Рывок в будущее.

— Вы уверены, что берете столь долгий отпуск? — голос с виду суровой женщины казался не столь жестким, сколько он мог бы быть. Её небольшие глаза словно сияли ужасом, нагнетавшим ее с каждой новой секундой после услышанного заявления ее послушного и лучшего следователя всего отдела. Казалось, что ее прежде розовое приятное лицо вмиг побелело, губы же ее были поджаты. Видимо, фраза ее верного работника повергла женщину в шок. Светлые глаза ее, прежде горевшие азартом и радостью, стоило уловить в толпе любимого труженика, увлеченного своей работой, выражали всю блистательность зелени в ее очах, но в данную минуту, кто бы не заглянул в ее глаза, в первую очередь заметил бы, что взор потух, а уныние приняло место радости.  — Я уверена в своих словах, миссис Уайт, — ответил ей приятный тонкий голос, мелодично разносившийся в кабинете у женщины, которая казалась белее смерти. Прямо перед столом стояла среднего роста девушка в своем обыденном костюме работника главного полицейского участка города N. Её серьезный взор был направлен строго на свою начальницу, которая была огорчена резким решением молодой лечи.        Кажется, Вам все еще неясно что за прелестная особа расположилась напротив некой женщины и требует отгул. Во-первых, эта девушка является главным следователям целого отделения полиции, самой умелой и самой умной, притом самой молодой из всех своих сотрудников. Во-вторых, девушка полтора года работала без отдыха, потому хочет взять долгосрочный отпуск, чтобы у нее появилась возможность отправиться к отцу и навестить его в столице всей страны — городе M, центрального округа на самом юге. Казалось, вот оно — счастье! Уже в ее руках целое лето отдыха от любимой работы и время, которое она может провести с родной матерью в родной квартире главной улицы. Что же можно сказать о портрете этой милой особы? Первое, что Вы заметите — блеск ее недлинных черных волос. Они кажутся мягкими и шелковистыми, а лишь коснетесь их — убедитесь в своем решении. Кажется, о столь прямых волосах кудрявая девушка может лишь мечтать, так как все прекрасно знают неугомонное желание кудрявых иметь прямые волосы и наоборот по тому же принципу желание представительниц прекрасного пола с прямыми волосами обладать элегантными кудрями. Желтоватый цвет кожи показывает на ее некоторые китайские корни. Её нельзя назвать красивой или же восхитительной, но и внешне девушка не отталкивает. Миловидное лицо с кукольными чертами полностью противоположны ее настоящему характеру и натуре. Во-первых, в глаза бросаются губы девушки, пухлые и резко очерченные, словно бы, показывали самый настоящий насыщенный персиковый цвет, натуральный. Казалось, будто глаза ее неживые, они не показывали блеска или радости, лишь только карий цвет можно было увидеть, не более. Но и цвет казался неживым, однако об этом позже. Что касается одежды юной особы, то она действительно практичная для работы следователя: неброская, плотно облегающая и крайне удобная. Синий ненасыщенный цвет, часто называемый васильковым, в тени отдавал полной насыщенностью и резиновым отблеском. Действительно, костюм молодой девушки был удобный, но достаточно открытый, резинового покрова. Шея и все тело до середины плеча и на несколько сантиметров ниже от паховой области в виде коротких облегающих шорт всё тело было закрыто. Декольте, врезанное в середину груди показывало ее прекрасные формы, но сам костюм явно был на молнии для удобства использования. Что касается рук, то далее до локтя идет сеточка, которая позволяет воздуху касаться ее красивой кожи здорового и свежего оттенка, но вскоре прерывается, оголяя еще некоторую часть руки до середины предплечья, где вновь руки закрывают детали резинового костюма, а именно длинные митенки, плотно прилегающие к тонкой руке и оголяющие почти полностью все пальцы, кроме большого. Что до ног, то уже от середины верхней части ноги идут черные плотные чулки, скрываемые за резиновыми сапогами на невысокой платформе, которые так же плотно прилегали к ее стройным ногам. Казалось бы, довольно вульгарный наряд, однако в этом веке со столь высоким техническим прогрессом и угрозой быть подверженным электрическому разряду это самое практичное, что можно надеть и самое удобное, к тому же никто не посмеет осудить за такой наряд лучшего следователя всего отдела и города в целом. — Мисс Чен, Вы работали у нас достаточно долгий срок и показали себя, как самый умный и самый лучший следователь из всех, к тому же работали практически без выходных и свободного времени в течении полутора лет. Думаю, что Вас можно отпустить на заслуженный отпуск за превосходно выполненную работу сроком на три месяца, ни днем раньше или позже. С первого июня Вы полностью свободны, Вам выплатят ваши отпускные, но первого сентября я буду ожидать Вас здесь, готовой к работе вновь. Придется новое дело вручить в руки Натаниэлю, — с унылым вздохом произнесла женщина, пальцем проводя по прозрачному столу, на котором начала что-то быстро печатать, глядя в экран монитора, который высветился прямо перед нею. Поблагодарив свою начальницу, девушка развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла на выход. Автоматические двери закрылись прямиком на нею, как только юная особа вышла за порог кабинета миссис Уайт. Осмотревшись, девушка глубоко вздохнула, ведь уже завтра сможет отправиться к отцу, осталось отработать лишь единственный день. Окинув взглядом суетливую обстановку, царившую в огромном здании, молодая леди направилась к лифту, чтобы подняться на свой сто четырнадцатый этаж, где сможет наконец разобраться в своем беспорядке, царившем в компьютере девушки. Осталось лишь закрыть все дела и очистить всё лишнее. Совершив пару шагов, девица услышала позади себя оживленный и достаточно низкий мужской голос, отчего и без того пустой взор девушки оказался максимально пустым. Дрожь пробрала ее тело, а сама она шептала, чтобы молодой юноша прошел мимо, однако все мольбы оказались бесполезными: — Мари! Вот ты где! Я тебя искал по всему зданию, ты где пропадала? — после этих слов девушка развернулась и подняла голову выше, наблюдая симпатичного молодого юношу с правильными чертами лица и широкой улыбкой. Красные взъерошенные волосы показывали на то, что парень пробежал через весь пролет, сшибая прочих работников на своем пути, а глаза его блистали счастьем. — Доброе утро, Натаниэль, — улыбнулась девушка, желавшая скорее убежать подальше от него, закрыться в кабинете и заблокировать вход, но нужно быть спокойной и милой с этим парнем, он работает в полиции уже достаточно долго, целых пять лет, так что приходится терпеть его. Но, самое отталкивающее, что видит при его появлении названная Мари — его ухаживания. Как же этот молодой человек хочет понравиться бедной девушке, однако ничего интересного в нем и, главное, общего с ним она не наблюдает. Общаясь достаточно долго, они близко познакомились. Если изначально он был ей приятен в общении, к тому же, обладатель красивой внешности, он не мог не нравиться ей, однако, лишь Мари узнала о его интересах, любимых занятиях и прочем, то моментально ее интерес и симпатия испарились, даже внешность более не привлекает, а от общества Натаниэля ей хотелось скорее избавиться. — Я была в кабинете миссис Уайт, просила отпуск на три месяца. Моё новое дело отдали тебе, можешь работать. — Неужели тебя так долго не будет? Что планируешь делать в свое свободное время? — с надеждой в голосе проговорил юноша, желая видеть девицу подле себя, как и прежде. — Я собираюсь уехать в город M, к отцу. Хочу провести три месяца с ним, — спокойно ответила девушка, медленно развернувшись и уже направляясь к лифту, а юноша же последовал за нею. — И ты даже на пару дней не вернешься? — Даже на пару дней. Я все три месяца буду там. — Может, мы могли бы вечером прогуляться с тобой? — уже поинтересовался юноша, глядя, как уже в лифте девушка разворачивается и с наигранной грустью отрицательно кивает головой, после чего двери лифта закрываются прямо перед его носом. — Вам на какой этаж? — послышался голос в кабине прозрачного лифта. — Сто четырнадцатый, пожалуйста, — ответила девушка, после чего лифт быстро тронулся, приводя юную особу к ее этажу, где в своем любимом уютном кабинете она разбиралась допоздна со своими папками и файлами.

***

— До свидания, Рик, увидимся не скоро, — улыбнулась Мари, прощаясь со своим пожилым коллегой, который непременно давал ей наибольшее количество полезных советов и всегда был готов помочь. Его алебастровое лицо с ярко выраженными морщинами не могло отталкивать, по крайней мере после общения с ним. Серые глаза, со временем поблекшие, выражали доброту и спокойствие, а манера говорить завораживала. Музыкальный голос, по всей видимости, ранее был его сильной стороной в общении с девушками, а слабая хрипотца придавала ему наибольший шарм.  — Удачной тебе поездки, Маринетт, — улыбнулся старичок, махнув молодой леди рукой, и покинул здание, направляясь к себе домой. Глубоко вздохнув, девушка кинула взгляд на кисть своей правой руки. Прозрачный экран, обитый вокруг ее тонкой руки с желтым оттенком показывал половину седьмого вечера, а значит стоит поторопиться, пока Натаниэль тоже не решил идти домой. Подойдя к выходу, Мари достала из кармана на бедре справа некую прозрачную карточку с набором цифр и поднесла к счетчику возле выхода.  — До свидания, Маринетт Дюпен-Чен, — произнес андроид, что располагался возле выхода. Девушка промолчала, покидая здание. И вот она оказалась посреди улицы, наполненной шумом и гамом. Стоэтажные и выше здания, имеющие различное значение, как жилых, так и рабочих зданий, возвышались над землей, полностью устеленной твердым и плотным слоем смеси битумов, а если коротко, то новый вид асфальта, используемый, как более прочный и долговечный покров. Вокруг ходили люди в привычных для девушки костюмах, как рабочих, так и обыденных, зачастую среди рабочих можно было обнаружить резиновые костюмы абсолютно разных видов, а порою даже и тканевые наряды, чаще, среди пожилого поколения. На дорогах разъезжали разнообразные машины, однако, как говорится, техника достигла определенного уровня, колеса не требовались, а главным видом горючего являлась энергия электричества, изредка оставались старинные образцы аппаратов в машиностроительной «промышленности», которые могли питаться устаревшим видом горючего — бензином, однако их давно, скорее всего, сдали в металлолом.       Мари спокойно вздохнула и решила направиться к переходу, где люди неспешно могли перейти на нужную им сторону дороги. Спустившись вниз по подъемнику, где девушка прошла через дорогу и, поднявшись вновь, безмятежно осмотрелась по сторонам. Солнце еще не село за горизонт, наоборот лишь, еще сияло над городом, хотя и проникал свет немного из-за высоких зданий города. Свернув налево, девушка мирно зашагала в сторону своего дома, который находился не близко, но пользоваться транспортом она не любила, только в редких случаях, когда того требует ситуация.       Спустя некоторое время девушка оказалась перед дверями в многоэтажное здание, в которое тут же спокойно зашла, проходя через весь коридор прямиком к лифту. Зайдя в него, девица осмотрелась вокруг. — Вам на какой этаж? — привычных механический женский голос раздался в кабине лифта. — Сто первый, пожалуйста, — вежливо обратилась девушка, разворачиваясь к стеклу, открывающему вид на весь город. По мере того, как увеличивается высота, Мари спокойно вздохнула и, дернувшись, отвернулась от вида, дабы скорее оказаться у себя в уютной квартире. Верно, наш смелый следователь боится высоты. На самом деле у нее множество фобий, от которых избавиться никак не удается, однако с этим возможно жить. Оказавшись на своем этаже, Маринетт вышла из лифта и свернула направо, где оказалась возле своей двери. Коснувшись пальцем считывателя возле двери, девушка открыла дверь, как только ее отпечаток пальца был узнан.       Вошла она в просторное помещение со множеством удобств, а главное — андроидом, который всегда помогал девушке по уборке и прочим домашним делам. — Добрый вечер, Мари. Я рад видеть вас, — проговорил он неживым голосом, однако даже он был настроен самой хозяйкой. Приятный мужской бас, суровый, но нежный был подключен в настройках робота. — Привет, Дирк, — улыбнулась мисс, снимая с себя резиновую обувь и проникая вглубь помещения. Пред нею раскрылся прекрасный вид на идеально убранную комнату, по которой разносился родной и достаточно редкий запах цветов Лилии. Белый кожаный диван располагался возле стены, напротив которого так же в стене находился телевизор, вернее, его голограмма, ибо он показывал абсолютно все в виде голограммы, а меж ними располагался прозрачный кофейный столик, на котором не было даже пылинки. Чуть дальше была просторная кухня и вход в спальню девушки, куда сразу наша леди и направилась. Закрыв за собою дверь, Мари спокойно осмотрелась. Очень маленькая и уютная комната, как раз то, что нужно. Расстегнув молнию на костюме, она мягко скинула его с плеч, а далее и с ног, оставаясь лишь в своих митенках, чулочках и нижнем белье. Скинув с себя и последние детали одежды, девушка раскрыла шкаф, оттуда уже вынимая нижнее белье и новую одежду, которую вскоре наденет после душа. Подойдя к двери, ведущей в душ, девушка нажала на кнопку возле двери, которая раскрылась и показала весь блеск ванной комнаты. Войдя внутрь помещения, молодая девушка вновь коснулась кнопки тонким указательным пальчиком, запирая за собою дверь. Первым делом она подошла к зеркалу возле раковины, где обычно умывалась, оглядев свое лицо. Первая реакция — глубокий вздох. Именно, она была чем-то огорчена? И чем же? Первоначально Мари нагнулась и решила сделать самое важное дело, вскоре выпрямляясь. Наконец пред нею было отражение прекрасной голубоглазой девушки с недлинными темными локонами, мягко касающимися плеч девицы. Главное слово в этой фразе — голубоглазая. На пальчиках ее спокойно располагались линзы, закрывающие лазурь ее прекрасных глаз, дабы укрыть от лишнего внимания. К чему же такие поступки, спросите Вы? Но дело в том, что эта девушка, Маринетт Дюпен-Чен, единственная голубоглазая в целом мире. Таких, как она, стараются найти и приступить к исследованию, дабы возродить род голубоглазых, чтобы вновь люди могли не удивляться голубому цвету глаз. Множество патрульных андроидов ночами тревожат случайных прохожих и решают узнать о том, насколько натурален их цвет глаз и нет ли в нем процента голубого. Проводят данную операцию они с помощью Хромокаторов*, которые выглядят, как часы в начале двадцать первого века. Из них слева сбоку вытаскивается практически невидимая тончайшая железная палочка, которая магнитом крепится к руке робота. Проникает эта палочка прямиком в радужку глаза, что является болезненным и крайне неприятным ощущением для самого человека. Убедившись в наличие малого процента наличия голубого цвета, какой обычно составляет менее единицы, человека моментально увозят в столицу страны, где работает самый знаменитый из биологов во всех областях биологии и медицины, Габриэль Агрест. Он так же является одним из четырех государственных деятелей, без которого медицина стояла бы на месте и не продвигалась. Из множества людей был извлечен минимальный ген в составе ДНК, отвечающий за голубой цвет глаз. Всем ученым было все равно на чувства людей при этом, а тех, кто проявлял жалость к одному из подопытных, просто убивали, чтобы они не выдавали тайну способа добычи гена. Мари осознает всю опасность своего цвета глаз, естественного, стопроцентно составляющего василькового оттенка. Подумав о том, что тяжело жить с таким цветом глаз и вечно скрывать его, девушка приняла душ и, без ужина, легла спать, так как рано утром ей придется уезжать к отцу.