Больной

… Полумрак палаты разрушал лишь свет чего-то вроде фонарей с улицы. Ники уже несколько минут неподвижно лежал, пытаясь вспомнить, как здесь оказался, и чем закончился разговор с тем доктором. Палата была уже другая. В своей он был один, а здесь на соседней койке спал ещё кто-то. Ники чувствовал себя непривычно: вроде бы ничего не болело, но он знал, что если шевельнётся, пожалеет об этом. Тот, кто лежал на соседней койке, перевернулся лицом к Ники. Он уже не спал. Или она? Нет, это тоже был ши, значит, точно он. Хотя чисто внешне и не скажешь. Очень худое лицо, большие глаза. Тёмные длинные волосы были закинуты на подушку. - Живой? – тихо спросил он. Голос, казалось, должен был принадлежать другому телу. - Вроде, - прошептал Ники. Сосед сел на кровати, свесив одну ногу. - Можешь звать меня Ди. А тебя, кажется, называли Ники, правильно? Ники кивнул. Первое движение прошло без последствий, это обнадёжило. - Двигаться можешь? – продолжил Ди. - Не уверен, что это будет хорошей идеей, - отозвался Ники. - Ничего, тогда я сам. Ди взял костыль, прислонённый к тумбочке. Только сейчас Ники увидел, что вторая его нога ниже колена отсутствовала. Пижамные штаны он закатал, так что не заметить было трудно. Он ловко проковылял к столику у двери. Со столика он взял бутылку воды и, подойдя к койке Ники, сел рядом. - Будешь пить? Он помог Ники приподняться. - Что с твоей ногой? – выпив пару глотков, спросил Ники. Говорить стало чуть легче. - Отрезали, - пожал плечами Ди. – Не первый раз уже. Хотят выяснить, через какое время регенерация прекратится, и её нельзя будет вернуть на место, не пришивая. Пока не получалось. Ди тоже отпил из бутылки. - И давно ты так? - Сейчас уже пару дней, - Ди оперся руками на свой костыль и положил подбородок на ладони. – В этот раз мне так ходить несколько месяцев придётся. Дверь открылась, вошёл доктор. Тот, что и раньше приходил к Ники. Ди в два прыжка вернулся на свою койку и сел, поджав оставшуюся ногу. - Э-эх, ну и где справедливость? – вздохнул доктор, глядя на него. – Кое-кто без ноги уже на третий день скачет, а я неудачно повернулся и теперь разваливаюсь… - А вы укол себе сделайте, - хихикнул Ди. – Скажите, где болит - может, мы посоветуем. - Воздержусь, - хмыкнул доктор и повернулся к Ники. – Как самочувствие? Ники пожал плечами. - Ты помнишь, что произошло? Ники покачал головой. Он пытался припомнить хоть что-то внятное, но в сознании всплывали только какие-то обрывки слов, силуэты и тому подобное. Сейчас даже разговор с другим доктором казался сном. Только запах сигарет Ники всё ещё чётко помнил. Он внимательнее посмотрел на доктора. Этот и тот были разными, хоть и казались Ники очень похожими из-за белых халатов, тёмных волос и отсутствия очков. Доктор присел на край койки, туда, откуда минуту назад спрыгнул Ди. От этого человека пахло странно – каким-то чистящим средством. Ники этот запах не понравился. Осмотрев Ники, доктор удовлетворённо кивнул и встал. - Вроде бы, ты приходишь в норму, - улыбнулся он. – Но почему ты опять ничего мне не говоришь? - Может, он на вас обижен? – подал голос Ди. – Вот и не хочет с вами разговаривать. Доктор повернулся к нему, скрестив на груди руки. Ди сидел и, не глядя, что-то соскребал с предплечья. – Опять за старое? – вздохнул доктор, доставая из кармана халата пластиковую бутылочку. – Сколько раз я говорил, чтобы ты так не делал? Ди покосился на свои руки – и пальцы, и предплечье были в крови. - Ой, - протянул он. – Я случайно… - Дождёшься, что заживать перестанет, - проворчал доктор, щедро поливая его руку из бутылочки. - А может? – встрепенулся Ди. - Вот и узнаем.