Закатное Небо

      Утром Тсунаёши снова отправилась в школу. Умудрилась даже отделаться от дисциплинарного комитета. Хотя по дороге ей встречались Пепельные Ладони, а Мукуро девушка послала извещать Ироказэ-кумитё о желаемой ею встрече, но она считала это уже маленьким выигрышем — надоели ей вечные якудза по бокам. Да и шестёрки её брата теперь заметно присмирели — наверное, познакомились с Реборном.       В школе Тсуна первым делом пошла к Хане. Та на её вопрос ответила:       — Да влюблён он в твою матушку был, разве непонятно? Ты лучше погляди, в нашем классе теперь ещё киллер из Италии учится, Гокудера Хаято! — и шёпотом добавила:       — Вроде и свободный киллер, а мозгов — кот накакал.       Тсунаёши посмотрела на парня. На первый взгляд он был обычным старшеклассником, очень похожим, кстати, на парня из Пепельных Ладоней. Но Тсуна быстро поняла, насколько он от них отличается — только посмотрев ему в глаза. Девушке даже стало его жаль, такого человека она бы ни за что не заставила быть хранителем её брата. Но Реборн, понятное дело, кандидатов не жалел. Тем более — по каким-то там глазам.       Гокудера Хаято сидел за своей партой, положив на неё ноги, и лениво оглядывал мир вокруг презрительным взглядом. Так решил бы каждый, но не Тсунаёши. Уж она-то прекрасно видела за маской «плохого парня» человека очень ранимого и чувствительного, а на данный конкретный момент — усталого и немного растерянного.       Девушка оглянулась на Хану и поняла, что она маску тоже заметила. Ну, а как не заметить, она же информатор, она должна видеть людей насквозь! Что и делала. Тогда почему она так отозвалась об умственных способностях киллера?       Тсуна немного поразмышляла, задать или не задать ей этот вопрос, Ногицунэ она всё-таки немного побаивалась. Но всё же спросила:       — С чего это сразу — накакал?       Она уже ожидала какого-нибудь язвительного замечания в свой адрес, но Хана лишь фыркнула и ответила:       — Потому, что если уж ты припёрся в обыкновенную школу изображать обыкновенного среднестатистического неприметного ученика, то будь добр, изображай! А он что делает?!       И правда, вокруг парты, за которой сидел Гокудера, уже сгрудилась стайка девушек, явно уже успевших организовать фан-клуб, а в другом углу класса парни (половина — из Пепельных Ладоней) обсуждали, в какой подворотне его оставят. На «неприметного» он не походил ни коим образом. Но Тсуна всё же подумала, что по-другому он явно не сможет, как не смогли бы при всём желании превратиться в «неприметных» Мукуро или Кёя. Ну вот такой он.       Тсунаёши, когда поняла, что сравнивает Гокудеру Хаято со своими личными хранителями, не на шутку испугалась. Такое у неё уже было.       Она тихо позвала:       — Мукуро…       Но никто не появился. Скорее всего, иллюзионист был слишком занят для этого.       Хотя нет, «никто не появился» — неправильная формулировка. Появился.       Но только совсем, совсем не тот, кого Тсуна хотела бы видеть.       Савада Нагарэ медленно, твёрдой и властной походкой вошёл в класс. Оглядел всех так, что вздрогнула даже Тсунаёши. Только Гокудера плевал на его сверхпрезрительный взгляд с высокой колокольни. Его-то Нагарэ и заметил. Подошёл спокойно к парте, наклонился к киллеру и положил руку ему на плечо, чуть сжав. Вокруг мгновенно сгрудились те из класса, кто состоял в группировке Нагарэ, создавая для Гокудеры угрожающую атмосферу и одновременно загораживая парней от остального класса. Хаято одарил брата Тсуны уничижительной ухмылкой. Тогда Нагарэ сунул ему под нос кулак, мгновенно загоревшийся грязно-оранжевым пламенем. Свободный киллер лишь фыркнул.       Тсуна вдруг сообразила, что, если Мукуро нет рядом, то кто же ей прикрытие обеспечит, как не любимый братик?       Она осторожно выпустила каплю своего пламени, дотронувшись им до Хаято. И тут же почувствовала… Себя целой.       Какое знакомое ощущение, но в то же время каждый раз — как первый. Жаль, что их всего шесть, а это последний.       Но тут же девушка опомнилась. Ведь Реборн планировал именно его в хранители Нагарэ!       Парень тем временем перестал выпускать пламя, заметив, что его оппонент не впечатлён, и грозно прошипел:       — После уроков, у храма Намимори!       Тсуна, улыбнувшись Хане, вышла из класса, пока Нагарэ её не заметил.       Она точно знала, что сегодня киллер не будет убивать её брата — что бы там не говорила Ногицунэ, парнем он был умным. Но девушка всё равно решила взглянуть на их сегодняшнюю стычку, ведь, если что, она сможет помочь, или лучше позвать Мукуро. Даже если ты свободный киллер, кто сказал, что ты справишься с целой бандой?       Как только Тсунаёши вышла в безлюдный коридор, рядом материализовался Мукуро.       — Ну как? — с надеждой спросила девушка.       — Паршивенько, фу-фу.       По взгляду Тсуны парень понял, что ей не до шуток, и объяснил:       — Они вляпались в конфликт с Барасава-кай этой ночью. Грохнули сайко-комон. Не совсем намеренно, конечно. Но кому до этого дело?!       — Чего?!       Иллюзионист вздохнул.       — Они вляпались в конфликт с Барасава-кай этой ночью. Грохнули сайко-комон. Не совсем намеренно, конечно, но кому до этого дело. — послушно повторил он.       — И ты мне это так спокойно сообщаешь?! Что моего брата теперь страстно желает уничтожить сильнейший клан якудза Японии?! — сейчас Тсунаёши в очередной раз пожалела, что не может сорваться на крик.       — Ну, Ироказэ-кай тоже как бы не слабейший… Он ничем не уступает Барасава-кай, ну, земли только чуть поменьше…       Мукуро увернулся от подзатыльника.       — Да понял я, понял. Пойду и перебью всех до единого злобных и нехороших гадов, посмевших тронуть бедного, маленького, замученного, несчастного ребёночка, которому всего двадцать семь годиков, а к нему уже какие-то сволочи лезут. Который, чтоб его, является кумитё второго по влиянию клана в Японии и сам всех, кого только хочешь, прикончит!       Мукуро увернулся от ещё одного подзатыльника.       — Идиот. — внезапно успокоившись, констатировала Тсуна. Она прекрасно понимала, что на иллюзиониста ругаться было абсолютно бесполезно. Бесполезнее только на Верде — тот дольше практиковал вынос мозга, и поэтому научился ещё и противостоять любому виду этой техники. — Как у них там?       — Пока всё нормально.       — Это не ответ.       — Их основные районы уже окружены боевиками. Барасава-кай намерены прорваться и вырезать всех, кто на пути попадётся. Ну, я так понял. Наши, понятное дело, прекрасно держатся. — парень заметил выражение лица Тсунаёши и поспешил её успокоить. — И продержатся ещё лет десять! Правда, не до тебя им сейчас, и не до Вонголы…       Девушка уже не слушала.       Джотто. — позвала она. — Прости, но…       — Ладно, иди. — материализовался рядом предок. — Семья важнее всего.       — Ты с ума сошла?! — возопил Мукуро.       — Да, и очень давно, если ты не заметил. Пошли на базу, захвачу плащ, и в Токио.       Иллюзионист прекрасно понимал, что если Тсуна чего-то захотела, то она либо добьётся своего, либо устроит локальный апокалипсис.       Поэтому он только лишь тяжело вздохнул и открыл портал на базу.