Вороны

POV Соня

      Я проснулась от ярких лучей, что били в глаза. Последствия вчерашнего болью опустились на мою несчастную головушку, а воспоминания того, как я сама жалась в клубе к Стасу заставили покраснеть. Что самое ужасное: я не помню, что было после того, как он меня поцеловал. Неужели я была на столько пьяна, что сама ему отдалась?! Чёрт! Поднявшись с кровати, я потянулась и огляделась, подмечая, что комната мне не знакома. Посмотрев в зеркало, я ужаснулась. На голове было не пойми что. Некогда красивый макияж делал из меня панду. Во рту ужасно сухо, не говоря уже о боли, что разрывала мою голову. На меня была натянута чья-то футболка, а моя же одежда была аккуратно сложена на стуле.       В комнату зашли и я тут же оглянулась. Передо мной стоял Стас собственной персоной, прислоняясь плечом к дверному косяку. Его брови были нахмуренны, руки сложены на уровне груди. Взгляд изучающе пробежался по моему телу. — Ничего не болит? — с усмешкой спросил он, отталкиваясь от косяка и начиная приближаться ко мне, — живот там, голова, — протянул Суворов, а я стыдливо опустила глаза. Видимо всё-таки было, — я конечно знал, что алкоголь раскрепощает, но что бы делать из людей таких извращенцев, — довольно промурлыкал он, — ты меня весьма и весьма удивила, — хмыкнул парень и провёл по моему плечу, открывая его и показывая свежий засос. — Это… а, что я делала? — спросила я, чувствуя как щёки пылают, — я ничего не помню, — добавила и сжала кулаки. — Не всё так сразу. Сходи в душ, смой последствия вчерашнего… переодеваться уже можешь при мне, чего я там не видел?       Такого стыда, как сейчас уходя в ванную, я ещё не испытывала. Мало того, что сама полезла, так ещё и извращалась! Чёрт!       Посмотрев в зеркало в душевой, я заметила что засосы были не только на плечах. Они были на бёдрах, шее, руках, животе… даже ключицы были красными. Красная, как рак, я вышла в вчерашнем, закинув футболку в стиральную машинку. Сейчас мой вид был более менее человеческим. Как только я оказалась снаружи, мои губы были накрыты его в грубом поцелуе, со вкусом сигарет. Рука парня опустилась на мою пятую точку. Я покраснела и вжалась спиной в деревянную поверхность двери. Был ли уже смысл сопротивляться? Я отдалась тому, кого ненавидела. Я жалкая.

Конец POV Соня POV Стас

      У неё была забавная реакция. Очень даже. Она раскраснелась, опустила глаза и поджала губы. Ты ведь не помнишь, что просто отрубилась, Сонечка? Верно, ты этого не помнишь, а вот я помню, как у меня возник этот чудесный план в голове. С каким старанием я себя сдерживал, оставляя специально засосы на твоей нежной и сладкой коже, так приятно пахнущей шоколадом. И мои старания не прошли даром — ты поверила в то, что потеряла невинность.       Будешь знать, как так много пить, малышка. Я думаю, я получил что хотел, теперь ты просто не видишь смысла сопротивляться — по легенде-то я всё уже видел. Долго же я терпел, испытывая желание коснуться тебя там, где захочу я.       Сжимая её ягодиц в руке, я провёл носом по шее, слыша, как она судорожно вдохнула. Я отстранился и ухмыльнулся, смотря в её серые глаза, что сейчас почти потухли. — Пообещай больше так не напиваться. — строго сказал я, поставив руки по обе стороны от её светловолосой головы. — Не могу… я ведь… прости, — сказала она и опустила глаза, закусывая губу. Сейчас она ужасно напоминала маленького, нашкодившего ребёнка. — Не было у нас вчера ничего. — сказал я, закатив глаза и отстранился от нее отворачиваясь.       Чувствую, что надо валить. Жопой чувствую. Я начал отходить, а до неё, видимо, только доходил смысл моих слов. — А ну, стой, придурок! — завопила сестрёнка, а я уже рванул, начиная убегать от неё.       Мимо пролетали подушки, что лежали на диване. Она всё же попала мне в затылок, ровно на развороте и я упал лицом в диван, чувствуя как Соня села на мою спину и принялась колотить меня своими маленькими кулачками. Я лишь хохотал в диван, после чего перевернулся под ней и прижал к себе, получая по подбородку и прикусывая язык. Вот ведь сучка! В отместку я принялся её щекотать, приняв сидячее положение и обвив своими ногами её ноги, вжимая в свою грудь. — Сдаюсь! — завизжала мило София и я прекратил, чувствуя, как она тяжело дышит. Подняв, я посадил её на свои колени, прижимая к своей груди вновь. Такая маленькая, такая беззащитная, такая слабая. Я просто не смогу её никому отдать. Я хочу, что бы она была только моей. Я не собираюсь ни с кем её делить.       Мой телефон зазвонил. На дисплее высветилось «папа» и я поднял трубку, мысленно готовясь к расправе. — Алло, — сказал я и лёг с Соней на бок, — что-то случилось, пап? Ты никогда не звонишь просто так. — Случилось, придурок ты мелкий! Ты чего мать нервничать заставляешь?! А Соня куда делась? Если с ней что-то случилось… — С Соней всё хорошо, она со мной, мы у моего друга. — сказал я, чувствуя как меня изучают серые глаза. — Стас, тут такое дело, — протянул отец и его тон меня тут же насторожил, — вообщем, купи на обратном пути шампанское, вино и приготовьте праздничный стол, как приедете домой. У вас скоро будет братик или сестрёнка. — я выпал в осадок. Неужели мама беременна? Это ведь чудесно! Я давно мечтал о маленьком комочке, что будет носиться по дому, просить покатать на спине, выносить мне мозг, а главное, мама тогда, наконец, смягчится. Но остается вопрос. — А зачем накрывать стол? Мы кого-то ждем? — спросил я. Внезапная догадка заставила меня насторожиться. — Ну, как же, — растеряно сказал отец, — я вас познакомлю с матерью моего ребенка, — ответил он так, будто это было что-то само собой разумеющееся.       Я скинул трубку и сел, смотря вперёд. В ушах всё ещё прокручивалась последняя реплика отца, а к горлу подкатывал ком. Чёртов кабель! Он опять изменил маме и теперь позвонил мне, сообщая об этом так, будто бы ничего не произошло. — Стас, — меня отвлёк тихий голос Сони, что взволнованно потрясла меня за плечо, — что-то случилось? — я усмехнулся. — Случилось? Да нет, что ты, — зло ответил я, скрипнув зубами, — просто от нашего блядского отца залетела какая-то шлюха, а он мне, блять, звонит и так радостно сообщает об этом! — буквально рыкнул я, — ах да, нам ещё сегодня с ней знакомиться. Охуенно, правда?       Меня трясло от ярости, зубы буквально скрипели. Выведи меня сейчас кто-нибудь, я бы не задумываясь убил его. Сероглазая молчала, видимо всё ещё не отойдя от шока, но за тем я почувствовал как её губы робко коснулись моих, а руки легли на плечи. Мои колени были между её ног. Перехватив её губы своими, я углубил поцелуй, прижимая её тело к себе, грубо сжимая второй рукой её бедро. Она не сопротивлялась, позволяя себя целовать, даже немного отвечая. Я чувствовал, как её сердце бешено звучит. Соня попыталась взять инициативу на себя, начиная посасывать мой язык. Отстранившись друг от друга мы ещё долго пытались восстановить дыхание. — Спасибо, — сказал я, проводя по её покрасневшей щеке большим пальцем, затем, убирая за ухо выбившийся из причёски локон. Она кивнула и позволила вновь прижаться к себе, уткнуться носом в хрупкое плечо. От того что сейчас произошло стало легче. Желание убивать немного пропало. Просидев так ещё минут пять, я поднялся и поставил её на пол. — Идём, нам пора. — протянул я, направляясь в сторону коридора. — Кстати, Стас, а мы где? — задала запоздалый вопрос девушка. Я оглядел стены прихожей квартиры Андрея и хмыкнул. — А это, дорогая моя, ад на земле. Тут проходят почти все вписки, тут лишилось девственности более ста девушек, — начал я, наблюдая как мою сестру перекосило от подобного заявления, — ты в обители Андрея! — сказал я, подняв руки и разведя их в стороны. Грома не хватает для большей эпичности, ага.       Я видел, как она едва сдерживалась что бы не засмеяться, да и чего греха таить — я хотел сейчас дико ржать, катаясь по полу. Рядом с ней становилось легче. Может когда-то она и стала ошибкой отца, но не будь этой «ошибки» сейчас рядом со мной, что бы я сделал? Поехал бы в бар, напился, обкурился и, скорее всего, забирал бы меня тот же отец из обезьянника. Спасибо тебе, Соня.

***

      Подъехав к супермаркету, мы вышли из машины и зашли внутрь. Я доверил выбор продуктов сестре, сам же пошёл выбирать алкоголь. Выбрав пару бутылок вина, я взял шампанское и отнес их в тележку. Соня, тем временем, положила уже в неё некоторые продукты. Она клала только нужное для приготовления блюд, я же, закатывая глаза, закидывал всякие вредные вкусности. В итоге мы убили ещё минут десять, что бы выложить это всё на кассе. Оплатив не маленькую сумму, я взял большую часть пакетов, оставив Соне два маленьких и не тяжёлых, направляясь в сторону машины. Мы сели в машину и уже без остановок доехали до дома.       Соня поднялась на верх, где переоделась в короткие джинсовые шорты, белую майку и чёрные гетры, на ноги же она надела чёрные кеды. Я довольно усмехнулся, окинув ё изучающим взглядом, сам же решил не переодеваться. Вымыв руки, я направился на кухню, помогая ей всё разложить. — Я буду готовить, а ты пока начинай накрывать на стол, — сказала сестра, начиная нарезать аккуратно огурцы.       Я кивнул и принялся раскладывать хлеб и нарезки аккуратно по тарелочкам, после чего пошёл и постелил красивую скатерть на стол. Отнеся уже приготовленное, я облокотился о косяк двери, доставая сигарету из пачки и закуривая, невольно засмотрелся на светловолосую. Пробежавшись по её фигурке изучающим взглядом, я заметил, что штанина шорт немного задрана, открывая край синяка. Видимо я немного перестарался. Подойдя, я обнял её за талию, поправляя ту самую штанину. Я почувствовал, как она вздрогнула, когда я пальцем дотронулся её кожи, но она не прекратила нарезать помидор. Я прижался к ней плотнее и провел носом по её тонкой шее. На душе было паршиво от осознания того, что через год эта новая пассия отца попытается выселить меня из дома. Ладно меня, но Соня, она ведь совсем ещё ребёнок, она не сможет одна.       К вечеру с готовкой было закончено. Стол был накрыт, а Соня вновь ушла в комнату. Когда через пятнадцать минут она не спустилась, я насторожился. Поднявшись на нужный этаж я открыл дверь и увидел как светловолосая крутится перед зеркалом, рассматривая засосы. Она не знала что надеть — это я понял по количеству лежащей одежды на кровати. — Помочь? — спросил я, растягивая усмешку на губах. Она была в одном белье и гетрах, что не могло не заводить.       Нежно-розовые трусики с рюшечками и лифчик в цвет к ним очень мило смотрелись на Соне, а её пунцовое, от смущения лицо, дополняло образ. Отойдя к её кровати, я встал спиной к сестре, окидывая изучающим взглядом вещи. На глаза тут же попалось чёрное платье и я протянул его сестре, а она молча его натянула, сняв гетры. На ноги я выбрал ей чёрные балетки, затем, оценив результат улыбнулся. — Ну, как? — спросила она, перешагивая с ноги на ногу, — нормально? — В белье мне нравилось больше, — сказал я, подойдя ближе и прижав её к себе за талию, — Мне очень нравится. Платье имело довольно закрытое декольте, но открывало её бледную шею с багровыми засосами. Его длинные рукава отлично скрывали засосы, как и юбка солнце. Решив не рисковать, она замазала пудрой засосы, на случай, если отец окажется слишком внимательным.       Я уже было наклонился дабы поцеловать, но звонок в дверь, раздавшийся с первого этажа не дал мне этого сделать. Тихо чертыхнувшись, я перехватил руку одноклассницы и спустился с ней, открывая дверь. Первым в дом зашёл отец, за ним зашла какая-то высоченная блондинка, за ней нечто перекрашенное, полноватое, в довольно облегающем платье и с непонятной причёской залитой лаком. Она еле передвигаясь шла на каблуках. При ходьбе её щеки тряслись. Самой последней зашла мама и закрыла за собой дверь. Такой равнодушной я её ещё не видел. Было больно смотреть на то, как она идёт за всей этой шайкой, рассматривая пол.       В начале мы прошли в гостиную, где родители и гости сели на диван, а я же расположился на кресле. Соня заняла рукоятку кресла, что была довольно широкой и девушка на ней спокойно уместилась. — Итак, — сказал отец и выпрямился, — Вероника, хочу тебе и Кристине представить моих детей. Станислав и София. — он поочередно указал на меня и Соньку.       Как я понял по обращению, высоченная, крашенная блондинка с накаченными губами и надменным взглядом — Вероника. Темноволосое нечто, с неподъёмными щеками, лет тринадцати и взглядом не лучше чем у матери, Кристина. Я задумался. Кристина, выходит, дочь Вероники? Тогда, если она переедет к нам, это чудище переедет за ней. А девочка тем временем изучала нас с Соней, в то время как мать её о чём-то мило беседовала с отцом. — Сонь, идём, поможешь мне. — сказала моя мать… Стоп моя мать, Анна Владимировна Суворова, которая ненавидела Софу всеми фибрами души, сейчас просит её помочь?! Остановись планета, я сойду. Я чувствовал, что обязан находиться сейчас там с ними. И я не ошибся. — Он хочет подать на развод, — сказала убитым голосом моя мать, прислоняясь к стене и доставая сигарету, которую я тут же выхватываю из её тонких пальчиков. — Он этого не сделает. — сказал я, закуривая сам. Фу, слишком слабые и сладкие. — Стас, — протянула мать, поднимая на меня свои глаза, такие уставшие и грустные, — она ждёт ребенка от вашего с Соней отца. Я уже устала. Это не первая его измена и ты это знаешь, но теперь она еще и последствия имеет. Я когда узнала место себе найти не могла. На этот раз все кончено. Я начал вскипать и затушил сигару о пепельницу. Она опустила руки?! — Да мне какая, блять, разница?! — рявкнул я, — Ты не можешь так легко сдаться! — я начал трясти мать за плечи, пытаясь привести её в себя. Соня дернула меня за локоть. Я успокоился и отпустил плечи мамы, только сейчас смотря на сестру. Она сжимая кулаки, с злостью и обидой смотрела на меня, нахмурив свои бровки. На что она обиженна? Не её же матери счастье разрушается? Не её ведь семья рушится… или же… чёрт, неужели она за это время успела привязаться к моей матери? Я усмехнулся и притянул маму и сестру к себе, прижимая к своей груди. — Идём в столовую, — сказал я и кивнул в нужную сторону, где уже давно был накрыт стол.

***

      Нас с Соней и Кристиной посадили на одну сторону, взрослые же сели на другую. Мне даже смешно стало — папа, сам того не понимая, оказался зажатым между двух огней.       Через пару минут я заметил на себе внимательный взгляд. Обернувшись, я понял, что это не светловолосая, ибо сейчас она сидела и ковырялась в тарелке. Значит это оно. Она меня буквально раздела и изнасиловала взглядом. Чёрт, не могу больше тут сидеть. И вот раздался он — спасительный звонок. — Да? — сказал я, замечая как Соня повернулась ко мне. — Дуй сюда, у нас тусняк, хата свободна, — сказал один из моих друзей и я облегченно выдохнул. — шмотки с собой возьми, тут с ночёвкой. — Окай, скоро буду, — я кинул трубку и поднялся, — Соня, едешь со мной, — сказал я и улыбнулся сестре, что посмотрела на меня как на спасителя. Отец нахмурился и поджал губы. — Я тоже хочу! — пискнуло это нечто сбоку. — Значит и Кристину с собой берёшь! — сказала блондинка радостно хлопнув в ладоши. Ох, повезло этой суке, я баб не бью. — С какого перепугу? — спросил я и ухмыльнулся, поднимаясь и беря сестру за запястье, — мне дети там не нужны. — Либо ты берешь с собой Кристину, либо остаётесь дома, — строго сказал отец и я скрипнул зубами, махнув этой мелкой мрази. Ну ничего... мы еще посмотрим кто кого.