their super sweet 16.

— Пак! Хорош уже девчонкам глазки строить, зазеваешься и мяч упустишь! — надрывался физрук, который уже начинал краснеть от прикладываемых усилий в попытках заставить Чанёля отвести взгляд от трибун. Ну действительно, матч по баскетболу в самом разгаре, а один из игроков, на чьих плечах держится вся надежда на победу, бессовестно крутит головой вместо того, чтобы смотреть на мяч. Вздрогнув, Чанёль перевёл более осмысленный взгляд на игроков другой команды. Нужно приложить максимум усилий, не дав им обогнать свою команду по очкам, а с внезапной пропажей с трибун Бэкхёна, который чуть ли не клялся весь матч глаз не сводить со своего парня, он потом разберётся.

***

Мышцы приятно расслаблялись под струями воды. Матч, где команда Чанёля одержала победу с небольшим перевесом, закончился уже больше часа назад, а до душа удалось дойти только сейчас — слишком много было желающих сделать фото (на это Чанёль только фыркал — никогда не мог понять девчонок, которые выстраивались в очереди, чтобы сделать фото с кучей потных и уставших парней, только вышедших с площадки). Бэкхён по-прежнему не появился, но ощущение липкого пота и грязи на теле вынудили воспользоваться душем, примыкающим к раздевалке. В груди начинала разгораться обида. Нет, он уже взрослый парень, конечно, целых шестнадцать лет, но! Поведение Бэкхёна всё равно задело. Мог бы хотя бы предупредить или как-то сообщить о том, что ему нужно будет уйти. А ещё лучше было бы остаться. Чанёль пропустил прошлый матч из-за незначительной травмы, и сегодняшний был вдвойне важен. И хотелось, чтобы Бэкхён его посмотрел от начала до конца. К моменту, когда пальцы повернули кран с водой, выключая её, обида уже не просто тлела, а грозилась начать полыхать. Обтёршись полотенцем, Чанёль натянул бельё и вышел к шкафчикам, вытаскивая из своего футболку. Телефон, лежавший под ней, светился новым оповещением. Быстро разблокировать экран, Чанёль обиженно фыркнул. Новое сообщение от Бэкхёна, пришедшее всего минут десять назад, одновременно вызывало и желание прочитать его, и желание сделать вид, что ничего не видел, а открыть его и ответить через пару часов. Первое оказалось сильнее. Хённи: Ёль-а, у меня так встал от того, насколько ты горячий, когда играешь, что пришлось под шумок уйти. Твой дом оказался ближе, а Юра любезно впустила меня. ;) Кстати, ты всё ещё должен мне минет. Громко фыркнув от чужой наглости и того, как наверняка алели уши Бэкхёна, пока он писал в смс эту пошлость, Чанёль не смог всё же проигнорировать побежавшие по коже мурашки. Если он ничего не путает, то родителей дома не должно быть, а уж присутствие Юры не смутит Бэкхёна. Набрав чужой номер, Чанёль приложил трубку к уху, пытаясь одной рукой натянуть шорты. Видимо, Бэкхён ждал звонка, слишком уж быстро он ответил на него. — М-м? — Бэкхён, ты охренел? — Что такое? — довольный голос Бёна нервировал ещё больше. — Во-первых, ты ушёл с моего матча. Во-вторых, пошёл ко мне домой и стоял перед моей сестрой со стояком в штанах. И в-третьих, — Чанёль огляделся и понизил громкость голоса, — никакого тебе минета за такое поведение. — Ну-у, — жалобно протянул Бэкхён. На заднем плане раздался приглушённый шум. — Ты что там делаешь? — подозрительно прищурился Пак, замерев. — Разбираю в твоём столе любовные записки от девчонок, — будничным тоном произнёс парень. — Какого хрена ты их хранишь? — Бэкхён, ты отхватишь. Прекрати шариться в моих вещах, — пришлось включить громкую связь, чтобы нормально одеться. Зато дело пошло гораздо быстрее. — Ты не ответил на вопрос, — по игривому тону было слышно, что Бэкхён не злится. Но и так просто не отстанет. — Сейчас я приду домой, и всё узнаешь, — Чанёль сбросил вызов и схватил сумку с вещами, глубоко вдыхая и выдыхая. Иногда Бэкхён был до невозможности раздражающим.

***

Дома царила подозрительная тишина. Не, понятно — родителей нет. Но почему-то не было никакой громкой музыки, которую обычно в отсутствие родителей слушает сестра, и не слышно Бэкхёна. Понадеявшись, что за прошедшие со звонка Бэкхёну двадцать минут тот не выбесил Юру до того, что она его убила и пытается сейчас тихо спрятать труп, Чанёль стянул старые кеды с ног и пошёл в сторону своей комнаты. Почему-то казалось, что притихший Бэкхён наверняка делает что-то нехорошее. Например, снова шарится в его вещах. Или смотрит какое-нибудь аниме для взрослых (не то что бы Чанёль его ловил на этом, но кто из подростков такое не делает?), а может, читает неприличные комиксы с телефона. В любом случае, целью жизни на ближайшие несколько минут стало поймать его на этом, чтобы позлорадствовать над смущённым парнем. Дверь в комнату была плотно прикрыта. Досчитав в уме до трёх, Чанёль резко её толкнул и заскочил в комнату. — Попался! … и тут же захлопнул за собой дверь, защёлкивая замок. — Блять, Бэкхён. А если бы зашла Юра? Или родители вернулись? Бэкхён обнаружился на кровати Чанёля. Одетый, но с бессовестно задранной выше футболкой, с любопытством исследующий проворными пальцами собственный левый сосок. Появление Чанёля не отвлекло его от слова «совсем». — Твоя сестра любезно сказала, что родителей нет. И до вечера не будет. А сама она примерно полчаса назад свалила к своему парню. Ещё вопросы? — на пару мгновений Бэкхён поднял взгляд на паникующего Пака, а затем вернулся к своему занятию, невольно притягивая взгляд Чанёля. Опомнившись, тот в несколько шагов дошёл до кровати и одёрнул чужую футболку, прикрывая уже раздразненные соски. — Хватит самоудовлетворяться на моей кровати, — проворчал смущённый Чанёль. — Больше на твоей кровати меня никто не удовлетворяет, приходится самому, — Бэкхён улыбнулся, довольный собой и собственной шуткой, но тут же громко ойкнул, потирая лоб, пострадавший от руки Пака. — Когда ты стал таким пошлым? — Чанёль скептически выгнул бровь. — Вроде раньше таким не был. — Раньше у меня не было красавчика-парня. Готовое вырваться «Справедливо» пришлось задавить. Бэкхён и так постоянно подкалывает самолюбие Чанёля, не нужно давать ему лишних поводов. Отвлёкшегося на размышления Пака внезапно утянули в лежачее положение. Сверху навис Бэкхён, не прячущий пляшущие в глазах огоньки. — Ты красивый, Чанёл-и. Почувствовав, как щёки заливает румянец, Чанёль выдохнул и прикрыл глаза. Нет, он и сам в курсе насчёт своей внешней привлекательности, но Бэкхён настолько редко показывает свою нежную и рассыпающуюся в комплиментах сторону, что к этому нельзя привыкнуть. Только и остаётся смущаться каждый раз. Вместо ответа притянул к себе парня, надавив ладонью на его затылок. И через секунду почувствовал мягкие губы на своих. Спокойное настроение Бэкхёна проявилось даже тут — вместо привычной жадности поцелуй был полон нежности. Чанёль так же аккуратно прихватывал чужие губы, чувствуя, как Бён улыбается в поцелуй. Бэкхён сдавленно выдохнул, когда резко оказался на спине — Чанёль поменял их положение в пространстве, наваливаясь сверху и перемещаясь губами ниже, на смуглую шею. Лежащему под ним парню оставалось только беззвучно открывать рот, жмурясь, когда кожу легонько и почти неощутимо царапали чужие зубы. В попытке добиться стона вслух Чанёль втянул кожу, наверняка оставляя яркий засос — это сработало, стон получился тихий, как будто Бэкхён боялся, что кто-то может услышать. Но он прозвучал, и это заставило Чанёля приняться с новыми силами ласкать своего парня, который бессильно ёрзал под ним, покрываясь мурашками от возбуждения. Спустившись ещё ниже, Чанёль задрал чужую футболку, которую совсем недавно сам поправлял и прикрывал ею оголённый живот. Теперь же этот самый живот, напрягающийся от его горячего дыхания, находился буквально в десяти сантиметрах от его собственного лица. И это невероятно огромное расстояние просто требовало его сократить. Прижавшись губами к горячей коже, Чанёль замер и через пару секунд почувствовал в волосах дрожащие руки, просящие продолжения. Бэкхён едва ли не задыхался — подростковому организму хватило и этого, чтобы возбудиться до невозможности. Но стоило почувствовать, как пальцы Чанёля пытаются справиться с ширинкой, и Бэкхён тут же в панике попытался оттянуть его за волосы от себя. — Ёл-и, я же пошутил, — а красные щёки и блестящие глаза так и требовали продолжения. — А я — нет. Получай, пока у меня хватает решимости и желания сделать это, — смущённо проворчал Пак, деланно сосредоточенно дёргая замок чужих брюк. — Пиздец, — выдохнул Бэкхён, ложась обратно на спину. Под нетерпеливыми руками пришлось поднять с постели задницу, позволяя стянуть брюки и бельё. И осознание того, что лицо Чанёля находится прямо там, где надо и где скоро будет приятно, снова чуть не заставило попытаться остановить Пака. — Блин, Чанёль, это как-то… — но ощущение горячего дыхания на чувствительной коже помешало закончить мысль. Чанёль же, набравшись смелости, обхватил ствол пальцами (ну, чего смущаться, он ведь этот член в руках уже кучу раз держал) и двинул сжатой ладонью к основанию, оголяя от складки кожи головку. Затем замер, будто размышляя, и когда Бэкхён уже готов был снова попытаться уползти, невесомо коснулся губами влажной от естественной смазки плоти. Бэкхён рефлекторно дёрнул бёдрами навстречу, проезжаясь членом по чужой щеке, и засмущался ещё больше (хотя, казалось, куда ещё больше). — Прости! Я… — тут же попытался сесть, но Чанёль лизнул головку, выбивая этим действием всё желание спорить. Бэкхён коротко проскулил и сжал кулаки, не зная, куда девать руки. — Как-то странно по ощущениям. Но твоя реакция радует, я как бы впервые в жизни пытаюсь сделать минет, и это наверняка будет ужасно, — фыркнул Чанёль, затем снова проходясь языком, но только уже по всему стволу. — Можешь положить руки мне на голову, но только если не будешь пытаться поиметь меня в рот так, что я задохнусь. Бэкхён схватился за идею, как за спасительную соломинку, аккуратно зарываясь пальцами в густые волосы. Пак прикрыл глаза, наслаждаясь ласковыми прикосновениями к затылку. — Ну, знаешь, мне никогда минет не делали, так что в твоём исполнении пока что самый лучший в моей жизни. — Кстати, я не знаю, на сколько тебя хватит, поэтому сразу попрошу не кончать мне в рот, — Чанёль коротко рассмеялся, а затем почувствовал ткнувшийся в губы член Бэкхёна, который всеми силами пытался скрыть смущение из-за всей ситуации и чужих слов, но удавалось это не особо. Глубоко вдохнув, Пак снова оттянул кожу с члена вниз и приоткрыл губы, аккуратно обхватывая головку, стараясь не зацепить зубами. Должно быть, это жутко неприятно. Бэкхён напряжённо замер, видимо, терзаемый теми же мыслями, но почти сразу расслабился всем телом, когда член скользнул чуть глубже во рту. Еле слышный стон сорвался с губ, а пальцы сильнее сжались в волосах. Не успев сосредоточиться на собственных ощущениях (влажность и тепло чужого рта грозились довести девственный организм до оргазма, казалось, за десяток секунд), Бэкхён испуганно дёрнул Чанёля за пряди волос, когда тот подавился и закашлялся. — Чанёль! Ты в порядке? — и уже плевать было на собственный стоящий член, на первый план вышел покрасневший Пак со слезящимися глазами. — Да, всё нормально, я просто хотел взять глубже, чтобы тебе было приятнее, — жалобный взгляд не спас от лёгкого подзатыльника. — Придурок. Мне и так было приятно, даже очень, а вдруг ты бы реально задохнулся? Герой нашёлся, впервые член во рту держит и вдруг решил поразить глубоким минетом, — Бён начал беспокоиться. А когда он беспокоится, он злится. Это Чанёль уже сто раз успел уяснить. — Да ерунда, — отмахнулся он, снова наклоняясь к паху Бэкхёна. Но путь преградили чужие руки. — Хрен тебе. Научись сначала делать минет без угрозы собственной жизни, а потом уже отсосёшь мне. — Но Бэкхён-и! Как мне научиться, если я должен тренироваться на тебе, а ты не даёшь этого делать? — до мозга упорно не доходило, где вообще логика? Человеку отсосать предлагают, а он ломается и, более того, запрещает! — Да мне пофиг, — нашёлся Бэкхён, понявший, что сморозил глупость. Надувший губы Чанёль так и пытался заставить капитулировать, но нет уж. — Ну дай мне закончить хотя бы начатое, я не буду брать его в рот, честно. После секундной заминки Бэкхён всё же позволил уложить себя на спину. От испуга даже возбуждение немного прошло, но это быстро исправилось — стоило только Чанёлю прикоснуться снова. Пришлось обойтись дрочкой и языком (иначе бы Бэкхён ему оторвал что-нибудь), но Бёну хватило и этого — уже совсем скоро он выгнулся с коротким стоном, пачкая спермой лицо удивлённо хлопающего глазами Чанёля, который боялся открыть рот, чтобы белесая жидкость с губ не попала туда. Вытерев губы ладонью, Чанёль возмущённо пихнул обмякшего Бэкхёна, лежащего с закрытыми глазами, которого уже не волновала собственная частичная обнажённость. — Ты запачкал мне постель! Что я маме скажу? — Да боже мой, тебе шестнадцать, пятна спермы на твоей постели в этом возрасте — норма, — фыркнул Бэкхён, приоткрыв один глаз. И тут же захохотал с вида лица Чанёля. — А вот пятна спермы на лице — не совсем норма, — и получил новый тычок в ногу.

***

Поняв, что Бэкхён не в силах ничего полезного сделать (кроме как натянуть джинсы), Чанёль сам убрал одеяло с постели, сходил умыться и вернулся обратно, нерешительно жуя губу. — Бэкхён-и? Тот, разморенный оргазмом и находящийся на грани дрёмы, вопросительно промычал. — Тебе хотя бы немного понравилось? Я знаю, что это было ужасно, но… — Эй! — Бэкхён тут же сел, а сонливость будто рукой сняло. — Это было очень круто. Мой член как бы впервые оказался в чьём-то рту, и я очень рад, что это был твой рот. Вот так. — Ты такой романтичный, кошмар, — хмыкнул Чанёль, буквально через долю секунды падая на кровать под весом своего парня. — Но мне понравилось то, как ты смущался и стонал. — Ой, будто ты сам не смущался, — пробурчал Бэкхён. — Между прочим, у меня новые ощущения. — У меня тоже. Не каждый день давишься членом, — попытался пожать плечами Чанёль, укладывая руки на поясницу лежащего сверху парня. — Я даже боюсь представить наш первый секс, — Бэкхён уткнулся лицом в шею Пака. — Думаю, с ним можно повременить.