Последствия задержанных рейсов

Моё возвращение, как его назвал Серый, действительно прошло с так называемым размахом, если конечно пьянку с компанией его друзей, продлившуюся с начала вечера до самого утра, можно было так назвать. Вначале, я почему-то подумал, что сказав: “Мы едем праздновать твоё возвращение” брюнет просто пошутил и приезд на знакомую улицу не вызвал у меня никаких подозрений, но когда Серый вдруг заглушил мотор, вместо того, чтобы усилить подогрев сидения, и вылез из машины, говоря мне выходить и следовать за ним, я слегка насторожился. Как выяснилось уже после, пока я метался от машины к машине, раздумывая, уехать домой, или остаться здесь, на телефон брюнета успела прийти смс-ка, с приглашением присоединиться к гулянке, организованной тем самый чистого вида гопником Лёхой, повод для попойки у которого, в отличие от меня, действительно был. Уйдя от своей компании и барышни на какое-то время под железным предлогом “надо”, этот парень за короткое время накатил непонятно где для храбрости и, вернувшись слегка подшофе, с кольцом и в смокинге, предварительно встав на одно колено, сделал своей девушке предложение, услышав которое все присутствующие, включая ту самую счастливицу Свету, ответили “Да” так громко, что их голос слышала чуть ли не вся улица. Разумеется, сразу после такого громко заявления всеми собравшимися и уже ничего не соображающим женишком, было принято решение закатить такую грандиозную кутёжку, какой ещё ни один двор не видел. Когда Серый рассказывал мне всё это, поднимаясь по ступенькам одного из подъездов своего двора, я, понятное дело, был категорически против моего присутствия на этом мероприятии. Но на мои не совсем убедительные аргументы в пользу “не” брюнет сказал, что моё там присутствие, это его, то самое желание, которое я просто обязан исполнить без каких-либо пререканий. Во всю кутившие друзья Серого, вопреки всем моим опасениям, оказались совсем не против незнакомого человека на их празднике. А по словам невесты, поднёсшей мне первый стакан чего-то с градусом явно выше десяти, она и половины людей в квартире не знала, а вот меня, как ни странно запомнила, и теперь была рада наконец познакомиться. С каждого стакана выпитого мной коктейля за знакомство и здоровье молодых, окружавшие люди начинали казаться мне всё более и более дружелюбными. Я смеялся со всех, казалось бы, совсем не смешных шуток, наотрез отказывался играть в предлагаемую мне бутылочку и то и дело пытался подговорить Серого познакомиться с какой-то довольно привлекательной девушкой, хотя тот почему-то отказывался, а чтобы я не расстраивался по этому поводу, подливал мне в стакан что-то вкусное и очень крепкое. Последнее, что мне удалось запомнить, перед тем как рассудок покинул меня окончательно, это то, как какой-то странный и вусмерть пьяный парень, подговорённый невестой, полез на стол и объявил о том, что тоже хочет замуж. Все смеялись. Дальше была пустота. * * * Разбудила меня, разумеется, не бутылка холодненькой минералки, и даже не половинка таблеточки аспирина, а один только громкий и явно пьяный, как и все его спящие обладатели, храп, захлестнувший своей синхронной, протяжной волной со всех сторон. Мне не совсем сразу удалось понять, что по мимо всех этих прекрасных звуков я ещё и чувствовал гудение в голове, отдававшее тупой болью в висках и прочих, не желающих слушаться конечностях, а налитые свинцом веки всё никак не хотели подниматься, увеличивая во мне желание, попросить кого-либо из храпевших рядом разлепить их с каждой секундой. Спасало одно – непомерно удобная подушка под боком, на которую я пока спал, умудрился закинуть и голову, и уже давно затёкшую руку. Она была вовсе не мягкая, но такая приятно упругая и тёплая, что поелозив немного и устроившись на ней поудобнее, я уж было даже подумал, что сон вновь сморит меня и никакой храп или похмелье не смогут ему помешать, но я ошибся. Спустя всего каких-то пару мгновений после того, как мне удалось улечься в идеальное положение, моя удобная подушка зашевелилась. Почувствовав неладное, я в ту же секунду распахнул сразу оба глаза. Сонливость пропала мгновенно. Прямо рядом со мной, подмяв под себя несколько мягких игрушек, пустую бутылку из-под пива и вывернутый пододеяльник, лежал Серый. Увидев брюнета, я тут же отпрянул в сторону, резко садясь и хватаясь за внезапно заболевшую голову. - Ну, вот кто с бодуна так резко вскакивает? - мой слух, помимо ужасного звона пронзил тихий, знакомый голос. Я обернулся, чтобы проверить, не брежу ли. Проснувшимся действительно оказался Серый, который, в отличие от меня, продолжал лежать и, не спеша подрываться, прикладывал к голове пустую бутылку из под Балтики 7 и маленькую плюшевую уточку. Помимо нас в комнате, где уже было довольно светло, спали ещё около десяти человек: кто под столом, кто на диване, а кто, как например мы, рядом с диваном. Увидев общую картину, я хотел было потереть всё ещё болевшие виски, но вдруг обнаружил, что моя левая рука была занята такой же пустой бутылкой из под пива, как и у брюнета, а на безымянном и среднем пальцах правой руки красовалась надетая на них продолговатая сушка, выведшая меня из строя на некоторое время окончательно. - Что вчера…было? - говорить оказалось ещё труднее, чем думать. В ответ на мои слова со стороны брюнета раздался тихий смех. - Что-о смешного? – вновь спросил я, от чего смех лежачего усилился, чуть ли не до истерического. Так как ржал Серый, по неизвестным мне причинам довольно тихо, никто из спящих в комнате и не подумал попросить его заткнуться и дать поспать. - Ты не помнишь? – наконец, проговорил он, прервавшись. Признаться честно, я действительно не понимал, почему мой вопрос вызвал у него столь бурную реакцию и, рассудив, что говорить об этом бесполезно решил задать другой вопрос. - Почему ты сипишь? – его слегка хрипящий голос не особо волновал меня, но сейчас брюнета нужно было хоть как-то отвлечь. Лежавший перевёл на меня короткий взгляд. - Кричал. - Зачем? Услышав очередной вопрос, Серый залился смехом с удвоенной силой. - За любовь. Я запутался окончательно. Все мысли о вчерашнем замелькали в голове, но я всё никак не мог понять, что именно вчера было не так: смех, никаких бутылочек, девушка, странный парень. - Да ты перестанешь ржать, в конце концов?! Лучше объясни, что за фигня вчера происходила? Что за баранка на моих пальцах? Что за идиот полез на стол?! Сквозь короткие отчаянные смешки, брюнет умудрился продемонстрировать мне свою руку с точно такой же сушкой, как и у меня. Я напряг память и тут же вздрогнул от странной, посетившей меня мысли. - Ты? Образ парня из моих воспоминаний совсем не соответствовал Серому, поэтому я ничуть не удивился, когда он, наконец, начиная понемногу успокаиваться, отрицательно замотал головой. - А кто тогда? – мои глаза стали перемещаться на людей, находившихся в комнате. - Подсказка, - на этот раз голос брюнета прозвучал вполне разборчиво, - у этого человека тоже есть такое “кольцо”. Я подвис на пару секунд, всё же похмелье давало свой эффект, а потом вдруг резко, словно озарённый, вновь посмотрел на свою руку с баранкой на двух пальцах, перевёл взгляд на Серого и неуверенно указал на себя пальцем. - Я? Лежавший рядом со мной уже не смеялся. - Правда, не помнишь? – вид у говорившего продолжал оставаться довольным. – И про то, как шутил не смешные шутки, и сам же с них смеялся? И про бутылочку, в которую настраивал всех поиграть, тоже? Я вздрогнул. Всё это, разумеется, было довольно сложно забыть, но мне совсем не понравилось, как Серый умудрился исказить события. - Всё было совсем не так! – сказав это, я вдруг осознал, что говорю слишком громко и продолжил уже практически шёпотом. - Да, я смеялся с шуток, и да они были не смешными, но я был пьян, мне было можно, и рассказывал их вовсе не я, а кто-то другой! И в бутылочку не я, а мне предлагали играть, но я отказался! Брюнет, лежавший всё это время на спине, вдруг улыбнулся и, перекатившись на живот, опустил голову на руки. - Ещё скажи, что не помнишь пытавшуюся заигрывать со мной девушку? - Помню, конечно! Была она блондинкой, рыжей или шатенкой, мне, разумеется, запомнить не удалось, чего уж говорить о лице, характере и прочих мелочах, но то, что она БЫЛА, я помнил очень хорошо. - Неужели? – тем не менее, на моё уверенное кивание Серый лишь недоверчиво прищурился. – И про то, как мешал ей это сделать, помнишь? Я замотал головой. - Не мешал, а наоборот, пытался вас познакомить! – чужой, подозрительно рассматривавший меня взгляд, убивал мою реальность с каждой секундой. – Почему ты на меня так смотришь? Вместо того чтобы ответить на мой вопрос, брюнет вдруг приподнялся на локтях, подтянул к груди ноги и, развернувшись ко мне спиной, распрямил их, уже в который раз, укладываясь на мои колени. - Беда-а-а. – Протянул он, рассматривая меня с нового ракурса. – Я и не знал, что алкоголь может так сильно искажать память. Я хотел было отодвинуться в сторону, но вдруг вспомнил, про условия моего возвращения, на которые сам же и подписался, и лишь терпеливо выдохнул, откидываясь на позади стоящий диван. - И что же было не так в том, что я сказал? Серый хмыкнул. - Да всё. – Он поелозил, укладываясь поудобнее. – Когда мы только пришли, ты вёл себя слегка зажато. Ходил за мной, смотрел по сторонам, кое-как знакомился со всеми, а вот когда к тебе Света подошла… - брюнет помедлил. – Сначала вы накатили по стакану за знакомство, ты ей сразу понравился, поэтому она, недолго думая, утащила тебя за собой. Потом, стаканов, эдак после пяти ты, наконец, вошёл во вкус всего веселья: пытался рассказывать анекдоты, зазывал всех поиграть с вами то в “арам шим шим”, то в бутылочку. А потом, после всех этих неудачных попыток, ты и невеста куда-то ушли, а когда я, наконец, понял, что вы не просто отошли, а именно пропали, кто-то из присутствующих шепнул мне, будто бы видел вас на балконе. Я пошёл посмотреть, со мной увязались ещё парочка любопытных, в числе которых, кстати, была та самая девушка, пытавшаяся со мной познакомиться. Ты, Света и ещё пол литра открытого виски действительно прятались за полупрозрачной дверью, ведущей на балкон. Из твоих невнятных слов, я кое-как, но всё же умудрился понять, что невеста боится идти замуж и ты её, вроде как, похитил. Убедившись в вашей целости я, как, кстати, пока ещё самый трезвый посетитель всего мероприятия решил, наконец, расслабиться и выпить. Тогда-то ко мне и подошла Карина. Она попыталась заговорить со мной, узнать как дела, как вечер, и спросила бы ещё много чего, если бы в этот самым момент из-за моего плеча не выглянул ты. Ещё только увидев вас со Светой на балконе, я уже тогда понял, что тебя уже мало волновала связь с реальным миром, но когда ты вдруг стал говорить, что-то похожее на “мало парней на вечеринке что ли”, ”иди, гуляй” и “не твоё вот ты и бесишься”, я решил, что тебя пора уводить. Не знаю даже, кто брыкался сильнее ты или новоиспечённая невеста, пока я тащил вас обратно, но стоило только вам коснуться головами этого самого дивана, как вы оба разом затихли. Пока Серый рассказывал мне события вчерашнего вечера, он то и дело улыбался собственным воспоминаниям, а вот мне, как главному герою его рассказа, было совсем не до смеха. - Это всё? Мы заснули? Тогда какого чёрта я проснулся не на диване, а на полу и не со Светой, а рядом с тобой?! Брюнет довольно прикрыл глаза. - Тише-тише, - медленно проговорил он, - не торопи события, это ещё только половина рассказа. – Серый продолжил. - Так вот, когда я уж было подумал, что алкоголь, наконец, сморил вас и пошёл искать Лёху, пьяного в такой же дрыбаган, как практически все гости его вечеринки, получилось так, что на его поиски у меня ушло гораздо больше времени, чем на ваши со Светой. Весёлый женишок, хоть и начавший пить гораздо раньше, чем все, тем не менее, держался гораздо лучше, чем многие из сидевших рядом с ним. Собравшись нашей полной компанией, я, наконец, смог выпить, потом ещё-ещё, а потом, в какой-то момент, когда понял, что алкоголь уже успел дать свой эффект, услышал смех из соседней комнаты. Мне вдруг стало очень любопытно, что могло вызвать столь бурную реакцию у гостей, и я, недолго думая, пошёл в зал. Увидев прямо в центре гостиной газетный столик и влезшего на наго тебя, я вначале даже было подумал, что слегка перепил, но, посмотрев по сторонам и убедившись в том, что все присутствующие также смотрят в твою сторону, понял, что не брежу. Сначала ты опять пытался шутить, потом говорил, что-то про виски, а когда гости понемногу стали терять к тебе интерес, вдруг, пошептавшись с не спавшей также как и ты Светой, вдруг выдал, что тоже хочешь замуж. Разразившийся по всему помещению смех будто бы протрезвил меня. Я вполне отчётливо услышал, как кто-то попытался поправить тебя, говоря, что ты хочешь не замуж, а жениться. Ты тогда замолчал, видимо задумался, но тут за тебя вступилась сама невеста, говоря, что боится не жениться, а именно выходить замуж, и что если они сейчас не найдут тебе жениха и не сыграют ненастоящую свадьбу здесь, то и настоящей не будет. Ну и так как все присутствующие уже давно были подшофе, а сама идея им в принципе пришлась по душе, они и согласились. Сразу скажу, что я, как человек, по идее втянувший тебя во всё это, честно пытался помочь тебе выкарабкаться из цепких лап Светланы, но она наотрез отказывалась отменять мероприятие. Вот тут мне и пришлось прибегнуть к крайним мерам и вызваться добровольцем на твою руку и сердце. На моё заявление Света, хитро, но пьяно улыбнувшись, весьма многозначно выставила передо мной указательный палец, говоря, что всё не так просто и мало сделать одно только предложение. Начались испытания для жениха. Все ломанулись в подъезд, заставляя меня, то кусать уже погрызенный кем-то хлеб, то пить, то петь, то кричать, то снова пить. Короче говоря, к тому моменту, когда мне, наконец, разрешили подойти к тебе, я уже сам мало что соображал. Помню, как надел бублик тебе сразу на два пальца, ибо он был слишком большим и с одного попросту спадал. Помню, как пытался спустить тебя со стола, а, осознав, что ты уже еле стоишь, закинул на плечо и вроде как принёс сюда. Помню, что диван к этому времени уже был занят, и как мне пришлось скидывать на пол всякую фигню, чтобы было не жёстко спать. И ещё помню, как положил тебя, и хотел было встать, но ты, бормоча себе что-то под нос, закинул на меня руку, ногу и, пристроившись где-то под боком, заснул. Больше ничего не помню. – Сказав последнее, брюнет замолчал. За всё время его рассказа я успел несколько раз издать немой стон боли из-за своей же тупости и столько же раз поклясться себе, что больше в жизни не буду пить. Мне было стыдно. - Прости. – Короткое извинение, произнесённое на выдохе, было всем, на что меня хватило. Серый, всё это время продолжавший валяться у меня на коленках с закрытыми глазами, вдруг недоумённо посмотрел на меня. - За что? - Да, за всё и… - Я отвёл взгляд, неохотно демонстрируя ему руку с баранкой, - за это в особенности. - За сушку на пальце? Так это легко исправить! – он вдруг схватил меня за ладонь и одним движением стянул ”кольцо”. – Лучше? – а осознав, что отвечать я не собираюсь, защёлкал пальцами другой руки. - Чего молчишь? Я тяжело выдохнул. - Не хочу делать вид, будто бы учавствую в рекламе сникерса. Снизу послышалось ворчание. - Ох, какие мы с похмелья необщительные, - опустив голову, я увидел, как брюнет так же легко снял баранку со своего пальца, – на вон лучше бублик заточи. – Сказав это, он вдруг, не дожидаясь ответа, пропихнул в мой только приоткрывшийся рот свою сушку. Не успев проанализировать всё случившееся, я лишь рефлекторно сомкнул челюсти, от чего несчастный сухарик хрустнул, теряя прежнюю форму. Удовлетворившись увиденным, Серый в тот же миг заточил снятую с моих пальцев баранку. - Это был мой бублик! – не успев прожевать до конца, возмутился я. - Это был обмен кольцами, глупый. – Усмехнулся он и, подмигнув мне, закрыл глаза. – Кстати, дорогая, сколько сейчас времени? Я так давно не высыпался настолько хорошо, как сегодня, что хочу растянуть этот прекрасный момент ещё на пару часов. - Без понятия. – Коротко бросил я, всё ещё отходя от его ответа и, дожёвывая сушку. - А телефон твой где? - Без по… - глядя куда-то перед собой, я вдруг понял, что действительно не имел ни малейшего представления о том, где сейчас могла находиться моя техника. И что ещё хуже, не знал, звонила ли или писала мне мама. Прилетела ли она, искала ли меня всё это время? Я вздрогнул от подобных мыслей, брюнет почувствовал это, но ничего не сказал. - Серый, а у тебя на мобильнике есть пропущенные? Смс? – не дождавшись ответа, я взволнованно потрепал лежачего по плечу. – Где твой телефон? Мелькнувшая на чужих губах усмешка, напрягла меня ещё сильнее. - Без понятия.