Не должно сбыться

      Лидия стоит на крыльце дома, слегка поёживаясь от холода, и смотрит на деревню в изножье горы. Люди ещё не начали готовиться к Рождеству, из-за чего близнецы прозвали их глупыми и умотали к себе в комнату устраивать в ней очередной праздничный бардак. Вест не решилась их останавливать, не боясь, что с комнатой может случиться что-то очень ужасное, кроме кучи рождественской мишуры и гирлянд, которые парни купили перед возвращением домой.       До Рождества ещё месяц, но эти двое уже решили разукрасить спальню, чтобы праздничное настроение скорее вернулось. Билл вызвался помочь, и теперь Лидия точно не боится за спальню, потому что старший Уизли хоть чуточку, но серьёзнее своих младших ненаглядных братцев. Хотя где-то внутри гриффиндорка всё больше становится уверенной, что спальню не узнает.       Дверь на крыльцо скрипит (мистер Уизли пообещал жене смазать петли) и на свежий воздух выходит один из детей рыжей четы. Скорее всего, это Билл, решивший отдохнуть от громкого хохота Фреда и Джорджа, который слышен даже на улице. Удивительно, как маглы ещё не выбежали посмотреть, что за шум творится. Когда же юноша сделал несколько шагов в её сторону, Лидс поняла, что ошиблась. Тем временем волшебник подошёл к ней вплотную и крепко обнял со спины, положив подбородок на плечо.       Стоят они молча, не решаясь нарушить странную тишину. Лидия кутается в кофту сильнее и улыбается уголками губ, когда в деревне слышатся детские голоса. Но взгляд прикован к дому, в котором уже никто не сможет жить. С горы очень хорошо видно сожжённые остатки здания.       Джордж отходит на несколько секунд и накидывает свою куртку на плечи волшебницы, снова обнимая. — Замёрзнешь же, — шепчет девушка, когда Уизли целует её в щеку. — Согреешь, — пожимает плечами парень, — А вообще советую нам обоим вернуться в дом. Ты же не хочешь выслушивать тирады Флёр о том, что парень не должен мёрзнуть из-за глупости его девушки?       Лидия согласно кивает и, вырвавшись их объятий, но взяв за руку Джо, возвращается в дом. У камина сидят Артур и Билл, разговаривающий о чём-то насчёт Министерства, а Молли на кухне выслушивает рассказ Флёр о том, что Лидс неподобающе себя ведёт. Виновница разговора, услышав своё имя, повесила куртку на вешалку, сняла ботинки и прошла на кухню, продолжая держать Джорджа за руку.       Флёр теперь пытается поставить Молли против Вест, миленько. Вот только Флегма не знает, что Молли вообще не слушает её, стараясь сконцентрироваться на чистке картошки. Даже палочку отложила, чтобы занять руки, а не то возьмёт и запульнёт что-нибудь во вторую невестку. — Флёр, ты не могла бы повторить, что только что говорила миссис Уизли? — мило улыбнувшись, просит Лидия.       Делакур выглядит растерянно. — Флёр, я тебя прошу, хватит про меня гадости говорить, — продолжает Вест спокойным тоном, — Я просто встречаюсь с Джорджем, как ты с Биллом, что в этом такого? Между прочим, вы тоже целуетесь на людях, но ты что-то не против этого.       Джордж сжимает губы в тонкую полоску, чтобы не рассмеяться. В последнее время Лидия очень сильно изменилась и это точно идёт ей на пользу. Хотя бы кошмары по ночам перестали мучить и Джо не рискует свалиться с кровати в попытке успокоить девушку. — Мы с Биллом д’гугое дело, — протестует Флегма. Молли с сожалением посмотрела на Вест, — Мы ста’гше. — Дело в возрасте? Ты серьёзно? — подаёт голос Джордж.       Лидия хихикнула. Старше, значит. Так почему же Делакур не приспособлена к бытовым проблемам? Ведь каждый взрослый должен уметь заниматься бытом, но нет, Флёр не такая, пусть и старше. Ей подавай переделку декора и нравоучение других. — Билл, твоя девушка с ума сошла! — восклицает Джо, из-за чего получает подзатыльник от Лидс, — Я же правду сказал! — Флёр, не нужно ставить миссис Уизли и других против меня, — выдыхает Вест, прикрыв глаза, — Но если я ещё раз услышу, что ты на меня жалуешься, Билл тебя не спасёт.       Именно в этот момент с лестницы послышался громкий крик, а после на пол полетел, запутавшись в ногах (вот же дылда), Фред. Вест приподняла бровь и переглянулась с Джорджем, который не смог сдержаться и теперь смеётся. Фредерик быстро поднялся и отряхнулся, сделав вид, что ничего плохого не случилось. — Ноги не держат? — осведомляется Лидия, сложив руки на груди.       Флёр наигранно тяжело вздыхает и уходит на верхние этажи, поняв, что ничего толкового из её затеи не выйдет. Лидс мило улыбнулась ей. Рано или поздно она не выдержит и выскажет всё Делакур и ей будет плевать, что потом о ней подумает Билл или кто-то другой. Француженка просто до сих пор верит в статьи Скитер о родстве с Гарри, любви к знаменитостям и др.       Фред проводил девушку задумчивым взглядом, после подошёл к нашей парочке и приподнял брови, взглядом спрашивая, что случилось. Лидс отмахнулась, мол, не обращай внимания и собрала волосы в хвост, туго завязывая их резинкой.       Даже несмотря на их с Флёр пререкания, в доме Уизли всё равно уютно и тепло, как в детстве, когда ребята испортили очередное письмо от Перси какой-то девушке. Или когда прятались под столом, пока миссис Уизли готовила что-нибудь вкусненькое, чтобы улучить момент и забрать парочку сладостей. Лидия опускает руки, осматривает кухню, гостиную, и понимает, что ни черта не изменилось с тех пор в этом доме.       Джордж подходит к столу и забирает из миски несколько конфет, которые он же с ребятами и купил перед возвращением домой. В голове мелькнула мысль, что можно предложить матери помощь, но потом он видит, как Молли берёт в руки волшебную палочку, и смеётся тихо. — Я закончил комнату разукрашивать, — произносит Фред, выхватив из рук брата конфету, — Была б она побольше, можно было бы и вечеринку устроить. — Тебе бы только повеселиться, — улыбается Лидия, облокотившись спиной о стену.       Или всё же что-то изменилось? Не в мире, а в самом доме, этом маленьком мирке безудержного счастья. — Ты такая же, нечего на меня бочку катить! — возмущается старший близнец, заставляя даже Билла, увлечённого разговором с отцом, засмеяться.       Они выросли. Больше нет той Лидии, которая обещалась убить лучших друзей; нет Фреда и Джорджа, которые только и делали, что обливали подругу какой-нибудь вонючей жидкостью.       Лидия выжидает, когда её парень доест конфету, отходит от стены и просто запрыгивает на Джо сверху, крепко хватаясь за шею. Конфеты выпадают из рук на пол от неожиданности, но Уизли как-то не печалится по этому поводу, лишь подхватывает волшебницу покрепче и поворачивается к брату. — Решила юность вспомнить, старушка? — подмигивает Фред.       У парней нет той худощавости, что была раньше, и теперь почти каждый парень может позавидовать их телосложению. А Лидия стала красавицей с длинными тёмными волосами и серыми глазами, способной влюбить в себя только засмеявшись. — А ты и не пытаешься, раз к Анджелине не ходишь, — улыбается Лидия.       Молли оборачивается, чтобы что-то сказать мужу, и застывает, наблюдая за своими детьми. — Да я в полном расцвете сил! — начинает возмущаться Фредерик. — Да кому ты заливаешь! — вступает в перебранку Джордж, поудобнее подхватывая Лидс.       Они изменились внутренне, душевно. Лидия не злится попросту, парни не шутят в своё удовольствие.       Лидия сцепляет свои руки в замок и наклоняет голову, чтобы поцеловать Джи в щеку, но тот быстро реагирует и подставляет не щеку, а губы. Фред как-то интересовался, удобно ли так целоваться, с вывернутой шеей, за что получил удар подушкой. Раньше бы Лидс стыдилась целоваться при родных, но сейчас они действительно во многом изменились, и единственное, чего она до сих пор стыдится на людях, — это когда Джордж чуть ли не в открытую намекает, что хочет её. Благо, случается это редко. — А вас вообще не слышно! — высказывает Фред. И начинает громко смеяться вместе с близнецом и невесткой.       Билл прекращает разговор, повернувшись к братьям. — Иди ты, — смеётся Лидс, спрятав лицо в шее Джо.

***

      Лидия слушает, как потрескивает огонь в камине, и не замечает Джорджа, севшего ей в ноги. Многие уже ушли спать, желая встретить завтрашний день поскорее, и на первом этаже только они сидят и не хотят хотя бы вздремнуть. Так проходит почти каждый вечер, за исключением субботы, когда никому на следующий день не нужно идти на работу.       Джордж кладёт ладонь на голень девушки, ведёт вверх, к икрам, коленке, и там останавливается. Он надеется привлечь внимание волшебницы, чтобы она наконец заметила его, но ничего не получается. Лидия лишь вздрагивает, как от дуновения холодка, и продолжает наблюдать за огнём.       Джорджу нравится наблюдать в такие моменты за своей девушкой. Она такая спокойная, умиротворённая… Она не пытается сбежать в центр битвы, а просто сидит и занимается своими делами. В такие моменты чувствуется уют и спокойствие, которого так не хватает днём с этой большой семейкой, к которой он относится. Парень пододвигается ближе, укладывая ноги Вест к себе на колени, и накидывает сверху плед. — Джорджи?       Рыжий улыбается, едва сдерживаясь от смешка, и согласно кивает. — Ты почему не спишь?       Немного подумав, Уизли наклоняется к ней и оставляет на губах сладкий поцелуй, после чего прижимается лбом к её. — Люблю наблюдать, как ты меня не замечаешь из-за огня, — выдыхает, прикрыв глаза. — Ты просто подкрался тихо, — парирует и пытается объясниться Блэк, но тот лишь нашаривает в полутьме её руку и переплетает пальцы.       На шестом курсе, помнится, когда они только начали встречаться, Джордж удивлялся, как она могла полюбить такого, как он. Разгильдяй, из-за которого Лидс вечно попадала в неприятности, любящий шутки, доводящие иногда до чуть ли не летального исхода… Но потом увидел, как гриффиндорка смотрит на него, как смеётся, когда шутка их удавалась, как мило краснела, когда он целовал её на людях, и просто отбросил дурацкие мысли. — А я ничего против не имею, что ты меня не замечаешь.       Лидия усаживается поудобнее, съезжает чуть пониже, и Джорджу уже неудобно склоняться. Он смеётся и откидывается назад, на спинку дивана. — Ты помнишь, какими мы были? — интересуется Вест, взяв его ладонь и начав играться с пальцами. Как это делает новорожденный ребёнок с рукой родителя. — Когда? — На первых курсах, — отвечает девушка, переведя взгляд с пальцев на лицо рыжего, — Мы не знали, что такое наказание. Просто шутили над другими и радовались. — Особенно ты, — усмехается Джо, — Я помню, в день Распределения мы с Фредом шли перед тобой… — Как вы меня не узнали на платформе? — прерывает его Лидс.       Джордж задумывается. Помнится, тогда они с Фредом обсуждали возможность написать подруге письмо, в котором нужно было объяснить их отъезд настоящей причиной. И когда какая-то девчонка захотела пройти сквозь стену перед ними, у парней даже мысль не появилась, что голос незнакомки очень похож на тот, который летом приказывал им спуститься с дерева и перестать кидать яблоки в Перси. — Мы были опечалены, что ничего тебе не рассказали и так и уехали. — А я пыталась удержаться от смеха. У вас такие лица были! — улыбается, а затем хихикает, волшебница. — Мы услышали твою фамилию, — продолжает Джордж, склонив голову набок, — Как раз обсуждали с Ли, как правильно сообщить тебе, что мы волшебники. И услышали «Лидия Вест». Фред сказал, что это скорее всего другая Лидия, но потом увидели тебя на этой табуретке…       Лидия снова хихикает. В памяти всплыл тот момент так, будто он был вчера. — Я был рад, что ты оказалась волшебницей, — честно признаёт Джордж, — Фред тоже, конечно, но я сильнее. И мы поклялись продолжить дружбу даже если ты попадёшь на Слизерин.       Даже в свете огня видно, как гриффиндорка покраснела. Никто ещё на её памяти не хотел продолжить дружбу с слизеринцем, даже если до Распределения они были лучшими друзьями. Видимо, уже тогда их крепкой дружбе было положено начало?       Они сидят после тихо, наблюдая за огнём. Лидия вспоминает рассказ Ремуса, что тот видел Сириуса — живого — и старается внушить себе, что Рем видел совершенно другого человека, просто очень похожего на их старика. Ведь в больнице ей тоже Сириус померещился, так ведь?       Через какое-то время Лидия меняет позу, облокотившись на Джорджа спиной и свесив ноги с подлокотника дивана, и засыпает с мыслью, что всё же они все изменились.       Ведь, если бы ничего не изменилось, тогда бы Лидия Вест оставалась Лидией Вест, а не дочерью Сириуса Блэка и невестой Джорджа Уизли? И, конечно же, тогда эти двое не встречались, а продолжали крепко дружить.