Нет покоя нечестивым

Где-то в жилых отсеках Цитадели Гейр Гейра брал озноб и слабость, но он продолжал идти, пока группа не скрылась глубоко в самых нижних технических туннелях. К несчастью, они были слишком запутаны, приходилось ориентироваться буквально на ощупь. У Децимуса были кое-какие карты этих подземелий, но они не были закончены, многие входы и выходы не были соединены, а перегородки между разными коридорами были слишком толстыми, чтобы их постоянно прожигать. Каждый раз это занималоминут десять, что беглецы не могли себе позволить. Но иногда это приходилось делать, ведь эти же карты были и у их противников, поджидающих группу на входах. Первые пару раз удавалось их удивить, выходя в совершенно других ветках, но ребята из ГОР быстро сообразили, как так выходило, и стали перекрывать и их. В этот раз Децимус предложил пройти в не отмеченные территории, найти Хранителя и проследить за ним, в надежде, что тот куда-то их да приведёт. Не худший вариант, учитывая то, что Гейр, видимо, сильно разозлил их преследователей, которые без устали гнались за ним прямо до точки встречи с Квинтом. Даже шумиху поднимать не пришлось, того самого чуть ли не прижали перекрёстным огнём в одном месте. По словам спектра, маг разворошил улей, с чем было сложно не согласиться. Ведь от групп преследования удалось отвязаться лишь здесь. Больше терпеть было невозможно. Маг упал на колени, быстро стянул свой шлем, дабы не забрызгать его рвотой. Организм жаждал избавиться от токсинов, как бы противно при этом ни было. — Привал так привал, — пробурчал Квинт, к радости измученного, постоянным бегом Реймонда. Зелья восстановления, конечно, были ещё той отравой, пусть и дающей огромное преимущество на срок своего действия. Но у всего были последствия, организм сильно истощался, а пользователь получал слабость на долгое время. И это при использовании одной дозы, Гейр же в своих флаконах имел двойные порции, что и понесло за собой такие результаты. Мощнейшая интоксикация организма, мышцы и суставы сводило от нестерпимой боли, тело мучил озноб, мага так и клонило потерять сознание. Но если бы он не принял столько зелий, то вряд ли бы убежал с той тюрьмы. Тяжело дыша, Гейр прислонился головой о стену коридора, пытаясь на ощупь достать флягу с водой из своей сумки. — Проклятие! — с ненавистью выкинул Децимус пробитую ёмкость с водой куда-то вглубь коридора. — Ты как там? — обратился он к магу. — Десять минут и я в полном порядке, не впервой. — сделал пару глотков Мастер. — Последствия моих стимуляторов. — Ты явно перестарался, — турианец сел последним, забив, наконец, на безопасность. Реймонд на это промолчал, хоть и знал, что это был камень в его огород. Квинт откровенно считал церберовца балластом, что было недалеко от истины. Но, вместе с тем, он был ключом для взаимодействия с неким оперативником Лоусон, который в данный момент, по информации с мозга одного из офицеров ГОР, организовывал недобитые силы Цербера, коих оказалось достаточно для подрыва одного из центров связи в этом лепестке. Именно благодаря этой структуре саларианцы контролировали поток информации в соседнем районе. Так что план на ближайшее будущее был простой: выйти на поверхность, помочь Хуску связаться с оперативником Лоусон, встретиться с ним, организовать дальнейшее взаимодействие… Гейр соврал, десяти минут ему явно было недостаточно. Опустошённость. Та энергия, которая не давала ему отчаиваться, сейчас почти полностью исчезла. И безумный голод, который он раньше не замечал, сейчас одолел его, скрутив мага чуть ли не пополам. Но сначала ему необходимо было немного вздремнуть. «Он был здесь раньше. Когда-то давно, ещё в детстве. Гейр помнил эти скрюченные деревья, навечно потерявшие свои листья, но нашедшие им замену, явно более подходящую к этому месту — внутренности разумных. Они, развешанные по веткам, выглядели гармонично и в чём-то даже прекрасно. Сухой и бледный песок окружал многие кровавые озёра, раскиданные по всей равнине. Небо застилали бесконечные тучи всё тех же багряных оттенков и, на памяти мага, никогда не орошали землю, хоть и выглядели так, будто вот-вот и разразятся влагой. Тогда, в первый раз, он испытывал страх, ведь не каждый день оказываешься в аду, а именно таким себе его представлял юный Гейр. В тот день вера в вымышленного христианского бога спасла душу мага от становления культистом Бога Войны. Теперь же ему больше не нужна эта глупая несуществующая защита для того, чтобы оставаться в безопасности. Он сам себе спаситель от любых демонов. Гейр присел и зарыл руку в песок, подчёрпывая малость. Он оказался прав. Это были не куски скалы, выточенные водой на протяжении миллионов лет, это были мелко раздробленные кости. — Мило, — ухмыльнулся маг. Через мгновение любования частями некогда разумных существ, Мастер заметил изменение в окружающей обстановке. В шагах десяти от него оказался самый настоящий трон, будто слепленный из самых разных и чудных частей, но, вместе с тем, в этой притягательной конструкции была общая черта: огромная восьмиконечная звезда, высеченная на лицевой стороне спинки. Гейр не знал почему, но ему захотелось поближе подойти к этому чуду. Любопытство, скорее всего, но где-то глубоко в нём вопил параноик, пытаясь убедить не подчиняющуюся душу поскорее бежать отсюда. Первый шаг. Маг мимовольно посмотрел на своё отражение в ближайшем озере и удивился. В ответ с гладкой поверхности жидкости на него смотрел четырнадцатилетний парень. Этот наивный взгляд и вечно хмурое лицо он мог узнать где угодно, ведь это был он сам. Когда-то давным-давно. В руках мальчик сжимал короткий каролингский клинок, подаренный ему отцом. Плотная кожаная куртка защищала его в тот злополучный день, когда он выехал на прогулку с минимальной охраной. Пусть это и было опасно для племянника короля, Гейр хотел насладиться красотами Дании. О чём впоследствии чуть не пожалел. Кто знал, что у его дяди было столько врагов, желающих сделать хоть малейшую пакость его родственникам? Язычники захотели принести его в жертву своим странным богам, но не рассчитали свои силы. Жертва отказалась дрожать от страха и отбивалась со всей яростью и умением, которым владел Гейр в тот момент. К счастью, он был сыном крестоносца, поэтому просто обязан был уметь владеть мечом хоть в какой-то степени. В тот день он убил своего первого человека, и радоваться бы ему, что его немногочисленная охрана умудрилась отбиться, но кое-что произошло. Мальчик почувствовал что-то безумное внутри себя, желающее крови своих врагов, требующее его продолжить смертоубийства, даже если враги закончились. Корчась в борьбе с самим с собой, он умудрился доехать обратно, вернее, его умудрились доставить. Его отец сильно испугался, когда увидел своего сына в таком состоянии. Священники не смогли помочь. Ни святая вода, ни молитвы не выгнали из него это зло, но, к счастью, при дворе его дяди оказался один из магов, объяснивший что произошло и обещавший помочь, но, к ужасу его отца, Гейру следовало пройти обучение в Гильдии. Отдать своего сына служителям дьявола было самым ужасным, что могло прийти в мысли старому крестоносцу, но граф согласился, как бы тяжко ни было.        Гейр ухмыльнулся этим воспоминаниям. Его отец боялся, что в тот день навсегда потерял своего сына, пусть он и не уйдёт из жизни, но изменится до неузнаваемости. Знал бы старик, как чертовски тот был прав. Ещё два шага и окружающая обстановка моментально изменилась, теперь в мире доминировали синие тона, столь нелюбимые магом. Когда-то в познании он нашёл весь свой смысл. И, что смешнее всего, тогда, когда он стал жертвой интриг сильных мира сего, но нет не потому, что Мастер уже тогда был значимым, а потому, что случайно попал под руку. В тот день, когда сгорел Просперо, Гейр поставил себе за цель остановить своего отца, ведь ощущал кое-какую причастность ко всему этому кровопролитию. В глубине души юный маг надеялся переубедить его, но получилось как всегда. Гейр выехал сразу же, как смог, добравшись до родового поместья буквально за день. Его уже ждали, накрыли стол, его отец, как бы там ни было, был рад увидеть »блудного сына», пусть и состоящего во вражеском лагере. Маг не мог подыгрывать ему, ведь они оба знали, к чему всё это идёт. «Я должен был защитить своих людей» — объяснял свои действия его отец, и был абсолютно прав. Группа членов Гильдии проводила над населением нескольких деревень безумные эксперименты и, как старый крестоносец узнал, делали они это по прямому приказу архимага Вернона. Гейр тогда не поверил, о чём пожалел лишь спустя тридцать лет. Его отец не желал останавливаться, а маг не желал больше смерти тех, кого считал своими друзьями и братьями, поэтому произошло то, что не должно происходить ни в одной семье. Но провели всё по чести, бой один на один, на мечах. Граф не хотел убивать своего сына, поэтому постоянно пропускал шансы обезвредить противника, поддаваясь, но не до конца, выигрывая время для того, чтобы ещё раз и ещё раз попытаться переубедить Гейра. И, в один момент, старый крестоносец не рассчитал своих сил, делая слишком длинный шаг, за что был проткнут мечом в районе груди. Его фамильным мечом, подаренным сыну для того, чтобы тот не забывал свой дом. Но граф, с сожалением, понял, что тот выбрал для себя другую родину. Этот клинок до сих пор служит магу, напоминая о том, что с убийством никогда не надо торопиться, иначе можно серьёзно пожалеть. Добравшись до отделения коллегии, Гейр, впервые за свою долгую жизнь, почувствовал опустошённость. Но он справился, нападения на Гильдию прекратились, закончившиеся вместе с жизнью их идейного вдохновителя. Опять-таки, на тридцать лет. Ещё больший кошмар оказался для Мастера тем, что и его второй дом изменился. Лили, узнав о том, что Гейр больше не сможет наследовать графство, незамедлительно отстранилась от него, что повергло его в неописуемый шок. Она, как оказалось, любила не мага, а будущего феодала, нашла для себя удобную пассию, выбившись со своего селянского происхождения в знать. От пучины безумия и отчаяния его тогда спасли не друзья, тоже искоса смотрящие на убийцу родича, это сделал Мастер Айрлок, чуть ли не силой загнавший юнца в алхимическую лабораторию. Взял под своё полное шефство, развеял тоску и воспитал в Гейре любовь к знаниям и этой прекрасной науке зельеварения. До сих пор, каждый раз, когда он готовит, его одолевает вселенское спокойствие, какой бы очередной ужас у него в жизни ни произошёл. Ещё три шага вновь поменяли окружающий мир, вновь перекрашивая сам варп. Бескрайние пустынные поля, наполненные кровью и костями, исчезли, осталась лишь небольшая тропа, как бы парящая в пустоте, ведущая к этому странному трону. А там же, вне границ этого пути, творилось то, в чём маг стал себя ограничивать ещё с молодых лет. Розовые оттенки давили на голову, вызывая те чувства, которые Гейр успел позабыть. Желание, похоть, любовь — всё это приносило Мастеру лишь страдания, от которых хотелось избавиться, но, вместе с тем, это означало бы оторвать часть себя. Человек же он, в конце концов, есть у него элементарнейшие потребности. И даже тогда, когда маг отстранился от них на чисто физиологическом уровне, они сидят где-то там, притупленные разумом, на загвоздках его сознания, желающие вырваться наружу. Ещё шаг и окружающее пространство переполнилось сочащимся гноем. Самая неприятная сторона Варпа, но… Гейр не мог бы сказать, что самая чуждая для него. Страх, отчаяние и безнадёга не раз одолевали им. Он вечно молод, но не бессмертен, за каждым поворотом могло быть окончание его пути, и это пугало. Вечное борьба приводила мага в отчаяние, ведь всему рано или поздно приходит конец. Это суть всего органического: быть ограниченным в жизни, чтобы сгнить и стать удобрением чему-то новому. Но ведь так не хотелось быть перегноем для других! „Гейр, Воитель Хаоса“ Трон оказался в шаге от него, всё так же маня ослабленного мага. Повсюду слышался безумный шёпот, обещающий ему бесконечную власть и могущество. Осталось лишь протянуть руку. И только жгучая ненависть призывала его к мести против сильных мира сего.» Маг проснулся от усиленной тряски. — Сколько я спал? — как ни странно, но ему стало намного лучше. — Минут пятнадцать. Пора выходить, — ответил Квинт, помогая встать напарнику.

***

Они ещё долго бродили, прежде чем смогли встретить Хранителя. Усложнялось это ещё тем, что у этих существ не было души, так бы Гейр нашёл одного из них намного быстрее. Но, несмотря на это всё, они не особо боялись потеряться, ведь Гейр выжигал на стенах пометки. Этот индивид, характерно и для других представителей, абсолютно не обращал внимания на разумных, продолжая щёлкать своими лапками по консоли. Через мгновенье, видно, доделав свои дела, существо подошло к шлюзу, автоматически открывшись перед ним. Группа воспользовалась этим, пройдя далее за хранителем. Попав в ещё одну комнату непонятного назначения с практически отсутствующим освещением, интуиция мага начала сигнализировать о предстоящей опасности. Квинт включил фонарик, благодаря чему группа смогла увидеть хранителя, убегающего в спешке к ещё одному шлюзу. И, по заявлению спектра, это было нехарактерным поведением обычно флегматичных существ. Дверь захлопнулась быстрее, чем кто-либо мог отреагировать. — Давление уменьшается, — удивлённо проговорил турианец. Спустя секунду воздуха в помещении практически не осталось, но, к счастью, у каждого был запас кислорода в масках. — Хранитель только что попытался убить нас? — недоумённо спросил Реймонд. — Наверное, — задумчиво протянул турианец. — Децимус, дверь сможешь открыть? — Переспросил Мастер. — Я постараюсь, — турианец сразу принялся за дело, включив свой инструментрон. Дело обещало затянуться, поэтому маг присел, прислонившись рядом с проёмом. Главное, он старался вновь не засыпать, до сих пор пребывая в некотором замешательстве. Мастер с самой молодости был защищён в своих снах, результаты многолетних тренировок, да и не настолько он был ослабленным, чтобы быть беззащитным в имматериуме, не раз себя доводил до подобного состояния, опыт был. Но «Хаос». Этот «Хаос» был чем-то особенным. — Реймонд? — позвал церберовца маг. Раз уж появилось немного времени, то стоило расспросить его детальнее о Цербере. А то, маг боялся, что источник информации мог и умереть преждевременно, слишком уж активный образ жизни его группа имела. — Да, Мастер Гейр? — отозвался Хуск, всё так же уважительно обращаясь к нему. — Что от меня конкретно хочет Цербер? В чём цель? — Если кратко, то сотрудничества, — Видно было, что психиатру не особо хотелось говорить о таком в присутствии турианца. — Неужели? — С сарказмом проговорил маг. — А точнее? — Я всего лишь участник этой группировки, и всего я не знаю, — Всё так же упирался Реймонд. — Забей, Гейр, — отозвался спектр. — Он тебе в жизни не сможет этого сказать, ведь не лжёт. Никто не знает, что у Призрака на уме. — Призрак? — Чмыкнул маг. — Глава этой террористической организации, я был в группе, которая занималась поимкой его лет десять назад. Не особо успешной, правда, — Хуск с небольшим гневом слушал речь турианца, тот же, определённо, знал реакцию человека на его слова, и получал удовольствие от этого. — Редкостная хладнокровная сволочь, готовая пожертвовать кем и чем угодно ради достижения известных только ему целей. — Он заботится о человечестве! — возмутился церберовец. — Странная у него забота, — не согласился Квинт. — К чему я это, Гейр, знаю, положение у тебя не лучшее, но советую тебе ничего общего с ними не иметь. — Мы уже с ними общее дело имеем, — заметил маг. — Это временно. — легкомысленно сказал Квинт, после чего затянулась непродолжительная тишина. Децимус мирно что-то набирал, Реймонд бубнил себе под нос проклятия в сторону спектра, а Гейр расслаблялся, пытаясь получать удовольствие от неожиданного отдыха. — И всё же, Реймонд, совсем ничего мне не расскажешь? Не очень-то и в духе кооперации. — Решил поступить хитрее маг. — Я только знаю общую идеологию Цербера, — Нехотя продолжил человек. — Мы верим, что какими бы ни были заявленные идеи инопланетян, только люди будут и должны думать о человечестве. И что мы под большой угрозой, большая часть наших соседей превосходят нас по числу и технологически, и если у нас не будет сильного национального правительства, то мы все канем в лету. — Добавил легкой одухотворённости в свой голос Хуск. — Послушай, — Уточнил Гейр свой запрос. — Речёвки для детей я успел прочитать и в экстранете. — Раздался от Квинта смешок. — Каких конкретных целей вы добиваетесь? — Процветание человечества. — Как заведённый продолжил тот. Маг же ощущал лёгкое раздражение. — Я принимал участие в вербовке людей, большего сказать не могу. — То есть ты агитировал людей сам не зная на что, — С иронией в голосе заключил Гейр. — Дивный новый мир. — Это Цербер, что ты ожидал, — С неким удовлетворением проговорил спектр. — Есть одна проблема… — протянул турианец, разворачиваясь лицом к магу. — Протоколы шифрования до безумия комплексны. Кислород закончится в маске раньше. Лучше уж ты. Сложность ситуации была в том, что атмосферы в помещении не было. Чтобы создать тот же огненный шар, нужно хоть что-то, что можно нагреть, даже забыв о том, что в безкислородной среде это во много раз сложнее. А тут ещё и напрямую дверь плавить, без посредника в виде огня, помогающего и облегчающего дело. А зная то, насколько этот материал тугоплавкий, маг ещё раз ужаснулся от того, сколько усилий придётся потратить. Поднять бы эту дверь с помощью льда, но при отсутствии атмосферы, нет и влаги. Разве что… Маг достал флягу и открыл её прямо у нижнего проёма, наблюдая за необычным для себя явлением. Вода, попав в зону пониженного давления, тут же испарилась и пыталась заполнить всё окружающее пространство, но Гейр не дал ей это сделать, сконцентрировав её под шлюзом, сделав небольшой проём, сквозь который в их помещение моментально начал врываться поток воздуха. Теперь у мага был источник пополнения влаги с той стороны, и проход в конце концов открылся. Подождав пока воздух заполнит пустовавшее до этого пространство, группа прошла далее, обнаружив всё такой же коридор, ничем не отличающийся от тысячи других. — Странно всё это, — пробубнил турианец, и Гейр был с ним чертовски согласен. Дальше они шли уже осторожнее, мало ли какие ещё сюрпризы и ловушки могли их ожидать. Очередной шлюз открылся, обеспечив им прекрасный вид на комнату, заставленную с двух сторон капсулами с какой-то странной жёлтой светящейся жидкостью и разумными, растворяющимися в них. Они застали одного из Хранителей, возможно, того самого, которого уже встретили, за тем, что он заталкивал труп крогана в пустующуб капсулу. Не сказать, что он испытывал хоть какие-то трудности из-за веса этой тушки. Существо развернулось в сторону раздражителей и, Гейру даже показалось, было возмущено, громко зашипевши аки кот. — Скорее всего, это наш старый знакомый, рад нас видеть, — Отшутился маг. Хранитель попытался быстро ретироваться. Сокомандники мага было хотели открыть огонь, но Гейр им скомандовал бежать за этой тварью. — А разумные? — Спросил его бывший спектр, так, скорее, для чистой совести, чем реально собираясь их оттуда доставать. — Ты умеешь оживлять мертвецов? — Задал риторический вопрос маг. — Думаю, ты умеешь, — Ответил колкостью Квинт. — Я на такие вопросы без адвоката не отвечаю, господин спектр, — хмыкнул Гейр. Пусть он и не часто использовал эту школу, но в своё время прочитал огромное количество книг, так что подготовка ему позволяла сделать и не такое. Существо же оказалось быстрым, группа еле за ним успевала. Пусть это и было безрассудно бежать по незнакомым помещениям за существом, которое уже один раз привело их в ловушку, лучше выбора Гейр не видел. В качестве очевидного исхода ситуации, ведь существо вряд ли бежало в панике в неизвестном направлении, группа вышла прямо напротив тройки Хранителей, державших в руках оружие. — Мне не кажется? — обескуражено спросил Децимус. Винтовки были у них самые разные, и некоторые были слишком чужеродны на вид для этой эпохи. Существа держались кучкой, будто боясь прибывших чужаков. — Эм, привет? — попытался наладить контакт церберовец, но подобное осложнялось поднятым оружием обоих групп. На этот раз зашипели уже все создания, в том числе и те, которые подошли сзади. — Они не кажутся дружелюбными, — пожаловался Квинт, держа под прицелом тех, кто были за спиной команды. — Ты не мог бы их, ну, не знаю, «прочитать»? — У них нет души, как я это сделаю? — Вопрошал маг. — Я в душе не чаю что такое душа, — Пожурился спектр, чем вызвал лёгкий смешок Гейра.              — Каламбур от переводчика, — Объяснился Мастер на вопросительный взгляд Децимуса. Хранители наблюдали за этой небольшой перепалкой, никак не двигаясь, что неслабо напрягало Гейра. Наконец, один из них двинулся в сторону группы, угрожающее направляя винтовку, которую маг смутно узнал: излучатель протеан, видел в одном из воспоминаний Мерамета. Гейр же на этот акт агрессии ответил так, как он умел, создав огненный шар в своей левой руке, что вызвало шквал, как ему казалось, возмущения у Хранителей, заставив их отступить на пару шагов назад. Они открыли огонь, но маг успел выставить барьер, чем завёл в ещё больший ступор созданий. Его же сокомандники открыли огонь, обезвредив некоторых из них. Так же огненный шар выполнил своё предназначение, познакомившись с лицом одного из существ. И они, как бы ни было странно, перестали стрелять. — Какого? — не понял Квинт. Его группа так же прекратила огонь, обескураженная от такой перемены. Они-то уже настроились на старую добрую перестрелку. Один из Хранителей вышел в перёд, демонстративно опустил оружие на пол и начал что-то щебетать на своём. — Поразительно, до нас ещё никто не выходил на контакт с ними! — Восхитился Реймонд, видимо, забыв, что пару мгновений назад без зазрения совести в них стрелял. Существо выжидающе уставилось на вторженцев, ожидая от них чего-то. Гейру же пришла на ум гениальная идея. — Квинт, ты можешь сделать объёмную проекцию того, куда мы движемся? Децимус сразу выполнил просьбу мага, даже не спрашивая зачем. Над его рукой появилось трёхмерное изображение карты лепестка и район, куда они отправлялись, выделялся огромным указателем. — Нам бы сюда, — тоскливо проговорил Гейр, указывая рукой. Хранитель посмотрел на руку спектра и опять что-то застрекотал, что-то явно обвинительное. — Да, не знаем, — добродушно улыбнулся маг. — Так проведёте? — Я не думаю, что это сработает, — сказал Квинт, но, к его удивлению, существо начало делать странные движения руками, будто выдворяя разумных из комнаты и, пройдя впереди них, развернулось и позвало жестом за собой. — Они понимают наш язык? — поинтересовался Хуск. — Без понятия, — честно ответил Гейр. — Главное, что он нас понял, наверное. Надеюсь на это. — Или он ведёт нас в очередную ловушку, — буркнул Децимус. — Так давайте узнаем это, — предложил маг, делая первый шаг по направлению в Хранителю. Другие же расступались перед ними и смотрели на группу, Гейр мог поклясться, как алхимик на рыцаря, напавшего на него во время готовки трудного зелья.

***

Кристоффел ван дер Берг Повелитель много рассказывал о белых магах: что они из себя представляли, чем жили, что это вообще понятие относительное. Были эталонные, как из ордена Спокойствия — рыцари добра, несущие в массы «справедливость» и считающие не магов маленькими детьми, не способными решить свои проблемы. К юмору общей ситуации именно выходцы из этого ордена чаще всего становились падшими. Ну, а как же, человек от всего отказывался и вдруг он решил попробовать. А остановиться уже не смог. Были такие, как из ордена Белых Капюшонов, отбитые на всю голову, убивающие всех, кто не подходил к их понятиям о правильности. Их терпели лишь потому, что они были самыми сильными в военном плане, то есть, по сути, их просто боялись. Но их, как ни странно, перестреляли обычные люди. Про Мальтийский орден Крис знал меньше всего, ведь, как сказал Дегэйр, «там не было ничего интересного». А были выходцы их ордена Нового Пути, находившиеся ближе всего к грани «темноты», ведь не гнушались использовать грязные методы, если цель оправдывала средства, были главной темой рассказов Владыки. В этом плане они унаследовали все самые странные черты своего лидера, которым Дегэйр восхищался, о чём не раз сообщал своим ученикам. Именно после лекции Мастера Гейра, которую тот проводил по договору с Мастером Вистаном среди адептов ордена Спокойствия, Повелитель решился изучать школу Колдовства. Хоть лекция была по алхимии, глава Нового Пути завёл разговор о запретном и относительности этого понятия. Как пример, он привёл то, что он сам экспериментировал со школой Хрономагии. «В перспективе, это поможет исправить многие ошибки». За что позже Гейр получил нагоняй от Вистана, но, что характерно, среди этого потока не было ни единого падшего, что для ордена Спокойствия было как минимум необычным. Почему же тогда они были белыми маги? Всё просто, выходцы из этого ордена были всё теми же идиотами, которые считали, что имматериум должен служить простым людям, а не одарённым. Они даже создали своё мини-государство в Гренландии, где жили в каком-то странном симбиозе с местными жителями. Считали их за равных, что было непонятно для Кристоффела. Простые люди даже по рождению не равны одарённым, не говоря уже о том, что они, зачастую, глупее. В их колониях не одарённые жили под неоспоримой властью некромантов, и, что характерно, недовольных Берг не видел. Все эти знания до этого момента право ему были абсолютно не нужны. Белых магов просто не осталось в природе, все они погибли, в очередной раз спасая людей. Бедные идиоты, рабы человечества, которые были способны стать господами своей жизни, но отказались от всего, боясь стать падшими, невольниками своих эмоций и самих себя. Пусть эти истории и были поучительными, Стоффел, по большей части, слушал Повелителя лишь потому, что, в такие моменты, тот оживал, на его лице пробивалась тоска по давно минувшему, а в голосе играла ностальгия. Дегэйр открывался своим ученикам, так почему бы и не открыться в ответ, с наслаждением слушая причудливые рассказы? Дети и подростки всегда любили мифы и легенды, а именно ими маги древности и были для неокрепшего ума. Что уж там, сложно было себе представить времена, когда люди обходились мечами и странными приспособлениями, называвшимися «лук» и «арбалет».        Теперь же он за одной из таких легенд гнался по Цитадели, и Кристоффел больше не имел ни малейшего сомнения в мощи этого мага. Постовые СБЦ поделились своими знаниями, Гейр ворвался в одну из самых защищённых тюрьм и точно так же спокойно выбрался оттуда, забрав одного из церберовцев, попутно обезвредив большую часть защитников. Берг прекрасно понимал, что сам бы так без пары рот нежити не справился бы. Хоть теперь он знал, где его искать. От тех же бедных постовых некромант узнал ещё кое о чём. Цербер, заручившись поддержкой группировки КАТ6, смогли вынести один из центров связи, что позволило тем безнаказанно переговариваться на довольно обширной территории, где стало относительно безопасно, пусть и временно. Вот тут нужно было немного подумать и понять кое-что: Если уж Гейр спас одного из них, то явно теперь появится в том районе. Сейчас же он был недалеко от двух церберовцев, прячущихся в одном из зданий, явно выжидая кого-то или что-то. Найти с помощью поиска жизнь их оказалось не трудно, выделялись они от других излишним беспокойством и… какой-то аурой, описать подробно некромант не мог. Пришлось оставить корабль на попечение своих помощников, но это было не важным. Кристоффел не особо надеялся, что он останется целым и невредимым, ведь сам был под подозрением у СБЦшников, те часто захаживали к нему, смотря, не изменилось ли чего. Его исчезновение точно заметят, но это уже не его проблема. Жаль, правда, терять совсем новый фрегат, Айла опять ругаться будет, нынче они совсем дорогие стали. Заклинание школы Изменения заставило людей застыть на месте. — Ну-с, рассказывайте, где искать вашего командира? — зловеще проговорил Стоффел, медленно подходя к ним так, чтобы они могли видеть, призвав кинжал в свою руку. Чего уж там, любил он пугать людей.