Обреченные на вечное одиночество скалы

      В третий понедельник мая все идет кувырком.       Люси подменяет официантку, у которой заболел ребенок. Ей не по душе эта работа — целый день носиться по дешевой забегаловке на высоченных каблуках и в короткой юбке и улыбаться, когда ей грубят — это не её мечта. Но чаевых здесь больше, чем за барной стойкой, поэтому она молчит.       К середине дня она уже готова послать все эти деньги к черту, лишь бы врезать тому парню, что слишком распускает руки. Но неожиданно звякает колокольчик, и в здание входит Люк. Он взбудоражен, а в его глазах можно без проблем прочитать панику. Люси чувствует, как волна напряжения растекается по её телу, но, поймав волнующийся взгляд Ло, она всего лишь кивает, кладя фартук на край стойки.        — Что-то случилось? — беззаботно спрашивает она, плюхаясь рядом. Кожаная обивка дивана неприятно липнет к телу.        — Да, боже мой, Лу, да, — практически кричит он, подскакивая, — я встретил её! Встретил, понимаешь?        — Это же чудесно… — медленно произносит Люси, пытаясь понять, о чём он говорит. Когда до неё доходит, улыбка резко сползает с её лица, и она бледнеет, чувствуя взрыв внутри своей груди. — Рада за тебя, — как можно веселей говорит она, ощущая нехватку воздуха.        — Она просто великолепна! У неё чудесная улыбка, проникновенные глаза, она работает в модном журнале… — Люси делает вид, что слушает комплименты, вымученно улыбаясь. Ей кажется, что еще секунда и кусочки разбитого сердца пойдут вверх по пищеводу.        — Ты обязательно найдешь своего соулмейта, — по-своему истолковав её грусть, ободряюще шепчет он, сжимая ее плечо чуть крепче перед уходом.       «Ага, конечно», — думает она, оставшись одна. — «Я даже свою помаду не могу найти».       На самом деле у неё уже была родственная душа.       Часы Люси остановились в тот момент, когда Люк пришел в первый раз.       Вот только, какая незадача,       его       часы       всё       ещё       шли.

***

       — Как такое вообще возможно? — спрашивает Ло в конце рабочего дня, когда они заняты уборкой опустевшего зала. — У каждого только одна родственная душа, ведь так?       «У меня вообще ни одной», — думает Люси устало. Она уже наплакалась на сегодня, хватит.        — Я не знаю, Ло, честно, не знаю, — вымученно отвечает она, потирая переносицу. — Я надеялась, что это все ерунда, что и его часы встанут через некоторое время, но, — она замолкает, пожимая плечами и не собираясь продолжать. Люси чувствует взгляд Ло, и она уверена, что в глазах у неё столько грусти и сочувствия, что хватит на целую армию бездомных собак и детей-сирот. И в этом вся Ло.       Раздается стук, Ло кидается открывать дверь, и в баре появляется Лэнди, её соулмейт. Она приземляется на барный стул и просит коктейль, весело щебеча о забавном прохожем, с которым она столкнулась в парке.       Люси смотрит на смуглое лицо, добрую улыбку, щеки, покрывшиеся румянцем от поцелуя Ло, и роскошные черные волосы, и чувствует зависть к любви, что связывает этих двоих. Лэнди работала врачом в бесплатной больнице в паре кварталов от бара, а иногда подрабатывала волонтером в детском приюте. Она обожала собак, умела неплохо играть на гитаре и прекрасно пела. Она действительно идеально подходила к Ло, отдававшей половину заработка на благотворительность и участвующей в любительском театре.       Они очень скоро уходят, держась за руки и весело смеясь. Лэнди отдает свой шарф Ло, потому что та настоящая южанка и никогда не одевается по погоде, и Ло благодарно целует её в лоб.       И от этой картины сердце Люси сводит судорогой отчаянья. Она пытается убедить себя в том, что у неё все нормально.       Но себя не обманешь, верно?        (По крайней мере, не сегодня)

***

      Она знакомится с Лией через полторы недели.       Люси лежит головой на барной стойке, молясь, чтобы шум города перестал проникать в здание, а солнце светило чуточку меньше.       Вчера после ночной смены к ней пришла Ло с полной бутылкой коньяка. Люси давно заметила что-то неладное: её лицо осунулось, глаза были странно покрасневшими, и выглядела она уставшей и рассеянной, словно пребывала не в этом мире; но Люси не была готова лезть в её душу и спрашивать о проблемах в Раю.       Поэтому они пили полночи, просто разговаривая о неважных вещах и подпевая радио.       С утра её разбудил звонок повара, который слишком громко возмущался тому, что их не было на рабочем месте и грозившим уволить их, если они не появятся на работе в ближайшие пять минут. Люси согласно покивала, пообещав самостоятельно составить заявление, на что он разразился ещё большим потоком крепкой ругани. Утро было испорчено, а похмелье настолько сильным, что она не могла заставить себя встать минут десять. Еще минут двадцать ушло на то, чтобы растолкать Ло.       Именно поэтому на футболке красуется пятно от кофе, которое она прикрывает старой джинсовкой, под глазами у неё темные круги, а волосы жутко спутаны и наскоро убраны в хвост. Ну что, бывает.       Ло также плохо, судя по ее неоднократным отлучкам, и Люси чувствует себя отомщенной. Но, несмотря на это она кладет аспирин в её фартук, пока та не видит: Ло не сторонник пьянок и совсем не знает, как бороться с их последствиями.       Когда они входят в кафе, Люси хватает лишь одного взгляда на Лию, чтобы чувствовать себя ущербной. Лия выглядит так, словно она сошла с обложки журнала: неяркий деловой макияж, идеальная укладка, элегантное пальто, в тон подобранные ботильоны. Люси и не думала, что так хоть кто-нибудь одевается в жизни.       Все это настолько отличает ее от Люси, что та понимает — игра была нечестной. У нее с самого начала не было ни шанса.       Ло рядом клацает челюстью.       Люк светится, знакомя их. Лия ужасно приветлива и дружелюбна, и Люси хочется биться головой об стол: её план о ненависти к ней проваливается.       Они сидят за столиком, и она все больше убеждается в нереальности Лии. Та рассказывает о своих планах, мечтах, своей работе, и Люси чувствует себя идиоткой без будущего. Лия расспрашивает её о самых разных вещах и выглядит так, будто ей действительно интересно услышать ответ.       Люк в беседе не принимает совершенно никакого участия, он не сводит взгляда с Лии. Люси чувствует зависть и ей противно от самой себя.       Лия допивает свой кофе и невероятно вежливо извиняется, что не может остаться. Люк увязывается за ней, говоря, что мечтает посмотреть на её съемки. Он даже не прощается.       Люси остается за столом в одиночестве. Подошедшая Ло молча обнимает ее за плечи.

***

      В пятницу Люси работает за стойкой. В баре невыносимо жарко — она в открытой майке, рваных джинсах, но все равно обливается потом. Повязка на запястье завязана слабо, но сегодня ее это не волнует: Люк должен быть на мероприятии с Лией и точно не зайдет сюда.       Она разливает напитки, болтает с Ло, перекидывается шутками с официанткой, которая бегает от столика к столику. Она уже выпила бутылку пива, в голове приятный туман, шум заглушает собственные мысли, и времени вспомнить о ком-то просто не хватает. Люси чувствует себя нормально.       К середине ночи поток людей уменьшается, и она кладет руку на барную стойку, постукивая пальцами в такт песне.        — Лу! Я тут зашел…, — неожиданно раздается знакомый голос, и Люси вздрагивает. Она поворачивает голову в его сторону, натягивая улыбку. Люк подходит ближе и вдруг замирает. Его взгляд направлен куда-то вниз, — Что это? — он хватает её за руку. Повязка спустилась, обнажая края идеальных черных нулей. — Почему ты мне не сказала, что встретила соулмейта? — зло и обиженно кричит он.       Люси не шевелится, надеясь, что, если просто стоять, ситуация решится сама собой. Бокал, в который она наливала виски, переполняется, и напиток льется через край.        — Лу? — настаивает на ответе Люк, а в голове Люси бьется ласточкой: Ох.       В этом положении ее находит Ло.        — Ты залила всю футболку! — возмущается она, выхватывая бутылку и указывая на огромное пятно, расплывшееся по белой футболке. — Пошли, у меня есть сменная, — Люк пытается что-то сказать, но та прерывает его, даже не слушая. — Все может подождать.       Она отводит ее в подсобку и достает майку с домом из «Вверх». Люси сейчас хочется поступить так же, как тот старик — привязать к себе тысячу шаров и улететь далеко-далеко.        — Ло, он видел, — шепчет Люси, снимая грязную вещь.        — Ну и что? — спрашивает та, стягивая повязку со своей головы и крепко перевязывая ее запястье. — Он же не знает, что это его, верно?       Ло открывает дверь и зажмуривается; у Люси перехватывает дыхание. На пороге стоит Люк. Кто же еще.       Люси мечтает провалиться сквозь землю. Да уж, Вселенная сегодня в ударе.        — Что? — ошарашенно спрашивает он, потирая свое запястье. — Мое? Лу?        «Самое время, чтобы пустить финальные титры», — думает Люси, смотря на Люка.        — Люси? — настаивает на ответе он.        — Да, — выдыхает она.       Ло незаметно выскальзывает из подсобки, Люси дрожит. Люк падает на ящик рядом с ней и устало трет лицо.        — И почему ты мне не сказала? — спрашивает он после затянувшегося молчания.        — А смысл? У тебя все ещё шло время, — говорит Люси и неожиданно чувствует, что ей наплевать, что произойдёт дальше. Она так устала.        — Мы могли бы что-нибудь придумать, — говорит Люк,— мы бы обязательно решили все проблемы.        — Я просто не предназначена тебе, — горько отвечает она, качая головой.        — В том-то и дело, что предназначена! — срывается он, резко вскакивая. — Поверить не могу… мой соулмейт год был рядом, а я этого не знал. Не могу поверить! — почти кричит он, ударяя по картонной стене.        — Что сделано, то сделано, Люк, — просто говорит Люси, не находя в себе сил для спора. Её неожиданное спокойствие остужает его пыл, и он вновь садится.       Они сидят в неуютной тишине, которой никогда между ними не было до этого, но Люси, к своему удивлению, совсем не чувствует паники: каков бы не был результат, все уже произошло. Сказанное обратно не вернешь.        — И что мы теперь будем делать? — Люси чувствует острое желание закурить, хоть никогда этого и не делала.        — Я не знаю, — она убирает отросшую чёлку от глаз. — Теперь ведь у тебя есть Лия.       Её имя заставляет его вздрогнуть, через несколько секунд в его глазах появляется какая-то уверенность.        — Да, Лу, в том-то и дело — у меня теперь есть Лия, — неожиданно сухо говорит он, и сердце Люси разбивается в третий раз. — Все же ты права, что не сказала, — наконец, говорит он. — ничего бы не вышло, — он встает и выходит быстрым шагом из комнаты.       Это так трусливо, но так правильно, что Люси не может не вдохнуть, не выдохнуть.       Она продолжает сидеть на этих дурацких ящиках из-под картошки в малюсенькой подсобке, пытаясь не замечать себя.       Что ж, все правильно.       Люси не из тех, кого выбирают несмотря ни на что.       И это, блин, нормально. Всем везти не может.        (Почему же Люси сама в это не верит?)

***

      Люси протирает барную стойку на автомате, думая о поездке в Калифорнию, запланированной на следующий год, и мятных конфетах, что лежат в кармане рюкзака. Она пытается не травмировать свой мозг, думая о чем-то более важном. Но внутри она чувствует ничего. Огромную дыру.       Посетители с удивлением смотрят на ее разодранные джинсы и растекшийся макияж, из-под которого частями выступает слегка красноватая кожа, — но Люси это волнует мало. (Она только что узнала, что настолько бесполезна, что не нашлось кого-то для нее, хэй)       Ло берет на себя большую часть обязанностей и носится по залу, не останавливаясь ни на секунду и весело улыбаясь, но походка выдает в ней чувство вины и скорбь.       Когда остается минут пять до закрытия, Ло топчется уже по пустому залу, все никак не решаясь подойти.        — Ло...        — О мой бог, Люси, прости меня! — выпаливает она, перебивая. — Я не хотела все испортить, мне так жаль!        — Все нормально, Ло — отвечает равнодушно Люси. — Он все равно бы рано или поздно узнал, — говорит она честно, действительно не чувствуя злости. Только огромную всепоглощающую усталость. И бессилие. — Ты можешь уйти сегодня по-раньше. Лэнди, наверное, заждалась тебя, — Люси мечтает остаться в одиночестве, чтобы привести себя в порядок. (Она очень-очень сильно напьется, будет петь песни Сии о разбитых сердцах и много-много плакать)        — Мы с Иоландой расстались, — глухо говорит Ло, смотря в пол.        — Почему?        — Как оказалась, она может пожертвовать нами, лишь бы не признаваться родителям, что ее родственная душа — девушка.       Люси приобнимет Ло, кладя голову ей на плечо. Ей стыдно за свое недавнее безразличие.        — Ничего-ничего, мы справимся, — шепчет Ло, смотря куда-то вдаль. Они стоят так несколько минут, чувствуя, как горе течет по венам, объединяя их. — Мы с тобой стойкие. Как горы. "Обреченные на вечное одиночество скалы" — думает Люси, вспоминая могучие горные вершины в снегу, что видела в детстве, когда ходила в поход с дедом.       Неожиданно Ло ахает, смотря куда-то вниз, после чего Люси опускает глаза на свое запястье.       Вместо черных, пустых нулей появляются цифры, сменяющие друг друга       Люси, кажется, дали второй шанс.