Life with a clean slate

      POV — Екатерина Эрагон.       Приготовив ужин, я ушла к себе в каюту, пока готовила, мне в голову пришла очень офигенная идея. Мне захотелось нарисовать Нормандию, да не такую, как обычно, а по-своему. У меня все рисунки оригинальные, на бумаге все иначе, чем в реальности. Знаете, все художники показывают свои картины, создают выставки, а я… Я прячу это, неприемлемо, чтобы главнокомандующая рисовала, пела, танцевала, играла на музыкальных инструментах. За это очень жестоко наказывают, если узнают. Это вбилось у меня в привычку: прятать все то, что дорого душе. Не знаю, кто это придумал, но его надо приложить головой об стенку, чтоб знал! Нельзя запрещать то, в чем человек находит покой и равновесие. У меня это искусство, меня всегда это успокаивало. Забравшись на койку, я взяла в руки карандаш и стала делать наброски у себя в альбоме. Получалось неплохо, легкими движениями наносила штрихи. На бумаге появлялась картинка корабля, но когда дело дошло до надписи, в каюту зашла Эшли. Быстро закрыв все и убрав на свое место, я посмотрела на нее.  — Кать, а что ты сейчас делала? — спросила она, подходя к своей койке. — Ничего, просто записывала кое-что в блокнот. — В блокнот? А почему не на датпад? — удивленно спросила она. — Ну, во-первых, на датпаде все понятно и можно перевести на любой язык. А мою писанину кроме меня никто не поймет. Во-вторых, это личное, да и я люблю писать на бумаге, — вот отмазалась, ничего не скажешь. — Ясно, — угрюмо ответила она. Я только сейчас заметила, что она хмурится. Чем-то недовольна. — Эшли, ты чего? — Ничего… — рыкнула она. — Эшли, я же вижу. Расскажи, может я помогу. — Ненавижу инопланетян! Им не место на человеческом корабле! Шепард берет кого попало! Была б моя воля, выкинула бы их с корабля! — ууу, теперь ясно. Эшли недолюбливает наших инопланетных друзей. Причина: война Первого Контакта. — Почему? Чем они тебе не угодили? — Из-за них одни проблемы! — С чего ты взяла? Я знаю многих разумных другой расы. И поверь, они во много раз лучше наших людей. — Помнишь, ты говорила про моего деда? А знаешь, что с ним случилось? Нет. Тогда слушай. Мой дед, адмирал Уильямс, участвовал в войне Первого Контакта. Он держал оборону Шаньси, но ему пришлось сдать гарнизон турианцам, чтобы сохранить жизнь своим людям. После этого он потерял всякое уважение среди своих, и его лишили звания… Вот поэтому я хочу стать отличным солдатом и не люблю инопланетян! — Эшли, Эшли… Скажи, это турианцы лишили твоего деда звания? — ...нет. — Вот. Это сделали люди, а он лишь решил сохранить жизнь своим товарищам. Вот ты бы как поступила на его месте? — я, конечно, не мастер читать мораль, но надо попробовать. — Наверное, так же бы, после Иден-Прайм я многое переосмыслила. Это страшно, когда на твоих глазах гибнет отряд и ты не можешь им помочь… — Твой дед поступил правильно, его погубили люди, а не инопланетяне. Да и сейчас время другое, давно пора забыть это. Что было, то прошло, что сделал, уже не исправить. Нельзя всю жизнь винить их, может, в будущем один из них спасет твою жизнь. Что, ты их тогда тоже будешь обвинять во всех грехах? — она сидела на кровати, низко опустив голову. Черные волосы окутали ее лицо, из-за чего не было видно ее эмоций. Надеюсь, мои слова дошли до нее. Я развернулась и пошла к выходу. Надо Вакариана навестить, а то давно не говорили. Только подошла к двери, как Эшли сказала: — Ты права, ты, черт возьми, права... — Я знаю. Отдохни, Эшли, завтра будет трудный день, — я вышла из каюты. Мой путь лежит в трюм, там Гаррус возится с МАКО. Добравшись до туда, я тихо подкралась к МАКО. Гаррус мирно похрапывал под ним. Видно было только две его худощавых ноги. Надо бы его разбудить. Со всей дури ударив по двери машины, я заорала во все горло: — Рота, подъем! Вакариан! Хватит спать, живо встал и бегом на зарядку. Опоздаешь, получишь наряд в неочереди! — он вздрогнул и, судя по звукам, сильно приложился головой об МАКО. Дальше пошел отборный мат в мой адрес, но он-то не знает, что это я. Сейчас поржем. — Что за сволочь это сделала! Поймаю, убью нахрен! У меня же слух чувствительный, ооо, духи, моя голова! — кое-как вылез он, руками держался за голову. Ах да, все это время я снимала видео… Хе-хе-хе… — Добрый вечер, Гаррус, у тебя есть отвертка? — невинно интересуюсь я. Когда он поднял на меня глаза, я поняла, что надо валить от сюда. А то убьют и глазом не моргнут. — Отвертка, говоришь… Да я тебя щас сам эту отвертку так глубоко засуну, что мать родную забудешь! — он реально схватил отвертку и пошел с ней на меня. Интуиция во всю вопила "БЕГИ, ДУРА! БЕГИ!". Что я и сделала, со всех ног ломанувшись к выходу. Он за мной, так мы с ним весь корабль обежали. Вернувшись туда, откуда начали, я остановилась, чтобы перевести дыхание. Он, как я поняла, тоже. Мы присели рядом с МАКО. Гаррус спокойно убрал отвертку и достал наше любимое виски. — Будешь? — спросил он, глядя на меня. — Он еще и спрашивает, конечно, буду, — мы, как некультурные товарищи-алкоголики, пили из горла. Потом было весело… мы тупо ржали над стулом. Не знаю, что там было смешного, но смех не прекращался. Потом мы сидели и выливали друг другу свои души. Ну, одним словом — набухались мы в стельку. Помню, потом пришел Джон, что-то говорил нам, а мы хихикали с Гаррусом. Меня грубо закинули на плечо и понесли куда-то, я брыкалась, орала что-то. Но когда моя голова коснулась подушки, то меня моментально накрыл сон. Ух, что завтра будет… а мне еще ведь готовить.

***

      Под ухом сработал будильник. Ууу, моя голова! Это ж надо было так напиться, все, Катя, пьем только по праздникам. Блин, как я щас готовить буду, да мне еще Джон нотации читать будет. Но это все потом, а сейчас к Карин. Свалившись с койки, я поползла в лазарет, а там мои ноги на автомате занесли внутрь. Карин на меня наехала, но таблетки дала. Выпив их, я отправилась готовить. На кухне нашла много продуктов, видно, вчера вечером привезли. Ну, хоть это радует, а еще где-то рядом ходит злой-презлой Шепард. Надо вести себя тихо, жить еще охота. Ой, водичка, ты прям вовремя! Выпив полбутылки, начала готовить. За час все было сделано, завтрак через десять минут, ладно, пока по тарелкам разложу. Похмелье немного отступило, таблетки сделали свое дело. Гаррус еще спит, Джон не появлялся, все просто гуд! Ну, а сейчас можно в душ.       Тугие холодные струи врезались в тело, казалось, что вместе с водой смывается вчерашний день. Волосы сильно отросли и доставали мне уже до копчика. И тем не менее челка вечно выбивалась из-за уха, когда я собираю их в привычную шишку, приходится идти в каюту за заколкой. Надо волосы подстричь хотя бы до поясницы. Приведя себя в порядок, я направилась к Джону, надо бы прощения попросить, а то я такого вчера натворила… Он стоял возле карты, эх, была не была! — Шепард, ты сейчас очень занят? — аккуратно поинтересовалась я. Он посмотрел на меня, нахмурил брови, не к добру это. — Да, но к тебе у меня есть очень серьезный разговор. Иди пока найди себе занятие, вечером жду тебя у себя, — он отвернулся обратно. Эх, что со мной будет-то… Ладно, пойду к Карин, надо взламывать этот чертов ящик. Интересно же, что там.       В лазарете мы с Карин разговаривали о моем доме, она спрашивала, я отвечала. При этом взламывая ящик, ведь на нем очень сильная защита, я пробила только на 7% из 100, чувствую, это затянется на неделю. Еще кто-то смог взломать мой инструментрон! Как и кто это сделал, я понятия не имею, но точно знаю, что это кто-то из смертников. Поставив новую защиту на него, я стала думать, что лежит в ящике. Там, скорее всего, оружие, такие замки ставят только на него, хотя возможно, что и лекарство там лежит. Так незаметно за работой подошло время обеда. Отложив взлом на потом, я отправилась на свое привычное место. Там я нашла Вакариана, он страстно присосался к бутылке с водой. Видно, только встал. — Добрый день, Гаррус, как спалось? — Катя, не начинай, вместе пили, — ответил он хриплым голосом. — Да ладно тебе, иди к Карин зайди, она чудо-таблетки даст. После них похмелье как рукой снимает. На себе проверила, — он лишь кивнул и поплелся в лазарет. Я, приготовив обед, отправилась рисовать. Готовка утомляет, но зато так приятно слышать восхищение экипажа. Джон весь обед сверлил меня взглядом, интересно, что я такого сделала, что он на меня так реагирует. До Фероса еще трое суток лететь, так что надо себя чем-нибудь занять на это время.       В каюте никого не было, и я со спокойной душой села рисовать. Примерно за два часа мне удалось закончить рисунок. Он получился сногсшибательный, ну, это мне так кажется. Убрав его в коробку к остальным картинам, я пошла к Джокеру. Может, он знает, что я вчера такого натворила. Когда зашла в рубку, нашла только его, Аленко не было на месте. — Привет алкоголикам! — радостно пропел он. — Сам ты алкоголик! Мы просто решили расслабиться, — пожала я плечами и устроилась в кресло второго пилота. — Классно вы вчера расслабились, а старину Джефа не позвали! Я ведь и обидеться могу. — буркнул себе под нос он. — В следующий раз обязательно приглашу, а лучше к тебе приду. Слушай, а почему Джон на меня так злится, что я вчера такого пьяная сделала? — Ооо… ну… ты такого наговорила, да еще и показала… Радуйся, что это, кроме нас двоих, никто не видел, — все его веселье спало на нет. Он стал серьезным, что редко заметишь за ним такое. — Что я сказала?.. — только не это, блять, только не это. — Ну, для начала тогда разберемся, как нам к тебе обращаться? Катя или Главнокомандующая Эрагон? Поверь, ты меня теперь не проведешь, я вчера о тебе многое узнал. — Ну вот, влипла. Что ж, придется рассказывать. — Черт. Ладно, слушай, ты только это потом никому не говори, придет время, сама расскажу. Да, я главнокомандующая смертников, но нахожусь в бегах. Меня дома уже как четыре года не было, да у меня и прав на это звание нет. Я не вступила в них, просто собрала вещи и ушла. Зачем, потом расскажу, у меня нет настроения это вспоминать. Если ты думаешь, что смертники сущее зло, то ты глубоко заблуждаешься. Мы никогда не нападаем первыми: атакуют нас, мы отвечаем. Здесь я никого не собираюсь обижать, я просто хочу нормальной жизни, а не той, что ждет меня дома. — Он все это время смотрел на панель, только под конец моей истории посмотрел на меня. — Ну и что ты намерен делать дальше? — Мне всегда казалось, что вы страшные и убиваете всех подряд. Но я ошибся, ты не такая как все, ты милая, добрая, очень вкусно готовишь. Когда я вчера услышал, то долго не мог поверить. А сейчас ты спокойно об этом говоришь... тебе, наверное, тяжко с этим бременем за спиной. — Ты прав, прости, что раньше не сказала, просто не хотела терять такого друга, как ты. — Да ладно тебе, главное, что человек хороший! А кто он - не важно. Вот будут у меня внуки, расскажу им, как меня сама главнокомандующая смертников кормила, — мы с ним дружно рассмеялись. Дальше я ему показала видео с Вакарианом. Он попросил скинуть его ему, потом всем покажет, как надо будить турианцев. Мы с ним спокойно болтали, потом пришел Кайден, с мучением держась за голову. — Аленко, ты чего такой бледный, как простыня моей бабушки. — сказал Джеф. — Голова болит… — прохрипел Кайден. — У Карин таблеток нет? — невзначай поинтересовалась я. — Есть, но я к ней не ходил. Само пройдет. — Так! Жопу от кресла оторвал и пулей полетел в лазарет! Если ты этого сам не сделаешь, то я помогу. Но переломов тебе не избежать, — ребята ошарашенно посмотрели на меня. Не, я, конечно, все понимаю, но чтобы гробить свое здоровье… никогда. — Я не шучу, ноги в руки и пошел. — Кайден обреченно вздохнул, но все-таки пошел к Карин. Я тоже ушла, надо к Тали зайти.       Долго кварианку искать не пришлось, она была в кают-компании, копалась в каком-то интересном механизме. Подойдя к ней, я разглядела его, это был ее дробовик. — Привет, Тали, смотрю, ты модификацией занимаешься, — она едва заметно вздрогнула. — Привет, да, — она продолжила копаться в своем дробовике, я тоже свою снайперку улучшаю время от времени. — Ну, как успехи? — Пока никак, вот, смотри, эту деталь я давно нашла, она, как я поняла, от дробовика. Но как и куда ее крепить, не могу понять, хотя, когда я ее изучала, поняла, это деталь увеличивает урон от выстрела. Может, ты знаешь, от чего она? — она сунула мне в руки эту самую деталь. Хм… где-то я ее уже видела, повертев ее в руках, остановилась в одном единственном положении. Это деталь вообще не от дробовика, а от Вьюги. Тали только с уроном угадала. Достав свой пистолет, прикрепила ее на свое место. — Тали, это деталь не для дробовика. Она вот для таких вот пистолетов, а деталь для твоего оружия я щас принесу, — у меня она где-то от папиного дробовика завалялась. Пошарив в коробке, нашла ее. Не помню, для чего она нужна, но папа сказал, чтобы я убрала ее от греха подальше. Ну, теперь будет возможность проверить почему. Вернувшись к кварианке, я вместе с ней стала крепить ее. Закончив с этим делом, она ушла к себе, а я занялась своей работой. Как быстро время летит, ой… мне ведь еще с Джоном разговаривать. Мда… алкоголь больше не пьем! Знаете, как-то странно: с легких напитков меня уносит, как от крепких, а вот крепкие меня вообще не берут. Целую бутылку водки могу выпить, опьянею, но незначительно. Трезвый рассудок останется надолго. Вот поэтому Вакариан дает мне свое виски. Под градом мыслей я никогда не замечаю, как делаю свою работу. Вот пришел экипаж, а вот его уже нет. Повесив фартук на место, отправилась к Джону. Он был в своей каюте, ну что ж, с богом. Нажав на индикатор двери, робкими шагами зашла в каюту. Джон сидел на стуле у стола опять с датпадом в руках. Он с ними вообще когда-нибудь расстается? Когда я зашла, он посмотрел на меня, отложил датпад и кивком головы попросил присесть. Сам же встал, подошел к своей большой кровати и начал свою речь: — Скажи, Катя, ты помнишь, что ты мне говорила вчера? — ууу, от его тона аж мурашки по коже пробежались. — Нет, не помню, но я знаю, что вам сказала… и это правда. — Он посмотрел на меня осуждающим взглядом, но ничего не сказал. — И как же так вышло, что сама главнокомандующая смертников оказалась одна на Цитадели? — Как-как, просто так. Мне восемнадцать всего было, я только академию закончила, но до церемонии не осталась. Я вроде главнокомандующая, но как бы и нет. Мне надо было вступить в права и продолжить обучение, но я сбежала. Мне просто незачем это, вместо этих бумажек и протирания задницы в корпусе нашего города, я выбрала свободу, ну, или простую жизнь. Всегда бесило, когда за меня решали все. Вот мое терпение лопнуло, и все, так вот и оказалась здесь. — Катя... Я понимаю тебя, но бросать так ничего нельзя. Мне тоже все это не надо, но я занимаюсь этим, потому что знаю, что кроме меня это никто не сделает. Не отступал, всегда иду вперед, так почему ты сдалась тогда? — вот это поворот, хм… не думала, что Джон на такое способен. Если подумать, то он многое может, но этого мы просто пока не знаем. Ему тяжело, а это мастерски не показывает, мне бы так. — Наверное, потому что дурой была. — ну, что я еще скажу? Реально дурой была, причем большой. — Возможно, но сейчас ты намного умнее той девочки, которая оставила свой дом ради свободы, я надеюсь. Почему ты раньше не рассказала об этом? — И как ты себе это представляешь? Подошла бы я к тебе и заявила, что пред вами враг народа всея галактики - смертница! Ты б меня сразу пристрелил, потому что нас все боятся и пытаются уничтожить. А так я бы сама рассказала, но позже… — Ты права, но будь осторожна с остальными членами экипажа. Теперь мне хоть понятна твоя позиция, и мне моя интуиция подсказывает, что тебе можно верить. А она никогда не ошибается. Кто еще об этом знает? — вух, прям камень с души свалился. Работа остается при мне, Джон мне верит. — Ты, Гаррус, Карин и Джокер, вроде все. — Хорошо, теперь можешь идти. Будь осторожна. — это было последнее, что он сказал. Он на самом деле добрый человек, только строит из себя строгого и злого. К каждому надо искать свой подход. После этого разговора мне стало немного легче, чем раньше, не надо больше врать своим новым друзьям.       В кают-компании было пусто, оно и хорошо. Можно спокойно попить чай и подумать о чем-нибудь. Налив в кружку с травами горячую воду, села за стол. Так, что мы имеем, сейчас мы летим на Ферос, там Шепард должен встретить Сарена и Торианина, ну и еще кучу гетов и обдолбанных колонистов. Меня всегда бесила эта миссия, точно не помню почему, но вроде бы из-за Торианина. Хорошо, что меня не возьмут, мне охота на Норвении оторваться, с королевой Рахни поговорить или мать Лиары встретить. Может, как-нибудь удастся избавить ее от внушения. Еще надо будет Джона попросить, чтобы Торианин цел остался и попытаться уговорить его помогать нам. — Катя? — вывел меня из раздумий Кайден. — Да? — он подсел ко мне за стол, ох, чувствую разговора по душам мне не избежать. — Что ты тут делаешь? Отбой как час назад был. — По мне не видно? — специально покрутила кружкой с чаем в руках. — Ааа. Слушай, я давно хотел спросить… ты красишься и носишь линзы? — я от такого чуть чаем не подавилась. Не, я, конечно, подозревала, что он спросит про парня, но никак не про это! — Эм… нет. Я от рождения такая. Белые волосы и ярко-зеленые глаза, если не веришь, могу фотку показать, где мне пять лет. — Он отрицательно покачал головой. Хм… если бы я его не знала, то точно бы влюбилась в него, но я-то знаю! Так что не уж, спасибо. — Я никогда таких девушек, как ты, не встречал. — Каких таких? — тут уже мое самолюбие и любопытство. Да, я себя люблю, несильно, но люблю. Как такую не любить? Хех… — Ну, настоящих. Сейчас простых редко встретишь, вы добрые, умные, красивые, с вами просто интересно. Мне всегда такие нравились. — Может, это всего лишь оболочка, Кайден, очередная маска на истинном лице. А что кроется под ней? Никто, кроме ее обладателя, не узнает, если захочет, он покажет свое лицо, а может, и нет. В мире таких людей, которых ты описал, губят, просто уничтожают. Знаешь, почему? Потому что у них есть то, что у других никогда не будет. Доброта, любовь, чистая душа, настоящие друзья, их любят и уважают, а что остается тем, у кого этого нет? Уничтожение всего прекрасного в этом разумном, превращение в себе подобного. Все губим мы сами… Если разумный сохранил все свои лучшие качества после долгих пыток, то он на вес золота. Таких уже не сломишь. — слова давались легко, будто за меня говорила моя душа. В голове сидит одно, а внутри полное противоречие. Он думает, что я само великодушие. Но все совсем не так. — Но ты же не такая, ты словно ангел, — тут в голову пришли строчки из одной песни, я решила их спеть. — А мы не ангелы, парень, Нет, мы не ангелы, Темные твари, и сорваны планки нам, Если нас спросят, чего мы хотели бы, Мы бы взлетели, мы бы взлетели. Мы не ангелы, парень, Нет, мы не ангелы, Там на пожаре утратили ранги мы, Нету к таким ни любви, ни доверия. Люди глядят на наличие перьев, Мы не ангелы, парень… Это припев из одной старой песни, мне кажется, он тут будет уместен. Ты думаешь, что я так хороша? Нет, я такая же тварь, как и все остальные, просто кажусь хорошей. Надеюсь, до тебя дошли мои слова, подумай над ними. Ты меня очень плохо знаешь. — На его лице опустилась темная тень задумчивости. Когда я стала читать людям мораль? Наверное, только повзрослев… а когда это было, знают только боги. Эх, как я устала, надо идти спать. Завтра будет трудно.       Так я с тяжелыми мыслями в голове приняла душ и отправилась спать. Сон — это лучшее лекарство для меня. Люблю спать.       Спустя три дня.       Работа, работа и еще раз работа… За эти дни я, кроме кухни и лазарета, видела только ванную. В своей родной каюте уже не ночую. А все потому, что взламываю этот чертов ящик! Еще у меня пять раз взламывали инструментрон, вот уже не знаю, что делать, наверное, придется создавать новую программу защиты, не зря ведь меня самый лучший хакер Валты учил. Но это все потом, а сейчас ящик. Защита пала на 49%, еще половина и все! Джон тоже пытался помочь, но его знаний в этой сфере недостаточно, чтобы взломать такую защиту. Я вообще в шоке была когда узнала, что Джон немного программист. Сейчас он с группой высадки работает на Феросе, Джокер им помогает чем может, а Карин в боевой готовности. Кто знает, что ждет их там, кстати, Шепард пообещал мне попробовать поговорить с Торианином и уговорить его помочь. Надеюсь, у него получится. Сейчас я, как обычно, решаю эти головоломки. На первых 10% их было по одной штуке, на следующих двадцать по три, а сейчас их вообще семь на одном только проценте. Не представляю, что будет на последних... Ко мне еще Кайден клеиться начал, мне его так по башке огреть хочется, но нельзя… а жаль. Я ему вроде всем своим видом говорю: «Не пара я тебе, не пара!», но нет, блин, он как об стенку горох. На сердце еще не все раны затянулись, да и вряд ли затянутся. После того, что сделал Эдан, многое в моем мире рухнуло и многого уже никогда не восстановить. Я тогда такой наивной была, любила его, верила, а он взял и убил во мне все это. А за что? Вот за что он так со мной!? После той злополучной ночи все свои истинные чувства я посадила на замок, живу фальшью. Они думают, вот я настоящая, но это ложь. Мои родные бы сразу это увидели, но эти… они никогда не видели меня по-настоящему счастливой. Райна мне первое время говорила, что взгляд потух. Спрашивала из-за чего, но ей я об этом не сказала. О таком не рассказывают… Да и раны старые, тревожить не хочется. Не знаю, кто меня разбудит, кто заставит жить меня снова? Наверное, нет такого человека, который это сделает. А, может, и есть. Перед глазами бегали картинки той ночи, я вспомнила всю ту боль, предательство, унижение… — Кать, ты чего? — обеспокоенно спросила меня Карин. — В смысле? Со мной все хорошо, — голос мой от чего-то был хриплым, не похожий на мой родной. — Ты… ты плачешь… — я на автомате коснулась щеки, она была влажной от моих соленых слез. Мда, давно их не было. Даже и не заметила, вот, что творят воспоминания. В них можно заблудиться. Хорошо хоть, что Карин выдернула. Быстро вытерев слезы с лица, я улыбнулась ей. — Да так, грустное вспомнила, не переживай, иногда что-то взгрустнуть хочется, прям не могу. Но сейчас со мной все хорошо, кстати, как там наши? — Их уже как часа четыре не слышно… в игре время быстро летело, а тут как улитка. На одно задание столько времени уходит, они как двигатели восстановили, так все, тю-тю. Это, наверное, споры Торианина виноваты, они вздохнули и спатеньки… Так, стоп! Какой на хрен спать, надо же гетов и Сарена остановить. Я, конечно, не собиралась к ним идти, но мне мое второе я твердит, что надо им помочь. Вот только хотела встать, как раздался голос Джона. — Джокер, мы тут задержимся немного. Надо с Торианином поговорить, Сарен ушел, гетов осталось немного, сейчас с ними остальные разбираются. Колонисты приходят в себя, я Тори еле как упросил их отпустить. Осталось его только помочь нам уговорить и все. Кстати, Катю отправь ко мне, ее Тори ждет. — Окей, босс. Катюха, ты все слышала, так что ноги в руки и вперед! — ну зашибись… так не хотелось идти. Надену свою старую броню, новой у меня нет. Надо будет только принять простой режим. А то по инициалам поймут, кто я. — - Будь осторожна, — сказала Карин, когда я вышла из лазарета. Направившись в каюту, стала доставать коробку. Убрав все лишнее, вынула броню, ножи, катану, оружие. Переодевалась я недолго, минут пять от силы, убрав оружие по местам, я накинула капюшон и закрыла лицо маской. Хер его знает, на кого набредет моя тушка. Осталась только смерть пули, закрепив ее за спиной, я направилась к Джокеру за координатами. Куда же я без них! Зайдя в рубку, встала как мне подобает по званию. Обычно я сразу плюхаюсь в кресло, а сейчас ровная спина, ноги вместе, руки за спиной. Джокер, как меня увидел, только рот раскрыл. — Рот закрой, а то муха залетит, — командным голосом сказала я. Вот так всегда, как залезу в это, так все, прошу любить и жаловать, главнокомандующая Эрагон. — Ух ты… никогда не видел в живую вооруженного до зубов смертника, лишь на видео. Надо сфоткать, будет, чем потом друзьям похвастаться. Ты не боись, только тем, кто знает, кто ты, — ответил он. — Джокер, мне нужны координаты, потом все свои дела сделаешь. — он, бубня себе что-то под нос, все-таки отдал эти координаты. После этого я молча покинула рубку.       Когда Джокер подогнал Нормандию поближе к колонии на «летающем островке», я спрыгнула. Дальше, следуя указаниям навигатора, шла на встречу приключениям. Иду-иду, скучно, одни трупы и куча металлолома кругом, хоть бы гет на пути попался. Мда… до Джона с Тори долго топать по этому пути, а что, если я срежу? Точно, всегда есть путь короче! Так, если я пойду сюда, потом так, затем здесь… примерно за двадцать минут доберусь до них. Ну, пошли, что ли, путь мой лежал через разрушенные здания, там раньше проход был, но Джон мастер все разрушать. Джокер мне в обход сказал идти, но кто сказал, что я его послушаю? Вот именно, никто, так что напролом, пора вспомнить мой любимый паркур.       Забравшись на обломки здания, я только хотела спрыгнуть на уступ и пойти дальше, как там появился... угадайте, кто… правильно, гет. Да причем не простой, а сам охотник. Ну зашибись, может, он все же не заметит меня, просто я щас не в очень хорошем положении. Надо замереть, а то от меня один трупик останется. Тааак, его красная лампочка смотрит на меня… я тучка, тучка, тучкаа, а вовсе не медведь. Иди гуляй отсюда, я точно не человек. Ой, а зачем ты оружие достаешь? Не надо, я тучка! Так, целиться мне тут не надо, вон, в трупы что ли постреляй, а тучку не трогай. Блин, если я так и буду строить из себя непонятно кого, то долго не проживу, ай, все! Мне надоело! Достав Вьюгу из держателя выстрелила прямо в лампочку. Отличная мишень, их око, но этот гад меня тоже задел. Броня хоть и спасла, но кому я в ремонт-то отдам? Гет мне бочину испортил, если туда стрельнуть еще раз, то все, можно гроб заказывать. Спустившись на этот уступ, я пошла через здание.       Спустя пару километров я все-таки добралась до Джона. Меня так хорошенько потрепали, но ничего, жить буду. Пока шла, умудрилась на один из оставшихся групп гетов наткнуться. Ох, как я с ними возилась, там всего было три простых гета, охотник и на закуску Прайм. Он, конечно, в самом конце вылез, вот из-за него я и задержалась. Но когда был бой, в голове гуляла одна мысль. Будто я что-то забыла… что забыла, хер его знает. Джон разговаривал с Тори, он был похож на большое дерево, лианами держался за здания и балки. Он одновременно похож на Тори из игры и одновременно нет. Рядом с ним стало как-то спокойнее. — Джон! Ты звал меня? — крикнула я ему. Он обернулся, тут шлем был не нужен, так что я видела все его эмоции. Он явно удивлен, подойдя ближе к нему, я стала ждать ответа. — Да, звал. Познакомься, это Торианин, можно просто Тори. Тори, это Екатерина Эрагон. — Здравствуй, прошедшая через смерть. Что?!..