Призрачная лисица

POV Итачи Для начала я хотел бы представится. Меня зовут Учиха Итачи, старший сын главы клана и гений этого самого клана, как говорят многие. Есть лучший друг и младший братишка. Но с недавнего времени у меня появилась ещё одна младшая сестрёнка, правда названная. Наруто-химе пришла в Анбу, когда ей было шесть, хотя и выглядела на все девять. Необычная по своей натуре и необычайно милая. Насыщенно красные волосы, разноцветные глаза - один голубой, другой фиолетово-голубого цвета. Лисьи ушки и хвостик, а также усики-шрамы по три на каждой щеке, что ещё больше придаёт ей сходства с лисами. Она довольно сильна для своего возраста и некоторые даже называют её Гением. Недавно Шисуи сделал Наруто-химе предложение. Я искренне порадовался за неё, ведь кроме меня, Алекса, Какаши и Шисуи у неё никого нет, не считая Курамы. Но их счастье было не вечным. Сначала умер Алекс, который был для неё старшим братом и примером. Это известие сильно пошатнула Наруто. Но спустя полгода она смогла прийти в норму. А теперь смерть Шисуи. Я даже не знаю, как ей сообщить эту новость. Как она воспримет её? Шисуи и для меня был, как брат. Он постоянно находился рядом. Вместе закончили Академию, вместе стали чунинами, а затем джонинами и впоследствии АНБУ. Вместе тренировались и также вместе веселились, когда было время. Если я и могу пережить смерть друга, почти брата, то Наруто не сможет. Я ведь вижу, как сильно она его любит и, узнав о его смерти, окончательно сломается. Нет! Я точно знаю, что она сильная и совсем справится. Самое главное это сообщить ей о случившемся, а когда она успокоится и относительно придет в себя, рассказать, кто это сделал и обо всём, что творится в клане. А после попросить об одной услуге. Не знаю, сколько я простоял на этом обрыве, но очнулся только тогда, когда почувствовал приближающуюся чакру. Недолго думая я помчался в дом Наруто-химе. Мне нужно как можно скорее известить о смерти её жениха, пока до неё не добрались члены клана и не наговорили всякой чуши. Через двадцать минут, я прибыл к дому Наруто-химе и, не постучав, запрыгнул в открытое окно кухни. Там я и нашёл Лисицу, которая что-то готовила. - Наруто-химе, нам нужно поговорить, - произнёс я хриплым голосом. Она заметно вздрогнула, видимо не ожидала того, что здесь есть кто-то ещё, помимо меня. - Итачи! Не пугай меня так! - воскликнула она, и хотела было зарядить по мне поварёшкой, но так и не сделала этого, удивлённо смотря на меня. - Что с твоими глазами? И почему твоя рука и лицо в крови? - спросила она. Но вот вопроса с глазами я не понял. А сними что-то не так? Видимо этот вопрос как-то отразился на моём лице, так как она протянула мне не большое зеркальце. Взяв его в руки, я заглянул в него и сильно удивился. В отражение было моё лицо, от глаз шли дорожки кровавых слёз, а сами глаза изменились. Судя, по рисунку у меня пробудился Мангёко Шаринган. Справившись с удивлением, я поспешил ответить на заданные вопросы. - Для начала, поставь барьер от прослушивания и подглядывания, - попросил я. После нескольких манипуляций, комната завибрировала и успокоилась. - Ответ на первый твой вопрос. Это Мангёко Шаринган, высшая ступень эволюции нашего додзюцу. А вот ответ на второй вопрос... - я замялся, не в силах что-либо сказать. Я не могу вот так просто сообщить ей о смерти её любимого. Будь я хоть трижды шиноби, АНБУ или сам Хокаге, но такое просто невозможно сказать. - Что? Что-то случилось? Не молчи Итачи! - воскликнула Наруто-химе, а в её глазах можно прочесть страх. - Где-то час назад, на моих глазах Шисуи сбросился с обрыва в реку... - еле выговорил я. Посмотрел на лицо девочки и тут же отводя глаза. Лицо стало мертвенно бледным, её усики отчётливо выделялись на фоне не естественной бледности. Также на лице можно было увидеть весь ужас и страх, а в глазах неверие. - К-как..? Э-этого н-не м-может б-быть... Э-это ш-шутка т-такая..? И-итачи..? - спрашивал она. А я лишь отводил глаза, не в силах посмотреть на неё. Ведь я знал, что так и будет! Главное, чтобы она всё это пережила и не сломалась. Я обещал Шисуи, что присмотрю за ней. - Увы, но это не шутка... - сказал я, и хотел было продолжить, как вдруг услышал грохот. Посмотрев на то место, где что-то упало, я заметил лежащую Наруто без сознания. Быстро подбежав к ней и проверив пульс, я облегчённо вздохнул. Подняв её на руки, отнёс в гостиную и положил на диван. Видимо эта новость сильнее повлияла на неё, чем я ожидал. Надо дождаться, когда она очнётся и всё ей рассказать.

***

Прошла неделя. Всё это время она лежала без сознания. На второй день я уже начал серьёзно волноваться о её состоянии, поэтому пригласил медика. Как он сказал, что с ней всё в порядке. А то, что она так долго не приходит в сознание, так это защитный рефлекс её организма от сильного потрясения. Так же он сказал, что она может пролежать в таком состоянии от трёх дней до двух недель. Это известие мне не принесло никакого успокоения. Хотя то, что с ней всё в полном порядке немного меня успокоило. Думаю, тут постарался не её организм, а Курама так защитил свою носительницу и в первую очередь подругу. Врач советовал ей перенести её в больницу, но я отказался. Так что теперь я всю неделю дежурю возле неё, даже дома не появлялся, отправив родителям известие, что Наруто приболела, и я нахожусь рядом с ней. От помощи матери я отказался, сказав, что справлюсь сам. И вот в конце недели Наруто-химе, наконец-то, очнулась. - Ч-что произошло? - спросила она хриплым голосом. Я подал ей стакан воды и помог сесть на диване, чтобы та смогла попить. Получив заветную жидкость, она стала жадно её поглощать. Когда воды в стакане не осталась, Наруто повернулась ко мне и выжидающе посмотрела. Её бледность так и не прошла, а в купе с её синяками под глазами, которые неизвестно откуда появились, делало её вид более болезненным. Глаза поблекли, и перестали так ярко и задорно искрится весельем. Ей взгляд стал пустым и безразличным. Я испугался за её душевное состояние. Я боялся того, что она не справится совсем навалившимся на неё горем. Но, всё же, надеялся, что она придёт в норму. - Наруто-химе, какое событие ты помнишь последним? - спросил я, чтобы точно знать с чего начинать свой рассказ. - Ну... Последнее, что я помню... Ты внезапно пришёл на кухню. У тебя изменились глаза, а твоя рука и лицо было в крови. Потом ты сказал, поставить барьер от прослушивания и подглядывания, а потом... Ч-что с Шисуи? Г-где он? Итачи? - рассказала она, а потом начала задавать вопросы. Её взгляд вновь стал осмысленным, и там можно было прочитать страх, отчаяние, боль, страдание и надежду, что все, что я сказал, была лишь шутка и Шисуи скоро вернётся. Я грустно на неё посмотрел и печально вздохнув, стал говорить: - Нару, послушай, - я впервые назвал её так, но сейчас не то время, чтобы обращаться к ней так, как раньше, - всё, что я расскажу не должен никто узнать. Поэтому ты должна вновь поставить тот барьер и пообещать, что это останется в тайне. Ни Хокаге, ни Старейшины, ни даже клан не должен этого знать. Ты поняла? - сказал я, на что получил кивок. Наруто стала складывать печать и через несколько секунд комната завибрировала и успокоилась. - Я поставила барьер. А теперь говори всё, что знаешь. И по какой причине умер Ши-кун и кто в этом виновен! - сказала Узумаки, посмотрев на меня прищуренными глазами. К тем эмоциям, что плескались, в них добавилась ярость. Ярость расправы над виновными. Мне даже стало их жалко. Ведь, когда она узнает всё, то им не поздоровится, а смерть покажется Раем. - Хорошо. Но пообещай, что ты не будешь необдуманно лезть в пекло. Я дал слово Шисуи, что позабочусь о тебе и не собираюсь нарушать данное ему слово. Да и сам не хочу, чтобы ты пострадала, глупая сестрёнка, - попросил я её. Ведь она действительно может броситься в пекло и пострадать. Особенно если там будет Данзо и всё старания Шисуи уберечь её от этого маразматика будут напрасны. - Хорошо. Я обещаю, - сказала она. Я лишь тяжело вздохнул, надеясь, что она не будет действовать необдуманно. - Ладно. Начну с того, что в клане сейчас неспокойно. Они готовят переворот, чтобы сместить власть и воздвигнуть клан Учиха к власти. Шимура Данзо, один из трёх Старейшин, а также глава такой организации, как Корень АНБУ, каким-то образом прознал об этом. Надавив на Хокаге, он приказал мне шпионить за кланом, в то время как клан приказал шпионить за Хокаге и Старейшинами. Я стал двойным агентом. Я люблю деревню, но в тоже время это мой родной клан, моя семья. Но мне пришлось разорваться на две части. Какую-то информацию я не доносил о клане Хокаге, а какую-то - клану о Хокаге и Старейшин. Но всё усложнилось. Данзо захотел заполучить глаза Шисуи. Его Мангёко обладало одним свойством иллюзии, которое называлось Кото Амецуками. Оно довольно мощное и опасное. Такое гендзуцу напрямую воздействует на сознание человека, которым потом можно управлять. Шисуи узнал об этом, но не предпринимал никаких действий. Он рассказывал тебе о явном интересе Данзо к твоей персоне? - спросил я, на что получил кивок. - Шисуи решил обезопасить тебя от Шимуры. Если бы ему стало известно тесная связь между тобой и Шисуи, то у Данзо были бы рычаги давления, как на тебя, так и на него. Поэтому он попросил уйти тебя из АНБУ. Но после Шисуи стал замечать за собой слежку членов Корня. А неделю назад они окружили его, начиная сражение. Шисуи смог справится с большинством нападавших, но сам был ранен и сильно потрёпан. После появился и сам Данзо. Завязалась новая битва, вследствие чего Шимуре удалось вырвать один глаз Шисуи. Он сразу принялся убегать, попутно отправляя мне сообщение с просьбой о встрече на обрыве. Когда я прибыл, Шисуи рассказал мне всё, а после вырвал оставшийся глаз и отдал мне. Он попросил позаботиться о тебе, а сам спрыгнул с обрыва, - сказал я и остановился, давая ей время переварить полученную информацию. По её щекам вовсю текут слёзы, а плечи подрагивают от беззвучных рыданий. Её глаза вновь стали пустыми и безразличными ко всему происходящему. Она сильно сжимала одеяла до по беления костяшек. Я не смог долго смотреть на её страдания, поэтому сев перед ней и прижав к себе, стал поглаживать по голове и спине, тем самым успокаивая. Через минуту послышались всхлипы, а затем крик боли и страданий. Она начала сжимать в кулаках рубашку и кричать, выплёскивая накопившиеся отрицательные эмоции. Сколько так продлилось, я не знаю, но Нару постепенно начала успокаиваться, а крик перерос в тихий плач и всхлипы. - Т-ты в-ведь н-не в-всё с-сказ-зал? - спросила она, продолжая утыкаться носиком мне в грудь и всхлипывать. Я тяжело вздохнул, настраиваясь на продолжение разговора, а после сказал: - Да. С подачи Данзо, Хокаге приказал устранить весь клан Учиха. Мне пришлось согласиться, потребовав обещание, не трогать Саске и позаботится о нём, - сказал я, не прекращая гладить по её спине. - Т-то есть, т-ты ... с-станешь п-палачом? - поинтересовалась Наруто, не переставая плакать. - Да. Но у меня будет к тебе просьба, - сказал я, а она, отстранившись от меня, вопросительно посмотрела. - Я хочу, чтобы ты забрала Саске и ушла из деревни. Я не доверяю старейшинам, которые могут воспользоваться ситуацией и сделать так, чтобы брат ненавидел меня, превращая его жизнь в Ад. Думаю, что Хокаге согласится с твоим решением. Да и ты его научишь чему-нибудь новому, - озвучил свою просьбу, тепло, улыбаясь. Та потихоньку стала приходить в себя, но глаза так и остались пустыми. Она улыбнулась мне в ответ, но какой-то печальной улыбкой. - Когда ты должен приступить к заданию? - спросила она хриплым голосом, вытирая слёзы. - Через два месяца. Хокаге сказал, что если клан не изменит своего решения, мне придётся приступить к зачистке, - она как-то задумчиво посмотрела на меня, а после поднялась с дивана и направилась на кухню. Возле двери она остановилась и, повернувшись ко мне, спросила: - А Саске? Мне можно будет ему всё рассказать? - я задумался. С одной стороны рассказывать не нужно, пусть остаётся в неведении, ведь он всё ещё ребёнок. Но с другой стороны, Наруто-химе тоже ребёнок, хотя тут скорее можно назвать её взрослой, и Саске стоит рассказать правду, чтобы тот знал, кто виноват в гибели клана. Но тут встаёт и тот факт, что он начнёт мстить Конохе и в частности Хокаге и Старейшинам. Хм... Думаю, что всё-таки стоит ему рассказать, да и Наруто-химе о нём позаботится. - Думаю, ему стоит рассказать правду. Только после того, как вы достаточно далеко уйдёте от Конохи, - ответил я, после минутного обдумывания. - Как скажешь. Думаю, что разговор подошел к концу. Я снимаю барьер, если ты не против? - обратилась она ко мне. Я кивнул в знак согласия, и Наруто сложив несколько печатей, отменила барьер. - Пойдем, попьём чай, да и накормлю тебя. А то ты, небось, голодный? - сказала она, скрываясь в проёме. Я последовал за ней, обдумывая правильность своих действий. Зайдя на кухню, я увидел Наруто за плитой, а на столе уже стоял заваренный чай. Сев за стол и дождавшись Химе, приступил к чаю, а после сытно поужинав. Всегда нравилась готовка Наруто-химе. Она просто бесподобна! Прям пальчики оближешь! Когда с ужином было покончено, я поблагодарил её за еду попрощавшись, направился к себе домой. По пути я думал, что через два месяца настанет момент истины. Если клан всё же будет настаивать на перевороте, мне придётся стать палачом собственной семьи. После резни я покину деревню. Не знаю, что случится потом. Но я чувствую, что будет не всё так гладко, как хотелось бы. До момента истины осталось два месяца. Два месяца относительного спокойствия. Два месяца, когда Наруто-химе будет проводить время со мной, с Саске и с Какаши. А потом начнётся череда событий. То плохих, то хороших. Тогда мы не знали, чем всё это обернётся. Но мы верили в счастливое будущее, что должно быть после всех пройденных испытаний.

Осталось ровно два месяца...

Продолжение следует