Девочка - беда

      И зачем я только согласилась на этот ужас? Всю дорогу пока мы ехали, меня трясло от страха. Хоть я и буду играть роль фальшивой девушки, но все же девушки. А серьезных отношений с парнями у меня никогда не было, потому что все боялись моего братца-акробатца. Перед дверью, я совсем струхнула и даже пыталась убежать, но Женя меня остановил. — Все будет нормально. Веди себя естественно, ты им понравишься, — сказал он. — Зачем тебе вообще нужен этот спектакль?! — негодовала я. Но Женя лишь отмахнулся, пообещав все объяснить потом. Дверь открыла изумительно красивая женщина с добрейшей улыбкой. — Проходите, мои дорогие! Наконец-то, Женечка, а то мы заждались! — пролепетала она, расцеловав меня и Женю. — Маенька, какая красавица! Рада познакомиться! Ого, так меня еще не называли, хотя всяко коверкали мое имя. От такого отношения на моем лице появилась искренняя улыбка, и я с радостью обняла Анну Михайловну. Вячеслав Игоревич — так звали отца Жени, также оказался замечательным человеком. При знакомстве он даже поцеловал мне руку, и я задавалась вопросом, в кого уродился таким кретином Женя. Я невольно расслабилась в такой обстановке, но за обедом все же пришлось действовать согласно плану. Анна Михайловна постоянно задавала вопросы, и мы с Женей попеременно на них отвечали, естественно, заранее договорившись с ответами. Дом был огромным и после обеда, Женя все же соизволил мне его показать. Я представляла, как он жил здесь, когда был маленьким, и мне это очень нравилось. Вячеслав Игоревич и Анна Михайловна собирались по делам и просили остаться на ночь, чтобы и мы отдохнули от дороги и еще раз поужинали все вместе, но Женя категорически отказался, так как пообещал мне, что это всего лишь на один день, хотя я была бы не против остаться. Женя сказал, что ему нужно забрать кое-какие вещи и просил принести сумку из кладовки, объяснив, где она находится. Осмотрев маленькое помещение, я обнаружила чемоданы на самом верху, а в виду своего роста не смогла их достать, и пришлось позвать Женю. Тут моя суперспособность к невезению сработала снова, когда дверь кладовки захлопнулась. — Майя, открой дверь, я так ничего не вижу! — проворчал парень. — Я не могу! — с паникой в голосе сказала я, подергав ручку, что не привело ни к какому результату. Тогда Женя попробовал сам открыть дверь, но увы, и у него ничего не получилось. Мое невезение меня никогда не покинет, вот и теперь мы стояли в малюсенькой комнатке, без света, да и вообще без всего. Я в панике схватилась за Женю мертвой хваткой. — Что нам делать? — спросила я. — Ничего! Эта дверь еще с моего детства не открывалась изнутри. Ты зачем ее закрыла?! — разъярился парень. На глазах выступили слезы. — Ты чего на меня кричишь? Ты меня предупредил, что ее закрывать нельзя?! — я обиженно откинула его руку, которую держала. Видимо, почувствовав вину за грубость, Женя постарался меня успокоить. — Все будет нормально, мы сейчас выберемся, ясно? Я кивнула, но потом до меня дошло, что он не видел этого. Но, кажется, Женя все и так понял. Он достал телефон, и я с надеждой посмотрела на него. Мы сейчас позвоним родителям, и все будет хорошо. — Здесь нет связи, — сказал парень. — Но мы найдем другой способ, слышишь? Давай ножом попробуем открыть, что угодно… — Давай! У тебя в каком кармане ножик?! — с сарказмом ответила я. Я не хотела грубить, но ситуация угнетала меня, и в то же время я находилась с парнем, который мне нравится не то, что в одной комнате, на одном квадратном метре. Это вызывало неоднозначные эмоции, и поэтому я больше боялась своих чувств, чем этой дурацкой кладовки. К тому же Женя, пытавшийся успокоить мою истерику, взял меня за руки, от чего у меня по коже бегали мурашки. Но он сам очень глубоко дышал, видимо, ему было тоже нелегко. — Ты прекратишь дышать, как марафонец? — не выдержав, прошептала я. Его близость оказывала опасное действие на меня и мои бушевавшие гормоны. После того, как его рука дотронулась до моей талии, я не смогла больше сдерживать себя и прижалась к его губам в поцелуе. Он оторвался от меня, когда у нас обоих закончилось дыхание. Я кожей ощущала, что платье задралось до талии, а на обнажённых бёдрах покоились ладони парня. — Если я не остановлюсь сейчас, то натворю вещей, о которых потом пожалею, так что… Черт возьми… — Так что не останавливайся, — еле прошептала я. От приятных ощущений, я прикрыла глаза и потерялась в ощущениях. Я провела руками по его мышцам на руках, а затем по крепкой спине. Остановившись у резинки боксёров, я почувствовала, что его поцелуи стали нетерпеливыми. Стащив с меня трусики, он слегка развёл мои ноги в стороны и погладил бёдра, заставив сдавленно застонать, вцепившись пальцами в его спину. Поглаживая меня медленными движениями, он не переставал целовать меня всё выше, переключаясь на шею и скулы. Но затем поцелуй стал нежным и спокойным, одновременно с этим Женя с легкостью приподняв меня, осторожно стал проникать внутрь, а затем резким толчком вошёл полностью. От резкой боли я зажмурилась. Я притянула его за шею ближе, побуждая двигаться. Неприятное ощущение постепенно исчезало. Дав мне привыкнуть, он стал двигаться быстрее. Я судорожно цеплялась за него пальцами, оставляя царапины на плечах. От накативших чувств, я закрыла глаза и застонала, в то время как Женя кончил, по-прежнему находясь во мне. Моё тело было полностью расслабленным и ноги отказались держать меня. Поцеловав меня коротко в губы, он вышел из меня. Сил двигаться не было совершенно. Поэтому я просто закрыла глаза и прижалась к нему. Кажется, прошло не больше пяти минут, как мы услышали, что дверь дома отворилась, и Женя позвал на помощь. Я быстро одернула свое платье, все еще оставаясь без трусиков. Мне стало страшно, что они остались где-то лежать, как истинная улика. Дверь кладовки отворилась, и в глаза ударил свет. — Дети мои, вы в порядке? Да сколько же вы тут сидите, боже мой?! — услышала я знакомый голос Анны Михайловны. — Очень долго, мам, — ответил Женя. — Придется нам остаться и наконец-то починить эту дверь. — Конечно, оставайтесь, я сразу говорила, места ведь много! — радостно крикнула женщина. Я все еще стояла в смятении, так как не привыкла ходить без белья. К счастью Женя отвел меня в комнату, и я смогла принять душ. Там он вытащил из своего кармана мои розовые трусики и с улыбкой отдал мне. Но мне было не до улыбки. Хоть я и сама попросила Женю не останавливаться, это принесло немало проблем и вопросов. Я очередная девочка для развлечений? Какие у нас теперь отношения? Что если об этом узнает Саша? После ужина и совместного просмотра фильмов, мы, наконец, поднялись в комнату и смогли нормально поговорить. — Жень? — неловко начала я. — Что теперь будет? Все как раньше? — Нет, малыш, как раньше уже не будет, — ответил он с улыбкой. Я поджала губы и посмотрела на него. — Я хочу, — медленно проговорил он, — чтобы мы были вместе. Я посмотрела ему прямо в глаза и поняла, что он не шутит. — Решайся, малышка, я всегда буду рядом, — сказал он, нежно поцеловав мне руку. Я не могла это просто принять. Я хотела этого, но, зная Женю, боялась. — Но ты же не встречался с девушкой дольше недели. Никогда… — Забудь о них. Я тебя прошу. Это прошло. Ты все перевернула, понимаешь? Я не могу ни о ком больше думать, кроме тебя! Я поверила ему. Первый раз в жизни я ему поверила. И поэтому кротко поцеловала его в губы, а затем провалилась в сон.