we keep taking turns

Воскресенье, 1 марта 2015 — Токио, Япония

По дороге домой в отель после концерта Гарри осознаёт, что уже Март. В туре они находятся целый месяц. Завтра ещё одно шоу, и Австралийско-Японский тур будет завершён. Время здесь всегда идёт то ужасно медленно, то невероятно быстро. Концерты смешиваются между собой, отчего дни кажутся долгими, но месяцы пролетают, как одна секунда. Если быть честным, то последние четыре года пролетели, как секунда. Гарри с нетерпением ждёт приближающихся девять дней отдыха, которые они с Луи собираются провести дома вместе со своей семьёй. Машина подъезжает к отелю с торца. Гарри не выходит, дожидаясь, когда охранник откроет дверь и проводит его внутрь. Тело ноет от двухчасовых прыжков по сцене, но в крови все ещё пульсирует адреналин. Неплохо было бы найти Луи и выплеснуть лишнюю энергию, думает Гарри, доставая телефон. Закончить сообщение у него не получается, поскольку его вытаскивают из машины и ведут наверх в номер. Луи нет ни на кухне, ни в гостиной. Гарри заглядывает в спальню, ведя себя тихо на случай, если парень уже спит, но кровать так же идеально заправлена и пуста. Проверяет ванную, но свет там выключен. Во всём номере нет ни единого следа, показывающего, что Луи здесь вообще был. Ни разбросанных вещей, ни пустых контейнеров, ни чего того, что парень обычно оставляет, когда куда-нибудь уходит. Гарри отправляет ему сообщение с вопросом «Ты где?», в ожидании ответа блуждая по гостиной. Так сложно прийти в себя после выступления, особенно в одиночку. Именно это физическое и ментальное гудение послужило толчком к их странным отношениям в постели. Так где, чёрт возьми, его парень? Когда Луи не отвечает спустя пять минут, Гарри решает сменить тактику и пишет Лиаму. Тот отвечает почти сразу же. Все у Найла, приходи. Гарри хмурится. Как мило, что они его пригласили. Он надевает чистую толстовку, убирает волосы в пучок и покидает номер, направляясь на нижний этаж, на котором живёт Найл. За дверью раздаётся громкий смех, когда он поднимает руку, чтобы постучать. Грусть в груди усиливается. Дверь открывается, и Гарри видит перед собой Луи, который задорно улыбается с банкой пива в руке. — Гарри! — восклицает он, обнимая парня одной рукой и затаскивая внутрь. — Как хорошо, что ты, наконец-то, пришёл! Кудрявый не может не улыбнуться, пытаясь отодвинуть эмоции на задний план, когда каждый, кто в номере, начинает с ним здороваться. Здесь все — Лиам, Найл, Зейн, лучший друг Луи Оли и лучший друг Лиама Энди. Гарри уверен, они забыли пригласить его не специально, поэтому не стоит из-за этого расстраиваться. Луи ведёт его за руку в гостиную, усаживает в небольшое кресло и сам садится к нему на колени. Каждый раз, когда они ведут себя в присутствии друзей как настоящая пара, внутри кудрявого всё трепещет. Это самое публичное проявление любви, которое у них может быть. Пока что. Поэтому кудрявый расслабляется и обнимает шатена за талию, слегка сжимая его бока. *** Спустя пару часов и выпитых банок пива Гарри с Луи возвращаются в свой номер. Всё время, что они были с друзьями, Луи провёл на коленях у Гарри, ни на секунду не переставая егозить и быть при этом душой компании. Поэтому неудивительно, что сейчас Гарри так сильно возбуждён. — Луи, — хнычет он и тянет за подол футболки шатена, как только дверь позади закрывается. — Да? — улыбается парень, игриво отходя назад. — Нет, нет, нет, — говорит Гарри, подходя ближе и снова хватает его за футболку. — Сначала ты забываешь позвать меня к Найлу в номер, а потом возбуждаешь и не хочешь ничего с этим делать… Луи затыкает его поцелуем, освобождая длинные волосы от резинки. — Я не забыл про тебя! — настаивает шатен, прикусывая его нижнюю губу. — Я попросил Зейна, чтобы тот тебе написал! — Что ж, он не написал, — раздражительно произносит кудрявый, опуская пристальный взгляд на шатена. — Если бы я не связался с Лиамом, то сидел бы здесь, в комнате… совсем один. Луи сильнее прикусывает нижнюю губу кудрявого. — Теперь ты не один, — с дьявольской усмешкой говорит он, потирая ладошкой эрекцию кудрявого через джинсы. Парень протяжно выдыхает. — Ты всё ещё собираешься пойти с Зейном в клуб? — спрашивает он, боясь, что Луи начнёт то, что не успеет закончить. Шатен сильнее сжимает руку между его ног. — Думаю, да. Гарри начинает немного паниковать. Он не хочет, чтобы Луи сегодня куда-то ходил, хоть и понимает, что это эгоистично. Просто уже поздно, и они, наконец-то, вместе и одни. — Малыш, — хныкает он и кладет свою руку поверх руки шатена, который продолжает сжимать его промежность. — Ты не можешь оставить меня в таком состоянии. Луи ухмыляется. — Хаз, я всего лишь иду в клуб, а не на войну, — говорит он, двигая рукой и заставляя Гарри стонать. — Останься сегодня со мной, — умоляет кудрявый, смущаясь того, насколько жалостно прозвучали его слова. Во взгляде Луи мелькает беспокойство, отчего Гарри чувствует прилив крови к щекам. — Ну же, — говорит Луи и, взяв Гарри за обе руки, ведёт к кровати. — Я сказал Зейну, что встречусь с ним через полчаса. Это уйма времени. — Хорошо, — сдаётся Гарри, выдавливая улыбку. Он не знает, как описать свои чувства Луи — он даже не знает, как описать их себе — но по какой-то причине мысль о том, что его парень сегодня пойдёт гулять, пока Гарри будет один сидеть дома, действует на него, как нож по сердцу. — Ты же знаешь, что можешь пойти с нами, — читает мысли кудрявого Луи. — Ты же знаешь, что не могу, — отвечает Гарри, присаживаясь на краешек кровати. — Люди думают, что мы виделись с тобой вчера. Нам не поздоровится, если мы снова распространим слухи. Луи не спорит, лишь рядом присаживается на кровать. — Я на долго не задержусь, — обещает шатен, наклоняется и целует парня в ушко. Гарри кивает, хоть ему это и не важно. Какая разница во сколько придёт Луи, если в любом случае он уйдёт? Гарри дрожит, когда Луи проводит губами по раковине ушка, но стоит тому засунуть язык внутрь, как кудрявый отшатывается. — Прекрати, — выдыхает он, прикрывая ухо рукой. К его большому удивлению, Луи толкает его на кровать и садится сверху, прижимая его руки к матрасу над головой. — Дерзишь, чтобы привлечь моё внимание? — спрашивает Луи, двигая бёдрами. Гарри и не пытался дерзить, но то, что происходит сейчас, ему нравится. Он дергает руками, словно хочет выбраться, и извивается под шатеном. В штанах увеличивается эрекция. — Отпусти меня, — несерьёзно требует он. Луи наклоняется и сначала целует его в шею, потом кусает. Волна наслаждения проходит через всё тело кудрявого. Может быть, ему просто нужно завести Луи и тогда тот никуда не пойдёт, желая провести всю оставшуюся ночь с Гарри? Луи опускает одну руку вниз и расстегивает ширинку на своих штанах. Стягивает вниз к лодыжкам, что даётся не очень легко, и отбрасывает в сторону. Затем двигается с живота Гарри на его грудь. Тот прикусывает губу, чтобы спрятать широкую улыбку. — Ты этого хочешь? — дразнится Луи и наклоняется так, что его эрекция, всё ещё спрятанная под тканью боксёров, находится в паре сантиметров от губ кудрявого. Последний моментально напрягается, высовывает язык и кончиком проводит по головке через ткань. Как и предполагалось, Луи этого не одобряет и прижимает голову младшего к кровати. — Пожалуйста, — выдыхает тот и вертит головой по сторонам, чтобы скинуть руку шатена со лба. Один уголок рта поднимается вверх, и Луи закатывает глаза. — Ну, раз ты так любезно просишь. Он убирает руку, и Гарри снова наклоняется вперёд. Прижимает губы к тёмному пятну, приоткрывает рот, чуть прикусывая головку, после чего проводит кончиком языка по всей длине, пока вся ткань от слюны не становится мокрой. Он должен хорошо постараться, чтобы убедить Луи остаться сегодня с ним. — Сними их, — просит Гарри, не отстраняясь, отчего слова вибрацией отдаются по эрекции. Когда Луи не отвечает, Гарри поднимает взгляд и видит, как голубые глаза пристально смотрят на будильник, что стоит на тумбочке рядом с кроватью и показывает время. Волна паники в виде тошноты подходит к горлу, и в отчаянной попытке вернуть внимание шатена Гарри сжимает челюсть, вонзая зубы в стояк парня. Луи давится криком боли и отдергивается назад, тяжело приземляясь на грудь кудрявого. Перед тем, как он что-либо говорит, Гарри выпаливает: — Прости! Я случайно! Наступает неловкая пауза, пока Гарри смотрит на Луи широко открыв глаза и тяжело дыша. Почему он это сделал? Сердце дико бьётся в груди. Гарри пытается освободить свои руки под весом шатена, но терпит поражение. Луи тянется и на удивление нежно проводит рукой по щеке кудрявого. — С тобой всё хорошо? — спрашивает он предельно серьёзно. — Ты ведёшь себя немного… странно. Гарри вздыхает, упираясь носиком в ладошку. — Я в порядке, — бормочет он. — Пожалуйста, просто… дай мне отсосать тебе? Луи хмурится и рассматривает каждый сантиметр его лица, надеясь найти объяснение этому странному поведению. Под интенсивным взглядом щёки вспыхивают ещё сильнее. — Пожалуйста, — повторяет он. — Давай сначала приведём тебя в порядок, — решает Луи, на что Гарри дарит ему удивлённый взгляд. — Не двигайся, — продолжает парень, после чего слезает с кудрявого, затем с кровати. Гарри переворачивается на живот и утыкается лицом в подушку, издавая расстроенный стон. Луи в это время надевает джинсы и уходит на поиски их дорожной любимой сумки. Что, чёрт возьми, с ним происходит? Кусаться, серьёзно? Это всегда было больше в духе шатена. Гарри бьёт подушку кулаком перед тем, как снова лечь на спину и тяжело вздохнуть, пытаясь вести себя нормально. Луи возвращается с охапкой разных игрушек, которые после кладёт на прикроватную тумбочку, не давая кудрявому что-либо разглядеть. Затем садится на кровать и начинает его раздевать. — Теперь ты, — говорит Гарри, когда на теле не остаётся ни одного предмета одежды, и тянется к ширинке шатена, но тот бьёт его по рукам. — Давай, малыш, раздвинь ножки, — произносит Луи, сжимая оголённое бедро. Парень нетерпеливо повинуется. Луи смачивает пальцы смазкой и толкает один из них в Гарри, пару раз двигая, после чего добавляя второй. Гарри кусает губу, приглушая боль, и думает, почему Луи так торопится, когда у них впереди целая ночь… на этом моменте воспоминая, что на самом деле нет. Он издаёт тихий писк, когда Луи добавляет третий палец и разводит в стороны, не давая привыкнуть. Слишком скоро, по мнению Гарри, Луи вытаскивает пальцы и вытирает о постель. Затем берёт в руки кожаные манжеты и фиксирует их на лодыжках кудрявого (тот внимательно наблюдает, как изящные руки работают с ремнём и застёжкой). Луи достаёт две верёвки и привязывает один конец к манжету, а второй к ножками кровати. За столько лет они научились креативить в номерах отелях, в которых у кроватей не было подножья. Луи нежно поглаживает живот кудрявого, когда приковывает его наручниками к спинке кровати. Как и всегда, Гарри дергаёт руками, тестируя крепкость, и бросает взгляд на часы, понимая, что осталось полчаса до того, как Луи уйдёт. — Собираешься взять меня в таком положении? — спрашивает он с неоспоримой просьбой в голосе. Луи улыбается, но не отвечает. Берёт член парня в руку и лениво водит вверх-вниз. Эрекция растёт до предела, выгибаясь к животу. Луи наклоняется и проводит кончиком языка по головке. — Как тебе? — Хорошо, — давится Гарри, — н-не останавливайся. Луи продолжает работать рукой. Движения аккуратны и медленны. Главное, не довести Гарри до оргазма. Хоть тот и так уже разрушен — не из-за подступающего оргазма, а из-за того, что усердно думает, как не дать шатену уйти. Луи тянется к тумбочке, чтобы что-то взять. Сердцебиение кудрявого ускоряется, так как тот решает, что Луи всё-таки решил продинамить Зейна и потянулся за смазкой. Но вместо тюбика Гарри видит в его руках чёрную анальную пробку-вибратор. Шатен смазывает её и подносит ко входу парня. — Расслабься, — говорит он, так как боится, что, возможно, недостаточно растянул его пальцами, и вводит пробку внутрь. Гарри давится глотком воздуха, когда холодный пластик проникает внутрь, но расслабляет мышцы. В самом конце ему становится больно, отчего он вжимает пятки в матрас, но вот игрушка уже полностью внутри. Луи осматривает его, убеждаясь, что всё хорошо, и нажимает на кнопку, включая вибрацию. Гарри моментально реагирует, начиная стонать, так как игрушка посылает импульсы прямо к простате. — Блять, Лу, — хнычет он. Тело покрывается дрожью. — Как же я хочу кон… Его прерывает громкий звонок телефона, исходящий из кармана штанов Луи. Тот достаёт назойливую вещь, проверяет написанный на экране номер телефона и переводит взгляд на кудрявого. Наступает пауза, после чего он отключает звонок и убирает телефон обратно в карман. Гарри почти взрывается от счастья. Луи берёт член парня в руку и осторожно на него сплёвывает. Подбирает большим пальцем скатывающуюся вниз дорожку слюны и размазывает по всей длине, заставляя кудрявого от удовольствия дрожать. Луи улыбается и видит, как мальчик посылает лучи света в ответ. В последний раз он тянется к тумбочке, чтобы снова что-то взять. Из лёгких исчезает весь кислород, когда Гарри осознаёт, что в руке Луи держит кольцо, и через глаза полные слёз наблюдает, как шатен надевает его ему на член и опускает к основанию, туго зажимая. — Н-нет, — шепчет он, слабо дёргая бёдрами, — пожалуйста. Луи поглаживает его бедро, очевидно довольствуясь тем, что создал и каким сокрушительно разочарованным стал мальчик внизу. — Милый, я вернусь через пару часов, — весело говорит он, затем берёт телефон кудрявого и кладёт его в одну из прикованных к изголовью рук. Когда он говорит снова, его голос становится очень серьёзным: — Позвони мне, если нужно будет сказать другой цвет. Гарри кивает сквозь слёзы и, ничего не говоря, смотрит, как Луи накидывает на плечи куртку, поправляет перед зеркалом чёлку и, взглянув на Гарри, чьи ноги широко расставлены по сторонам и привязаны к ножкам кровати, руки прикованы к изголовью и сжимают телефон, член зажат у основания в кольцо, а вибратор вибрирует в анусе, с обнадеживающей улыбкой покидает номер. Гарри пытается дышать. В животе усиливается чувство опустошения. В уголках глаз появляется больше слёз. Стоит ему закрыть глаза, когда мокрые дорожки текут по щекам. Он чувствует внутри вибратор, но вибрация больше служит источником дискомфорта, нежели удовольствия. Если бы не кольцо, то член давно бы уже обмяк. Почему он так расстроен? Они и раньше вытворяли такие вещи. Луи и раньше привязывал его к кровати и уходил. Он никогда не любил оставаться один, но именно благодаря таким условиям в конце настигал невероятный оргазм. Сегодня же, если кто спросит, чего бы он хотел меньше всего — это чтобы Луи оставлял его одного. В груди ноет, когда Гарри сдерживает всхлип. Идёт четвёртый год, как они путешествуют в туре группой, но он никогда раньше не чувствовал себя таким одиноким. Вместо того, чтобы проводить время дома с семьёй в канун Рождества, ему пришлось лететь через весь мир в Лос-Анджелес, после чего идти на свидание с местной моделью, чтобы обезопасить свои настоящие отношения. Если бы Луи легче переносил такие обстоятельства, то Гарри бы встречался со всем каталогом Victoriaʼs Secret, но это не значит, что ему бы это нравилось. Он просто бы проводил всё свободное время, которого и так мало, с грубо говоря незнакомыми людьми. Факт того, что он был самым узнаваемым лицом из пятёрки и что именно он держал имя группы, неимоверно… давил. Он не жалуется — хоть и очень хочется — так как понимает, что ему повезло иметь такую весёлую жизнь и рядом Луи. Но слишком много времени прошло, слишком много. Вот уже несколько лет Гарри приходится скрывать самые важные события в своей жизни и делиться с миром всякой ерундой, говоря и делая «правильные» вещи. Он правда устал быть марионеткой. Столько людей учат его и поддерживают нужный имидж, но что толку, если временами соответствовать этому образу становится невозможно. Иногда из-за всех обстоятельств он ощущает, будто у него нет души, одно лишь тело, и это он ненавидит больше всего. Всё сильнее кажется, что теперь это Гарри Стайлс и One Direction. Желудок от этой мысли скручивается в тугой узел. Будучи на Х-факторе, всем было понятно, что у Лиама опыта больше, чем у кого-либо другого, и что именно он станет знаменитым, но вместо этого центром группы стал Гарри. Если бы ему посчастливилось изменить одну вещь, произошедшую за последние четыре года, то он бы изменил это. Ребята всегда поддерживали его и говорили, что они всё понимают и не считают кудрявого виноватым; кудрявый сам не считал себя виноватым. Но он всё равно не может избавиться от чувства одиночества, изолированности, особенно сегодня, когда мальчики собираются вместе и «забывают» его пригласить. Он немножко двигает бёдрами, отчего пробка сильнее прижимается к простате, вызывая хриплый стон. Несмотря на то, что член стоит и пульсирует, Гарри не чувствует наслаждения. Он дёргает руками, пока металл наручников не царапает кожу. Пальцы уверенно продолжают сжимать телефон. Почему он просто не сказал Луи, что не хочет быть один? Почему он ожидал, будто Луи прочитает его мысли и всё поймёт? Конечно, он не станет его винить; Луи ведь просто хотел устроить горячую сцену, понятия не имея, что происходит у кудрявого в голове. Ему удаётся остановить слёзы. Щёки холодеют из-за высыхающих мокрых дорожек. Наклонив голову назад, он переводит взгляд на телефон в руке. Один быстрый звонок, и шатен уже будет рядом. Осторожно двигая пальцами, боясь случайно уронить iPhone, Гарри находит номер Луи и чувствует, как с ног до головы его окутывает непредвиденное отвратительное чувство вины. Не справедливо лишать Луи компании в лице Зейна только потому, что Гарри не может справиться с одиночеством. Он нажимает на кнопку блокировки, и экран становится темным. Вместе с этим исчезает маленькая фотография Луи рядом с номером. Выпрямив шею, кудрявый закрывает глаза и пытается расслабиться. Вибрация внутри не даст ему уснуть, даже не позволит разуму отдохнуть. И вот теперь это всё, о чём он может думать. Он чуть двигается, насколько ему позволяет свобода, желая найти более удобную позу, но в таком положении пробка ещё сильнее начинает сводить его с ума. Он не нуждается в получении удовольствия, особенно когда рядом нет Луи, но оргазм очень бы помог уменьшить давление. Хныкая, он упирается пятками в матрас и приподнимает ягодицы. В таком положении ему сложно дышать и каждый мускул в теле словно горит, но пробка идеально сильно вибрирует по простате, а это то, что ему сейчас нужно. Но всё равно ничего не выходит. С отчаянным стоном он снова падает на подушки, жалея о том, что решил изменить позу, потому что терпеть эти ощущения стало ещё труднее. Руки трясутся, а пальцы снова включают экран телефона. Луи ушёл примерно тридцать минут назад. Скорей всего, он только зашёл в клуб. Будет эгоистично, если Гарри позвонит ему и попросить вернуться, так ведь? Большой палец парит над иконкой рядом с номером. Теоретически он может позвонить Найлу или Лиаму — это будет не первый раз, когда они найдут его в компрометирующей ситуации — но… такой выход тоже кажется ему неправильным. Лиам скорей всего веселится с Энди, а Найл каждую свободную минутку проводит с парнями из 5 Seconds of Summer. Это не их проблемы; он не станет портить им вечер. Гарри тяжело вздыхает, смотрит, как из щели выделяется естественная смазка и стекает вниз по головке, и, наконец, прижимает большой палец к экрану, где расположена кнопка «позвонить». С каждым гудком беспокойство удваивается. Вполне возможно, что Луи не ответит, и Гарри придётся ждать его, как и положено. Но тут гудки прекращаются, заменяясь громким неразборчивым шумом на заднем плане. — Гарри? — слышится крик Луи. Кудрявый не отвечает, зная, что смысла отвечать нет, так как парень его не услышит. — Подожди, я сейчас выйду, секунду. Ужасные звуки клуба продолжаются пару мгновений, после чего резко утихают. Как же громко бьётся сердце, думает Гарри. — Гарри? Ты в порядке? — спрашивает шатен более-менее нормальным голосом. Гарри приоткрывает рот, чтобы ответить, но раздаётся лишь слабый всхлип. — Малыш, скажи свой цвет, — требует Луи, понижая голос на случай, если кто-то может находится в одной из кабинок туалета. — Желтый… к-красный. — Хорошо, я понял, уже иду, — уверяет его Луи. — Потерпишь ещё немножко? Гарри снова всхлипывает. У него ведь нет выхода. — Чёрт. Я сказал охраннику в коридоре, чтобы тот зашёл, если услышит крик, — быстро бормочет парень. — Поэтому ты кричи, если он тебе понадобится, хорошо? Я буду так скоро, как только смогу. — Хорошо, — шепчет Гарри. — Хорошо, Хаз. Я люблю тебя. Звонок отключается. Гарри со вздохом закрывает наполненные слезами глаза. Непонятное успокоение обволакивает его тело теперь, когда он знает, что Луи в пути и ему не придётся звать охранника. Бёдра сами по себе двигаются по кровати, преследуя всё ещё беспокоящее его наслаждение. Совсем скоро эта пытка закончится. Если парни, как и планировалось, пошли в клуб V2, то Луи должен прийти сюда через пару мгновений. *** Спустя пятнадцать минут затуманенные мысли Гарри прерываются звуком повёрнутого ключа в замке. Парень с трудом открывает глаза — из-за высохших слёз ресницы отяжелели — и видит, как Луи в буквальном смысле вламывается в номер. — Прости меня, — тяжело дыша, произносит он, забираясь на кровать и становясь на колени между расставленных в стороны ног кудрявого. — Родной, мне так жаль. Давай вытащим из тебя эту штуку. Гарри тихо хныкает, когда вибрации прекращаются, а сама пробка неприятно покидает его тело. Луи осторожно снимает с его члена кольцо, зная, какой он сейчас чувствительный, после чего быстро растягивает манжеты на лодыжках и освобождает руки от наручников. Он притягивает его к себе на колени в крепкие объятия, упираясь подбородком в макушку и убаюкивающе покачивая в разные стороны. — Я так тебя люблю, Гарри, ты такой молодец… Будучи, наконец-то, в любимых руках, Гарри не может сдержать слёз. Они катятся вниз по щекам к подбородку, а после капают на оголённую грудь. Луи продолжает нежно покачиваться и шептать приятные слова. Они сидят так мгновение, пока рыдания кудрявого не утихают. Дрожь проходит по всему телу, и Гарри разжимает кулаки, которые, как оказалось, отчаянно сжимали подол футболки шатена. Луи отодвигает с его лба прядь волос и проводит большим пальцем по его щеке, вытирая мокрые следы. Ужасно глубокий и сконцентрированный взгляд голубых глаз заставляет Гарри отвернуться и спрятаться в шее напротив. Он понимает, что Луи ждёт от него объяснений, но не знает, готов ли сейчас выговориться. Ему просто хочется побыть в крепких объятиях ещё пару часов. А то и дней. — Гарри, — мягко начинает Луи, целуя его в макушку и пробегаясь пальчиками по руке. — Хочешь одеться? Парень качает головой. Ему холодно и немного неприятно чувствовать грубую ткань одежды шатена своим оголенным телом, но эрекция никуда не делась, а стала болеть ещё сильнее. Ему нужно освободиться. Не зная, как об этом попросить, кудрявый двигает бедрами, отчего твёрдый член проходится по животу шатена. — Ты хочешь кончить? — спрашивает Луи, не скрывая удивления. Гарри краснеет, но кивает, издавая всхлип, когда чувствует в нужном месте крепкую хватку. Из-за кольца и пробки, что были с ним на протяжении часа, он стал невероятно чувствительным, но давление действительно причиняет ему боль. Он не возбуждён, не чувствует себя сексуально и вообще думает, что не заслуживает оргазма, но он не успокоится и не придёт в себя, если не избавится от этого давления. Поэтому он прижимается губами к шее Луи и постанывает, когда парень начинает ему дрочить. Кончает он быстро, корчась в руках Луи и поджимая пальчики на ногах. Шатен вытирает руку о простыню и снова и снова шепчет о том, какой же Гарри молодец. Теперь кудрявый действительно чувствует себя истощенным — как физически, так и ментально — и расслабляется на коленях парня. — Хорошо, милый, давай тебя уложим, — произносит Луи, поднимая онемевшее тело кудрявого, укладывая его рядом и накрывая сначала одеялом, потом пледом. Он наклоняется и целует его в лоб. — Ничего, если я отлучусь в ванную помыться? Гарри кивает и поворачивается к нему спиной, боясь вопросов, на которые он ещё не готов ответить. Он слышит, как шатен вздыхает и уходит в ванную, чтобы умыться, почистить зубы и переодеться. Гарри, должно быть, засыпает, потому что по его меркам проходит всего лишь секунда, прежде чем Луи возвращается в кровать и примыкает к нему сзади. — Хаз, — мягко говорит он, целуя его в шею со спины, — хочешь поговорить сейчас или потом? Гарри утыкается лицом в подушку. По всей видимости, разговора не избежать, но слава Богу, что Луи даёт ему возможность выбрать время. — Потом, — бормочет он еле слышным голосом. Луи вздыхает, проводя пальчиками вниз, затем вверх по позвоночнику парня. — Хорошо, тогда засыпай. Я никуда не уйду. Наконец-то Луи сказал те слова, которые Гарри хотел услышать на протяжении всей ночи.