Магическое противостояние

Победы сменяются поражениями так же неизбежно, как день сменяется ночью, ибо нет непобедимых в подлунном мире. Но как же нелегко осознавать горечь своего поражения, полынную горечь, смешанную с соленым привкусом собственной крови. Он, маг огня и один из посвященных в Круг Хранителей света, проиграл своему давнему врагу. Один неосторожный шаг, одна секунда слабости стерли все былые победы, низвергая с небес на землю. Холодный металл оков промораживал до костей, темнота, пронизанная токами чуждой магии, отбирала последние крохи тепла, выпивала оставшуюся после боя силу. Двимеритовое Кольцо, древний артефакт, используемый для наказания провинившихся магов, невозможно разрушить изнутри. Из него не вырваться даже детям Демиургов, а уж тем более – человеческому чародею, пускай и высшей ступени посвящения. Бессмысленно дергаться, с методичным упорством концентрируя силу, бесполезно призывать родную стихию, но пленник продолжал, раз за разом ударяя по равнодушно мерцающему металлу. Пока есть время, пока пленивший его не вернулся. Он освободится и отомстит за позор. Окровавленные губы скривила злая усмешка. Черный замок, обитель тьмы и холода, наводящий ужас на окрестные земли, сгорит в его пламени. Растянутый на цепях мужчина мечтательно прикрыл глаза, словно наяву видя, как рушатся, объятые огнем, массивные башни, как тают щиты многовекового льда у подножья и сам камень плавится в багровом горниле… - Никак не можешь смириться, Ярай? Голос, холодный, как и все в этом замке, и столь же равнодушный. Ни насмешки, ни злорадной радости победителя. - Ты не меняешься. Никогда не останавливаешься на полпути. - Я ни за что не смирюсь, - слова царапали горло, сочась презрением. – И не признаю твою победу, проклятое отродье тьмы и смерти. Пленный маг перевел дух, концентрируя ярость, питающую внутреннее пламя. Его противник молчал, темнота в зале казалась живой и недоброй. - Ты взял свое подлостью, не сумев одолеть меня в честном бою. Даже сейчас ты прячешься и боишься взглянуть мне в глаза. Правду говорят, некроманты трусливы и предпочитают бить в спину. - Сколько оскорблений. Разве адепты Светлого Круга не исповедуют принцип милосердия и всепрощения? Тон слишком ровный, чтобы сказанное прозвучало иронией. Скорее академический интерес, просьба прояснить непонятные моменты. - Прощать зло, все равно, что помогать укрепиться ему в мире, - огненный маг почти выкрикнул в темноту зала. - Пафос, - в ледяном голосе впервые появился намек на какие-то чувства. - Пустые красивые слова. Демиурги создали Свет и Тьму равными и неделимыми. Странно, что лучший ученик Академии за последнюю сотню лет этого не знает. Одно не существует без другого, Свет заметен лишь на фоне Тьмы. - И кто-то еще говорит о пафосе? – скривил губы огненный, сплевывая кровь на пол. Странно, их противостояние длилось много десятилетий, однако разговаривали они впервые с момента окончания Академии. Правда, в ее стенах их беседы не отличались разнообразием и в основном сводились к взаимным угрозам и оскорблениям. Столь непримиримая вражда поражала даже учителей, остальные светлые и темные уживались вполне мирно. - Сколько раз мы сходились в бою, Ярай? Десятки раз? Сотни? Ты помнишь, чем заканчивался каждый из них? Судя по лязгающим звукам, некромант расхаживал за спиной пленника, так и не успев снять боевой доспех. - В честном бою ты бы в жизни не победил меня, проклятый, - огненный маг напрягся, посылая в оковы новый импульс силы. - Как и ты меня, - показалось, что темный усмехается. – Наши силы равны. - Поэтому ты прячешься от меня в собственном замке? – смирение никогда не было добродетелью светлого, не имея возможности достать врага физически, он пытался уязвить хотя бы словесно. – Если ощущаешь себя равным, перестань стоять за спиной и взгляни мне в глаза. - Как пожелаешь. Темный маг казался продолжением ночи, царящей в зале, ее концентрированным сгустком. Синеватое свечение Двимеритового Кольца обтекало черные доспехи, покрытые руническими символами, крестовину меча за левым плечом – Ярай знал, что обычным оружием его враг владеет в совершенстве, не хуже, чем магией. Жуткая маска забрала скрывала лицо некроманта. Почему-то огненный не мог вспомнить, как выглядит его противник. В памяти всплывал образ худого нескладного юноши с белыми волосами и выражением мрачного упрямства в глазах. Какого цвета у него глаза? И почему он думает об этом, вися скованным и полузамерзшим? - За что ты ненавидишь меня, Ярай? Пустые провалы глазниц. Есть ли лицо за посеребренной чернотой маски или она скрывает голый череп живого мертвеца, повелителя мертвых? - Ты служишь Тьме, эгоистичный, надменный, потакающий своим желаниям ублюдок, умеющий только запугивать беззащитных! Твое мертвое воинство перекрыло перевал к морю и королевство Риан голодает. Тебе нравится играть в вершителя судеб или просто скучно? Ярай замолчал, тяжело дыша – отповедь отняла последние силы. - Ты помнишь мое имя? Яростная речь, похоже, не произвела ни малейшего впечатления на хозяина Ледяного замка. - Чего ты добиваешься, проклятый некромант? – огненный маг непроизвольно дернулся, чувствуя, как ожившая темнота тянет к нему щупальца, обвивает запястья поверх оков, спеленывает тело, проходясь холодными как язык мертвеца мазками. - Всего лишь потакаю своим желаниям. Рука в когтистой перчатке рванула ворот мантии, оставляя на коже глубокие царапины. - Ты все так же прекрасен, Ярай, - доспехи опадали на пол, и уже живая широкая ладонь с нажимом прошлась по кровавым отметинам. – Прекрасный и высокомерный, как зимнее солнце, не дающее тепла, позволяющее любоваться собой только издали. Огненный маг выгнулся, стремясь уйти от прикосновений. Он умел терпеть боль, пытки не страшили адепта Света, однако судьба, похоже, решила поиздеваться всласть над своим бывшим фаворитом. Стоящий перед пленником мужчина мало походил на юношу из воспоминаний. Худое тело обросло крепкими мышцами, хорошо заметными под безрукавкой, стянутой поясом на узкой талии. Некромант раздался в плечах, в белых волосах, отросших ниже лопаток, появились темные пряди – знак повелителя мертвых. Пожалуй, темного можно было назвать красивым, Тьма не скупится на дары своим детям. Аура некроманта подавляла, вызывая инстинктивное отторжение, и одновременно притягивала. Последнее, пожалуй, пугало Ярая гораздо больше холодных пальцев, бередящих раны на груди. Ненависть пригасла, словно задохнувшийся без воздуха огонь, потоки силы вели себя необычно, тянулись к черным лентам, охватывающим тело, будто пробовали чужую магию на вкус. Будто хотели слиться с ней. - Ты же чувствуешь это? – терпеливо как напуганного ребенка спросил некромант, вычерчивая на смуглой коже пленника кровавые узоры. – Различия между нами не такие уж непреодолимые. Твое тело отзывается мне и твоя магия тоже. - С моим телом ты можешь сотворить что угодно, исчадье мрака, но мою душу ты не получишь, - огненный извивался, безуспешно пытаясь сбросить хотя бы руки, леденящие каждым касанием. - Что угодно? – жесткие пальцы сжали подбородок Ярая, заставляя запрокинуть голову и взглянуть в глаза некроманта. В темно-синие, вполне человеческие глаза. – Если я сделаю, что пожелаю, ты будешь ненавидеть меня еще сильнее? Из глубины синих глаз поднималось что-то непонятное, слишком жаркое для Ледяного замка, но парализованному чужой волей огненному магу почудилось, что на него смотрит сама смерть. Ледяные руки уверенно легли на талию и остатки одежды пеплом опали на темный мрамор. Глядя на спящего в его постели огненного некромант испытывал почти непреодолимое желание срезать волосы старого врага, багряными ручейками растекающиеся по подушке. Не ради еще большего унижения поверженного противника. Для того, чтобы в промерзших стенах осталась частица пламени. Огрубевшая от обращения с мечом ладонь невесомо коснулась щеки спящего, пальцы провели по нижней губе с каймой засохшей крови. По итогу он должен сейчас ощущать торжество, но вместо триумфа внутри ворочалась глыба колкого льда. Ярай не разочаровал его, как и всегда. Мужества огненному было не занимать. С красиво очерченных губ не сорвалось ни единого стона, когда сила некроманта взломала последний барьер, затопляя разум светлого, пока руки темного мага неторопливо изучали его тело. Некромант невесело усмехнулся и дотронулся к прокушенной губе. Его первый в жизни поцелуй был пропитан кровью и приправлен пожеланием проваливать в изначальнй хаос. Он не смог довести свой замысел до конца. Он никогда не умел испытывать такие исступленно-яркие чувства, как огненный. Ласки темного для посвященного Свету уже сама по себе пытка - слишком полярные силы. Некромант не знал, чего он хотел больше: заставить противника испытывать боль или просто касаться горячей кожи, ловя ускользающий отклик чужой силы. Огонь Ярая обжигал пальцы, льющуюся из золотистых глаз ненависть можно было пить, как отравленное вино. Вряд ли светлый осознавал, что мучающий его испытывает не меньшие страдания. Остановиться он смог только когда Ярай потерял сознание, обвисая в цепях безжизненной марионеткой. Некромант плохо помнил, как деактивировал Двимеритовое Кольцо, как на руках перенес бесчувственного мага в свою спальню, как укутывал в одеяло, жалея, что нельзя растопить камин и согреть замерзшего огненного. У темного даже мысли не возникло оставить врага в зале ритуалов, хотя светлый наверняка поступил бы иначе, не став церемониться с отродьем мрака. Однако у Тьмы есть преимущество – проявление милосердия всегда можно списать на простую прихоть. Магия исцеления плохо давалась владеющему силой льда и смерти, умений едва хватило убрать оставшиеся после боя повреждения и обморожение. Ярай не приходил в себя, обморок сменился сном. Изящный, хрупкий по сравнению с хозяином замка, мужчина напоминал сломанную куклу, бессильно раскинувшую руки. Усмешка некроманта стала жесткой. Его враг слишком силен, чтобы сломаться. Он очнется и будет ненавидеть еще сильнее, еще неистовее. А значит, никогда не оставит его… Ярай открыл глаза, и некромант отдернул руку. - Убей меня, - охрипший голос звучал ровно, без надрыва. – Я знаю тебя достаточно хорошо, ты не любишь долго мучить. Просто убей. Темный покачал головой, сдерживая прилив раздражения. - Ты ничего обо мне не знаешь, огненный маг первой ступени Круга Света, хранитель Риана. Хозяин замка нарочно обратился к пленнику ритуальным приветствием, возвращая статус равного. Внутри все вопило и протестовало против такого решения, но оно того стоило. Глаза светлого на мгновение изумленно распахнулись, надменно-прекрасное лицо стало по-детски растерянным. Согласно древнейшим законам проигравший в магическом поединке полностью принадлежит победителю. Его разрешено пытать, отобрать силу, превратить в постельную игрушку или отрабатывать на нем боевые заклятия. Побежденный теряет право называться магом и человеком, и лишь победитель способен это право ему вернуть. Некромант и не собирался пользоваться своей властью победителя. Какой прок от очередного послушного зомби? Живым Ярай гораздо интереснее. Поединки с ним заставляют сердце стучать чаще, пробуждают такие яркие эмоции. Где еще он найдет столь же искусного и безрассудного противника? - Я знаю достаточно, - огненный фыркнул, отворачиваясь от сидящего на краю кровати мужчины. Некромант как наяву видел презрительную гримасу на совершенном лице. – Ты отказался от предложения Совета вступить в ряды защитников и предпочел удалиться от дел, что, однако, не мешало тебе развлекаться, запугивая своими ходячими мертвецами местных жителей. Рыжеволосый маг выпрямился, не замечая своей наготы. В глазах танцевало пламя, руки сжались в кулаки. - Пока я и остальные из нашего выпуска пытались сохранить мир в Прибрежных королевствах, сдерживая волны Хаоса, ты отсиживался в своей башне, трус! - Трус, значит? – темный резко поднялся и швырнул негодующему огненному старую мантию. – Позволь тебе кое-что показать, светлый. Ярай едва успел влезть в мантию, как его схватили за руку и практически зашвырнули в открытый портал. На вершине башни свистел ветер, бросая в лицо пригоршни колкого снега, низкие зубцы, ограждающие площадку, не защищали от его ударов. - Смотри внимательно, - низкий голос некроманта перекрыл завывание стихии, грозящей сбросить двоих магов на оледенелые камни у подножья. Огненный осторожно приблизился к краю площадки, цепляясь за выщербленные камни. Сил на левитацию пока не было, а заканчивать свою жизнь, свернув шею, он не собирался. Взглянул вниз и застыл, не в силах сдвинуться. Там, где должно было находиться море, бесновалось нечто невообразимое. Сплошная масса вязкой чернильной темноты накатывала на прибрежные камни, выбрасывая щупальца и протуберанцы, стремясь зацепиться, вгрызться поглубже в твердь. Ничего общего с водой эта субстанция не имела, она напоминала огненному магу жуткое в своих размерах и мощи живое существо. Ледяные щиты сдерживали его ярость, но Ярай четко ощущал – когда они не выдержат, тварь, грызущую подножье башни не остановит никто и ничто. Сквозь заслоны просачивались лишь слабые отголоски, эхо силы, отвратительной в своей чужеродности, но и их хватило, чтобы огненный пошатнулся, хватаясь за сведенное спазмом горло и силясь вдохнуть. Жажда и голод. Непредставимые для человека, всепоглощающие. Стремление пожирать все сущее, пока пирамида миров не рухнет в бездонное чрево… - Святоши называют его Геенной Огненной, - некромант смотрел на горизонт, где больше не было солнца, ладони, опутанные нитями силы складывались в замысловатые фигуры, упрочняя ледяные барьеры. – Только огня в нем ни капли. - Она ледяная, - собственный голос показался Яраю жалким писком. Однажды в Академии преподаватель истории показал студентам океан Хаоса Первозданного. Простое магическое зеркало, однако чувство вымораживающего душу холода еще долго преследовало огненного. Теперь он имел возможность воочию узреть проклятие Демиургов, жаждущее уничтожить их творение. - Рианийского моря больше нет, Ярай, - некромант выглядел усталым. – Ледяные щиты не продержатся долго, мои воины не в состоянии отловить и завернуть обратно каждого путника. Рано или поздно кто-нибудь переберется через перевал, и мир людей погрузится в пучину паники. - Я не знал…- растерянный Ярай отступил от стены, не замечая кусающего босые ноги мороза. – Почему ты не попросил помощи у Совета и Темного круга? Как ты мог скрывать такое?! - Совет и оба Круга в курсе, - темный повернулся так, чтобы закрыть спутника от порывов ветра. – Они спорят, что делать дальше, дураков соваться Хаосу в объятья не нашлось. - Кроме тебя, - пробормотал рыжеволосый маг. - Да. Пока вы играли в благодетелей человечества, защищая кукольные королевства, Хаос захватил треть мира,- некромант позволил себе немного сарказма. – Этот замок – один из последних засовов на двери, ограждающей от его вторжения. Надеюсь, наши достопочтимые Старшие примут решение до того момента, когда у меня не останется сил. Хотел бы я потакать своим желаниям, да как-то не выходит. Ярай не помнил, как снова очутился в спальне некроманта. Плотные занавески на окнах не пропускали света, по внутреннему ощущению была глубокая ночь. Его вторая ночь в обиталище врага. Врага, в одиночку сдерживающего нашествие Хаоса. Огненного мага колотила тяжелая дрожь, согреться не получалось, хотя его заботливо укрыли теплым одеялом на меху. Привычный мир рушился, проваливался в бездну, где его уже поджидала жадная черная тварь. Свернувшись клубком и натянув на голову одеяло, маг пытался уснуть, отгоняя жуткие картины, осаждающие разум. Прижавшееся со спины теплое тело стало почти благословением, спугнувшим кошмары. Ярай закусил угол подушки, давя вздох облегчения. Тепло обволакивало, возвращало силы. Хотелось задержать его подольше, хотелось отодвинуться, а лучше оказаться в своих покоях. Нельзя показывать врагу свои слабости. - На светлых он действует сильнее, чем на нас, - некромант притянул огненного поближе, не взирая на сопротивление. – Нечего стыдиться. Это не слабость, а голос разума. Испытывать страх нормально для живого. Дыхание темного обжигало кожу за ухом, сильные руки обнимали осторожно, почти нежно. Ярай напрягся, готовясь снова испытать выворачивающую нутро боль от прикосновений, но она не приходила. Молва твердила, что маги льда и смерти холодные, и кровь у них как стылая вода, но некромант был теплым, даже горячим. Он сам не понял, в какой момент все изменилось. Просто потянулся к этому жару, инстинктивно, словно замерзшее животное. Под ладонями часто и сильно билось чужое сердце. Сердце старого врага, которое он хотел остановить навсегда. Ярай привык добиваться своего, так почему каждый раз он прерывал поединки, стоило им стать по-настоящему опасными? Почему не сражался в полную силу? - Ярай?... Огненный маг едва не рассмеялся – настолько растерянным выглядел сейчас его враг. Отпускать его не хотелось, в объятьях темного было до странности уютно. Губы некроманта приоткрылись, словно он не решался задать вопрос. Ярай не смог отказать себе в желании попробовать их на вкус, собрать языком выступившую на нижней губе кровь. Хозяин замка неожиданно ответил, неумело, будто прежде ни разу не целовался. Сильные руки сжимали, гладили осторожно, несмело. Зарывались в распущенные волосы, перебирали пряди на затылке, проходились по сведенным лопаткам, изгоняя остатки холода. Потом к рукам присоединились губы, нетерпеливые, торопливые. Яраю казалось, что их уносит горная река. Он тонул в этом потоке, в неловкой жадной ласке, в шепоте и тихих стонах. Некромант выгнулся, стоило ладоням Ярая пройтись вдоль мускулистой спины, на мгновение прижался щекой к груди огненного. Он не знал, что делать, не понимал, как ухитрился попасть в ловушку. Вжимая разгоряченного, удивительно послушного противника в постель он снова не понимал, чего хочет. Ярай решил за них обоих. Обхватил его бедра длинными ногами, притягивая ближе, давая почувствовать свое желание. Золотистые глаза мерцали в темноте, огненная грива разметалась по простыням, полные губы призывно приоткрылись. Первородное пламя, которому невозможно сопротивляться, оно захватывало, обжигало, сводило с ума. Его враг все же нашел способ отомстить. Даже уступив ведущую роль, он держал некроманта в плену своего горячего тела, изящных рук, яростных поцелуев, оставляющих багровые отметины на коже. Безумная ночь не спешила завершаться, Ярай не отпускал, подхлестывая объявшее их пламя, царапал спину темного короткими ногтями, вскидывал бедра навстречу его движениям. Неистовый, как и его родная стихия, не признающий томной нежности. Некромант осознал, что проиграл окончательно, когда светлый забился под ним с коротким вскриком, а тьма сплелась с огнем, порождая ослепительную вспышку. - Поднимайся! – резкий окрик согнал остатки сна. С Ярая бесцеремонно сдернули одеяло, рывком помогая покинуть постель. Огненный рассеянно огляделся, не понимая, кто осмелился беспокоить его столь грубо в такую рань. Тело ныло, глаза застилала мутная пелена. По комнате блуждали ледяные сквозняки, стены покрывали инистые узоры. А проклятого темного холод похоже ни мало не смущал – некромант возвышался над кроватью, облаченный в одни широкие брюки. - Ты возвращаешься в свое королевство. Прежде чем Ярай успел раскрыть рот, хозяин замка резким взмахом руки открыл портал и, не дожидаясь, пока невольный гость приведет себя в маломальский порядок, потащил его к пульсирующему синими сполохами переходу. - Наигрался? – ядовито поинтересовался огненный. – Отпустишь своего врага просто так? - Время игр окончилось, светлый, - некромант выдал кривую усмешку и зашвырнул яростно ругающегося противника в портал. Покои Ярая в королевском дворце Риана встретили хозяина тишиной и наглухо закрытыми окнами, как он любил. Некромант не опустился до мелких пакостей – портал из ледяного замка вывел прямо к границе королевства, откуда огненный смог уже переместиться самостоятельно. Успокоив встревоженным его отсутствием слуг, Ярай первым делом направился в купальню. Сбросил мантию с чужого плеча и погрузился в обжигающе-горячую воду. Мысли в голове кружились безумным хороводом, категорически не желая выстраиваться в нечто осмысленное. Непонятно… Все совсем непонятно. За два дня плена размеренная жизнь словно встала с ног на голову. Вторжение хаоса. Ледяной замок. И его хозяин, демонов некромант! Ярай ударил кулаком по водяной глади. Проклятый темный! Из всех способов отомстить он выбрал самый… Унизительный? Да нет, врать себе глупо. Некромант обращался с пленным вполне гуманно. Назвать пытками творимое в ритуальном зале язык не поворачивался, огненного скорее пугали, чем мучили по-настоящему. А насчет последней ночи… Ярай досадливо скривился. Как он ухитрился дойти до такого? Соблазнять своего врага, буквально предложить ему себя. Светлый не имел ничего против мужчины-любовника, но уязвленная гордость требовала найти объяснение. Попадись только ему некромант… Огненный маг замер, пораженный пришедшей мыслью. Что бы он сделал, попади темный ему в плен? Уж точно не стал бы лечить, греть и успокаивать эту вымороженную ледышку. Вставшая перед глазами картина вызвала приступ нервного смеха. Такому вряд ли нужна забота и утешение. Ярай прикрыл глаза, откидываясь на бортик неглубокого бассейна. Пора взглянуть правде в глаза. Никто из собратьев-магов не обладал способностью моментально выводить его из себя. Рядом с некромантом он будто терял разум. Стоило раз взглянуть на закованную в черный доспех фигуру и мысли разом покидали голову, оставляя бушующий яростный огонь. Схваток с темным он ждал с нетерпением, словно ученик посвящения. Словно влюбленный свидания. Может, не зря маги Светлого Круга посмеивались, заслышав про очередной поединок? Разве нормально испытывать в бою ощущения, по яркости сравнимые с любовным экстазом? Магия вырвалась из под контроля, стоило вспомнить, что они творили ночью. Безумно, жарко, забыв обо всем. Будто их противостояние достигло апофеоза. Усмирив пробегающие по коже язычки пламени и выйдя из заполненной паром купальни, Ярай растянулся на постели. Вопросы без ответа не давали покоя. Зачем показывать врагу свою миссию, словно пытаясь оправдаться? Зачем возвращать статус равного побежденному и отпускать, даже не связав клятвой? Зачем, в конце концов, целовать так нежно того, кому накануне безжалостно отсек мечом магические крылья и заковал в Двимеритовом Кольце? И что будет с их миром, когда некромант исчерпает свои силы и ледяные заслоны рухнут? В поступках темного не было логики, как в рассыпанных и перемешанных кусочках детской головоломки. Чем он руководствовался, соглашаясь в одиночку сдерживать Хаос? Почему Совет и оба Круга не назначили ему помощника, более того – скрыли текущую ситуацию от остальных магов? Неужели мелкие распри, раздирающие оба лагеря важнее жизни их общего мира? Вызов к королю отвлек от тяжелых размышлений. В тронный зал Ярай вошел собранным и невозмутимым, облаченным в приличествующую его статусу алую с золотом мантию. Во дворце уже неделю продолжался пир, посвященный Празднику зимнего солнца, столы ломились от яств, отовсюду слышалась музыка и взрывы пьяного смеха. Сам монарх, восседающий во главе стола, со съехавшей набок короной и мутным взглядом, напоминал скорее шута, чем правителя государства. «И я служу этому сброду - презрительно подумал маг, проходя мимо окликающих его гуляк с надменно-отстраненным видом. – Демиурги, лучше уж сидеть в башне, запирающей Хаос». Короля беспокоило прекращение поставок заморских вин, их высочество недовольно вопросил, когда, наконец, откроются морские пути и неужели нельзя ничего сделать с воинством мертвецов, занявшим перевал. Ярай попытался было объяснить, что грядут перемены и вскоре закрытые морские пути станут наименьшей из проблем. Поняв, что его толком не слушают, коротко поклонился и покинул тронный зал, едва удерживаясь на грани вежливости. Магия призвана служить на благо людям, но ученик Высшей Академии не мальчик на побегушках у людских правителей. Нужно найти первого советника – из всех придворных он обладает наибольшей реальной властью и не склонен к бурным возлияниям, отправить вестника в Круг, запросить помощи и совместными усилиями укрепить защитный контур. От вторжения Хаоса это не спасет, но хотя бы сдержит первую волну. Советник внимательно выслушал доклад мага, озабоченно нахмурился и приказал помощнику созывать экстренное совещание. Попросив Ярая по возможности не покидать границы королевства в ближайшее время и оказать помощь в организации обороны, мужчина зарылся в отчеты и сводки. Огненный покинул кабинет немного приободренный – советник знает свое дело и не допустит паники или бездействия на вверенной ему территории. Оставалось надеяться, что у них еще есть время подготовиться. Ночь проходила неспокойно. Ярай метался на широкой кровати, одолеваемый снами, полными тьмы и огня. Проснувшись и погасив вспыхнувший от спонтанного выплеска силы балдахин, маг заблокировал сознание, сбросил на пол мягкую перину и подушки, надеясь забыться спокойным сном. …Он тонул в ледяном черном море, родная стихия билась внутри обезумевшей птицей, не способная помочь. Ярай рванулся, но руки и ноги увязли в густой как смола субстанции, сдавившей грудную клетку, ломающей кости. Ледяная чернота хлынула в открытый в немом крике рот, вымораживая внутренности, останавливая сердце. Кто-то звал его, тщась прорваться сквозь тьму, тянул вверх, ругая на чем свет стоит. Во сне все возможно и Ярай знал, что за его спасение неизвестный поплатится жизнью – хаос не отпустит добычу просто так. На мгновение маг поймал тоскливый взгляд синих глаз, бледные губы сложились в прощальной улыбке. «Живи, Огонек»… Ярай подскочил на постели, хватая ртом воздух, и бросился к окну. Распахнул створки, ежась от холодного ветра. Над горным хребтом, едва различимом в предрассветных сумерках, клубились тяжелые сизые тучи. Перейдя на магическое зрение огненный вгляделся в необычное небесное явление. Гроза в начале зимы, идущая против ветра, без молний и раскатов грома? В сознании тоскливо взвыл сигнал защитного контура, окружающего Риан и одновременно замерцал кристалл связи на письменном столе. - Мастер Ярай, что у вас происходит? – изображения не было, что-то искажало связь, однако паника в голосе Сиринити, мага из соседнего герцогства Райнмар, слышалась отчетливо. – Мастер Ярай… - Свяжись с Советом, Сирин. – Ярай оперся на стол, стискивая край побелевшими пальцами. – Передай, что началось вторжение Хаоса. Подними дополнительные барьеры, организуй эвакуацию людей. Прекрати истерику! Твои земли дальше от эпицентра, вы все успеете. Прервав связь, огненный устало потер виски. Женщины! Даже сильнейшие магессы слишком подвержены эмоциям, а уж о молодежи, ни разу не видевшей смерти и говорить нечего. Темная пелена уплотнилась, не спеша пока перелиться через горы. Еще не сам Хаос, лишь его предвестие. Наскоро одевшись и выглянув в коридор Ярай велел дремлющему у дверей слуге немедленно будить первого советника и передать, что началось вторжение. Мальчишка смотрел на него перепуганными глазами, пришлось дать ему подзатыльник, призывая собраться. Оглядев комнату, Ярай скинул невесть зачем надетую мантию, оставшись в легких брюках и рубашке. Лететь придется быстро, одежда будет только мешать. Встал на подоконник, вдыхая насыщенный чужеродной силой воздух, и шагнул из окна, распахивая алые крылья, сотканные из огня и воздуха. Он привык получать ответы на свои вопросы, значит, некромант должен остаться в живых. Если ради этого понадобится останавливать вторжение в одиночку, что ж, так тому и быть. Магический полет отнимал много сил. Над горами бушевал ураган, обезумевшие частицы аэра метались, словно охваченные ужасом, трепля крылья, мешая нормально дышать. Стиснув зубы и предельно увеличив концентрацию Ярай прорывался сквозь круговерть вихревых потоков, не чувствуя холода. Внутри бушевала не меньшая буря. Он знал, покарай его Демиург! Проклятый темный знал, что грядет прорыв. Живя бок о бок с такой тварью долгое время, невозможно не научиться понимать ее повадки. Порыв ветра швырнул ослабившего сосредоточение мага на скалы, столкновения с камнями удалось избежать не иначе как милостью Демиургов. Получается, этот повелитель мертвецов специально отпустил истощенного физически и духовно противника накануне вторжения, хотя мог отобрать его силу и укрепить ею свою оборону. Он или чрезмерно самоуверен или попросту безумен. В лицо хлестнуло снежным крошевом. Перевал остался позади, еще немного и откроется вид на взморье с черным маяком башни. Ярай огляделся и сложил крылья, устремляясь к земле. Замок по-прежнему стоял на выдающемся в море мысе, окруженный антрацитовой стеной льда, сдержавшей первую волну. На ледяных щитах проступали немыслимые, причудливые узоры и картины, пришлось тряхнуть головой, закрываясь от хлынувших в сознание жутких видений. Магические потоки возле обиталища некроманта смешались в запутанный клубок, мешающий Яраю определить, где сейчас находится темный. Остаточные эманации подсказывали, что выброс силы был очень мощным, такой вполне способен «выжечь» мага, разрывая связи астрального и физического тела. - Где же ты, покарай тебя Свет! – бормотал огненный, осматривая берег и едва удерживая контроль над полетом. Черное пятно на белом снегу привлекло внимание. Ярай заложил вираж, огненной иглой прошивая метель. Усиленное зрение позволяло различить детали, недоступные глазу простого человека. Некромант лежал навзничь, обращенный лицом к сизому небу. Правая рука сжимала меч, окостенев в отчаянной хватке. Он что, собирался сталью останавливать Хаос?! Убирая крылья, огненный опустился на оледенелую землю. Он не ощущал биения жизни в залитом черной кровью теле, синие глаза были пустыми и мертвыми, как магия их обладателя. Их противостояние завершилось. Победы сменяются поражениями, поражения победами, и выжившие торжествуют над павшими. Так почему сейчас победитель чувствует себя проигравшим? Потому что жизнь врага отнял кто-то другой? Или потому что вопросы так и остались без ответов? - Зачем? – Ярай неверяще смотрел на мертвого некроманта. – Халлгрим, зачем, чтоб тебя?! - Все-таки помнишь, - посиневшие губы темного изогнулись в жутком подобии улыбки. – Мое имя… Огненный метнулся вперед, падая на колени возле раненного мага. Даже Хаосу нелегко уничтожить владеющего силой смерти, еще есть шанс вытащить его из-за грани. - Не смей подыхать, темное отродье! – рыжеволосый маг давился злыми слезами, сшивая своей силой разорванные, перекрученные астральные каналы некроманта. – Я еще не отомстил тебе за поражение. Я не победил тебя… Не вздумай меня бросать. Жизнь темного утекала из переломанного тела, несмотря на все усилия огненного, но Ярай упорно продолжал работу, забыв о нависшей над головой погибели. - Нам еще сражаться вместе. Слышишь? Вместе! Не вздумай спокойно свалить к своей покровительнице и оставить меня одного! – сорвав искореженный нагрудник, Ярай ударил кулаком по грудной клетке некроманта, подгоняя почти остановившееся сердце, словно лишенный магии человеческий лекарь. – Нахрена ты отпустил меня, ничего не сказав? Чтобы разобрать ответ пришлось склониться к самому лицу темного. - Разные… Слишком разные… Другом не стал бы, так хоть врагом, - некромант шептал, распахнув в небо незрячие глаза, из уголка рта текла кровь. – Лишь бы рядом… Огненные крылья…Так красиво, Ярри. Ярай отшатнулся, будто его ударили. Запрокинул голову и зашелся безумным смехом. Вот и весь итог их вражды. Как все просто! Со скрежетом смещающихся пластов мироздания части рассыпанной головоломки становились на свои места. Неистовство схваток, горячее и темное как их силы, плен, совместно проведенная ночь… Как только такого дурака допустили к посвящению?! Столько лет лгать себе, забив голову условностями, ничего не желая замечать и пряча под ненавистью совсем другое чувство. И он еще называл трусом Халлгрима?! У того, по крайней мере, хватило смелости признать свои истинные чувства. - Уходи, - ледяная рука стиснула запястье огненного. – Предупреди Совет. Тебе опасно оставаться. - Не надо меня недооценивать, темный, - отрезал Ярай с уверенностью, которой не ощущал. Близость Хаоса давила как петля на горле, мешая думать. Попытка связаться с другими магами увенчалась успехом далеко не сразу. Первыми, как ни странно, откликнулись темные, собратья в Свете забивали канал связи мешаниной эманаций растерянности с отчетливым привкусом паники. - Что вы снова утворили, Свет вас забери? И кто ты такой, парень? - в отозвавшемся Ярай узнал Гариуса, Главу Темного круга. - Маг первой ступени Светлого Круга, Ярай. Со мной мэтр Халлгрим. Началось вторжение Хаоса возле Рианийского моря. - Когда была первая волна? – Глава темных на эмоции тратить время не стал, голос звучал деловито и жестко. Присутствие адепта Света рядом с некромантом его, казалось, нимало не удивило. - Около часа назад. Ее остановили. - Сколько вас? - Двое, - ответил Ярай, оглядываясь на силящегося подняться некроманта. - Подмога прибудет через полчаса. Держитесь, парни. Связь прервалась в тот момент, когда с грохотом рухнул один из ледяных щитов, рассыпаясь на сотни осколков. Ярай успел прикрыть не пришедшего в себя до конца темного, в спину вонзилось несколько острых ледяных стрел. Ругаясь сквозь зубы, поднялся и потащил Халлгрима подальше. Остальные щиты еще держались, но на сколько их хватит огненный не рискнул бы предположить. Сквозь молочно-белые стены проступала чернота, они вздрагивали и прогибались, словно нечто огромное билось об них всем телом. Получаса у них нет. Ярай попробовал раскрыть крылья. Бесполезно. Близость Хаоса искажала магическое поле, да и не хватило бы у него сил преодолеть горы с дополнительной ношей. - Попробуй портал, - прохрипел некромант, выплевывая на снег запекшуюся кровь. - Совсем дурной? Чтоб нас по половине континента размазало ровным слоем? Огненный оставил бессмысленные попытки, повернулся к противнику. Вернее, бывшему противнику. Вторжение придется встречать вдвоем, Хаос дожидаться, пока придет помощь, и вникать в тонкости их взаимоотношений не будет. А если уж быть честным, то одному – боец из Халлгрима сейчас никакой. Сколько он сможет продержаться? Минуту-две, если повезет, иллюзий огненный не питал. Потребуется чудо, чтобы если не выжить, то хотя бы задержать врага. Ярай замер, не донеся руку до ноющего виска. Чудо или безумие. Огненный бросил взгляд на стену льда, содрогающуюся под атаками Хаоса, и достал из-за пояса ритуальный серебряный клинок. Маг не всегда руководствуется разумом в своих поступках, иногда стоит прислушаться к интуиции. Некромант озадаченно смотрел на приближающегося светлого, сжимающего в ладони изящный кинжал. - Не говори, что спас маня ради того, чтобы прикончить лично. -Нет,- Ярай злорадно усмехнулся. – Но тебе все равно не понравится. Давай руку. Короткий росчерк лезвия по запястью и второй такой же на белой коже темного. - Будет больно, - пообещал огненный. Халлгрим ответил такой же кривой усмешкой, в синие глаза понемногу возвращалась жизнь. - Ты действительно безумец, - на губах некроманта лопались кровавые пузыри, и Ярай решил, что отголоски нежности ему почудились. - Заткнись и не мешай. Слова древнего ритуала, более сотни лет не звучавшие в подлунном мире, подхватывал ветер, соединяющий небо и землю мутной круговертью снега. Огненный маг застонал, стискивая зубы. Волны чужой, непохожей магии прокатывались по позвоночнику, оплетали нервы, струились по венам вместе с кровью, причиняя мучительную боль. Пытки Халлгрима в зале Двимеритового Кольца казались по сравнению с ней детскими шалостями, тогда темный просто играл с ним. Ярай сжал свободной рукой соединенные запястья, удерживая контакт. Кровь из порезов падала на снег тяжелыми каплями, прожигая насквозь. Хорошо, стихии примут его клятву и подтвердят связь. Поверх судорожно сжатой ладони легла чужая, широкая, жесткая от мозолей. Боль немного утихла, зато в открывшийся разум хлынули эмоции и воспоминания, не принадлежащие огненному магу. Ярай захлебывался, тонул в них. Прервать ритуал уже стало невозможно, оставалось терпеть. Хриплый стон рядом подсказал, что некроманту тоже приходится нелегко, но никакой радости это открытие не вызвало. Не после того, что он увидел в сознании бывшего врага. Халлгрим горел, принимая в себя частицу огня. Магия пламени исцеляла раны, попутно проходя пожаром по каждой клетке тела, грозя взорвать сердце. Некроманту казалось, что кожа истончается как брошенный в камин пергамент и обращается в пепел. Обнажать душу, открываться полностью для другого, пускать его в самые потаенные глубины своего «я» было слишком тяжело для замкнутого, сдержанного в чувствах ледяного мага. Мысль, что Яраю сейчас должно быть еще хуже, придавала сил. Огненный, в отличие от него, ненавидел искренне. Каково ему открываться врагу? - Еще немного, почти закончил, - прошипел Ярай, подбадривая затихшего некроманта. Светлый надеялся, что ничего не напутал с ритуалом объединения сил. Они рисковали, откат мог прикончить вернее Хаоса. В одном Халлгрим прав – они разные, светлые и темные не зря редко пользовались этим ритуалом. Вроде все было правильно, черные и алые нити астральных потоков сплелись в устойчивый контур, две силы приняли друг друга, дополняя. Только вместо ледяных прикосновений тьма ластилась к огненному, трогала мягкими лапками, рассылая по телу волны дрожи. Невыносимо интимно, воскрешая воспоминания о ночи в Ледяном замке. - Вставай, темный, - размышлять над странным поведением магии было недосуг. Еще один ледяной щит дал трещину, медленно раскалываясь. Халлгрим поднялся, опираясь на протянутую руку огненного. Взглянул на брешь в барьере, сквозь которую проталкивал свою необъятную тушу Хаос изначальный. - Остальные не успеют. - Значит, остаемся мы, - Ярай встряхнул кистями, рассыпая вокруг искры. – Пойдешь со мной в бой, ледяной маг первой ступени Круга Тьмы Халлгрим? - Пойду, маг огня первой ступени Круга Света Ярай, - Халлгрим сжал протянутую руку. Прикосновения больше не обжигали, ладонь светлого казалась приятно-теплой. Сражаться вместе, не против… Странно, непривычно и неожиданно легко. Слишком хорошо двое вечных противников изучили друг друга, в словах и дополнительной синхронизации не было необходимости. Взмах рук, складывающихся в знаки призыва стихии, поворот головы, мимолетный взгляд говорили красноречивее слов. Черный огонь и багровая тьма взметнулись двумя крыльями, охватывая надвигающуюся волну Хаоса. От столкновения по берегу прошла волна искажений, круша ледяные глыбы, стирая в пыль многотонные валуны. Кто из них догадался выставить отражающий барьер, Ярай не понял. Кажется, оба одновременно. Чернильное нечто билось в магических путах, как попавший в рыбацкие сети кракен, обрушивая на берег удары толстых извивающихся щупалец, медленно продавливая стены ловушки. - Отойди, Ярри! – некромант швырнул в тварь сгусток мутно-зеленого пламени, безвредно обтекшего безразмерную тушу. Одно из крыльев прогнулось, черное щупальце хлестнуло в опасной близости от двоих магов. Ярай выругался, посылая в ловушку дополнительный импульс. Одно из мощнейших заклятий лишь замедлило Хаос, не причинив никакого вреда, зато тянуло из огненного силы. - Не выйдет. Надо вместе, - Ярай сжал плечо некроманта, посылая мысленный образ. Темный с сомнением покачал головой. - Давай, Халл. Откройся мне. У нас получится. Огненный маг раскрывался сам, снимая один за другим барьеры, ограждающие душу. После ритуала слияния это было гораздо легче, уже не вызывая отторжения. Одно сердце на двоих, одна астральная проекция. И один шанс нанести удар. Ярай вложил в него весь свой резерв, саму сущность пламени, не боясь выгореть, не замечая текущей из носа крови. Навстречу надвигающейся угрозе устремилось добела раскаленное копье, рванувшаяся следом тьма подхватила, направляя в средоточие Хаоса. Рядом пошатнулся некромант, белый как сама смерть. Полное слияние увеличивало силы магов до предела, доступного людям, разрушая их тела. Мир содрогнулся, земля под ногами вздыбилась, словно раненный зверь, от призрачного воя заложило уши. Хаос корчился, меняя цвет, пульсируя и сжимаясь. Не сговариваясь бывшие противники вскинули раскрытые ладони к бешенной круговерти облаков над головой. Магия высшего порядка, подвластная лишь детям Демиургов, творилась легко, будто упражнение для первогодков Академии. Даже если они не переживут этот бой, о них сложат легенды. Никогда и никому еще не удавалось остановить вторжение Хаоса вдвоем. Тяжелые тучи, царапающие горный перевал, стекались к морю, послушные воле магов, завивались гигантской спиралью. - Уверен? – в голосе Халлгрима не было сомнений, некромант словно заразился бесшабашной смелостью огненного. Вместо ответа Ярай улыбнулся, небрежно взмахнув рукой. В центре циклона распахнулось черное око. Врата Бездны, окно в абсолютное ничто, бывшее до сотворения мира. За всю историю нашлось только два мага, обладающих достаточной силой и столь безумных, чтобы открыть Врата. Ярай явно стремился попасть в легенды. Темный шагнул ближе, опустил ладони на напряженные узкие плечи огненного. Откат он примет на себя, и пускай светлый потом хоть на кусочки его порвет. От Врат тянуло запредельным холодом, воздух загустел, не желая наполнять легкие. Хаос вздрогнул всем телом, сжимаясь сильнее, подбирая дергающиеся в агонии щупальца. Багровые крылья теснили его к порталу, отсекая пути к отступлению, загоняя туда, откуда он явился. С оглушительным треском Врата втянули сгусток темной материи, схлопываясь внутрь себя, освобожденные облака разлетелись во все стороны, словно напуганные увиденным, но двое магов уже не видели исхода битвы. Крепкие объятья не смогло разорвать никакое буйство стихий, снег укрывал бывших врагов, нашептывая о покое, об окончании всех сражений. Морские волны с мерным рокотом накатывали на берег, слизывая быстро тающий лед. Освобожденная вода золотилась под лучами солнца, будто не веря в избавление от плена. - Хватит спать, темный, - проворчал Ярай, с трудом шевеля онемевшими руками. – Второе пришествие Демиургов проспишь. Огненный вслушивался в себя и удивлялся. Произошедшее словно сдернуло с души пыльную занавесь, позволяя разглядеть то, что предпочитал не замечать долгие годы. Впервые присутствие некроманта не раздражало, разве что самую малость и исключительно по той причине, что помянутый некромант разлегся под боком, уложив голову ему на плечо и щекоча ухо жесткими волосами. Полноте, была ли его ненависть искренней или огненный маг первой ступени как мальчишка скрывал под ее маской совсем другие чувства? И не он один, если верить увиденному в душе темного во время ритуала. Разум мог обманывать, но его сила, его сердце знали правду, стремясь обрести свою недостающую часть. - Мы в Бездне? – темный и не думал отстраняться и глаз не открывал. - Почему это? – от удивления Ярай подскочил, скидывая нахального захватчика на песок. - Ты рядом и не спешишь вызывать на поединок и не честишь проклятым отродьем. - Ну-у, мы неплохо сражались в паре, - протянул огненный, с усмешкой наблюдая выражение крайнего удивления на обычно бесстрастном лице некроманта. - К тому же, убивать тебя слишком скучно. Хаос изгнан из нашего мира, морские пути вновь откроются, королевство Риан на радостях уйдет в месячный запой, а мне что прикажешь делать? Главу вашего на поединок вызывать? - Ярри, - прохладные пальцы невесомо очертили линию скул, скользнули по точеной шее огненного. – Ты знаешь, что немного напутал с ритуалом и мы теперь связаны навсегда? - Уже знаю, такое сложно не заметить, - фыркнул Ярай, не испытывая особого огорчения по данному поводу. – Два замка на двери, охраняющей наш мир, лучше одного. Но есть одно «но»… Рыжеволосый маг склонился, нависая над бывшим противником, глядя в полные удивления и тревоги синие глаза. - Я еще не отомстил тебе за поражение, темный.