Four Wrong Times And One Right

And I will find my strength to untame my mouth, When I used to be afraid of the words. But with you I've learned just to let it out. Now my heart is ready to burst. © Ella Henderson – Yours

Гарри и Мэттью Часы показывали восемь часов, и вечер медленно, но верно вступал в свои права. Солнце преобразилось в багровый цвет, окрасив небо розовыми разводами, напоминая причудливое полотно. Легкий ветерок игриво трепал белые занавески, сквозь которые можно было заметить, что происходило внутри одного из домов. На кухне копошился парень, нет, не так: молодой мужчина, ловко орудуя лопаткой. Он проверил что-то в маленькой кастрюльке, помешав, а затем вернулся к сковородке. Последняя неделя была однозначно не самой легкой, и да, Мэтт говорил не о съемках сериала, а о собственных чувствах. После памятного разговора с Альберто, когда друг просил совета насчет подарка Шелли, сам Даддарио осознал то, что другие поняли намного раньше его самого. И сегодня брюнет собирался поделиться своим маленьким открытием с тем, кто вызывал у него самые сильные чувства. Ему давно стоило это сделать, но почему-то смелость появилась только сейчас. Мэттью продолжал готовить и не услышал, как хлопнула входная дверь и послышались легкие шаги. Темноволосый мужчина хотел идти в свою комнату, но так и застыл в дверях кухни. Карие глаза тут же заметили Даддарио, который не отвлекался от готовки. Он выглядел собранным и сосредоточенным, и Гарри не мог не улыбнуться, наблюдая за умелыми движениями. Крепкая спина напряглась, и футболка красиво обрисовала мышцы, и Шум невольно ощутил, как во рту пересохло. Он вовремя очнулся, и решил, наконец, выдать свое присутствие. -Хей, Мэтти, - негромко позвал Шум. Тот обернулся и, заметив мужчину, широко улыбнулся, стараясь скрыть дрожь в голосе, заговорил. -Ты рано, я ждал тебя позже. -Все решилось намного быстрее, чем предполагалось, - он прошел на кухню и присел за стол, - Что готовишь? -Фахитос, - Мэттью снова повернулся к плите, - И все практически готово. -А где ребята? -Ну, Кэтрин и Стивен на свидании в кино, - говорил Даддарио, - А наш вечный тройничок поехали на открытие нового ресторана неподалеку. - Мы одни? Заданный вопрос почему-то послал тысячи мурашек по спине Мэтта. -Ага, где будем ужинать? -Давай в гостиной? - предложил Шум, - Я накрою на стол, а ты доделывай фахитос. -Не забудь открыть вино. Прошло не больше пятнадцати минут, когда двое молодых мужчин разместились за маленьким столиком в гостиной. Рядом потрескивал камин, откидывая причудливые тени на ковер, а за окном уже стемнело. -Похоже на романтический ужин, - хмыкнул Гарри, кивая на стол. И правда, стол, сервированный на двоих, да и еще в такой обстановке наводил на определенные мысли. -Вообще-то, - подал голос Даддарио, - Это он и есть. -Как свидание? - изумленно переспросил мужчина. -Как свидание. Гарри согласно кивнул, садясь за стол. Мэтт разлил вино по бокалам, отставляя бутылку в сторону. Некоторое время они ели в тишине, но Мэттью, который так ждал этого разговора, в конце концов не выдержал, отодвигая от себя тарелку. -Мне надо тебе кое-что сказать. Шум оторвался от еды и вопросительно посмотрел на человека напротив. -Это важно, - голос все-таки дрогнул, - для меня. Гарри нахмурился, ожидая чего угодно, но явно не того, что сказал его партнер по съемках. Показалось, что все его внутренности скрутились в тугой узел от нетерпения. -Впервые встретив тебя, я был восхищен, ибо смотрел все серии Glee с твоим участием и то, как ты играл и двигался, не могло не понравиться. Позже нас поставили в пару, и все, что я мог подумать в тот момент, «Боже, неужели он мой напарник по сериалу?», а после поцелуя я осознал, что пропал окончательно и бесповоротно. Даддарио замолчал, и, отпив немного вина, продолжил свою исповедь. -Мне казалось, что это просто отпечаток моего персонажа на меня самого, но потом, когда я увидел вас вместе с Шелби, - он замолчал, но, выдохнув, снова заговорил, - Честно, я был готов откусить ей голову, потому что она прикасалась к тебе так, как хотелось бы мне. -Мэтти, - ласково начал Шум, но был остановлен рукой. -Дай мне закончить, - решительно произнес Мэттью, - Мне казалось, что это простое помешательство, и со временем оно просто пройдет, испарится. Правда, прошло уже столько времени, а это не проходит. Гарри не верил своим ушам. Он так давно мечтал услышать эти слова из уст любимого человека, но теперь совсем растерялся. -Знаешь, что сказала Эстер? - неожиданно усмехнулся Даддарио, - Обозвала меня редкостным болваном, который не замечал очевидного, и даже пригрозила врезать по морде, если я тебе не признаюсь. Шум выдохнул, не в силах даже пошевелить языком и что-то ответить. -Я влюблен, дико в тебя влюблен. И все. Реанимация собственных чувств. Тотальный сердечный приступ. Казалось, сердце Гарри перестало стучать, ибо, глядя в эти потрясающие глаза, он едва смог сделать глоток кислорода. Шум поднялся из-за стола, и Мэтт повторил его действия. А потом он замер, не двигаясь, как преступник, ожидающий приговора. Даддарио ждал всего: сильного удара, унизительной пощечины, издевательского смеха, но точно - не этого. Все, что он почувствовал в следующую секунду, были теплые губы на его собственных. Это было похоже на взрыв фейерверков. Показалось, что вокруг перестал существовать весь мир. Остались лишь губы с привкусом острого соуса и вина и крепкие руки, поглаживающие плечи. -Подожди, - Мэттью на секунду отстранился, - Это значит… -Эстер была права, назвав тебя болваном, - нежно улыбнулся Гарри, - Неужели сам не видишь? -Что? -Я тоже влюблен в тебя, придурок, - усмехнулся Шум. Не дожидаясь ответа, он снова накрыл родные губы ласковым поцелуем, ощущая, как руки Мэтта крепко обхватили за талию, заставляя опереться о стол. Как же идеально их губы подходили друг другу... Эти поцелуи не были похожи ни на один из тех, которые были у них обоих с другими людьми. Это было жарко, похоже на раскаленную лаву, но в то же время до безумия нежно, ведь поцелуй имел значение, если важен человек, с которым ты разделяешь такое интимное касание. -Господи, я так долго этого ждал, - шептал Мэтт между короткими поцелуями. -Милый, ты не один такой… И они снова целовались, как голодные, не забывая прикасаться к телу партнера. Руки Мэттью, не теряя времени, опустились на аппетитные ягодицы, заставляя Гарри выгнуться. Не сдержавшись, Шум простонал партнеру в губы. Не долго думая, Даддарио подхватил мужчину за бедра, опуская его на столешницу, удобно разместившись между стройных ног. Им обоим казалось, что мысли перепутались, как клубок ниток, а вместе холодного разума появилось горячее желание обладать. Руки Гарри жили отдельной жизнью, ибо одна — запуталась в темных волосах, а другая — расстегивала пуговицы домашней рубашки партнера. -Боже, Мэтти, как же я хочу тебя, - как в бреду шептал Гарри. -Взаимно, - в том же тоне ответил Даддарио. Оба избавились от рубашек, и одним резким движением Мэтт потянул Гарри на себя и повалил на пушистый ковер, как раз возле камина. -Сними это быстро, - Шум взялся за ремень на штанах Мэтта. И ему не понадобилось много времени, чтобы раздеться, оставаясь лишь в одних боксерах. Это было похоже на сумасшествие, когда они оба сплелись в тесных объятьях друг друга, целуя каждый участок оголенной кожи. Боже, как долго они оба этого ждали, чтобы иметь возможность соприкасаться не только телами, но и еще сердцами, которые сейчас отбивали чечетку. Как только Гарри остался без одежды, Мэтт ничего не смог поделать, как наклониться к великолепному телу. Ладони ласково сжимали бока и гладили бедра. Мягкие губы целовали каждый участок смуглой кожи, то облизывая, то прикусывая, оставляя багровые следы. Ему до ужаса хотелось, что все видели, что этот потрясающий мужчина занят. Даддарио не понадобилось много размышлений, когда ловкие пальцы спустили вниз боксеры, а следующее, что актер почувствовал, была вспышка острого, даже какого-то болезненного наслаждения. -О мой Бог, - хрипло застонал Мэттью, поддаваясь вперед. -Мне кажется или боксеры здесь лишние? - Гарри потянул за резинку, и через пару секунду они остались полностью обнаженными. Поцелуи не прекращались ни на одно мгновенье, ведь тяжело оторваться от любимого тела, которое так отзывчиво отвечало на все ласки. -Не могу поверить, что все происходит на самом деле, - шептал Гарри, боясь разрушить их хрупкий мирок, наконец, ставший целым. Мэтт не ответил, проводя цепочку из поцелуев вдоль линии челюсти и переходя к выпирающим ключицам. Его губы были мягкими и влажными, и Шуму показалось, что он сойдет с ума, если… -Ох, Иисусья мать, - простонал Гарри, когда умелые пальцы накрыли возбужденную плоть, дразняще проходясь по всей длине. А в следующую секунду мужчина, казалось, обезумел, когда Мэтт заменил руку горячим ртом, не забывая использовать влажный язык по назначению. Матерь Божья, это было так пошло и интимно одновременно. -Твою мать, - как в бреду шептал Гарри, и он выгнулся дугой, чувствуя, как длинные пальцы начали растягивать его. Даддарио был таким осторожным и заботливым, что становилось трудно дышать. И Гарри старался проглотить комок в горле, видя, как блестели любимые глаза, а руки не прекращали дарить ощущение абсолютного счастья. -Ах, - простонал Шум-младший, опуская ладонь на шею партнеру. Боже, его губы творили невозможное, заставляя выгибаться навстречу новым прикосновениям. Да и сам вид расположившегося между его ног растрепанного Мэтта совершенно точно сводил с ума. Никто из них не чувствовал ни капли стыда, ведь это был любимый человек. Мэттью отстранился, мутным взглядом смотря на мужчину. Его руки погладили бедра, а в следующий момент им обоим показалось, что окружающий мир перестал существовать. - Господи, какой же ты невероятный… Мэтт оперся руками возле головы партнера и, не сдержавшись, нагнулся, прикасаясь к искусанным губам. Гарри ухватился за сильные плечи и качнул бедрами, подталкивая Мэттью сделать первое движение. Тот не заставил себя ждать, ища нужный ритм, и спустя секунду оба застонали от нахлынувшего возбуждения. Шум закинул ноги на бедра партнера, упираясь пятками в ямочки на пояснице, делая проникновение более глубоким, слыша, как выругался Даддарио. Они двигались синхронно, не отрывая взгляда от любимого лица, ощущая, как внутри разжигался огонь. Толчки были резкими и быстрыми, но это лишь подогревало растущее наслаждение. Когда Мэтт задел заветную точку внутри танцора, тот не сдержался, громко застонав. Возбуждение скрутилось узлом внизу живота, и Гарри знал, что сладкая истома не продлится долго. - Да, Мэтти, вот так… А следующее, что ощутил Шум, был сам Даддарио, который, навалившись на него всем телом, прикоснулся губами к венке на шее. Танцору показалось, что он видел звезды, иначе как объяснить непередаваемые чувства эйфории и расслабленности. - Мой, - твердо проговорил Мэтт, целуя влажную солоноватую кожу, - ты только мой. - Не спорю, - Гарри взлохматил черные волосы, поглаживая острые позвонки на затылке, и приподнялся, оказываясь у Мэтта на коленях. - Я чертовски устал, но эта поза заводит меня больше, чем должна, - признался Даддарио, - думаю, будет лучше, если мы переместимся в спальню. - Твою или мою? - Ту, где кровать побольше. Шум рассмеялся, и Мэтт невольно залюбовался им. - Идем. Они поднялись и, не заморачиваясь поисками одежды, направились наверх. Кажется, они, наконец-то, сделали это: признались друг другу в чувствах. И, кажется, сегодня они проверят на прочность каждую горизонтальную поверхность в обеих комнатах. Это утро не отличалось ничем от всех предыдущих, кроме того, что на кухне орудовала Эмерод. В отличии от своей героини брюнетка не только умела, но и любила готовить (сказывалось влияние Мэттью). Девушка заварила кофе и теперь делала для всех сандвичи. Странно, но за такое короткое время она теперь знала, что любил каждый актер их каста. Доминик предпочитал все острое, и для него были сделаны сэндвичи с беконом и соусом из перца чили. Кэтрин до безумия обожала красную рыбу, а для лучшей подруги грех не потрудиться. Для нее уже давно были готовы сэндвичи с лососем и яйцами пашот. Альберто любил грибы, и для него Тубия приготовила сэндвичи с грибами шиитаке, луком и помидорами. Эмерод улыбнулась, нарезая маринованные огурцы, их обожали Гарри и Мэтт, как и сэндвичи с ними и с хорошей отбивной плюс заправка из базилика и оливкового масла. - Доброе утро, Эмс! - на кухню ураганом влетел Доминик, плюхаясь на стул. - А где Мэттью? Шервуд непонимающе нахмурился, видимо, привыкнув, что завтрак всегда готовил Даддарио, а теперь парня нигде не было видно. - Не знаю, я проверила спальню Гарри, там пусто. - Тубия потянулась за булочками, - комната Мэтта закрыта изнутри. - Может, приехала Эстер? - Сомневаюсь, он бы нас предупредил, хотя, возможно, что забыл, ведь вчера весь дом был в их распоряжении. Блондин хотел что-то добавить, но в дверях замаячили улыбчивая Кэтрин и Альберто, похожий на маленькое привиденьице. - Не спрашивай, где наш личный шеф-повар, сами теряемся в догадках, - сразу предупредила Эмерод, тыкая в Ала лопаткой. - Мне так плохо, - застонал Розенде, доставая из холодильника минералку, - по-моему, последний шот был лишним. - Ага, и о трех стаканах коньяка, что были до него, ты говорил то же самое, - хихикнул Доминик. - Отвали, - проворчал Альберто. Эмерод вздохнула, и, сжалившись над парнем, подала ему аспирин. - А где Мэтт и Гарри? - спросил Розенде, чувствуя явное облегчение. - Разве они не должны быть дома? Тубия пожала плечами, а Доминик отрицательно мотнул головой. - Ну, мы с Домом, считаем, что к Даддарио приехала Эстер... - В гостиной был накрыт стол на двоих, на кресле мужская рубашка и нижнее белье, - Ал задумчиво постучал пальцами по столу. - Похоже, ночка удалась. Кэтрин нахмурилась, доставая телефон и пару раз проведя по экрану, изумленно выдохнула. - Что такое? - Эстер сейчас точно находится не здесь, смотрите, - и рыжеволосая показала всем новую публикацию в твиттере мисс Ким. Там было размещено ее фото, судя по всему, в аэропорту и твитт: "Доброе утро, Нью-Йорк!" - То есть, возможно, что Мэттью изменяет своей девушке? - спросил Доминик. МакНамара замолчала, она явно что-то усердно обдумывала. Остальные непонимающе смотрели на Кэтрин. А спустя минуту ее глаза удивленно распахнулись, как будто на нее снизошло озарение. - Кэт?! - Матерь Божья, они сейчас там вдвоем! - Кто? - нетерпеливо спросил Альберто. - Наверху. Гарри и Мэтт. Парень рассмеялся, но потом быстро спохватился, поймав шокированный взгляд Эмерод и неверящий - Доминика. - Неужели… Он не стал договаривать, и, переглянувшись с Кэт, быстро направился на второй этаж. Эмерод отбросила лопатку в сторону и побежала за друзьями, наблюдая, как те столпились у двери, ведущей в комнату Даддарио. На сей раз она была приоткрыта. - Ну что? - прошептала Кэтрин. Доминик закатил глаза и, не дожидаясь указаний, толкнул дверь вперед. Увиденная картина просто поражала. Разбитая настольная лампа, одежда по всей комнате и развороченная постель говорили о многом. Четверка обвела взглядом все пространство комнаты и потом обомлела. Оба парня нашлись у окна. Гарри, одетый лишь в спортивки, упирался поясницей о подоконник. Тогда как разместившийся между его ног Мэттью, (к слову, в одних трусах) не переставал целовать его. Это был далеко не целомудренный поцелуй. - Блядь, - видимо, Шервуд не сдержался. Парочка отстранилась друг от друга. - Вас стучать не учили? - раздраженно поинтересовался Даддарио. - Божечки, я дожил до этого! - радостно воскликнул Альберто. - Успокойся, Ал. - Не могу, я и так ждал этого слишком долго! - Я так поняла, романтический ужин пошел вам на пользу, - явно на что-то намекая, проговорила Эмерод. Шум скорчил рожицу и кивнул на дверь. - Мы идем завтракать, - Кэтрин улыбнулась. - Вам что-нибудь оставить? - Ну, я уже получил свой десерт, - пошло ухмыльнулся Мэтт. - О, Господи, - простонал Доминик, выходя в коридор. - Мне нужно промыть уши. - Если что, мы на кухне, - и Кэтрин, подхватив под руки Эмс и Ала, вышла из спальни. - А потом сходим в кино, посмотреть фильм, документальный, часа на три. Парни лишь покачали головами, благодарно улыбаясь и сразу же возвращаясь к прерванному занятию. И неважно, кто выиграл в этом споре, ведь если в итоге он привел двух влюбленных людей друг другу, то кто - победитель, совершенно не имело значения.