Границы условны - я с тобой

Фред и Джордж, казалось, специально противились ее плану. Они как нарочно отказывались воспринимать кого-то еще, кроме Николь, и ходили за ней по пятам. Девушка понимала, что, скорее всего, это из-за произошедшей драки и предшествующего ей сглаза. Братья старались оградить Николь от нападок окружающих. Впрочем, вероятно Джордж поговорил с Анжелиной, и она некоторое время избегала братьев, но потом вновь начала вести себя непринужденно. В день, когда должен был состояться финальный этап Турнира Трех Волшебников, все были охвачены волнением, предвкушая большой праздник. Николь, в отличие от Фреда и Джорджа уверенно сдала очередной экзамен и к обеду была в хорошем расположении духа. Приближаясь к Большому залу, близнецы и Николь увидели мчащуюся туда Джинни. — Ты чего туда так торопишься? — остановил ее Джордж. — Там мама с Биллом! Они приехали еще утром! К Гарри! Вместо родителей! — торопилась рассказать все Джинни. Напоследок она взглянула на остановившуюся Николь, усмехнулась и продолжила свой путь. Николь, кажется, даже не пыталась тронуться с места, глядя вслед Джинни. — Да брось, — Фред взял ее за руку. — Она не кусается, — подтолкнул ее в спину Джордж. Николь нервно сглотнула и все же направилась к Большому Залу. — Эта девушка не боится Снейпа, зато боится нашу маму, — хохотнул Джордж. — Я не боюсь! — возмутилась Николь. — Просто… ладно, пойдемте. В первую очередь Николь заметила за столом Гриффиндора сияющего Гарри. Он очень радовался приезду гостей. Молли расцеловала Фреда и Джорджа, не глядя поздоровалась с Николь, и девушка, стараясь казаться невидимой, приступила к обеду. Семья Уизли, хоть и не в полном своем составе производила много шума. Гарри и Гермиона непринужденно общались с ними, а Николь вновь чувствовала себя чужой. В какой-то момент Джордж осторожно положил руку на ее коленку и чуть подергал, заставляя девушку посмотреть на себя. Николь подняла на него глаза. Джордж ободряюще улыбнулся, и она почувствовала прилив благодарности. Билл время от времени посматривал на стол, за которым сидели девушки из Шармбатона, Молли одергивала его, и тогда он повернулся к Николь. — Ты так повзрослела за это время, Николь, — улыбнулся парень. — Когда мы последний раз виделись? И года не прошло… — Да, — кивнула Николь, — на Чемпионате Мира. — Ты, правда, очень изменилась, повзрослела, похорошела, — подмигнул ей Билл. Щеки девушки порозовели, она опустила глаза, смущенная таким откровенным комплиментом. Фред поднял брови вверх и, усмехаясь, посмотрел на старшего брата. Тот в ответ расплылся в широкой улыбке и заговорщически обратился к Фреду и Джорджу: — Как девушку-то делить будете? Улыбка сползла с лица Николь, она быстро глянула на Фреда и Джорджа, но тут же услышала голос Молли. — Что ты такое говоришь, дорогой, они ведь просто дружат, — категорично заявила миссис Уизли, но тут же подняла вопросительный взгляд на присутствующих. Гарри, Рон и Гермиона как могли старательно отводили взгляд, Джинни двусмысленно поглядывала на мать, а близнецы загадочно улыбались. Над столом повисла неловкая тишина. Тогда Молли посмотрела прямиком на Николь, что заставило девушку поежиться. И она уже открыла рот, чтобы что-то сказать. Учитывая тот факт, что Николь сама не знала, что должна говорить, вероятно, это звучало бы неуместно, но ее спасла подбежавшая Флер. — Ники! — воскликнула она, обнимая подругу за плечи. — Пойдем, я познакомлю тебя со своими годителями! Ты уже доела? — Да! — Николь радостно подскочила со своего места и, подхватив сумку, поспешила за Флер. Как только они удалились от гриффиндорского стола на некоторое расстояние, француженка обхватила Николь за локоть и возбужденно зашептала: — Годители — это не основная пгичина, ты понимаешь… Я хотела узнать, кто этот пагень, который пгиехал с пожилой мадам к 'Арри, ты сидишь с ними, ты их знаешь? — Да, — Николь расплылась в улыбке. — Это Билл, старший брат Фреда и Джорджа. Он понравился тебе? — девушка вдохновленно улыбалась подруге. — Не то слово! — хихикнула Флер. — Он такой… Кгасивый… ну и что-то есть в нем, ты понимаешь… — О, да… — закивала Николь. — Билл, он… да… Николь не нашла слов, чтобы объяснить подруге, как она представляет себе Билла, но казалось, девушки сейчас как никогда понимали друг друга. И вдвоем расхохотались от этого ощущения. Флер познакомила подругу со своими родителями, они немного погуляли по замку, когда ее вновь настигли близнецы. — Ты далеко ушла одна, — сердился Джордж. — Надеюсь, ты не хочешь, чтобы я провела весь день с вашей мамой? — усмехнулась Николь. — Ее уже с нами нет, как видишь, она с Гарри и Биллом, — сказал Фред. — Ну, Билл… порадовал сегодня. Фред расхохотался, очевидно, вспоминая, как невинная шутка старшего брата попала прямиком в цель. Джордж пару секунд сдерживался и последовал примеру брата. — Это не смешно! — Николь переводила взгляд с одного на другого. Но ее слова не возымели никакого действия. Джордж неожиданно перестал смеяться, что остановило и Фреда. — Может, это будет не так смешно, когда во всем этом будет порядок, — серьезно сказал он, прямо глядя в глаза девушке. — С каких пор тебя привлекает порядок? — попыталась улизнуть от вновь начинающегося сложного для нее разговора Николь. — Фред прав, Ники… — Джордж смотрел на нее исподлобья и хмурился. — Мы же стараемся не торопить тебя, ждем… Но это не просто. Лучше было бы, если бы ты уже приняла решение, и мы тогда думали, как с этим быть. Николь не знала, что ответить. Поэтому просто плотнее сомкнула губы и отправилась в замок. *** После ужина все наконец отправились на переделанное поле для квиддича наблюдать за завершающим этапом Турнира. Николь расцеловала Гарри и Флер, дала последние советы и отправилась с Фредом и Джорджем на трибуну. Вокруг царило веселье, близнецы тоже развлекались как могли, а ее это раздражало. Как они могут смеяться, когда сами вновь напомнили ей о том, что она обязана делать этот дурацкий выбор. Настроения совсем не было, наблюдение за турниром тоже не впечатляло, так как скрывшихся в лабиринте чемпионов не было видно. Но когда в небе появился сноп красных искр, и из лабиринта вынесли раненую Флер, трибуны заволновались. Николь поняла, что, погрузившись в свои раздумья, совсем позабыла, какой опасности подвергаются ее друзья. Когда Флер привели в чувство, девушка уже не отходила от подруги, молясь о том, чтобы с остальными участниками все было в порядке. Следующим из борьбы выбыл Виктор Крам. С ним было все в порядке, только оказалось, что юноша был заколдован. Паника и суматоха на трибунах усилились. Близнецы оказались рядом с Николь и Флер, положили руки ей на плечи, не желая терять физического контакта в этой суматохе. И когда Николь, наконец, увидела Гарри, она выдохнула. Но не прошло и секунды, как сердце ее вновь гулко забилось, руки похолодели, а ноги перестали слушаться. С ним был Седрик… Казалось, мир остановился. У Николь не было слез, не было ни единой мысли в голове, полнейшая пустота. Гарри куда-то увели, тело Седрика унесли, а она все так же стояла, не шелохнувшись, на своем месте, парализованная охватившей ее пустотой. Кто-то потянул ее за плечо, Николь резко обернулась и увидела Фреда. Таким печальным она не видела его, наверное, никогда. Только сейчас она оценила значимость его улыбки. Как она могла раздражаться, когда он улыбался? Ведь светлее, прекраснее, радостнее его улыбки нет ничего на свете. «Их улыбки», — поправила себя девушка и обернулась в поисках Джорджа, он тоже стоял рядом. Джордж, такой добрый, родной сейчас выглядел потерянным, раненым. Тогда Николь посетила совершенно неуместная мысль «Когда они снова смогут улыбаться? И смогут ли так улыбаться, как раньше?». Смерть так неожиданно подкралась и напомнила о своем существовании. После смерти матери Николь прошло довольно много времени, и ощущения этого тяжелейшего груза притупились, а теперь вновь хлынули тошнотворным потоком безысходности и безнадежности. В жизни, вероятно, можно исправить все, все изменить, вернуть, если очень захотеть и постараться. Все. Кроме смерти. Николь казалось, что она летит в бездну. Страшную пучину отчаянья. Тогда она огляделась вокруг и увидела свою подругу Флер. Француженка рыдала навзрыд в объятиях своих родителей. Николь как будто выбросило катапультой. Она подбежала к подруге, обняла ее и погладила по волосам. — О, Николь, — сквозь всхлипы проговорила Флер. — Это так ужасно, я не могу повегить… — Я знаю, — прошептала Николь. Николь подумала о Гарри, как он, что с ним происходит. Он сказал, что тот, из-за кого погибли его родители, тот, из-за слуги которого погибла ее мать, а отец в бегах, вернулся. Неужели он убил Седрика? Неужели это все происходит с ними, а не во сне? Все остальное происходило как в тумане. Николь с Гермионой и семьей Уизли пытались найти Гарри, потом ждали его в больничном крыле. Наконец, когда смогли его увидеть, ему дали снотворное и тот уснул. Николь не отходила от него. Профессор Дамблдор привел в больничное крыло огромного пса. Николь, конечно, узнала его, но ни на секунду не выдала себя. Миссис Уизли недобро посматривала на нее, но девушка решила не обращать внимания. Сейчас важен был только Гарри, и плевать, что о ней думает мама ее друзей. Потом пришел министр, Гарри проснулся, и Николь выдалось услышать все, что произошло в лабиринте, а затем на кладбище. Министр не верил Гарри. Это казалось просто нереальным. Как он может думать, что юноша придумал такое? Хотелось встряхнуть всех присутствующих или окатить холодной водой, чтобы они прекратили спорить, чтобы подумали о том, как ужасно все, что происходит сейчас. Взрослые как будто сошли с ума. Пришел профессор Снейп, и на удивление поддерживал рассказ Гарри. Николь впервые увидела Черную Метку Пожирателей смерти. Ей стало не по себе. Но министр оказался непреклонен. Он отдал Гарри его выигрыш и покинул больничное крыло. Дамблдор раздавал указания, после чего Билл, стремительно попрощавшись, тоже удалился. И тогда произошла совершенно неожиданная вещь. Отправив мадам Помфри помочь Винки, директор вновь заговорил: — А сейчас я хочу, чтобы двое из нас сняли свои маски. Сириус… Будь добр, прими свой обычный вид. Когда огромный черный пес превратился в человека, миссис Уизли завизжала, Рон остановил ее, а Николь не смогла скрыть своего триумфа. Она, легонько улыбаясь, коснулась кончиками пальцев его руки. Директор попросил его и профессора Снейпа пожать друг другу руки. Очевидно, обоим сделать это было непросто. Мужчины смотрели друг на друга крайне враждебно. Но все же подчинились. В сердце Николь все ликовало. Наконец, ее отец принимает, хоть и не до конца, но легальное положение. Уже столько народа признало его невиновность. Дамблдор продолжал раздавать указания, и Сириусу довольно быстро пришлось прощаться. Он обнял Николь, попрощался с протестующим Гарри и, приняв облик собаки, покинул больничное крыло. Когда директор дал туманные указания профессору Снейпу, и тот вышел, Николь незаметно юркнула за ним. В коридоре она быстро настигла преподавателя зельеварения. — Профессор, постойте! Снейп обернулся. Взгляд его был настороженным и даже сердитым. — Профессор, я понимаю, что сейчас это не очень уместно, совсем не время… — начала Николь. — Но я все же хотела уточнить на счет работы. Несмотря на то, что… — она не смогла описать то, в каком положении находился ее отец, тем более не хотела этого делать, ощущая враждебность Снейпа по отношению к нему. — Мне все равно нужна эта работа. Это очень важно для меня. Я понимаю, что сейчас не время, просто неизвестно когда вы вернетесь… Профессор Снейп молчал, и Николь уже начинала жалеть, что начала этот разговор. Она чувствовала себя очень неловко под пристальным взглядом его черных глаз. — Все остается в силе, — наконец прервал ее профессор. — Я пришлю вам письмо по окончании учебного года. Николь выдохнула. — Спасибо, профессор! Я никогда не забуду этого! Что вы для меня сделали… Скорее всего, он вряд ли услышал что-то кроме «спасибо», ибо мгновенно начал удаляться вперед по коридору после своих слов. Николь почувствовала себя полной идиоткой. Дамблдор дал ему какое-то важное поручение, отчего декан Слизерина стал бледнее, чем обычно, и вообще, Николь, наверное, впервые увидела его по-настоящему взволнованным. А тут она со своей работой… Когда Николь вернулась в больничное крыло, Гарри уже вновь спал под действием зелья. *** Джордж нервничал. Они с братом уже все собрали, и Николь должна была собираться, но ее нигде не было. Она обычно всегда заранее собирала свои вещи, чтобы не бегать в последний момент. Хотя в этом году последний вечер в Хогвартсе нельзя было назвать обычным. — Пойдем искать, — услышал он голос Фреда. — Уже стемнело. Надеюсь, она с Флер. Джордж подпрыгнул со своего места как по команде. — Да, она собиралась провести этот день с Флер. Но не до ночи же! — возмутился Джордж. Он долго ждал момента высказаться в гнетущем молчании ожидания. Покинув замок, братья сразу же направились к карете Шармбатона. Осторожно постучав, они увидели на пороге девушку. — Привет! — улыбнулся Фред. — Подскажи, пожалуйста, Флер Делакур у себя? — А зачем она вам? — настороженно поинтересовалась девушка, вглядываясь в темноту за их спинами. — Вообще-то нам нужна не совсем она, — нетерпеливо заговорил Джордж. — А Николь, ее и наша подруга. В проеме показалось более знакомое лицо, не настроенное так враждебно, и Джордж, наверное, впервые по-настоящему порадовался появлению Элеонор. — Элеонор! — замахал он рукой. — Мы ищем Николь с Флер. — Все в погядке, Лиззи, — пропела Элеонор, — я их знаю. Она протиснулась мимо сокурсницы и вышла к близнецам. — Мы совсем не попгощались, как следует, — сладко произнесла француженка, положив руки на грудь Фреда. — У нас еще будет завтрашнее утро, дорогая, — улыбнулся ей юноша. — Думаю, Джордж тоже захочет с тобой попрощаться. Элеонор хохотнула. — Все вгемя вы меня путаете, мальчики, — она положила руки теперь на плечи Джорджа и приблизилась к нему вплотную. Джордж уверенно обнял француженку, мило улыбнулся ей, приблизил свое лицо к ее и нежно проговорил: — Милая Элеонор, прощаться с тобой выше моих сил, я даже не могу представить себе, как это сделать, чтобы не сойти с ума от горя. Он приблизил лицо еще ближе к ее и обдал горячим дыханием ее щеку. Элеонор прикрыла глаза и чуть откинула голову назад. — Но сейчас нам по очень важному и срочному делу нужно найти Флер и Николь, понимаешь? — прошептал Джордж. Девушка медленно приоткрыла глаза, недовольно поморщилась, но все же сказала: — Когда я их последний газ видела, они собигались к озеру, но это днем еще было… — Спасибо, моя прелесть, — перебил ее Джордж, чмокнул в щеку и бросился вслед за уже направляющимся к озеру братом. Услышали они их раньше, чем увидели. Девушки хохотали во весь голос. Братья приблизились к подругам, освещаемым луной, и опешили. — Николь… — только и смог вымолвить Джордж. — Ооо… — наконец заметила их подруга и, неуверенно поднявшись с травы, направилась к братьям. — Вы решили к нам присоеди… — Николь не смогла закончить слово, громко икнув. — Но у нас уже все закончилось. Девушка виновато развела руки в стороны. Джордж бросил взгляд на валяющуюся на земле пустую бутылку огневиски. — Ник, ты же никогда не пила огневиски! — воскликнул Фред. — Да, но тут, понимаешь, такое дело, — Николь нахмурилась. — Седрик умер, Тот-Кого-Нельзя-Назвать вернулся, последний день в Хогвартсе с моей подружкой… Ну, в общем, у Флер была эта бутылка, и мы решили, что будет уместно ее выпить. Флер, минуту назад смеявшаяся вместе с Николь, сейчас уже горько плакала. — Седрик умер… — сквозь слезы говорила она. — Мы должны помочь Флер добраться до кареты, — вполголоса сказал брату Фред. Джордж решительно подошел к француженке и присел рядом на корточки. — Я знаю, Флер, — осторожно приобнял ее и попытался поднять. — Давай я помогу тебе идти спать, — предложил он, заглядывая ей в лицо. Флер размазала слезы по щекам и взглянула на Джорджа мутными глазами. Потом неожиданно глупо хихикнула. — А ты чем-то похож на бгата, — сказала она, стараясь очаровательно улыбнуться. Джордж не удержался, и из груди его послышался сдавленный смех. — Да она не Фреда имеет ввиду! — тоже хохотнула Николь. — А Билла! — Ладно, пойдемте, — Фред взял за руку Николь. Идти по лесу с двумя девушками, осилившими большую бутылку огневиски, было не просто. Их настроение менялось каждую секунду. Они то останавливались и обижались на братьев за то, что они ведут себя с ними как с детьми, то хотели вернуться к озеру «прощаться и гулять», то хохотали как ненормальные над совершенно не смешными вещами. Когда они, наконец, оказались около кареты, девушки долго обнимались, расцеловывали друг друга, а Фред и Джордж нетерпеливо топтались рядом. — Ну, мы не пгощаемся! — твердо сказала Флер, нахмурив брови. — Я увегена, что у меня все получится! — Очень на это надеюсь, — Николь уже всхлипывала от подкативших слез. — Я теперь не смогу без тебя! — А я без тебя! — вновь скуксилась Флер, и девушки в очередной раз обнялись, плача друг другу в плечо. Фред поднял глаза к небу. Наконец, Флер скрылась в карете, и братья смогли направить Николь к замку. В какой-то момент девушка оступилась на камне и в тот же самый момент упала бы, если бы ее не подхватил Джордж. Оказавшись в его руках, Николь оглядела его лицо и нежно улыбнулась. — Джордж, мой милый, любимый Джордж… — проговорила она, положив ладошку на его щеку. — Ты такой хороший, я так хочу, чтобы у нас все было как прежде… Николь неловко прижалась к нему и, обхватив лицо двумя руками, поцеловала одними губами. Неожиданно резко оторвалась от него, и, обернувшись, направилась к Фреду, который хмуро наблюдал за представившейся его взору картиной. — Фред, — она положила руки ему на плечи. — Ты такой красивый… И такой горячий… Николь обворожительно улыбнулась ему и, встав на носочки, потянулась, вероятно, тоже для поцелуя, но не удержалась на ногах и навалилась на него корпусом. Фреду пришлось подхватить ее, и тогда она поймала его губы. — И знаете, что, мои любимые мальчики, — отойдя от Фреда, торжественно проговорила Николь. — Я не буду никого из вас выбирать! Фред и Джордж смотрели на нее, попутно переглядываясь друг с другом. Николь прошла немного вперед, обернулась и закончила: — Я не могу сделать выбор, не теряя никого из вас… Ее мутные глаза увлажнились, и девушка устремила взгляд в пустоту. Фред смотрел себе под ноги, поморщился, почесал висок и грустно сказал: — У тебя изо рта воняет. — О, да! — хохотнул Джордж. Николь посмотрела на них, прищурилась и через секунду прыснула от смеха. Братья подошли к ней ближе, девушка взяла их за руки и, хохоча и спотыкаясь, побрела к замку.