Ненавижу

      Она постоянно проходит мимо. Никогда не посмотрит, не обратит внимания. Что естественно - ей по статусу не положено смотреть на таких, как я. Ведь я - тёмное пятно на белоснежном полотне современного магического мира. А она-свет. Свет, надежда, будущее. Ненавижу её.       Я вынужден работать в сраном Министерстве Магии, скрывая свой процветающий бизнес ото всех. Вынужден терпеть общество тупых отбросов, по недоразумению называющихся волшебниками, с которыми работаю в одном отделе. Они все, поголовно, конченые идиоты. И я, скрепя сердце, вынужден руководить этим стадом.       Она совсем другая. Она - первый заместитель министра Магии. Ей приходится работать с интересными людьми, заниматься важными делами. Она работает по собственному желанию и призванию. Я же - по принуждению. И я ненавижу такую жизнь. И эту суку тоже ненавижу. И у меня есть море причин для ненависти, начиная с самого детства, и заканчивая сегодняшним днём. Даже сейчас она здесь, стоит напротив меня возле лифта, буквально в двух шагах, но не замечает. Ей нет дела, как будто меня не существует. А ведь должно быть наоборот. Это она должна, затаив дыхание, безмолвно молить меня о взгляде. Она, мерзкая, грязная маггла, должна думать обо мне и желать меня - чистокровного аристократа, потомка древнего рода, богатейшего лорда Англии. Но на деле - всё наоборот. Ненавижу. Она была бы в шоке, если бы узнала обо мне кое-что. Если бы знала, что я трижды в неделю вижу её обнажённой. А ведь я уже схожу с ума. Когда она раздевается, мои руки начинают дрожать от желания дотронуться до её белой кожи. Где-то я слышал, что любить- значит хотеть касаться. А я ненавижу, но всё равно хочу. Причём, хочу этого везде. Случайно столкнувшись у лифта, например, как сейчас. Или когда приношу документы её секретарше, и вижу её в приоткрытой двери кабинета, склонившуюся над столом. Но самое страшное - когда она приходит в мой спорт-центр. И я, как последний кретин, иду в комнату охраны и пялюсь в монитор видеонаблюдения. Как она переодевается, как занимается в зале, как после занятия принимает душ, подолгу стоя под горячей водой. Она не знает, что обычным маггловским спортивным клубом владеет хорошо знакомый ей волшебник. Не знает, и не узнает. Пока. А когда придет время — она окажется в моих руках. И будет умолять, чтобы эти руки её больше не отпускали. Как же я её ненавижу.

***

― Добрый день. Я могу увидеть мисс Грейнджер? ― Здравствуйте, мистер Малфой. Вам назначено? ― милая девушка, почти девочка, смотрит на меня глазами, полными обожания, и широко улыбается. Шире, чем нужно. ― Нет, Бетти. Я подумал, что Вы найдёте в плотном графике замминистра пару минут для меня, — я наклонился над столом, приблизившись к Элизабет максимально близко, и сжал рукой тонкие пальчики девчонки. ― Я сейчас посмотрю, ― выдохнув, пролепетала Бет, отведя от меня пылающий взгляд.       Я всегда знал, какую реакцию вызываю у большинства женщин, и было бы глупо этим не пользоваться. ― Думаю, Вы можете зайти прямо сейчас, мистер Малфой. Если и правда на пару минут, ― девушка подняла на меня глаза и задержала дыхание. Этот взгляд возьми-меня-прямо-сейчас я давно выучил, и безошибочно узнаю по глазам любой ведьмы. Да и они даже не пытаются его скрыть. ― Спасибо, Бетти, ― я выдохнул имя слишком близко от её лица, и резко выпрямился. Прости, малышка, тебя я трахну в следующий раз. Сначала твоя начальница.       Я постучал в высокую дверь, и услышав "Войдите", прошел внутрь.       Она сидела за большим столом, и читала какие-то документы. ― Привет, Грейнджер, ― я без приглашения уселся на стул рядом с её столом. Она подняла голову и удивленно посмотрела на меня. ― Малфой? ― Привет, ― повторил я и помахал рукой.       Она поморщилась: ― Что тебе нужно? ― Для начала, хотя бы, немного вежливости. Я дважды поздоровался с тобой. ― Привет, ― нехотя выговорила и чуть брезгливо посмотрела на меня. ― Что-то случилось? ― Да. Я к тебе по делу, ― я положил черную папку на стол. ― Открой.       Грейнджер раскрыла папку и углубилась в чтение. Через пару минут она подняла глаза и недоверчиво посмотрела на меня. ― Оникс ― твой спортивный центр? ― Да, ― я гордо улыбнулся.       Она отложила бумаги и спросила: ― И чего ты хочешь? Что я должна сделать с этой информацией? ― О, самую малость, мисс Грейнждер. Я хочу покинуть пост начальника Отдела сотрудничества с магглами, и начать уже нормально заниматься своим бизнесом. ― Ты знаешь решение Визенгамота, Малфой. Ты будешь под контролем Министерства столько, сколько они сочтут нужным. Пока ты полностью не реабилитируешься в глазах магического сообщества. ― Поэтому я и пришел к тебе, Грейнджер. Ты повлияешь на Визенгамот, убедишь их, что я сделал уже достаточно за пять лет работы в Министерстве. Сегодня я подам иск на рассмотрение о снятии меня с контроля, а ты поможешь мне выиграть дело. ― С какой ещё стати? ― возмутилась она. ― Я не уверена, что ты заслужил прощения. Ты ведь толком не работаешь! С тех пор, как ты сел в кресло начальника отдела, твои коллеги работают, как твои рабы! Так что иди работай, Малфой. Или хотя бы не мешай другим.       Она демонстративно уставилась в свои бумаги, всем своим видом давая понять, что аудиенция окончена. Но у меня были другие планы.       Я невербально наложил на неё Силенцио. Она почувствовала это, и яростно на меня посмотрела, возмущенно приоткрыв рот. Я ухмыльнулся, наложил звуконепроницаемость на кабинет и запер дверь заклинанием. ― Погоди, Грейнджер. Сейчас всё объясню.       Она вскочила со своего офисного кресла, но, повинуясь взмаху моей палочки, рухнула обратно. Её руки были крепко привязаны к узким подлокотникам кресла невидимыми нитями, а тело расслабленно отклонилось на спинку. Эта картина заводила меня всё сильнее. Я подошел к ней, и, оперевшись руками по обе стороны от её бёдер на сидение, наклонился к красивому лицу. ― Теперь я расскажу тебе правила нашей игры. Сейчас мы с тобой займёмся прекрасным, страстным сексом. Возможно даже прямо на твоём столе.       Я склонил голову к плечу, смотря на её потемневшие, почти до черноты, глаза, мечущие молнии ярости. ― Это случится в любом случае, Грейнджер. Либо ты отдашься мне сама и с удовольствием, либо сделаешь это под Империусом. Но удовольствие ты получишь, обещаю. Только имей ввиду, если ты и после этого откажешься влиять на Визенгамот, то мои воспоминания попадут на стол министра. И ещё Поттеру отправлю, пусть порадуется парень. Как думаешь, они сильно обрадуются этой картине? Только представь ― святую Грейнджер трахает на рабочем месте ненавистный Малфой. Ммм, прелесть.       Казалось, ещё злее она быть просто не может, но нет. Против заклятия её руки напряглись, пальцы вцепились в подлокотники, костяшки побелели. ― Не злись, детка. Я же сказал- тебе понравится. Лучше расслабься, не заставляй меня применять Империус.       Я отошел назад, чтобы дать ей немного выдохнуть. Когда её личному пространству уже ничто не угрожало, она чуть расслабилась. И зря.       Я поднял палочку, и с помощью невербального заклинания распахнул её блузку. Обнажилась небольшая, аккуратная грудь в бюстгальтере глубокого изумрудного цвета с великолепным французским кружевом. ― У тебя неплохой вкус, девочка, ― мой голос был хриплым, я никак не мог оторвать взгляд от великолепного зрелища её груди — Ты ведь не будешь против? Не смущайся, я видел твою грудь много раз. Никогда не замечала камер в спорт-центре?       Я встал на колени перед креслом и наклонил голову. Тонкий аромат её духов пьянил сознание, и я нежно коснулся губами кожи над правой грудью. Великий Салазар, я тысячу раз мечтал об этом, смотря в монитор, и вот, это случилось. Покрывая поцелуями верхнюю часть её груди, я пытался её расслабить. Гладил длинные ноги, лодыжки, округлые бёдра. Наконец, она сдалась. Дыхание участилось, грудь поднималась чаще. ― Ты позволишь? ― я лукаво улыбнулся и спустил мягкую чашку лифа вниз. Помимо идеальной, круглой формы, её грудь обладала маленьким, аккуратным соском. Он был напряжен от возбуждения, и я сразу взял его в рот, посасывая и играя языком. Наградой мне послужил её первый тихий стон. Силенцио заканчивало своё действие тогда, когда в нем отпадала необходимость. Я перешёл ко второй груди, и вдруг услышал: ― Малфой, не надо... Прекрати... ― её тихий голос дрожал, как и она сама. ― Не обманывай себя, Грейнджер. Сейчас ты сама этого хочешь.       Я развёл её ноги и накрыл промежность ладонью. Через зелёные кружевные трусики явно проступала влага. ― Тебя возбуждает, что ты связана, правда? ― самодовольство распирало меня изнутри, а мой пах разрывало желание.       В последний раз поцеловав её грудь, я опустился ниже и задрал юбку-карандаш на талию. ― После этого я освобожу тебя, и мы продолжим, только если ты сама захочешь.       Она судорожно выдохнула и, закрыв глаза, откинула голову назад. Я успел заметить её покрасневшие щеки. Чёрт, её смущение добило меня.       Я поцеловал её сквозь трусики и втянул в себя её терпкий, сладковатый запах. Он кружил голову сильнее любых духов. Пальцем я сдвинул мокрую ткань в сторону и лизнул набухший клитор. Приятное удивление вызвала абсолютная гладкость её промежности. Мягкие, влажные лепестки половых губ я гладил пальцами, продолжая кружить языком вокруг самого чувствительного комочка. Второй рукой я начал оглаживать внутреннюю сторону бёдер, одновременно начав проникать одним пальцем внутрь её лона. Грейнджер начала медленно изгибаться под моим напором, словно хотела отсрочить своё удовольствие. Вставив палец до конца, я надавил им на переднюю стенку внутри неё, одновременно обхватив клитор губами и посасывая его. Девушку затрясло, с её губ сорвался протяжный стон. Я почувствовал близость её оргазма, и добавил ещё один палец внутрь неё. Снова и снова облизывая клитор, быстро двигая пальцами, я приближал Грейнджер к окончанию. ― Быстрее... ― прошептала она и стиснула зубы.       Продолжая быстро двигать пальцами, я сделал язык максимально плоским, и начал облизывать всю область, от входа до лобка. Это стало последней каплей.       Грейнджер вскрикнула и сильно выгнула спину. Её лоно оказалось перед моими глазами и я видел, как оно сокращается.       Наконец, успокоившись, она снова опала в кресле и тяжело выдохнула. Я поднялся и прошелся по кабинету, разминая затекшие ноги. Боковым зрением я видел, как она следит за мной из-под полуопущенных ресниц. Взмахнув палочкой, я освободил её от пут заклятия, и посмотрел ей прямо в глаза. ― Тебе понравилось?       Я думал, что она промолчит и смутится, но эта девушка снова удивила меня. ― Да, очень, ― Грейнджер поднялась с кресла и направилась ко мне. Она поправила бюстгальтер, вернула на место юбку и до конца сняла блузку. В таком виде (прибавить туфли на каблуках) она была просто бесподобна. Раскрасневшаяся, с горящими от желания глазами и многообещающей улыбкой на губах. Напряжение в моём паху давно сменилось тупой болью, а сейчас эта боль стала острой. Слишком острой. ― Я дал тебе выбор, ― я старался выглядеть малозаинтересованным. ― Мы можем продолжить, если ты захочешь.       Не говоря ни слова, она подошла вплотную, и положила свои руки мне на плечи. ― Ты хочешь моего влияния на Визенгамот, правильно? Ты платишь за это сексом? ― Хорошим сексом, дорогая, ― тихо добавил я, смотря в её глаза. ― Что же, это хорошая сделка. Пожалуй, я соглашусь.       Дважды мне повторять не нужно было. Схватив её одной рукой за талию, а другой- за затылок, я резко притянул девушку к себе и впился в её губы страстным поцелуем. Она ответила сразу, позволив моему языку исследовать свой рот. Я попятился назад, крепко прижав её к себе. Уперевшись в кресло, я сел, оторвавшись от Грейнджер, но она тут же уселась сверху. Она стянула лямки лифа, оголив свою грудь. Я завел свои руки за её спину, и, расстегнув бюстгальтер, откинул его куда-то в сторону. Не дав ей опомниться, мои губы захватили её сосок, а рука начала мять другую грудь. ― О, Мерлин, ― прошептала она, и выгнулась, сильнее подставляя грудь под мои ласки. Я готов уже был разорваться. ― Я больше не могу, Грейнджер, ― я оторвался от прекрасной груди и помог девушке встать на ноги. Я расстёгивал брюки, в то время, как она сдирала с меня рубашку. Оставшись в одних боксерах, я, стоя, вновь задрал на ней юбку и сдернул вниз насквозь промокший кусочек ткани. Сразу вставив два пальца в её горячее, мокрое влагалище, я посмотрел ей в глаза, которые были очень близко. ― Скажи, как ты хочешь? ― мой голос и пальцы, медленно двигающиеся внутри неё, заставили глаза Грейнджер закрыться. ― Я просто хочу тебя, без разницы, как именно.       Да, именно это я и хотел услышать.       Резко вынув пальцы, я повернул её к себе спиной и наклонил на спинку кресла. Она уперлась в неё руками и призывно выгнула великолепную попку.       Я приставил пульсирующий член ко входу в её лоно и легко толкнулся вперед. Головка члена вошла внутрь, и я остановился, наслаждаясь теплом и узостью. Сладкий стон слетел с её губ, и я не выдержал.       Словно сорвавшись с цепи, я одним мощным толчком вошел на всю длину, заставив Грейнджер вскрикнуть. Недолго дав ей попривыкнуть к немаленькому органу, я начал двигаться в узком, тугом проходе. Его стенки так плотно охватывали мой член, что я изо всех сил сдерживался, чтобы не кончить раньше времени. Но и сама девушка уже была близка - она дрожала и стонала, ещё и подмахивала мне своей попкой. Поняв, что уже совсем близок к финалу, я облизал палец и погладил её анус, чуть надавив на него. Это сработало.       Грейнджер резко стиснула бёдра, и с криком кончила, пульсируя внутри. От этого давления не выдержал и я - с рычанием начал вдалбливаться в девушку, и через минуту излился внутрь.       Обессиленная, она кое-как развернулась и упала в кресло. А я, постояв и переведя дыхание, натянул свои белые боксеры, которые раньше удалось лишь спустить до колен. У меня даже не было сил очистить заклинанием член от её соков и своей спермы. Внезапно она заговорила, не открывая глаз. ― Я пойду в Визенгамот завтра, и составлю протекцию по твоему делу. А теперь убирайся вон, Малфой. Ненавижу тебя.

***

      С того дня прошло два месяца. Буквально через неделю меня вызвали в суд, где оправдали и полностью реабилитировали. Мне разрешили закончить работу в Министерстве Магии и заниматься маггловским бизнесом. В отличие от остальных бывших Пожирателей смерти, я платил обычные, не повышенные налоги. И готов поспорить, что протекция первого заместителя министра, мисс Гермионы Грейнджер, сыграла в моём деле решающую роль.       Сама же Грейнджер с того дня ни разу не появилась в "Ониксе", моём спортивном центре. Чему я был совсем не рад. После того вечера я перестал замечать девушек. Каждая вторая была готова отдаться мне здесь и сейчас, но... я не хотел. Впервые в жизни я не хотел обычного траха. Я хотел другого — обжигающих прикосновений, ласкающих губ, горячего взгляда карих глаз. Я хотел ЕЁ. И только. ― Мистер Малфой, ― в дверях моего кабинета в спорт-центре показался охранник, — Вы просили сообщить, если появится мисс Грейнджер. Она в здании, сэр. Уже отправилась в свой зал.       Моё сердце заколотилось, как сумасшедшее. Она пришла.       Быстро покинув в кабинет, я пошел в комнату охраны, заперев за собой дверь. Я сразу увидел её на одном из шестнадцати больших мониторов. Она снимала пальто. Повесив его в шкафчик, она поставила на скамейку кожаную сумку, и внезапно повернулась прямо к камере. Она улыбалась. И продолжая смотреть в камеру, она начала медленно раздеваться.       Моя девочка.       Ненавижу ли?..