За пределами реального

      В тот момент она словно бредила. Все словно в какой-то дымке. Изображения мелькают одно за другим. Образов чейнджлинг почти не запомнила, но то мерзкое ощущение осталось.       Эля очнулась на полу одного из коридоров. Видимо, она забрела немного не туда. Под потолком прошуршала летучая мышь. Странно, откуда она тут? Эля наконец-то пришла в себя и смогла нормально мыслить. Ответ на этот вопрос был очевидный — залетела. Чейнджлинг медленно поднялась с пола и побрела дальше.       Эти неожиданные вспышки пророчеств уже сильно надоели ей. И что самое обидное — она ничего из них не помнила. Обычно ей рассказывали обо всем очевидцы. Судя по их рассказам это было довольно страшное зрелище, когда Эля резко начинала дрожать, оседать на пол и говорить странным, абсолютно не своим голосом. Но что самое ужасное, так это то, что происходило с её глазами. Зрачки резко затапливали и так большую у чейнджлингов радужку, что глаза кажутся тёмными, как две чёрные дыры. — Ключ…       Голос возник так внезапно, что полууснувшая кобылка мигом растеряла весь настрой на нормально уснуть. — Ключ…       Голос был немного с хрипотцой, но явно женский и… какой-то металлический? Его обладательница говорила с трудом, едва выговаривая единственное слово, но самой её нигде не было. — Покажись! — Эля попыталась сказать это твёрдо, но испуг все равно слышался. — Ключ! — взвыл голос, уже умоляя, а после уже никто вновь не повторял это слово. Что бы это могло значить? Все это неспроста. Голову девушки словно молнией поразило. — Ключи Памяти!       И тут она поняла, что сказала это слишком громко. Остаётся только надеяться, что её никто не услышал и… Свалить подальше от места преступления. Так она и сделала, но мысль о ключах не давала ей покою. И все, решено! Идём к их хранилищу! Это была не самая лучшая идея, но слово «ключ» ассоциировалось в основном с этим.       Шпинель поменяла направление, вспоминая, как туда пройти.

***

      И вот она уже приближалась к хранилищу. Эля осторожно выглянула из-за поворота, проверяя, все ли чисто. Ей крайне не хотелось напороться тут на какую-нибудь Ведьму.       Тихо, словно мышка пробегающая к мешку с зерном, она приближалась к месту назначения. Осторожно выглянув из-за поворота, она чуть не потеряла дар речи.       Около огромных дверей стоял Норт. Он пристально смотрел на них, хмурясь и недовольно что-то бормоча. На какое-то мгновение его рог засветился, но тут же погас. Может дверь открыть пытался? Да кто его вообще знает? Но тут явно что-то не чисто.       Эля шагнула назад, но к своему превеликому ужасу задела что-то, и предмет разлетелся в дребезги. Девушка отпрянула. Это было крайне неожиданно. Как будто сирена взвыла. Шпинель опомнилась лишь через несколько мгновений, как торпеда понеслась подальше отсюда.       Видел ли её Норт? Никто не знает. Утаит ли она шило в мешке? Завтра видно будет.       Несясь по замку с неистовой скоростью, но все же не как слон, она почти прибежала в свою башню. Особенно было неудобно, когда её заносило на поворотах, и она чуть ли не врезалась в стену. Но к счастью путешествие прошло без приключений. Ничто не свернули, Ведьм с ног не сбили, ничего себе не переломали. Отлично!       Она тихо открыла дверь в комнату. Подруги уже спали. Хотя и немудрено. Ведьмы на трату времени не скупятся.       Из леса послышался протяжный вой, заставляя все внутри сжиматься от ужаса. Эля никогда его раньше не слышала. За всю свою новую жизнь. Шпинель осторожно выглянула в окно. Во мраке леса мелькали чьи-то наполненные злобой глаза. По когтистым лапам было ясно, что это звери. Одно утешало — они сюда не залезут.       Эля закрыла окно и задернула занавески. Так, просто ради спокойствия. Но даже когда она легла в свою постель, о которой так грезила во время дополнительных работ, ей очень долго не удавалось уснуть, пока она слышала этот заунывный вой.

***

      Доброе утро! Сегодня Элю бы взбесили эти слова и она убила бы того, кто это сказал их. Утро в монастыре не бывает добрым. Особенно сегодня. Особенно сейчас, когда надо вставать после бессонной ночи. Вой был просто невыносимым, поэтому Шпинель уснула только под утро, когда он стих. — Ненавижу!.. — проныла она, вновь утыкаясь носом в подушку. — Эль, ты чего? — обеспокоенно спросила Лили. — Всю ночь там кто-то в-ы-ы-ы-ы-ыл… — Как это выл? — из-под одеяла вынырнула Санни. — Не знаю. Но в лесу они были. — Древесные волки? — Не удивилась Ли. — Вчера послушники про них прознали. Но судя по рассказам тех, кто тут дольше всех, они ранее так близко к монастырю не подходили. — И они всю ночь выли! — Меня больше интересует то, почему они пришли сюда. — Да какая разница-то? Ну пришли, да пришли. Лишь бы выть прекратили. А так пусть идут к ведьминой матери!       Ли лишь покачала головой. Мол, как ей объяснить? Она опять свое загнет.

***

      Они вновь шли по уже тритоптаной дорожке. И именно тритоптаной, ведь тут уже все сотни раз ходили. Шпинель все ворчала, успев послать волков ко всем матерям, на все четыре стороны и вообще куда только можно было послать довольно приличной пони. — Мне б твои проблемы… — сказала Ли, пнув меленький камешек, который тут же как крольчонок поскакал по тропе. — Да, не спи всю ночь, и у тебя они будут такие, же как и у меня!       К счастью для Ли, они уже пришли на тренировочную площадку, где их вновь должны были распределить по парам для «боя».       И вот итог: Санни была не очень рада такому повороту событий, ведь перед ней была сама Миднайт собственной персоной! Что ж, для них тренировка не обещает быть лёгкой. Ли выдохнула с облегчением, когда к ней поставили не Мун, а Дарк Голд. Пегаску она побаивалась после того, как Ли слегка толкнула её копытом, а та как тряпичная кукла распласталась на земле со словами: «Они доберутся до всех вас!» Б-р-р-р-р. Ну, а Эле вновь попался Норт. Видимо Ведьмы решили, что им надо больше тренировать вместе, ведь для Эли тренировки в последнее время были слишком лёгкими.       Они оба смотрели друг другу в глаза. Шпинель было очень интересно, что он делал возле Хранилища Ключей Памяти, но спрашивать это она не собиралась. Если спросит — спалится, что была там, а этого ей не хотелось. — Что ты там делала?       Вот он, долгожданный вопрос, который прозвучал с какой-то злобой. — Я хотела спросить у тебя тоже самое. — перешла в наступление Эля. Оба заметили недовольные взгляды Ведьм.       Чейнджлинг двинулась в право, но соперник не остался на месте, поэтому оба начали делать небольшой круг, смотря друг на друга. — Ты что-то вынюхиваешь. — сказал единорог, ещё больше нахмурившись. — Я?! Да это ты все возле Хранилища вер… — тут Эля поняла, что ляпнула лишнее. Ну кто её просил язык распускать? Но слово не воробей, не голубь, ни журавль. Слово — это слово. Что с него возьмёшь?       Норт как раз на этом её и поймал, делая первую попытку повалить её на землю. Но, к сожалению для него, неудачную. — Вижу, ты не так проста.       На этом Шпинель точно уяснила для себя — он знает о том, что это Хранилище Ключей Памяти. Ну, и что язык надо за зубами держать, тоже.       После этого оба решили не говорить, сосредоточившись на поединке. Многие вновь продолжали наблюдать за этим, но в этот раз было видно, что Эля какая-то не собранная. Вот так вот на ней и сказалась бессонная ночь. Но не смотря на это она держалась молодцом. Норту все же пришлось очень постараться, что бы придавить её к земле. На этот раз точно безоговорочная победа. — Сегодня у ивы, как только отпустят. — шепнул он, наклонив голову настолько близко к лицу кабылки, что она тут же покраснела под шерстью. Он тут же отпустил её и с самым равнодушным видом пошёл прочь, как будто это не он только что спутал Шпинель все карты. Ну и представление о себе тоже. — Эль, вставай. — к ней подбежала Ани, ткнув в бок лежащую на спине Элю, которая с самым удивлённым видом смотрела на удаляющегося единорога. — И что это он там тебе сказал? — Сказал, что я лузер. — усмехнулась Эля, мгновенно поднявшись. — Что?! — Успокойтесь, это моё дело. Да и так оно и есть. Сегодня я точно лузер.       Ли проницательно посмотрела на подругу, но оставила это без комментариев. — Пойдемте уже ку-уша-а-ать. — попросила Санни, переминаясь с копыта на копыто. — Да, конечно, обжора. — Сочту за комплимент.

***

      Зайдя в шумную столовую и заприметив там своих соседей по башне, они тут же направились к ним. — Хей, всем привет. Как жизнь? Если не сладко, могу добавить сахарной ваты. — драконикус мигом перелетел через весь стол и начал кружиться вокруг Санни.       Все уже давно заметили, что ему очень нравится доводить её до белого каления. Но если кто попробует вмешаться, то получит не только от Хаоса, но и от Ани. Так что все давно забросили попытки их остановить. — Ты сегодня была какая-то… — начал было Даркнис, но чейнджлинг его тут же перебила. — Сонная. — Да, вот именно. А почему? — Вы слышали про древесных волков? — Да, они почему-то подошли слишком близко к монастырю. Если честно, то я очень хотел бы знать, по какой причине, ведь обычно они не подходят к нам так близко. — А меня больше интересует, почему они воют. Я из-за них почти всю ночь не спала. — Да не знаю. — признался единорог.       Эля вновь перевела взгляд не продолжающих спорить Хаоса и Ани. «Только не сахарную вату!» — подумала она, вспомнив, что именно ей с Ли придётся её очищать. Правда Лилия уже попросила его так больше не делать. Все же после её просьбы гарантия, что он так больше не будет, большая. Но беспокоиться все же стоит.       Мысли вновь вернулись к Норту. «Сегодня у ивы, как только отпустят». А стоит ли идти? Он знает о Хранилище, возможно даже пытался открыть его и спалил на месте преступления Элю. А что если ему надо избавится от свидетелей? Если так, то туда идти не стоит. Но с другой стороны Эля даже очень хотела пойти. Это надо обдумать хорошенько.

***

      Все было по накатанному сценарию: завтрак, занятия, работы вместе со всеми, занятия и так далее. Разве что наказаний она не схватила. Какое счастье! Хоть медаль давай!       И вот она уже шла по двору. Наверное, это не самая лучшая идея — откликнуться на приглашение, — но это она уже не могла проигнорировать.       Шпинель все приближалась к месту встречи, она расставляла все вопросы по порядку. От самых важных, до совсем незначительных.       Тропинка стала более узкой. Чейнджлинг уже вошла в монастырский сад. Это было одним из её самых любимых мест. Тут росло множество деревьев, кустарников, а в самом центре, у небольшого пруда, заросшего ряской, была плакучая ива. Её ветви, покрытые изумрудной листвой, касались поверхности воды, над которой летали большие синие стрекозы.       Шпинель огляделась, пытаясь найти того, кто её сюда звал. Но единорога нигде не было видно. Эля подошла к дереву, раздвинула длинные свисающие ветви и вошла в полумрак. Ива уже куполом возвышалась над ней.       Вновь оглядевшись вокруг, но вновь не увидев кристального, она недовольно фыркнула. Но все же уходить Эля не собиралась, поэтому тут же взлетела и разлеглась на одной из толстых ветвей дерева.       Буквально через минуты две сюда явился Норт. Он торопливо забежал в шатер из ветвей ивы, не забыв оглянуться назад.       Шпинель прищурила глаза, продолжая лежать на ветке, напоминая кошку, следящую за своей добычей. Она резко прыгнула вниз, приземлившись точно рядом с Нортом. — Явился не запылился. — усмехнулась она, но заметив знаки единорога, призывающие её к молчанию, с недоумением уставилась на него. — Что происходит? — прошептала она, начиная беспокоиться. — Она здесь…