Настойка боярышника

       Твайлайт, молодая пони недавно получившая титул принцессы и власть, с замиранием сердца ждала наступления субботы. Уже который год все значимые события в её жизни происходили в субботу. Изредка — в воскресенье. Ей повезёт если это будет какой-нибудь праздник, а не нападение очередного монстра на её родную страну Эквестрию. Стрелки часов показывали полночь. Суббота наступила. Предвкушая наступление нового дня, Твайлайт заснула крепким сном.

***

Прошла суббота. Прошло и воскресенье. На Эквестрию не нападали монстры, карта — древний артефакт, следивший за гармонией в стране маленьких пони и принцип работы которого Твайлайт не до конца изучила, не посылала друзей решать проблемы дружбы. Скукота. Даже совместное поедание пищи за круглым столом в доме не подняло настроение фиолетовому аликорну — крылато-рогатой волшебной цветной пони. — Устроим бал-маскарад? — приказала принцесса, прекратив размазывать вилкой кусочек сливочного масла по ароматному блинчику. — Окей, — согласилась Пинки Пай, розовая пони готовая организовывать и проводить весёлые вечеринки хоть каждый день. Остальные маленькие пони, сидевшие здесь, лишь кивнули. Пять пар мохнатых ушек внимательно слушали Твайлайт. — Сегодня, после захода солнца. Здесь. Надо бы затариться сидром.

***

Пинки Пай подготовила вечеринку с размахом. Как всегда. Приятно, когда можно положиться на друзей, на близких пони, которых ты так давно знаешь. По углам залы стояли маленькие столики с закуской, а в центре, на столе-карте разместились пухлые бочонки с сидром. — Флаттершай, — удивилась Твайлайт, — ты чего так нарядилась? Вокруг шеи стеснительной пони обвился пушистый шарф кричаще-розового цвета. Грудь стягивал тугой корсет, на ногах — чулочки в крупную ячейку. Флаттершай держалась уверенно, не будь она так скромна, все бы увидели что за её робостью скрывается по настоящему принцесская утончённость. Сама же Твайлайт, и она же принцесса, не стала заморачиваться с костюмами, как её друзья, и только покрасила шерсть в тёмные тона и подрисовала фальшивые кьютимарки. Маленькая копия Найтмер Мун ждала ответа, внимательно всматриваясь в невинное лицо пегаски. Это зрелище могло немного напугать посторонних пони, окажись они здесь. Найтмер Мун, которой нарядилась Твайлайт, — воплощение самого худшего кошмара, материализованного в реальном мире. За одну только идею устроить вечную ночь злодейка была изгнана на луну на 1000 лет. И Флаттершай — воплощение доброты, самая добрая и наивная пегаска на свете. Ей так легко манипулировать. — Привет, ты тоже неплохо выглядишь, — едва слышно промямлила Флаттершай. — Мне Рэрити сказала, что так я похожа на ночную бабочку. А я люблю ночных бабочек. Рэрити — кобыла с хорошими манерами, всего добившаяся в жизни сама. Обожает шить одежду, которую продаёт в своём бутике. Легко догадаться, что её копыто оказалось приложено почти ко всем костюмам её подруг на этом маскараде. Все ахнули, когда зашла Рэйнбоу — быстрейшая пегаска на свете. Пацанка, ненавидящая всё девчачье и уважающая только крутость и соперничества. Наступила тишина. Каждая цветная прядка волос была заплетена в тонкие косички. Шесть цветов радуги — и каждый цвет разделён. В крыльях на маховых перьях поблёскивало серебро. Но эти мелочи не бросались в глаза. Рэйнбоу пришла на маскарад в белоснежном пышном платье. Образ завершала маленькая корона на голове. — Только слово — убью на месте, — Рэйнбоу отложила белую маску, в цвет платья, на стол, не зная куда девать мешающий аксессуар. При этом она оказалась спиной к остальным. — Может его стоит укоротить? — пегаска, совершенно не задумываясь, подняла подол длинной юбки, сминая накрахмаленную ткань. На свет показался радужный хвост и подхвостье. — Копыта прочь! Не порть впечатление! — Рэрити крепко сжимала свой нос, из которого хлестала кровь.

***

— Ещё по одной? — Пинки ловко балансировала на двух ногах, одетых в ролики, и разносила бокалы с напитками. Очень необычно для пони, привыкших ходить на своих четырёх. — Что за сок? — уточнила Эплджек, простая фермерша все дни работающая в яблочных садах. Это был точно не сидр, что она принесла. — Понятия не имею, вон на столе ещё бутылки стоят. Твайлайт подняла бутылку, читая этикетку. В глаза бросилась большая надпись 96%. Ей как-то сразу поплохело, и она грохнулась на пол. То ли от прочитанного, то ли от выпитого. — Что с тобой? — Флаттершай помогла ей встать. Тёплое дыхание принцессы щекотало шерстку около ушка, а губы Твайлайт… пытались поцеловать её? — С ней всё в порядке? — голос Рэйнбоу прозвучал внезапно и совсем рядом, заставив ещё сильнее покраснеть Флаттершай и сбежать на балкон. Рэйнбоу неуклюже подлетела к уроненной бутылке, совершенно не заметив лежащую на полу принцессу, и вернулась дальше мешать коктейли, бережно обращаясь с подобранной бутылкой. Никто пока не увидел, как принцесса Твайлайт настойчиво лезла целоваться. — Что-то не так с этим соком, — Эплджек влила в себя ещё бокал. — Что же это делается? Кто посмел притащить спиртное на вечернику? — и засмеялась. Рэрити на всякий случай отодвинулась подальше от мускулистой подруги. Обычно, когда пони злятся, они не ржут как ненормальные. Пинки затянула длинную песню о признании любви к радужным кексикам. Чем дольше длилась песня, тем меньше становилось в ней кексов и больше радуги. — Я такая пьяная, — говорила вслух Флаттершай, сбежавшая ото всех и особенно от непонятных песен. На свежем воздухе хорошо сиделось. Сзади кто-то подкрался и придавил пони своим весом, одновременно обнимая крыльями. «Твайлайт такая мягкая». Флаттершай выбралась, но не хотела прерывать объятия. — Твайли… что молчишь? — Мм… — промычала напившаяся принцесса, не открывая глаза. — Сама идти можешь? — Мм… — Два плюс два? — Мм… — Твайли, хочешь, поцелую? — Мм… — последний звук был более радостным. Эплджек продолжала непрерывно ржать. — Кстати, а Твайлайт где? — внезапно спросила Рэрити, зажатая в угол комнаты. Занавеска на балконе колыхнулась, и пропажа нашлась. Губы неумолимо приближались, готовые сомкнуться через несколько секунд. — Ещё чуть-чуть и вечеринка превратится в групповуху! — мечтательно прокричала Пинки, скармливая ещё один кексик Рэйнбоу. — Ха-ха-ха, голову оторву, — Эплджек злобно лягнула каменную стену, которая покрывалась крупными трещинами от каждого удара. — Вот и правильно, дорогуша, — поспешно согласилась Рэрити, на мгновение отвлекаясь. — Нужно их остановить… Парочка бесследно исчезла с балкона.

***

— Я просто положила тебя в постель, — убеждала Флаттершай, в первую очередь себя. — Донесла пьяную тушу до кровати. Я никогда никого не домогалась. — Мм… — Хочешь поцелуйчик? — Дя. Рэрити подёргала ручку двери, но та оказалась заперта. — Ха-ха, а у мня, ха-ха, есть, ха-ха, идея, — дико жрущая Эплджек пошла к неприметной технической лестнице. Волосы свободно развевались от быстрой ходьбы. Длинная повседневная коса расплетена, и теперь земнопони совершенно не походила на себя. — Я и не знала, что во дворце есть вентиляция, — Рэрити бесстрашно протискивалась по узкой и пыльной трубе. В трезвом состоянии она и на десять шагов не подошла бы на грязи, а от возможности испачкаться — пришла бы в ужас. Но сейчас критическое восприятие отсутствовало, а белоснежная шёрстка стала совсем не идеальной. — Осторожней, здесь довольно тесновато, — Эплджек шла следом и продолжала смеяться. Громкий смех отражался от стен, становясь ещё громче. — Здесь так темно, приходится глядеть в оба, — единорожка забыла про наличие у неё рога, которым в случае чего она могла бы подсветить дорогу.. — Что ты говоришь, — облизнулась Эплджек, глядя на зрелище перед ней. — О, здесь какая-то дырка, — в полу перед ней пробивался тусклый свет через решётку. — Ага, здесь тоже. — Они уже на кровать улеглись. — Скажешь, когда начнутся трахи-трахи, сахарок. — Нужно им помешать. Нужно что-то сделать. — Как скаж. — Эй, ты чего смеяться вдруг перестала? Рэрити почувствовала прикосновение языка у себя между ног. Узкие стены вентиляции не давали шанса развернуться или сбежать. Единорожка рефлекторно сколдовала заклинание магического щита, которое получилось неожиданно мощным. Это она поняла, когда падала вместе с обломками потолка прямо на кровать Твайлайт, где разместилась сама принцесса и Флаттершай. На шум прибежала Пинки, ей пришлось покинуть Рэйнбоу, которая сейчас блевала от количества выпитого и съеденного. Именно так прошёл маскарад. После этого никто из шестёрки смотреть не мог на настойку боярышника. Пони отходили от вечеринки всю неделю.