Колыбельная Элион

Два воина мерно скакали сквозь мрак, Больше жизни храня, что держали в руках. В объятьях одной темный сверток лежал, Там, в меху и шелках, младенец дышал. Глухо стучали копыта коней, А доспехи сверкали, как сотни огней, Воинов будто Луна берегла, Погони не слышно; звенит тишина. Один из геральдов, державший дитя, В его глазки взглянул, любви не тая, И вздрогнул, увидев в них свет глубины, В глазах голубых были волны видны. Младенец моргнул, потянувшись, вздохнул: Колыбельную тихо боец затянул… Говорят, женский голос способен пленять Мелодичность его не устает удивлять: «Пусть тебе снятся Май и весна, Душистая хвоя, Зелень, листва, Пусть бриз, что над морем, Ворвётся в окно, И холод узором Распишет стекло, Пусть стуком капели По забытым снам, Портрет акварелью Воспомнится нам... Ты спи, королевна, На ложе из роз, Мотив, что я пела, Истончится насквозь, Твой удел, моя детка, Как солнце светить, Золочёной монеткой За обиды платить. Да будь же любима Народом своим, Пролетят годы мимо, Ты – всегда будешь с ним, Судьбина царицы – Быть матерью всем, Подобием львицы На троне своем. Тёмные годы Над миром твоим, Стенают народы: Ими царь нелюбим… Славой веков воссияешь однажды! Светом свободы людей озаришь, Ты уж, вижу, грустишь – тоска будто жажда: Струится сквозь веки, в то время как спишь. Скоро от дома далёко ты будешь, Скоро ты заживешь, как сотни других, Пусть тебя в вихре событий закружит, Так, что корней ты не вспомнишь своих. Пусть тебе снятся Май и весна, Душистая хвоя, Зелень, листва, Пусть Солнце с Луною Ведут хоровод, Пока мы с тобою Встречаем восход. Усни, королевна, Под песню мою, Во сна каравелле Тебя сберегу.» Шепчутся тихо листы в вышине; Никто в перелеске в ночи не поет; Пыль выбивают копыта коней… Всадников, верно, Луна бережет.