My trash.

      Притягательный запах будоражил сознание Намджуна, он бродил по узким переулкам в поисках источника, уверенный, что найдёт, не позволяя себе отчаиваться и отступать. Где-то совсем рядом – его омега, и он не намерен терять его из виду, он хочет найти и пометить, присвоить себе. Аромат рисует в воображении пухлые щёчки и мягкие бока, как Джун и любит, чтобы можно было помять, пощупать податливое тело, зацеловать нежную кожу на животике и бёдрах. Запах усиливается, когда Джун подходит к тёмной грязной подворотне полузаброшенного здания. Ветер гоняет старые газеты, перепрыгивающие через битое стекло на асфальте.       Очень ярко и чётко запах проходится по рецепторам, окончательно сводя с ума. Из тёмной глубины здания, доносится шум, гулкий звук торопливых шагов, отдающийся эхом в пустом помещении. В дверном проёме показывается тонкая, хрупкая фигура. Мальчик в драных, донельзя, джинсах и потёртой кожанке, выходит на дневной свет, шоркая подошвой тяжёлых ботинок. Он вертит головой, словно ищет кого-то, щуря глаза от яркого света, и останавливает свой взгляд на Джуне. Оба замирают на несколько секунд. Джун поправляет толстые очки в роговой оправе и думает, что папа не очень обрадуется такой омежке в их интеллигентной семье, но против физиологии не попрёшь. Он делает шаг навстречу, стряхивая неуверенность, всматриваясь в карие, подведённые чёрным глазки. У парня светлые, выжженные дешёвой краской волосы и лисий прищур, а запах с каждым шагом накрывает Джуна, заставляя скулить…       Парень быстро движется навстречу, не сказав ни слова, он запрыгивает на Намджуна и ведёт языком по шее: - Ты определённо мой альфа… - бормочет он, вылизывая кадык. - Ты пахнешь котлетками с томатной подливой, - шепчет Намджун в ответ. - А ты пивасом... - сипит блондин.       Жизнь делится на «до» и «после», весь остальной мир теряется для них, есть только одно – тёплые надёжные руки и запахи, что навсегда пленили сердца…