their super sweet 16.

Окей, не так стрёмно было на физкультуре уступить в скорости этому пронырливому Бёну. Гораздо хуже было уже больше недели терпеть его подъёбы по поводу и без. С того самого дня, когда они ушли из раздевалки вместе. Последние три дня эти подъёбы были невыносимее всего. Потому что… Но учитель Нам! – кажется, Чанёль в прошлой жизни кого-то сильно и долго обижал, иначе никак не объяснить то, почему их обычно милая и добродушная классная руководительница внезапно заартачилась и отказалась засчитывать тренировки Пака как уважительную причину пропуска уроков математики. - Никаких «но», Чанёль. Ты три года уже успешно пропускаешь мои уроки, сделай хоть раз что-то полезное, - относительно молодая женщина аккуратно двумя пальцами поправила сползшие с носа очки и приподняла брови, глядя безразличным взглядом на покрасневшего от негодования ученика. Весь класс, который ещё две минуты назад безостановочно хихикал после выставления учителем условия, теперь уже молчал, чувствуя, что скоро терпение Чанёля кончится. - Почему именно я? Я Вам дорогу перешёл? – парень закусил губу, чтобы не сказануть лишнего. - Нет, тут никаких личных причин нет. Ты пропускаешь мои уроки, я, будучи классным руководителем, имею право потребовать от тебя отработать их. Отработка будет заключаться в этом. Из вашего класса никто не вызвался, поэтому отправляю тебя, - учительница секунд десять гипнотизировала взглядом Пака, ожидая возражений, которые так и не последовали. – Отлично. Обсуждение окончено, после уроков тебя будут ждать в сто первом кабинете. Я их уже предупредила, так что не пробуй сбежать. Иначе тебя ждёт беседа с директором. Чанёль кинул на отвернувшуюся учительницу злой взгляд из-под чёлки и уткнулся в тетрадь, начиная записывать условие задачи. … Потому что как раз два дня назад учитель Нам отправила его на конкурс, проводимый среди парней старших классов. Соревноваться Чанёль любил. Но не за звание самого красивого «трансвестита», как это называли обречённые школьники, и не будучи одетым в юбку и девичью майку, которая (он был уверен) просто порвётся на нём, как только он глубоко вдохнёт, и тогда рейтинг «конкурса красоты» резко возрастёт и мероприятие превратится во что-то типа «мистер плейгёрл» (если так можно назвать парня в юбке и с голым торсом). Впрочем, вариант с порвавшейся юбкой он тоже рассматривал и содрогался. Пока Бэкхён, которому про это рассказали его вездесущие одноклассники, не прибежал злорадствовать. Он-то как раз, услышав опасения Чанёля, оценивающе оглядел его и сказал что-то типа: «Не льсти себе, с твоей плоской задницы юбка просто свалится, и уж точно не порвётся». Задетый за мужскую гордость отсутствием поддержки и критикой своей пятой точки Чанёль обиженно буркнул, что один хрен, даже если она свалится, дела это не поменяет и ему придётся светить своим нижним бельём. На этом моменте поддержка закончилась от слова «совсем» и недовольный Пак, не дожидаясь звонка, молча пошёл в кабинет, показав напоследок смеющемуся Бёну средний палец. *** Настал «этот день», старшие классы освободили от уроков в честь такого знаменательного события, и вот Чанёль уже больше часа сидел в импровизированной «гримёрке», меланхолично разглядывая кривоватые ноги, брить которые он отказался даже под страхом смерти (чем расстроил тройку девочек-старшеклассниц, которые пообещали сделать из него «конфетку»). Собственно, у каждого конкурсанта была своеобразная «команда поддержки», которая не то что бы поддерживала, а просто помогала парням, которые в жизни не держали кисточку для туши и блеск для губ, привести себя в божеский вид, чтобы жюри (состоящее, кстати, наполовину всё из тех же старшеклассниц, а наполовину – из парней, которые в числе первых успели записаться в добровольцы, чтобы их точно не заставили участвовать). Мелькнула тоскливая мысль, что в одиннадцатом классе надо будет сразу заявиться членом жюри, чтобы никакая учитель Нам не унизила его ещё и через год. За ширмой (именно они и отделяли конкурсантов друг от друга) послышалось кокетливое хихиканье и, кажется, что-то типа «ой, а если он в трусах» и «а ты мечтаешь, чтобы без трусов был?» Чанёль обречённо вздохнул, не отрывая взгляда от своих ног, выше колен скрытых шортами, и поднял взгляд на девушек, которые дружно засунули в недокабинку головы (и сами остались снаружи, видимо, думали, что так меньше смутят голого Пака). Пак оказался вполне себе одетым, и девчонки (одна из них с трудом скрыла сожаление на лице и тяжёлый вздох) одна за другой прошмыгнули внутрь, тут же оглушая Чанёля своими разговорами и смехом. Он молча позволил себя накрасить (правда, каждую секунду казалось, что ему вот-вот выткнут глаз кисточкой для подводки) и что-то сделать со своими волосами (вроде, довольные девицы даже умудрились приколоть ему какие-то хвостики). Не желая смотреть в зеркало, хмурый Пак кинул взгляд на часы и, осознав, что осталось чуть больше сорока минут до начала, в спешке начал выпихивать недовольно фыркающих девушек вон, чтобы спокойно переодеться. Напоследок всё же получил своё «Оппа, мы болеем за тебя, удачи!» и кивнул, не утруждая себя благодарностью. На удивление, кофта оказалась вполне приличной (либо его услышали небеса, либо главная из трёх девиц, которая и продумывала образ) и не грозила порваться при малейшем вздохе. А вот юбка лишь чудом прикрывала задницу (кажется, рассчитана она на 165 роста максимум), напрягая и без того нервного Чанёля. Кое-как стянув её пониже («Видела бы меня мама, какой срам»), парень уселся на стул и взял в руки чёрный гольф. Помолившись, чтобы хотя бы гольфы не оказались короткими и не были больше похожи на растянутые носки, начал натягивать первый, беззастенчиво закинув правую ногу лодыжкой на левое бедро. Занавеска резко распахнулась, являя взору перепуганного от неожиданности Чанёля сияющего Бэкхёна. Тот быстро проскочил внутрь и снова задёрнул тряпку, тут же плюхаясь на свободный стул. - Боги мои, детка, ты такая горячая, - Бэкхён заигрывающе приподнял бровь, пытаясь не засмеяться со скептического выражения лица замершего Чанёля. Всё же не выдержал и откровенно заржал. А Чанёль тихо пробурчал какие-то проклятья и заткнулся, продолжая натягивать чёртов гольф. - Негоже такой прекрасной девушке так грязно ругаться, - Бён негодующе цокнул и погрозил пальцем. Смеющийся взгляд опустился ниже. – И тем более негоже так ноги раздвигать. Особенно, когда под короткой юбкой надеты мужские боксеры. Чанёль, наконец справившись с гольфом (который всё же натянулся выше колена) кинул взгляд вниз, смотря на чёрное бельё так, будто впервые его видел. - Ну, не стринги же мне надевать, - парень фыркнул и взял в руки второй гольф, меняя ноги местами. - Тебе было бы круто, - Бэкхён пошло провёл языком за щекой и снова взорвался смехом с перекошенного лица Чанёля. - Фу, блять, Бён, прекрати. - Это ты прекрати тянуть время, полчаса уже возишься с гольфами, - отсмеявшись, изрёк Бэкхён. – Надевай быстро и вставай, мало времени осталось, будем в приличный вид тебя приводить. Чанёль спустя пару секунд встал (еще десяток секунд ушёл на обувание сандалий с плоской подошвой), задаваясь вопросом, неужели уже пора идти? И, конечно, начиная паниковать. Из мыслей вырвал Бэкхён, который беззастенчиво задрал чужую юбку, заставляя Чанёля рефлекторно дёрнуться и ударить его по рукам. - Ты чего творишь?! - Совсем дурной, иди сюда, - Бэкхён закатил глаза, потирая ушибленную руку. – У тебя юбка красная, а трусы чёрные. Подогни хоть их, что ли. Недовольный Пак буркнул, что он мог бы и сам, что и продемонстрировал, скатав нижние края боксеров в какие-то непонятные конструкции. - Совсем безрукий, блять, - Бэкхён в очередной раз закатил глаза, моля богов о терпении, и протянул руки, - подержи юбку и не дёргайся, я тебя девственности не лишаю тут. Так и хотелось в ответ сказать что-то колкое, но слова застряли в глотке, когда холодные пальцы осторожно коснулись бёдер, расправляя ткань обратно и затем начиная старательно её сворачивать так, чтобы было не особо заметно, что там вообще бельё не в тему по цвету и фасону. Щекотные ощущения длились, казалось Чанёлю, вечность. Затем Бэкхён разгладил свёрнутую ткань и не сдержал смешок, отходя на пару шагов. - Ты так напрягся, будто я тебя действительно чести лишаю. Юбку-то опусти. Пак, поняв, что действительно уже с полминуты стоит просто так, задрав юбку, торопливо опустил её, разглаживая непослушными руками. Затем прочистил горло и подошёл к большому зеркалу. - Всё, иди, мне скоро выходить. - Ну уж нет, - Бэкхён снова плюхнулся на стул. – Тут такая леди, высокая, со стройными ногами, которые в этих гольфах так и напрашиваются на плечи… - Прекрати вести себя, как брутал, я уверен, ты в жизни ничьи ноги на плечи себе не закидывал, - Чанёль проигнорировал откровенную провокацию (точнее, тупые шутки, к которым он привык за время общения с Бэкхёном) и решил сам пойти в наступление. Бён обиженно фыркнул и только успел открыть рот, собираясь выдать новую шуточку, как в недокабинку влетела одиннадцатиклассница, являющаяся организатором конкурса. Не успел Чанёль возмутиться, мол, а вдруг я тут голый, как она ошарашила его потоком слов. - Чанёль, это кошмар, у нас такой форс-мажор, ты не представляешь, мы не знаем, что делать, у нас вся программа слетает, а тут ведь будет директор, прикроет нашу лавочку, и всё пропало, я… - на глаза ей попался Бэкхён, который так и замер с открытым ртом. – Так, Бён, ты сейчас спасёшь меня и вообще всех. Бэкхён осторожно закрыл рот и вопросительно глянул на девушку, которая, кажется, снова вдохновилась. Не получив возражений (хотя, она бы их не приняла), старшеклассница продолжила: - У нас заболел участник, это смещение всей программы, да и буклеты перепечатывать. - А я тут причём? – Бэкхён, почувствовав, что запахло жареным, встал и сделал шаг к выходу, однако, был остановлен твёрдой рукой девушки. - Бегом в соседнюю кабинку, переодевайся, девочки там, они тебя накрасят быстро, будешь сиять. И даже не смей ослушаться меня, понял? – получив неуверенный кивок от ошарашенного Бёна, девушка очаровательно улыбнулась и выбежала за ширму. Бэкхён перевёл взгляд а-ля «что это, сука, было?» на Чанёля, который согнулся в приступе смеха, едва ли не задыхаясь, и был, если честно, слабо похож на леди, пока ржал так, что почти можно было разглядеть его пищевод (по мнению самого Бэкхёна, который тут же злобно пнул его по ноге). *** В итоге парни с одинаковым количеством баллов разделили почётное второе место, уступив однокласснику Бэкхёна Чонину, который так вжился в роль, что на награждении со сцены подмигивал всем парням, чей взгляд мог поймать. А развеселившийся Чанёль (ещё бы, не пришлось одному страдать, Бён вон тоже получил своё) тем временем старательно смешил Бэкхёна, который стоял рядом и за счёт высокой платформы (с которой он чудом не упал ни разу) был ростом почти с него. А вечером того же дня в инстаграме Бэка появилось их первое общее с Чанёлем селфи со сцены, где Пак обнимал его за шею и счастливо улыбался.