были прикрыты, будто в испуге перед неопределенностью ситуации. Кас не знал, что ему делать. Сколько с момента встречи с Винчестером он испытывал это чувство, но в этот раз всё было куда непривычней для него. Заметив это, Дин наклонился к уху ангела и прошептал: - Доверься мне… - после чего дорожкой мягких, чуть ощутимых поцелуев начал покрывать её длинную шейку от уха до ключиц. Кончиками пальцев он провел по шелковистой коже, заставляя девушку чуть сжаться, и одним властным движением руки раздвинул её тонкие ножки. Рука скользнула по внутренней стороне бедра, а девушка уже подалась вперед, прижимаясь всем телом к Дину и впиваясь пальчиками в его украшенные шрамами плечи. Охотник уперся руками в стол, прижимая хрупкую фигурку к глянцу столешницы, и подался вперед. Из груди ангела вырвался стон, глаза широко распахнулись, а губы задрожали в переизбытке ощущений. Дин поймал её губы и соединил их со своими в очередном неразрывном поцелуе: страстном, глубоком и долгом – пока не кончится воздух в легких. Девушка расслабилась и полностью отдалась во власть крепкому телу сверху. С каждым новым движением она всё тяжелее дышала и всё сильнее прогибалась навстречу желанному телу. Воздух в комнате, казалось, раскален до предела. Движения становились всё быстрее, стоны всё громче. И вот он – последний толчок, что свел с ума обоих одновременно. С губ охотника сорвался хриплый стон, после чего, слегка отдышавшись, он ещё раз коротко поцеловал уже алые и слегка опухшие губы ангела и обессиленный пережитым удовольствием, лёг рядом на холодную поверхность стола. Девушка пристроилась на его плече, шелковистые волосы приятно щекотали жилистую шею Дина, на что он слегка улыбнулся, притягивая своего ангела ближе к себе. Ярко-голубые глаза ещё долго изучали лицо и тело охотника, когда тот уже сладко пригревшись задремал, позабыв о всех проблемах и неудобствах.