Тот, кто сводит с ума

Не прошло и недели, как все вернулось на круги своя. Словно не было этого короткого безумия, которое охватило не только их, но и весь город. Робин сидела за прилавком и листала газету. То, что Крокадайла убили, никого не удивило, а так же это все свалили на никому не известного человека, который решил занять его место. Нико мягко улыбнулась и чуть пригубила крепкий еще горячий кофе. Она уже давно догадалась, чьих это рук дело, но этот человек мог выполнить приказ, особенно такой только для ее одного хорошего знакомого, который помешан на женщинах. Но кто сможет обвинить в этом человека, который никогда и никому, кроме Белоуса, не показывал, что он на самом деле за фрукт и как именно он связан с Крокадайлом. Хотя этого не знала даже она. «Сие тайна покрыта мраком» - как любил говорить один ее знакомый, который после этих слов всегда хотел узнать эту тайну, но она этого делать не будет по одной и простой причине. Это ее не касается. Робин сложила газету и подошла к стеллажу с книгами по древней истории. Основанная задача была выполнена. Крокадайл мертв, Зоро и Санджи ничего не угрожало, а она была свободна и теперь могла заниматься своим любимым делом, хотя иногда все эти интриги ее очень веселили. - Эй, сестренка, у тебя будет минутка для мужчины, который ехал через весь город, чтобы принести тебе еды? - Робин даже не надо было поворачиваться, чтобы узнать, кто это за безумный мужчина, который так поступил только из-за какого-то приема пищи. Она чуть улыбнулась, но промолчала, знала, что этот мужчина и так знает, что она сейчас улыбается, и знает, что ей приятна такая забота. А он же широко и добродушно улыбается. Теперь она свободна от того, во что по глупости ввязалась. - Какого черта ты вообще творишь, Маримо! - Да прекрати орать, как истеричка, Завитушка! Иногда мне кажется, что я не с мужиком живу, а с бабой в брюках, - фыркнул Зоро куда-то в сторону, не замечая того, что Санджи начал кричать после этого еще громче, махая руками, раскидывая пыль с тряпки, которой собирал ее. За то время, что прошло после смерти Крокадайла, Зоро все же смог разобраться, что это были за странные и непонятные чувства, которые в нем стремительно начали просыпаться. Наверное, это была так называемая «влюбленность», он не знал правильного значения этого слова, но это единственное, что приходило к нему в голову. Почему так быстро все произошло? А он не знал. Кому-то для этого нужны годы, а для него видимо надо сражаться плечом к плечу, чтобы понять, что «черт, это то, что он хотел». Хотя он никогда не думал, что его «это» будет с таким дерьмовым характером, так к тому же одного с ним пола. Но ему было уже плевать. - Ты меня слушаешь, прямоходящая изгородь! - не сильный, но меткий удар ногой по голове, резко вырвал Зоро из его мыслей. Ророноа казалось, что он скоро начнет понимать Отелло. - Хватит уже ноги распускать, паршивый повар, - прорычал зеленоволосый, хватая того за ногу и прижимая своим весом к стоящему посередине комнаты дивану. Не сговариваясь, они все же решили, что Зоро будет продолжать жить у Блека, а для этого они решили сегодня устроить небольшую уборку, чтобы освободить место для вещей Ророноа. Видимо он никогда не разберется, что в этой блондинистой голове творится, все же Санджи сам тогда в номере, решил порвать их странные отношения, и Зоро был уверен, что как только все кончится, то его вещи будут в ближайшем контейнере для мусора. Так нет. Блек не то, что не выгнал его, так он начал нормально относиться к тому, что Зоро постоянно до него дотрагивался. Почти нормально. - Какого черта ты делаешь, придурок! - Санджи начал брыкаться и пытаться вырваться из этого захвата. Все же ему было не по себе, когда он лежал под другим мужчиной, пусть этим самым мужчиной был и тупой Моримо. - Эй, Завитушка, - Зоро склонился над поваром, говоря ему в самые губы, не отрывая взгляда от удивленно распахнутого глаза. - Я тут вспомнил интересную вещь, - Зоро обхватил губами нижнюю губу Санджи и довольно усмехнулся, услышав, как тот шумно сглотнул. Пусть этот придурок говорит что угодно, но ему нравился Ророноа и нравился с ним целоваться, пусть он даже сам об этом и не знает. - И что же ты вспомнил, придурок? - Блеку явно не нравилось быть простым лежащим телом, и он провел ногтями по обнаженной, смуглой широкой спине того, Зоро снял футболку еще в начале уборки, сказав, что ему в ней еще на работу идти. - В баре я уложил на одного больше, чем ты человека, - с хищной усмешкой проговорил зеленоволосый, проведя языком ниже по шее, не сильно обхватывая зубами кожу повара. Пусть все пойдет к чертам собачим, ему было абсолютно не интересно, кто именно убил того гада, и пусть Санджи орет, что его тошнит от Ророноа, тот ему просто не поверит. Ведь он не слепой и сейчас все видит. Хотя мысль, что на самом деле Завитушка сам не в курсе того, что происходит, забавила и радовала. - Ах, вот оно что? И что же хочет большое Маримо? Выпивку? Самый вкусный ужин на планете? - хмыкнул повар, перебирая волосы Зоро, как тот резко приподнялся и склонился над его лицом. От серьезного взгляда, которым окинул его Ророноа, по телу Санджи прокатились сладкие мурашки, и он незаметно закусил внутреннюю сторону губы. - Тебя. И далеко не тело завитушка… Я хочу намного больше, - рука Зоро прошлась по внутренней стороне бедра до паха и не сильно сжала его, немного массируя. Не то чтобы Санджи был сильно возбужден, но от такого движения Ророноа его словно в жар бросило. - А не слишком ты много хочешь, а, Маримо-кун? - произнес Блек, специально чуть дотрагиваясь губами до губ того, и с чертятами в глазах посмотрел на зеленоволосого. Тот же зарычал подобно зверю, кладя обе руки на бедра повара, и толкнулся вперед, заставляя повара задохнуться в эмоциях от ощущения возбужденного члена, что упирался в его. Санджи сейчас был готов наплевать на все с высокой колокольни, только бы лишиться этой лишней одежды. С каких пор он стал таким распутным? Все же, сколько бы он не отрицал, его сводил с ума этот человек, что покрывал укусами его шею, даже становилось все равно на тех геев, которых всю жизнь Санджи ненавидел больше всех. Ведь он не гей, если его сводит с ума конкретный человек, и все равно, что он мужчина, ведь это нормально? Ему продолжают нравиться девушки, и он не перестанет влюбляться в красавицу с первого взгляда. А Маримо, это Маримо. Просто вечное исключение из правил. Дальше поток мыслей Санджи был прервал болезненным укусом в шею от Зоро, которому видимо не понравилось то, что сейчас повар где-то был далеко в своих мыслях. Недовольно зарычав, Блек больно схватил того за волосы и потянул на себя, грубо целуя, кусая губы. На такое Ророноа только усмехнулся и запустил ладонь в светлые волосы, мягко перебирая их и иногда дергая назад. Блек и сам не заметил, как у него забрали первенство в поцелуе, но это было и не особо важно. Проведя ладонями по спине зеленоволосого, повар положил руки на ягодицы сожителя, сжимая их и притягивая к себе, вызывая рычание. Не рассчитав силу, Зоро порвал домашнюю рубашку Санджи и откинул ее куда подальше, начал покрывать укусами-поцелуями шею и ключицы, проведя шершавыми ладонями по бокам повара. Губы Зоро начали спускаться ниже по груди, вызывая у Санджи чуть судорожный выдох. Ладони с ягодиц начали снова подниматся по спине Ророноа, не сильно царапая ногтями, вызывая у него мурашки. Проводя ими по массивным плечам до самых кончиков ушей, Блек довольно улыбнулся, почувствовал легкую дрожь Маримо. А ведь и у него есть свои слабые места. Опустив глаза вниз, у Блека перехватило дыхание, и он хрипло выдохнул. Облизав губы, Зоро обхватил зубами пояс брюк Санджи, недалеко от пуговицы, и не отрывая взгляда от лица повара, чуть приподнял… - Сан-тян! – Санджи, подскочив от знакомого крика, отпихнул от себя зеленоволосого, заставляя того чуть ли не стукнуться затылком о шкаф. Луффи ворвался в комнату и удивленно уставился на друзей. - А что вы тут делаете? - Ничего, Луффи, - прохрипел Блек, а Зоро окинул лучшего друга убийственным взглядом, но Монки, ничего не замечая, повис на поваре и начал у него выпрашивать что-нибудь поесть… Осень. Прекрасное время года для тех, кто хочет что-то забыть. Для него осень была всегда концом, потому что за концом всегда идет начало. Такое чистое, как первый снег, и для него это начало - это зима. А сейчас конец. Так он думал до знакомства с одним идиотом, который ворвавшись в его жизнь, упав на него, изменил все. Сейчас для него осень - это начало…