Не забывай

Больше всего на свете Баки любит Брока Рамлоу. Потому что он просто замечательный, и вообще один такой на этом самом свете. Он заботится о Баки, покупает игрушки, вечерами сидит рядом с ним перед телевизором, рассказывает про армию, учит стрелять, мажет ссадины на локтях и коленках щипучей мазью, крепко обнимает, когда Баки страшно или одиноко, и даже соглашается за компанию прихлебывать это своё отвратительное пиво, чтобы Баки не было так противно пить молоко. Рамлоу настолько заменил Баки всех - мать, отца, старшего брата, личного врача и тренера - что совершенно непонятно, как же его называть. Поэтому Брок - и всё тут. Еще Баки любит большого плюшевого медведя, которого подарил Брок. На медведе яркий синий костюмчик и черная маска, и зовут его Зимний Солдат. Это имя Баки придумал сам, и на вопрос Брока ответил, что ничего в нём странного нет. Солдат - потому что он всегда рядом с Баки, всегда на посту, а Зимний - потому что пушистый и теплый, и Баки всегда можно прижаться к нему и обнять, если вдруг замерзнет... И Брок на это возражать не стал. Потому что мерзнет Баки действительно очень часто. А еще - он очень часто ничего не помнит. Вот совсем. Брок говорит, что одно с другим связано, это болезнь такая. Вот только как Баки умудрился ей заболеть - он тоже не помнит. Это неприятно и даже страшно. Брок уверяет, что однажды его вылечат. Вот только эти слова совсем не ободряют. Потому что лечение, о котором говорит Брок - что-то ужасно неприятное и страшное. О нём Баки тоже почему-то помнит мало, но боль в голове, ледяной холод и беспамятство забыть невозможно. Но сейчас Баки особенно хочет вылечиться. Он больше не хочет забывать, потому что недавно в его жизни появился еще один человек, которого он любит. Это Стив. Соседский мальчишка, худой и болезненный даже больше Баки, но отчаянный сорвиголова, обожающий дворовые баталии и старые фильмы и комиксы про героя войны - Капитана Америку. Дома у него вся комната завалена этими комиксами. Стив показывал их Баки и сиял от гордости, словно сам их нарисовал. Стив мечтает стать художником и уже сейчас здорово рисует. Баки сам видел и восхищался - как это получается у Стива простым карандашом создавать целые истории про себя, а теперь и про Баки? А еще у Стива есть целая коллекция плюшевых мишек, о которой не знает никто, только Баки. Он уверен, что эти мишки подружились бы с Зимним Солдатом, и уговаривал Стива принести кого-нибудь из них в гости. Стив согласился, но ведь надо еще и спросить разрешения... - Баки, я дома! Баки улыбнулся вошедшему Броку и хотел уже заговорить о Стиве, но сердце вдруг испуганно сжалось - вслед за Броком в дом вошел немолодой светловолосый мужчина в строгом костюме и очках. Мистер Пирс. О нет, только не это! - Баки, куда же ты? Ты не допил молоко! - услышал Баки возглас за спиной, но, забыв про недопитый стакан, понесся в свою комнату так быстро, как только мог. Он ненавидит Александра Пирса. Когда он приходит в дом, это означает одно - Баки, видите ли, снова стало хуже, и ему предстоит очередной сеанс лечения - эта боль, и страшный холод, и снова не помнить ничего... Баки знал, что именно об этом переговариваются сейчас голоса за стеной - и не желал слушать. Вместо этого он приоткрыл окно, перемахнув через подоконник, привычным движением спрыгнул вниз - и устремился к соседнему дому. - Он пришел. Мистер Пирс. Снова. Значит, завтра меня повезут на лечение и... - Баки на миг запнулся, тяжело дыша и глядя испуганными глазами на Стива. Тот обхватил его рукой за плечи. - Но, может быть, ты вылечишься, Баки, это же здорово! - Но я всё забуду! - задрожав, выкрикнул Баки. - Не всё. Брок ведь будет рядом, ты сам говорил. Да, это правда. Брок всегда оказывается рядом. Он и перед лечением треплет Баки по волосам и шепчет ободряющие слова, и после крепко обнимает, баюкает, прижимая к широкой груди, и зовет по имени - это помогает начать вспоминать и себя, и его. - Он будет рядом, но я же... - в глазах Баки мелькнул ужас. - Я же забуду тебя, понимаешь? Совсем забуду! А я не хочу! Не хочу тебя забывать, Стив, ведь ты же мой единственный друг! - Не бойся, - Стив улыбнулся, водя карандашом по листу бумаги. - Даже если ты забудешь - мы с тобой увидимся снова и познакомимся заново! - Но если меня увезут куда-то далеко? Стив отложил карандаш и сжал кулаки. - Я всё равно тебя найду. Найду и крикну: «Баки, это я, Стив!». Громко-громко... Ведь тогда ты узнаешь меня? - Наверное, - Баки всё ещё было страшно, но горячность в голосе Стива завораживала. Стив протянул Баки законченный рисунок. - Я знаю, что делать. Возьми и спрячь. Даже если забудешь меня - посмотришь на него и сразу вспомнишь... Баки бросил взгляд на рисунок - и увидел самого себя и Стива, держащихся за руки. Причем на его голове красовалась сержантская фуражка, а на Стиве почему-то - звездно-полосатый костюм Капитана Америки. Но надпись крупными буквами в верху листа не давала ошибиться. «Стив и Баки - друзья до конца». Прочитав надпись, Баки наморщил лоб: - Почему «до конца»? - Извини, Баки, ты прав, я ошибся... Глупое слово! - Стив с досадой черканул карандашом и вывел в углу листа еще более крупными буквами: «Навсегда». - Навсегда... - и сердце Баки снова ёкнуло, но уже не от страха. Он торопливо складывал листок, чтобы спрятать его - в нагрудный карман, под майку к самому сердцу, куда угодно - и чувствовал, что уже не так боится. Пусть завтра снова будет боль и холод, но это закончится, а потом рядом снова будут те, кого он любит - Брок Рамлоу, Зимний Солдат и Стив. Да, Стив тоже будет. Потому что Баки ничто не заставит о нём забыть. Они друзья. Навсегда.