Венчанные

Весна… Пора цветов и любви. Именно эта сказочная красавица вдыхает жизнь в мир после долгой зимы. Она раскрашивает жизнь в новые краски, даёт возможность начать сначала. Многие в школе магии уже почувствовали приход этого романтического времени. Парни и девушки, забыв о каких-либо правилах целовались во дворе, а порой и в стенах школы. Профессора, старающиеся поддерживать порядок рьяно боролись с этим, но единственные кого они могли сдержать это студенты младших и средних классов. Старшеклассники же, уже ничего не боялись, в их сердцах разливалась музыка любви и чувств. Они стремились ощутить всё в полной мере, взять как можно больше от своих вторых половинок… Отношения Драко и Гермионы застопорились на непонимании. Она не понимала его поведения, его игр, а он не понимал, что девушка, являющаяся его невестой не игрушка, которую он должен воспринимать, как должное. Тем не менее дальше совместной парты они никуда не двигались. Чёртова парта — была единственным общим для них связующим звеном, и она же была камнем преткновения. Пока пятые и седьмые курсы конвульсивно дёргались, сдавая СОВ и ЖАБА, остальные наслаждались свободой, греясь в лучах солнца. Гермиона с раннего утра сидела на расстеленном пледе у Черного озера наслаждаясь дуновением ветра. Девушка пыталась подготовиться к финальным работам по Зельеварению и Заклинаниям. Вспоминала то, чему учил её профессор Снейп ещё дома, когда ещё всё было в порядке, когда он не был холодным персонажем, который теперь равнодушно может смотреть на её слёзы. Приятные воспоминания нахлынули на Гермиону, некоторые она любила настолько сильно, что готова была бы жизнь отдать, лишь бы это случилось вновь. А теперь он стал чужим… Внезапно раздумья девушки нарушились. Драко бесцеремонно кинул на плед свою мантию, присаживаясь рядом с невестой. Брюнетка удивлённо посмотрела на юношу, тот в свою очередь устремил свой взор на озеро. -Нравится быть одной? — наконец произнёс Малфой, всё так же смотря на водную гладь, словно пытаясь найти там ответы на свои вопросы. -Я не жалуюсь, — спокойно ответила девушка, отводя глаза в сторону. Драко повернулся к ней лицом, разглядывая черты лица. «Разве она недостаточно красива? Нет. Красива, неимоверно прекрасна. Тогда, что не так? Что ещё тебе от неё нужно?» — мысленно беседовал парень сам с собой. Искреннее не понимание того, что ещё нужно ему для счастья, выводило парня из себя. Разве он был настолько пьян, что повинуюсь своей «левой ноге» поцеловал её? Разве хотел он избавиться от Лилит настолько сильно, что лишь ради этого сделал предложение? И почему вообще ему так хотелось избавиться от блондинки? Значит ли Гермиона для него больше, чем другие? Именно, чтобы ответить на последний вопрос он и пришёл сюда. -Посмотри на меня, — еле слышно попросил белокурый. Ничего не говоря, девушка сидела не подвижно, — что я должен сделать, чтобы ты взглянула на меня? — вопрошал парень, ровным, спокойным голосом. -Не нужно, Драко, я и без этого остаюсь твоей невестой. Ты не должен играть со мной в игры, когда мы наедине, оставь их для родителей. Не делай мне больно, — выдохнула девушка, чувствуя, как к горлу подступает ком, — мне правда страшно, что, когда тебе будет невыносимо терпеть меня рядом…ты всё это прекратишь. Но мне никто кроме тебя, уже не будет нужен, — эти слова поразили парня до глубины души. Разумеется, белокурый знал, что он не безразличен брюнетке, и всё же, о том, что она чувствует всё настолько остро и воспринимает его всерьёз, они и не подозревал. Повисла пауза, Малфой не знал, что должен говорить. Девушка молча начала собирать тетради, и готова была встать и уйти, но Драко схватил её за руку, усадив на место. -Я не отпущу тебя, — уверенным тоном произнёс слизеринец, заглядывая в глаза Гермионе. Медленно, настороженно он приблизился к её лицу -Снова играешь? — по щеке скатилась слеза, Драко неуверенно смахнул её, не отстраняясь ни на миллиметр. -Больше нет, я всерьёз, — хрипловатым, но всё таким же уверенным голосом ответил парень, больше немедля. Блондин, отбросив любую осторожность жадно накрыл губы девушки своими, раздвигая зубы языком, он сначала напористо завлекал её язык в танец, затем сбавляя пыл, переводя страстное танго в нежный вальс, привлёк её ближе в свои объятия. Впервые, раз и навсегда, кукла, которая должна была быть рядом, стала фарфоровой принцессой, которую он боялся потерять.