Benefits

После того случая, всё было… непонятно. Между ними всё было хорошо, лучше чем они когда-либо могли себе представить. Но они всё ещё были насторожены, когда дело доходило до физического контакта. Они держались за руки, гуляли по улицам и паркам, иногда Акааши клал голову на плечо Бокуто, если они смотрели фильм, а иногда Бокуто целовал его в макушку. Но это всё. Не то, что бы это было большой проблемой — они оба согласились, что пусть всё будет медленно, но было бы неплохо, если бы они могли целовать друг друга, не чувствуя себя неловко, хотя бы легкий чмок в щеку. Но ничего такого не было. Было очевидно, что Бокуто пытался двигаться дальше, но честно, это казалось невозможным, особенно сейчас, когда Акааши наконец дали новое задание и теперь он постоянно работал.  — Так у вас не получилось… — намекнул Куроо, надеясь, что Акааши подхватит. Он сидел на диване, рыская в пачке чипсов, пока Акааши искал информацию для своего задания.  — Я сейчас занят, — Куроо пожал плечами.  — Я просто говорю, что я знаю пару способов… ну знаешь, аккуратно всё начать. Акааши отложил ручку и вдохнул, поворачиваясь на стуле, чтобы взглянуть на своего друга.  — Мне очень нужно это сделать, Куроо. Можешь помолчать? Куроо ухмыльнулся и сделал вид, что он закрыл рот на замок. Акааши нахмурился и вернулся к работе. Через пять минут, Куроо начал очень громко есть. Акааши слышал хруст чипсов и это невероятно раздражало, всё сильнее с каждой секундой. Он попробовал игнорировать это, но это было единственной вещью, которую он мог слышать.  — Не можешь заткнуться? — выпалил он, даже не поворачиваясь.  — Тебе мешает? Акааши обернулся.  — Ага! Куроо кивнул и прекратил так громко жевать, но зато снова начал разговаривать.  — Я тут на днях встретил Бокуто на улице, и…  — Почему ты так помешан на этом?! — закричал Акааши, в конец оставляя своё исследование и полностью поворачиваясь, смотря прямо на Куроо. — Почему ты постоянно упоминаешь Бокуто или наши отношения? Глаза Куроо распахнулись.  — Чт… Акааши…  — Ты постоянно лезешь в наши отношения! Не нужно, я не хочу, чтобы ты совал свой нос туда, куда не надо, — огрызнулся Акааши.  — Воу, ладно… — спокойно ответил Куроо. — Я просто хотел помочь… Акааши был в ярости.  — Я НИКОГДА НЕ ПРОСИЛ ТВОЕЙ ПОМОЩИ! НИ РАЗУ Я НЕ ПРОСИЛ ТЕБЯ ЛЕЗТЬ, Я НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ МНЕ ПОМОГАЛ! Боль отразилась на лице Куроо, злость начинала кипеть в его крови.  — Я просто пытаюсь исправить то, что произошло. Друзья это и делают, помогают друг другу, прикрывают их. Я знаю, что ты не просил меня, но это то что я должен сделать как твой друг, — жестко сказал он.  — ПОЧЕМУ ТЫ ВОСПРИНИМАЕШЬ МЕНЯ КАК БУДТО Я НЕ МОГУ О СЕБЕ ПОЗАБОТИТЬСЯ? — кричал Акааши. — МЕНЯ НЕ НАДО «ПРИКРЫВАТЬ» ИЛИ ЧТО ТАМ ЕЩЁ, Я И САМ СПРАВЛЮСЬ!  — Я И НЕ ГОВОРЮ, ЧТО ТЫ НЕ МОЖЕШЬ СПРАВИТЬСЯ САМ! — Куроо начал кричать в ответ, злостно сузив глаза. — ВСЁ, ЧТО Я СКАЗАЛ, ЭТО ТО, ЧТО Я ВСЕГДА РЯДОМ, ЧТОБЫ ПОМОЧЬ ТЕБЕ, КОГДА ТЕБЕ НУЖНА БУДЕТ ПОМОЩЬ! Акааши сжал руки в кулаки.  — А ЧТО ЕСЛИ МНЕ НЕ НУЖНА ТВОЯ ПОМОЩЬ? ТЫ ВСЁ ВРЕМЯ ГОВОРИШЬ МНЕ, ЧТО Я МОГУ СДЕЛАТЬ И ЧТО МНЕ НЕ ДЕЛАТЬ. ТЫ ПРИДИРАЕШЬСЯ КО МНЕ И ЭТО СБИВАЕТ С ТОЛКУ!  — Я ПРОСТО…  — НЕ ДУМАЕШЬ, ЧТО ТЫ, ИЗ ВСЕХ ЛЮДЕЙ, УЖЕ СДЕЛАЛ ДОСТАТОЧНО?! Куроо замолчал. Всё напряжение спало и явная боль скрывалась в выражении его лица. Когда Акааши это увидел, то понял, что сказал, и мысленно проклял себя за это.  — Черт… Куроо…  — Ты прав… — промямлил он. — Я сделал достаточно. Акааши встал со стула в тот же момент, когда Куроо поднялся с дивана.  — Куроо…  — Спасибо за чипсы, — произнёс Куроо, сжимая пачку и кидая её на пол. Он ушел, и дверь громко захлопнулась за ним. Руки Акааши всё ещё были сжаты, но через секунду расслабились и безжизненно повисли по бокам. И тогда он заплакал. Грудь зажало как в тисках, он с трудом дышал. Было больнее, чем когда он ругался с Бокуто. Плач, что заставлял всё его тело трястись, был беззвучным, но был куда сильнее. Слезы катились по щекам. Ссоры с лучшими друзьями были всегда больнее. --- Голова Акааши лежала на плече у Бокуто, который успокаивающе гладил его по руке вверх и вниз.  — Прости за то, что позвонил так неожиданно, — пробормотал Акааши.  — Всё нормально, — произнёс Бокуто. Он всё ещё немного мешкался от того, что Акааши позвонил ему, но знал, что должен его поддержать. — Хочешь поговорить об этом? Акааши уже давно перестал плакать, но в груди всё равно болело.  — Я постоянно отталкиваю людей, которых люблю. Я не хотел кричать на него, но я накричал и даже не знаю почему…  — На Куроо? — Он просто хотел помочь. Он всегда так делает, это одна из его черт характера, всегда слишком добрый и щедрый, а я просто ткнул его этим в лицо, — Акааши прижался лицом к его плечу, сжимая в руке ткань футболки. — Мне так плохо из-за того, что я наорал на него.  — Уверен, он понимает, — сказал Бокуто. — Он твой лучший друг, вы вместе прошли через многое. Они прошли через многое. Они уже ссорились, но в этот раз, какой бы ни была причина, было больнее. Акааши никогда раньше не видел столько боли на лице Куроо как в этот раз. Даже просто мысль об этом заставила его вздрогнуть. Чем дольше Акааши сидел вместе с Бокуто, тем сильнее он уставал. Всё, что случилось, было слишком утомляющим. Он закрыл глаза, думая о том, что сейчас мог делать Куроо, и разрешая сну забрать себя. ---  — Куроо, что не так? Никакого ответа.  — Куроо. Тсукишима был настойчивым. Он добьётся того, чего хочет. Куроо знал это.  — Мы с Акааши поссорились, и думаю частично это из-за того, что я чувствую к Акааши после того, как он сказал, что больше меня не любит, — сказал он. — Я просто пытался помочь, понимаешь? Тсукишима кивнул.  — Но это хорошо, разве нет? Что он больше не влюблен в тебя? — Куроо прикусил губу.  — Я думал, что так оно и было, но я чувствую себя дерьмово. У меня в груди какая-то тупая боль.  — Он тебе нравится.  — Тсукки…  — Всё нормально, — Тсукишима поднял руку. — Я достаточно сталкивался с разбитыми сердцами, плохими расставаниями и прочим. Он не нравился тебе, никогда, пока ты не увидел его счастливым с кем-то другим кроме тебя. Тебе непривычно видеть его с кем-то ещё, потому что ты был первым человеком, с которым он сблизился, когда приехал сюда. Он доверился тебе, а теперь ты ревнуешь, потому что ты ему не нужен, и он доверился кому-то другому. Знакомо? Куроо повёл плечами.  — Наверное…  — Ну, это правда. Я вижу, как ты теперь смотришь на Акааши, и как смотришь на меня.  — Нет, Тсукки! Я люблю! Я люблю тебя!  — Я знаю, — ответил Тсукишима. — Не расстраивайся, потому что я чувствую тоже самое. Что-то между нами не идёт. Ты знаешь, что-то не работает, но было хорошо.  — Так это, эм… расставание? Тсукишима посмотрел в пол.  — Я хочу быть с тобой, я хочу, чтобы между нами всё было хорошо, но ты явно больше не счастлив в этих отношениях. Иногда я могу быть засранцем, но я не собираюсь вставать на пути чужого счастья, — Куроо кивнул.  — Да. Вдруг, неожиданно, Тсукишима наклонился и захватил губы Куроо между своими, руками пробираясь к шее и притягивая к себе в мокром, но жадном поцелуе. Куроо удивился, но не опешил и обернул ладонями шею Тсукишимы, чтобы прижаться сильнее. Тсукишима провёл языком по нижней губе Куроо и нежно проникнул им внутрь, касаясь чужого языка. Захват на шее Тсукишимы стал жестче, — ещё чуть-чуть и его пальцы бы оставили синяки, — но в нём было столько… желания. На секунду Куроо оторвался и взглянул Тсукишиме прямо в глаза.  — Я не хочу расставаться. У Тсукишимы перехватило дыхание, и он посмотрел на него в ответ: его зрачки расширены и в них было столько различных эмоций.  — Не хочешь? Я-я думал…  — Ты единственный, с кем я хочу быть. И что если что-то одно между нами не работает? Я никогда не был из тех людей, что избегает проблем. Расставание с тобой ничего не решит, и сделает меня только более несчастным, потому что я ничего не могу сделать, если Акааши в отношениях. Он двинулся дальше, теперь он независим, и это хорошо. Будет эгоистично считать, что он будет полагаться на меня всю оставшуюся жизнь, — ответил Куроо, взяв руки Тсукишимы в свои. — И я счастлив в этих отношениях. Мне нравится проводить с тобой время, и боже, ты горяч! И нет ничего, что я бы хотел больше, чем быть с тобой. Ты в моей жизни теперь. Тсукишима фыркнул.  — Тогда это не расставание? Куроо тряхнул головой и сильнее вдавил Тсукишиму в матрас.  — Нет, скорее наоборот, — произнёс он и вновь соединил их губы. Тсукишима чуть отодвинул его.  — Тебе нужно обо всём подумать и вернуться поговорить с Акааши.  — Знаю, — Куроо улыбнулся. --- Акааши всё ещё спал на плече у Бокуто, когда вдруг зазвонил телефон. Бокуто не хотел беспокоить его, поэтому наклонился и взял его со столика. Увидев имя звонившего, он фыркнул, но всё равно ответил.  — Алло?  — Эм… Акааши там?  — Акааши спит. Знаешь, он был очень расстроен тем, что произошло, — ответил Бокуто. На другой стороне Куроо вздохнул.  — Я чувствую себя таким придурком за то, что накричал на него, — сказал он. — Я могу с ним как-нибудь поговорить? Акааши как будто услышал это и медленно открыл глаза, взглянув на Бокуто. Он нахмурил брови и протянул руку. Бокуто сжал губы в тонкую линию, обдумывая происходящее лишнюю секунду, но всё же отдал телефон.  — Куроо? — спросил Акааши. Его голос был таким сонным и слабым.  — Хей… Акааши резко вздохнул.  — Куроо, прости меня!  — Прошу, всё в порядке… Прости, что так отреагировал, и накричал в ответ.  — Мне не стоило кричать с самого начала. Я знаю, что ты просто пытался помочь, — Куроо мягко улыбнулся.  — Ага, но иногда я бываю слишком заботливым, не так ли? — засмеялся он, и Акааши тоже улыбнулся.  — Наверное… Мы можем забыть об этом, как будто ничего из этого никогда не было?  — Конечно, — ответил Куроо. Он был более чем рад согласиться. — На самом деле, Акааши… В эту же секунду Акааши взглянул на часы, и его глаза распахнулись.  — Черт, уже столько времени! Куроо, прости, но у меня сроки поджимают, могу я тебе позже перезвонить? Куроо прикусил язык, и сглотнул все слова. В любом случае будет лучше сказать это в лицо.  — К-конечно! Удачи с заданием, — он повесил трубку, не дожидаясь ответа, что всё равно было бы «спасибо». Акааши положил телефон обратно на кофейный столик и вздохнул.  — Я так рад, что у меня такой понимающий друг, — сказал он. — Я правда думал, что он будет сильнее зол. Бокуто кивнул.  — Наверное, но всё разрешилось.  — Ага, — Акааши повернул голову и встретился взглядом с Бокуто. Он хотел поцеловать его, но можно ли ему? Они встречались, но сейчас это казалось не позволительным. И пусть у них всё было хорошо, ему не хотелось нарушать баланс. В итоге ему и не понадобилось, потому что Бокуто наклонился вперёд, и уже через секунду они целовались. Рука пробралась ему в волосы, а другая обернулась вокруг его шеи. И он готов был сидеть так вечно, но оторвался.  — Мне нужно закончить это задание, — извиняясь, произнёс он. Бокуто кивнул.  — Д-да, конечно. Вперёд. Акааши поднялся и направился к своему ноутбуку, открывая последнюю свою работу и продолжая, а потом обругал самого себя. «Я нарушил баланс? Начни разговор! Быстро!»  — Т-так, когда ты узнаешь, попадешь ты в команду или нет? — спросил он, чуть поглядывая на Бокуто из-за плеча. Тот задумался.  — Эм… Я не уверен. Иногда это занимает пару дней, вроде бы. Сейчас не много человек пытается вступить, так что им, наверное, должно быть легче решить, — Акааши кивнул.  — Хорошо тогда, у тебя хорошие шансы попасть.  — Эй-эй, не сглазь! Акааши улыбнулся и добавил последние штрихи в свой дизайн.  — Прости-прости… Хей, не хочешь подойти и посмотреть как у меня получается?  — Конечно! После того, как ему сказали, насколько прекрасен его дизайн, и поцеловали в щечку, пообещав сходить в кино, Акааши отправил конечный вариант Ойкаве.  — Что сейчас идёт в кино? — спросил он.  — Сегодня ничего, но есть пару хороших фильмов завтра! — сказал Бокуто, пролистывая расписание кинотеатра на телефоне.  — Они не страшные, не так ли? — Бокуто фыркнул со смеху.  — Пф-ф, нет! Акааши сомнительно поднял бровь.  — Лучше бы так и было. --- (на следующий день)  — Мы не будем смотреть фильм ужасов, — произнёс Акааши, скрестив руки, когда они с Бокуто смотрели на расписание. — Совершенно точно нет.  — Почему~? — пропел Бокуто, прислоняясь и толкая Акааши плечом. — Ты боишься хорроров? Бокуто хотел просто пошутить, просто подразнить его, но Акааши всё равно ответил:  — Да.  — Чт… Серьезно? — его челюсть прямо упала. — Тем более стоит пойти! Ты сможешь прижиматься ко мне и держать меня за руку. Акааши вздёрнул брови, готовый возразить, но Бокуто уже тащил его в сторону кассы, болтая что-то о том, как Акааши может спрятаться за его широкими плечами и всякое такое. Когда они заняли свои места, Акааши кажется расслабился, но всё ещё немного нервничал. Хотя фильм, который они решили посмотреть (скорее Бокуто решил) не должен был быть страшным. Бокуто жевал попкорн, что они себе купили. Фильм начался.  — Не забудь держать меня за руку, — сказал он, наклоняясь и шепотом произнося это прямо Акааши на ухо. Акааши еле сдержался, чтобы не ударить его локтем в живот, и начальные титры появились на экране. Ему это уже не нравилось. Фильм уже подходил к своей кульминации, и Акааши ещё ни разу не понадобилось прятаться за Бокуто или держать его руку, хоть и к разочарованию самого Бокуто. И тогда у Бокуто зазвонил телефон, заставляя сердце Акааши биться сильнее.  — Я должен ответить, — произнёс он, поднимаясь и проходя мимо Акааши, благодарный тому, что они сидели в самом конце ряда.  — Ты не можешь оставить меня! — прошептал Акааши, хватая его за футболку.  — Прости! — тихо ответил Бокуто. — Это очень важный звонок. Акааши надулся, но отпустил Бокуто, позволяя ему тихо выскочить из зала. Он заставил себя взглянуть обратно на экран, но без сильного, теплого и пугающего присутствия Бокуто рядом с ним он почувствовал себя жутко уязвимым. Тогда это и случилось. На протяжении всего фильма ему было скучно. До этого момента. Главный герой был в заброшенном доме в поисках своей сестры, когда случился этот чертов скример. До этого уже было парочку таких, но они были слабыми, а этот был хорош. Акааши никогда так не прыгал от испуга, и он готов был поклясться, он видел, как вся жизнь пронеслась у него перед глазами, и он издал душераздирающий крик. Он был рад, что не был единственным, кто закричал, но он точно был самым громким и визжащим, что смущало, потому что несколько пар глаз теперь было обращено на него. Чертов Бокуто, где его носило? После ещё двух подобных моментов, Бокуто всё ещё не возвращался, а Акааши сдался и пошел его искать. Фильм ему всё равно не понравился. Он вылетел из зала, выкидывая миску попкорна в мусорку, — ему не много досталось. Он увидел Бокуто, стоящего у кассы и как-то быстро разговаривающего по телефону. Акааши сначала просто кинул в него грозный взгляд, а потом направился прямо к нему. Он не выглядел радостным. Бокуто заметил его краешком глаза и что-то произнёс в телефон, а затем повесил.  — Акааши? Что ты здесь делаешь? Акааши поднял руку и начал, чуть-чуть совсем, бить Бокуто в грудь, чтобы показать, насколько он был зол на него.  — Ты оставил меня там на бог знает сколько! — возмущался он. — Ты же знаешь, как я ненавижу ужасы, и ты оставил меня одного! Там была жуткая выпрыгивающая фигня, и я заорал, и на меня все обернулись, и… это было просто ужасно! И тогда я пришел сюда, а ты всё ещё разговариваешь по телефону! Бокуто моргнул.  — Акаа…  — Было так страшно! Ты себе и представить себе не можешь, как мне было страшно. Никогда больше не поступай со мной так!  — Акааши! — произнёс Бокуто, хватая его за кисть, чтобы тот прекратил его бить.  — Что? — выпалил Акааши. Бокуто нежно улыбнулся.  — Меня приняли.  — А?  — Меня приняли! — повторил он.  — В… В команду? — Бокуто кивнул.  — Похоже, Иваизуми сказал пару хороших слов обо мне! Акааши улыбнулся. Он всё ещё злился за то, что тот оставил его одного смотреть этот ужасный фильм, но всё-таки был безмерно счастлив за Бокуто. Он и забыл, как Ойкава упоминал, что Иваизуми был профессионалом. Видимо, вот что значило иметь связи.  — Поздравляю. Бокуто обернул руки вокруг Акааши и прижал его к себе.  — Спасибо! — радостно произнёс он. — И ещё… Прости, что оставил тебя. Обещаю, я больше так не буду.  — Уж лучше тебе сдержать обещание, — сказал Акааши, наклонив голову, чтобы посмотреть на него, поцеловал в подбородок и улыбнулся. — А теперь, что скажешь, если мы пойдём домой и отпразднуем это? Глаза Бокуто засветились, и он наклонился к нему, чтобы наконец по-нормальному поцеловать.  — Отличная идея. Держась за руки, они вернулись в квартиру Акааши, так как та была ближе. На самом деле Акааши бы лучше пошел к Бокуто — ему там нравилось больше.  — Так, хочешь немного посидеть, когда придём, или же сразу в кровать? — спросил Бокуто, размахивая их руками. Акааши закатил глаза.  — Что угодно, на что у тебя будет настрой.  — Хорошо, — ответил Бокуто. — Как насчёт поздравительного секса? Акааши засмеялся, увидев взволнованное лицо Бокуто, — он как будто думал, что зашел слишком далеко.  — Звучит… — сказал он, прижимаясь к нему поближе. — Отлично. Когда они зашли в здание, Бокуто уже жадно стягивал с Акааши куртку, и к тому времени, когда они подошли к двери, он уже забрался под футболку, поднимая её к голове. Акааши мешкался с ручкой двери, пытаясь её открыть, будучи в это время к ней прижатым. Когда у него всё-таки получилось, Бокуто толкнул его в комнату, и Акааши ударился спиной об стену, что разделяла коридор и остальную квартиру. Бокуто захлопнул дверь даже не глядя. Руки Акааши обнимали Бокуто за шею, цепляясь за волосы во время их страстного поцелуя. Бокуто становился немного нетерпеливым, поэтому он откинул футболку Акааши в сторону и поднял его за бедра так, чтобы Акааши всё понял и обернул ноги вокруг его талии, а Бокуто мог его поднять. Он пронёс его через гостиную, прижимаясь губами к шее, оставляя засосы, которые отлично контрастировали с его бледной кожей. Голова Акааши была откинута назад, глаза закрыты, но он приоткрыл их, чтобы убедиться, что Бокуто не собирался никуда врезаться. И вдруг он подпрыгнул да так, что Бокуто чуть не уронил его.  — Воу-воу, Акааши… Всё в порядке? — спросил Бокуто, поправляя свой захват, чтобы Акааши не упал. Но Акааши не ответил, а просто уставился туда, где стоял диван. Бокуто проследил за взглядом и в результате чуть снова его не уронил. Там стоял Куроо с ярко красными щеками и в неловкой позе.  — П-простите. Бокуто чуть слышно выругался и нежно опустил Акааши на пол.  — Что такое, чувак? — спросил он, почесывая затылок. Ему тоже было стыдно.  — Я просто хотел на секунду поговорить с Акааши. Простите, что прервал… это… — показал он рукой на них обоих. Акааши прикусил щеку изнутри и повернулся к Бокуто, взяв в руки его лицо и чуть касаясь его губами в поцелуе.  — Можешь подождать в спальне, пожалуйста? Это много времени не займёт. Бокуто поцеловал его в ответ.  — Хорошо. Когда Бокуто ушел в спальню, Акааши поднял футболку, которая ранее была отброшена на столик рядом с дверью, и надел её обратно. За это Куроо был благодарен: было бы неловко, если бы беседа происходила с полуголым Акааши.  — О чём ты хотел со мной поговорить?  — Во-первых, я хочу извиниться за… то, что пришел сюда так неожиданно и прервал, эм… — начал Куроо, но Акааши его прервал.  — Всё нормально.  — Просто я не был уверен, будешь ли ты дома или нет, и не знаю, мы всё ещё в тех отношениях, где мы можем заходить друг другу в квартиры, или нет, так что…  — Куроо, мне вроде как нужно кое-где быть сейчас, так что не мог бы ты поторопиться? — Куроо чуть приоткрыл рот от удивления и кивнул.  — Конечно! — сказал он. — Во-вторых, я хочу извиниться за то, что я сказал, и за то, как я себя повёл, когда ты сказал мне, что ты больше в меня не влюблен.  — Ох…  — Правда в том, что на самом деле я расстроился, когда ты это сказал, и это сбило меня с толку, потому что я не мог понять почему. Я был не уверен в том, что я к тебе чувствовал, и я даже рассматривал возможность того, что ты тоже мне нравишься. Глаза Акааши распахнулись, когда он это услышал, и во рту у него вдруг пересохло.  — Ты хочешь сказать мне, что у тебя ко мне есть чувства?  — Нет, — сказал Куроо и увидел мгновенное облегчение на лице Акааши. Сложно было отрицать, что это чуть кольнуло его, но он переживёт. — Я поговорил с Тсукишимой о своих чувствах, и он помог мне понять, каким глупцом я был.  — Я не понимаю? — поднял бровь Акааши.  — Я ревновал из-за того, что ты начал полагаться на кого-то другого. Ну знаешь, я был первым, с кем ты подружился, когда приехал сюда, и он сказал мне, что поэтому мне так странно видеть тебя счастливым и рассчитывающим на кого-то ещё. Тогда он сказал мне, что если я не счастлив в наших отношениях, мы можем расстаться, но я не хотел расставаться. Я решил, моя хандра ни к чему не приведёт, и он мне правда важен. Акааши кивнул, вроде что-то понимая.  — По существу, ты настолько мне дорог, что это больно видеть, как ты… не знаю, покидаешь меня. У нас была сильная связь, и потом она начала исчезать, и я не знал, счастлив ли я от этого, но теперь я счастлив. Я знаю, что ты счастлив с Бокуто, и я не буду вставать на пути, потому что наконец-то, я до безумия счастлив быть с Тсукишимой. Акааши пересёк комнату и прижался всем телом к Куроо, обернув вокруг него руки и опустив голову ему на плечо.  — Спасибо. Куроо нежно улыбнулся и поцеловал Акааши в макушку.  — Для чего ещё лучшие друзья, ага? — сказал он, улыбаясь ещё сильнее и легонько отталкивая Акааши. — Ладно, я уже достаточно обломал тебя на сегодня, так что я пойду. Акааши рассмеялся и игриво ударил его по руке.  — Ты будешь в порядке, ты ведь знаешь это, так?  — Ага, — Куроо пожал плечами и однобоко улыбнулся, так же как и в одно утро понедельника, когда он открыл занавески около его кровати. И в этот момент он знал, что тоже будет в порядке.  — Увидимся, — сказал Акааши, стоя у двери в спальню, когда Куроо подошел к выходу.  — Увидимся, — ответил он и тихо ушел. По другую сторону двери Бокуто тихо слушал их разговор. Он игрался с пальцами, — привычка, которую он подхватил от Акааши, — и перебирал в голове то, что услышал. Медленно просунув голову в гостиную, он увидел Акааши, что всё ещё стоял и смотрел на закрытую дверь.  — Ты в порядке? — Акааши повернулся и взял его за руку.  — Да. Всё отлично, — сказал он, позволяя другому затянуть себя обратно в комнату. --- Бокуто зажал Акааши между своих рук, прижимая к стене. Он языком провёл по его шее, а коленом водил по бедру. Похоже, его настрой тоже не сбил тот факт, что в прошлый раз его ударили коленом там, внизу. Бокуто чувствовал себя как в огне. Акааши ласкал его руками по всему телу, пальцами сжимая бедра и наверняка оставляя синяки. В этом поцелуе было столько страсти: переплетение языками, щелканье зубами; и пусть он был грубым, не было ничего небрежного или беспорядочного. Они просто идеально подходили друг другу. Бокуто подвинул колено чуть выше, в ответ получая удивленный вздох. Он прекратил поцелуй, но сразу же прижался к горлу Акааши, проводя поцелуями линию от ключиц до уха и обратно. Остановившись на полпути и засосав кожу, он оставил неплохой фиолетовый синяк. Акааши поджал пальцы на ногах, чувствуя как Бокуто нежно царапался зубами, заставляя мурашки бежать по коже.  — Ты такой горячий, Акааши, — прошептал Бокуто ему в шею, прижимаясь поцелуем к свежему засосу.  — Ага, — выдохнул Акааши, притягивая его лицо обратно для очередного поцелуя. Сдерживаться становилось трудно. Бокуто, кажется, понял намек и начал поторапливаться, схватив Акааши за бёдра и поднимая его, как будто это уже был рефлекс. Акааши обернул ноги вокруг талии Бокуто, и тот ударом открыл дверь. Акааши позволил принести себя к кровати и кинуть на матрас. Бокуто быстро снял с себя футболку и проделал тоже самое с Акааши. Откинув их в сторону, он провёл новую линию из поцелуев от груди до пупка. Иногда посасывая и кусая, или поднимая взгляд на Акааши, когда он нежно впивался зубами в кожу на его животе. Акааши закатил глаза от удовольствия. Он с трудом мог дышать, потому что даже просто интенсивность этих движений, это было слишком для Акааши. У него, конечно же, уже был секс раньше, но сейчас это был совершенно другой уровень. Секс с Куроо был экстраординарным, потому этот парень просто зверь, но даже просто целоваться с Бокуто было… невероятно сногсшибательно! В прошлый раз он как-то не успел этого оценить. Акааши даже не заметил, как Бокуто расстегнул его штаны и начал снимать с него боксеры, потому что был слишком сильно сосредоточен на том, как близко были губы Бокуто к чувствительной коже внизу живота. Тот поднял бёдра Акааши и стянул его трусы до колен, а потом и вовсе полностью их снял. Акааши как-то отдаленно услышал низкий голос:  — Акааши.  — М-м, — промычал он в абсолютной эйфории.  — Акааши… — повторил Бокуто, даже почти пропел. Глаза Акааши были закрыты, — он явно был не в курсе, что уже лежал голым, абсолютно голым; и лежал на кровати, показывая всего себя как будто в витрине магазина. Бокуто улыбнулся — он был так чертовски красив. Потом он понял, что Акааши больше не собирается отвечать на своё имя, так что он наклонился и нежно дунул на его член. Это привлекло его внимание. Глаза Акааши распахнулись и он поднялся так быстро, что Бокуто заволновался, что у него возникнут белые вспышки перед глазами. Неожиданный холодный воздух на чем-то настолько разгоряченном было ощущением странным, но в то же время очень приятным. Глаза Акааши расширились ещё сильнее, когда он увидел свою одежду, а точнее её отсутствие. Он посмотрел на Бокуто и выдохнул, не осознавая, что до этого задерживал дыхание.  — Когда ты это сделал?  — Когда ты чуть не кончил, пока я оставлял на тебе довольно впечатляющие засосы. Акааши фыркнул и посмотрел на себя, в очередной раз удивляясь тому, насколько фиолетовым было его тело. Бокуто был прав, они были черт возьми впечатляющими. Он снова взглянул на Бокуто и ухмыльнулся.  — Ну, было очень хорошо, — Бокуто прикусил губу и улыбнулся.  — Ты так прекрасен. Я завидую.  — Заткнись, — произнёс Акааши, подаваясь вперёд, и положил руку ему на шею, чтобы притянуть к себе. — Ты собираешься меня трахнуть или как? --- Чем бы не был тот знак, когда он ударил его в пах, это было пустым суеверным дерьмом, и сейчас Акааши лежал на кровати, пытаясь понять, какого хрена они не сделали этого раньше. На самом деле, было тяжело сосредоточиться хоть на чем-либо, когда тебя вбивают в кровать семьдесят восемь килограмм чистых накаченных мышц и сексуальности, как будто ты простой кусок мяса. Акааши выкрикивал ругательства, и Бокуто в наказание за мат кусал его губы. Да, это было определенно лучше, чем с Куроо, — решил Акааши. Было столько страсти. И пусть Акааши ещё не любил Бокуто, он с уверенностью мог сказать, что эти толчки, взгляды и поцелуи были полны любви. Он зажмурился, кончая, и имя Бокуто соскользнуло с его языка. Через пару минут сам Бокуто тоже кончил и оторвался от него, чтобы прибраться. Когда всё было достаточно чисто, Бокуто забрался обратно на кровать и подполз к Акааши.  — Это было…  — Охуенно, — выдохнул Акааши. Бокуто усмехнулся и наклонился к нему для поцелуя.  — Я люблю тебя. Акааши поднял голову, чтобы снова слегка поцеловать его, и пробормотал ему прямо в губы.  — И я тебя.  — Хей-хей… Не хочешь сделать мне что-нибудь поесть? Я немного проголодался. Акааши фыркнул.  — Точно нет.  — Ладно, — сказал Бокуто, переворачиваясь, чтобы лечь и прижать Акааши к своей груди. Они оба всё ещё были раздеты, но одеяла прикрывали их нижние части. Грудь Акааши была покрыта неплохой такой кучей фиолетовых засосов, а на плечах Бокуто красовались красивой формы следы от зубов. — Как я уже говорил, я очень терпеливый мужчина.  — Только не в постели, — усмехнулся Акааши, положив руку на красивый пресс Бокуто, — его пальцы приятно проводили по неровностям.  — Хей, хей, хей! — возмутился Бокуто. — Знаешь, ты сам был довольно нетерпеливым! Акааши улыбнулся и закрыл глаза. Он с легкостью мог к такому привыкнуть. --- Это был просто аттракцион из различных эмоций. Боже, да это был полный кошмар! Если бы Акааши мог выбрать, он бы просто пропустил всю эту драму и перешел к концу. Но если бы его спросили, согласился бы он пройти через всё это снова ради такого же результата, он бы сказал «да». Куроо будет в порядке, Акааши будет в порядке, и черт, даже Бокуто будет в порядке. Конечно, это не прогулка по парку, но всё нормально. Все трое, они прошли через многое за этот год, и они не прекратят преодолевать любые препятствия на своём пути. Это было уроком для Акааши. Он прошел через все стадии: любовь, отрицание, разбитое сердце и пьяные ошибки, а сейчас всё будет хорошо. И ему следует знать: он был тем, кто держится за спинку кровати, когда его энергию буквально вытрахивает из него человек, которого он любил больше всех на свете. Всё началось с понимания, которое было между ним и его лучшим другом, они были секс-друзьями, снимали стресс, но были и просто друзьями. Это показывает, что в любой ситуации, будь то разрыв или ссора с близким человеком, в этом всегда, без сомнений, будут и преимущества. Конец. Эпилог  — Акааши, посмотри на это! — сказал Бокуто, пробираясь через коробки в гостиной. — Они наконец выдали мне форму с моим именем! Видишь! Видишь! Акааши взглянул на него, оторвавшись от дисков в коробке, и улыбнулся.  — Отлично, выглядит шикарно. Поможешь мне это упаковать, пожалуйста? Бокуто надулся. Акааши просил помощи уже пять раз, и пока он умудрялся отмазываться от этого. В первый раз он отвлекся на кота, что сидел снаружи подоконника. Во второй раз, когда Акааши его попросил, ему вовремя позвонил Куроо, и он просто обязан был ответить. Сейчас же он не мог придумать ни одного оправдания, чтобы свалить, потому что он ненавидел собираться. Вообще-то это всё равно была вина Бокуто: он был тем, кто попросил Акааши переехать вместе с ним одним летним днём, когда они сидели снаружи маленького кафе за обедом. Акааши этого не ожидал и даже пролил свой напиток на стол. После долгого обсуждения, они решили снять квартиру вдвоём — свежее начало, особенно учитывая, что Акааши всё равно больше не любил свою квартиру, а квартира Бокуто была немного далековато от нужной им части города, нежели та, что они подобрали в газете. Здесь было две спальни, одна ванная, а сама квартира была на втором этаже квартирного комплекса. В ней также был небольшой балкон, выходящий на небольшой садик, а по соседству жило много дружелюбных людей. Также было разрешено заводить домашних животных, чему жутко обрадовался Бокуто, потому он очень хотел завести собаку. Акааши правда на это лишь покачал головой, сказав, что у них обоих пока нет времени присматривать за ней. Одна вещь, которую они, наверное, оба с нетерпением ждали, это утра каждого дня, где они просыпались рядом друг с другом. Не то, что бы они не делали так довольно часто и без общей квартиры, но в этот раз на ней будут их фамилии. Акааши бы просыпался под запах кофе и бекона с яйцами, а Бокуто убаюкивал бы его перед сном, играясь пальцами в его волосах. Пусть они оба и радовались совместной жизни до конца своих веков, Бокуто также не мог дождаться вечеринки по поводу новоселья, которая была просто обязательной. Акааши был не против, — он просто надеялся, что новый интерьер их квартиры не будет разрушен через неделю после их переезда. Куроо сразу же согласился, что вечеринка-новоселье необходима, и эти оба начали всё планировать, а Акааши, опять же, оставалось собираться в одиночку. Похоже, Бокуто уже упаковал все свои вещи, чему Акааши не готов был поверить, пока не увидит доказательства. Но вот так вот и было. Он стоял в дверях квартиры Бокуто и был действительно удивлен тому, что в квартире всё было вычищено, — в любой момент сюда мог въезжать новый владелец. Бокуто продал большую часть своей мебели, потому они оба решили купить вместе новую, включая новую кровать, диван, телевизор и так далее. Бокуто упаковал только те вещи, которые сто процентно были ему нужны, такие как одежда, всякие сентиментальные вещички, и конечно же всех своих сов. Акааши же с трудом мог решиться, когда дело доходило до выбора, что он должен оставить, а что выкинуть, поэтому ему и нужна была помощь Боктуо.  — Ну? — Акааши поднял бровь. — Ты собираешься мне помогать или нет? «Черт», — подумал Бокуто. В голове больше не было идей.  — Видимо, — вздохнул он, поднимая одну из коробок и подходя к книжной полке. — Знаешь, у тебя слишком много вещей. Зачем ты это всё хранишь? Акааши стряхнул немного пыли с парочки старых книг и положил их в коробку, что держал Бокуто.  — Никогда не знаешь, что тебе может пригодиться. Бокуто вытащил книгу, которую Акааши только что туда положил, и поднял бровь.  — Тебе понадобиться книга под названием «Тридцать способов очистить картошку»? — Акааши кинул на него грозный взгляд.  — Может пригодиться, когда ты захочешь, чтобы я сделал тебе горячий ужин, — выпалил он. Бокуто улыбнулся.  — Тебе это не понадобится, — сказал он. — Я это выкидываю. У Акааши почти не было энергии, чтобы спорить, да и ему в общем-то было плевать конкретно на эту книгу. Плюс, Бокуто был прав. Проведя два часа в спорах о боли в спине, слишком большого количества пыли и стоит ли что-то выкинуть или нет, квартира Акааши наконец-то была вычищена и упакована. Он был готов переезжать. Акааши тоже не собирался оставлять эту мебель и продал некоторую из них своим коллегам и друзьям.  — Грузовик уже здесь, — сказал Бокуто, выглядывая из-за угла. — Ты готов? Акааши поднялся и осмотрел свою квартиру. Столько всего произошло в ней: вещи, которые он никогда не забудет. Он улыбнулся от воспоминаний и повернулся к своему парню.  — Ага. Бокуто обернул вокруг него руку, когда они вышли из квартиры, позволяя грузчикам вынести все коробки.  — Нас не ждут в квартире ещё часа три, так что как насчёт перекусить? Акааши кивнул и положил голову Бокуто на плечо.  — Отлично. ---  — Так, кого ты пригласил на завтрашнее новоселье? — спросил Акааши, открывая дверь в их совместную квартиру. Это было приятное свободное место, над которым нужно было ещё поработать. Они не собирались сильно украшать её перед вечеринкой, чтобы всё это не мешало.  — Думаю, всех. Коллег и друзей…  — Как насчет родителей? Они живут где-то здесь, так? — Бокуто замер, снял с себя ботинки и повернулся лицом к Акааши.  — Их я не пригласил. Не думаю, что это хорошая идея, — Акааши отвлекся от телефона и посмотрел на него.  — М-м? Почему?  — Я, эм… — Бокуто замешкался. — Я не хотел об этом говорить пока, но… Помнишь на нашем первом свидании я рассказал тебе, что я не особо часто с ними разговариваю?  — Да.? — спросил Акааши, убирая телефон в карман, обращая всё своё внимание к Бокуто.  — Ну, я совсем с ними не общаюсь. Уже как четыре года, — глаза Акааши расширились от удивления.  — Почему? — Бокуто почесал затылок.  — В первый год они пытались наладить контакт, и они ещё иногда пытаются позвонить мне, но я никогда не отвечаю, — сказал он. — Когда мне было двадцать один, я рассказал им, что я гей. Ох. Акааши знал, куда это всё идёт.  — Я не собираюсь привирать, они приняли это довольно плохо. Мать заплакала, сказав, что никогда не увидит внуков, а отец просто смотрел с таким разочарованием в глазах. Не то, чтобы они не одобряли, или же были из тех, кто отказывается от детей из-за такого, но они начали относиться ко мне по-другому: очень странно, как будто они боялись оскорбить меня или что-то такое. В итоге я решил с ними поговорить, у нас произошел большой спор, и я ушел.  — П-прости, — тихо произнёс Акааши. Бокуто усмехнулся  — За что? Это моя вина. Это я их игнорирую. Они пытались наладить контакт, но я им не позволил.  — Всё равно, я… — заикнулся Акааши. — Дерьмово, пройти через такое, не зависимо от обстоятельств. Бокуто пожал плечами.  — Наверное, — сказал он, проходя на кухню и наливая себе попить, радуясь, что уже заполнил холодильник. — Что насчет тебя, когда ты рассказал родителям?  — Эм…  — Черт, — пробормотал Бокуто. — Прости, я… Акааши махнул рукой.  — Всё нормально. На самом деле мне никогда так и не предоставилось шанса сказать им. Рика была первой, кому я рассказал, когда сам понял. Ей было всего десять, но кажется она поняла и никогда не меняла ко мне своего отношения. Это было семь лет назад, как раз когда мои родители умерли. Я рассказал своим бабушке и дедушке. Сначала они были в шоке, но потом всё было нормально. В тот момент родителей не было дома, так что я ждал их возвращения, чтобы всё рассказать… Но они так никогда и не вернулись. Вдруг рука Бокуто обняла его, рука легла на затылок. Он ничего не сказал, но Акааши всё равно знал. Не произнесённые слова, которые теперь им было так легко произнести. Я люблю тебя. ---  — Куроо! — крикнул Бокуто, открыв дверь.  — Единственный и неповторимый! — заорал в ответ Куроо, дав Бокуто «пять». Он вошел в квартиру, Тсукишима за ним, и восхищенно оглянул квартиру. — Так круто! Акааши поднялся с дивана и поприветствовал их. Тсукишиме он дружественно улыбнулся, а Куроо подошел и обнял его.  — Ты в порядке? — спросил Акааши. Куроо засмеялся и отодвинулся, быстро чмокнув Акааши в щеку.  — М-м-м, просто оцениваю это шикарное местечко!  — В этом и есть суть новоселья, тупица, — безэмоционально произнёс Тсукишима, и Бокуто взорвался смехом.  — Ну и что, — надулся Куроо, хватая Тсукишиму за руку и утаскивая туда, где стояли напитки. Бокуто подскочил к Акааши, радуясь, что у них был деревянный пол и он мог в буквальном смысле скользить по нему в носках.  — Я пригласил команду, если ты не против… — тихо сказал он. Акааши вздёрнул бровями.  — Всю?  — Почти…  — Ладно, — вздохнул Акааши. — Если они все хорошие ребята. Бокуто широко улыбнулся.  — О да, они шикарные! Вскоре уже вся Национальная команда по волейболу Японии расползлась по их гостиной. Из всех них Акааши знал только Иваизуми, ну и Бокуто, конечно же. Вся квартира наполнялась энергичностью и смехом. Народу была куча: Ойкава, Дайчи, Суга, Коноха и ещё пару коллег, таких как Коми, из другого отдела. Ойкава, как и обычно, нахваливал команде то, какой шикарной будет их свадьба с Иваизуми. Иваизуми просто стоял рядом и с извиняющимся видом смотрел на сокомандников. На самом деле Акааши с нетерпением ждал этой свадьбы: она должна была быть огромной, если верить Ойкаве. Она не собиралась быть традиционной японской свадьбой, а больше… западной. По крайней мере, этого хотел Ойкава. Место, которое они выбрали, было великолепным: пляж на острове Окинавы, потому что Ойкава сказал, оно было похоже на его имя, а это судьба. Иваизуми просто согласился, потому что пляж был действительно красивым. Все гости, включая команду по волейболу и большинство ребят из офиса, будут там, и это собиралось быть замечательным событием. Ночью они планировали запускать фейерверки, сидя на пляже и наблюдая за их взрывами. Их медовый месяц должен был пройти в Европе, — Ойкава очень хотел поехать в Милан в Италии по какой-то причине, но он пообещал привезти какие-нибудь шикарные сувениры. ---  — Вам не кажется, что мы уже немного стары для бутылочки? — спросил Иваизуми, но всё равно сел в круг.  — Может быть ты и стар, Ива-чан, но это не значит, что ты не можешь повеселиться, — сказал Ойкава, устанавливая бутылочку по середине. Не многие играли, но их было достаточно. Бокуто и Акааши играли, также как Ойкава, Иваизуми, Суга, Дайчи, Куроо, Коми и Коноха, которого заставила Юки. Пару игроков из волейбольной команды тоже присоединились. Куроо попытался заставить сыграть Тсукишиму, но тот отказался, оттолкнув его от себя.  — Я всего лишь на месяц старше тебя, придурок, — возразил Иваизуми, но Ойкава просто показал ему знак мира.  — Кто первый? — спросил Куроо, оглядывая круг.  — Я! — сказала Юки, двигаясь вперед, и крутанула пустую бутылку из-под пива. Она указала на одного из игроков команды, который сразу зарделся.  — Эй, — начал Коноха. — Будь аккуратней с ней, — он взглянул на этого парня, который на самом деле выглядел устрашающим, учитывая, что он был выше и спортивнее, нежели Коноха. Юки вздохнула.  — Расслабься и веселись, милый, — сказала она, играя бровями в сторону того самого игрока. Коноха закатил глаза, и специально отвел взгляд, когда его девушка совершенно спокойно целовала игрока национальной команды. Ничего такого. Потом тот парень крутанул бутылку, указывая на одного из своих сокомандников, который совершенно не выглядел удивленным. Прошло ещё пару раундов, когда Куроо стало скучно.  — Как насчёт сделать всё это чуточку интереснее? Многие удивленно подняли брови.  — Как? — спросил Суга, вытирая рот тыльной стороной ладони. Его поцелуй с одним из игроков был особенно… мокрым, что Дайчи не сильно одобрил. Куроо поднялся и достал ручку с бумагой.  — Я напишу части тела, разорву бумажку и перемешаю. Когда кто-то будет крутить бутылочку, он выбирает одну из них и оставляет засос на той части, про которую говорит бумажка.  — Знаешь что? Я ещё недостаточно пьяна для такого, — сказала Юки, поднимаясь и хватая ещё одну бутылку пива. Коноха следил краешком глаза за тем, когда она села обратно.  — Все согласны? — спросил Куроо.  — Пусть я и не играю, — начал Тсукишима. — Насколько я знаю, у многих из вас, парни, есть вторые половинки, и вам бы не стоило этим рисковать. Это было правдой. Дайчи и Суга были женаты, Иваизуми и Ойкава помолвлены, Юки и Коноха встречались, также как Бокуто с Акааши и Куроо с самим Тсукишимой, а некоторых парней из команды дома ждали девушки.  — Да, но это же не серьезно. Это просто игра, — высказался Куроо.  — Для подростков.  — Слушай, милый, — Куроо поднял руки. — Если тебе хочется проконтролировать, кому я ставлю засосы, почему бы тебе не присоединиться? Тсукишима иронично поднял бровь.  — Пожалуй, пропущу, — безмоционально произнёс он. Куроо ухмыльнулся.  — Тогда ладненько! Раз нет никаких возражений, поехали! --- Пальцы Акааши гладили засос на груди Бокуто, и он улыбнулся.  — Знаешь, я вполне горд этим, — на лице Бокуто засияла улыбка.  — М-м, тогда удачно, что бутылка указала на меня.  — Ага! — ответил Акааши. Они лежали на кровати, и под кроватью имелся ввиду матрас на полу, потому что их новую кровать ещё не привезли. Все гости уже давно ушли, некоторые из них были покрыты парочкой засосов и синяков, но всё равно все были пьяными и счастливыми.  — Хотя вот этот вот… — произнёс Бокуто, указывая на фиолетовый синяк на плече Акааши. — Насчёт него я не очень рад. Акааши вздёрнул бровями.  — Что? Потому что он от Куроо?  — Нет! — возразил Бокуто, и впервые это действительно было так. — Просто выглядит впечатляющее, и хреново, что я не могу оставлять такие засосы.  — Я бы поспорил, — ответил Акааши. — У меня был вполне впечатляющий засос, который ты мне сделал две ночи назад, как раз под поясом. По началу выражение лица Бокуто ничего не выражало, а потом он разразился ещё более широкой улыбкой.  — Ага, он просто лучший. Акааши засмеялся и щелкнул ему по носу.  — Тебе просто хотелось снова им похвастаться.  — Но ты должен признать, он получился довольно шикарным, — бахвалился Бокуто.  — Ага… — согласился Акааши, прижимаясь к Бокуто. — Сегодня было весело. Хорошая работа.  — И правда, — сказал Бокуто, обнимая его сильнее. — Я уже хочу проснуться завтра утром. Я уже хочу провести с тобой всю свою жизнь.  — Я тоже.