Мой братишка

Музыка не стихала, а я не разбирая, куда бегу хотел только одного оказаться подальше от этого места. Меня разбирала сейчас такая злость, что хотелось прибить кого-нибудь, а если точнее быть то Славку, Вовку, Макса, Серегу и Юрку… Но еще больше этого новенького… этот белобрысый, ненавижу его. Как он посмел занять мое место?! Свернув не туда, я оказался в мужском туалете. Ну и ладно здесь музыка слышалась не так отчетливо, потому я слышал только музыку. Встав напротив умывальника, я глянул на свою перекошенную рожу. В глазах горит не добрый огонек. Ну почему, почему из всех клубов они выступали именно в этом? Пнул стену ногой, легче не стало. - Жора. – Услышал я со стороны двери, обернулся и обнаружил брата. - Какого ты меня притащил в этот гадюшник? Знал ведь какого мне, при упоминании о музыке… - сорвался я на крик, еле сдерживая силы, чтобы не отдубасить эту взволнованную рожу. - Я хотел только чтобы ты развеялся. Я не знал, что они будут тут выступать. Ведь с последним твоим выступлением ваша группа выросла и стала выступать в более элитных клубах. – Он подошел ближе, наверное, хотел обнять, а у меня словно по щелчку пронеслась та фотография в памяти и я, быстро отстранился от Рюрика. - Да что ты. - Жора если ты хочешь вернуться в группу, то должен… - Я не вернусь туда!!! Они сами меня выгнали, с какой такой радости я должен проситься обратно?! – снова его попытка приблизиться, но я пока еще держал себя в руках и не позволял этого. - Тебя выгнали из-за того, что ты плохо пел. Сколько времени прошло? Ты хоть раз после этого пытался петь? Голос давно пришел в норму, так как ты его не напрягал. Нужно только попробовать. Я ведь знаю, как ты любишь музыку. Я не собираюсь дальше его выслушивать, обогнув его, почти подбегаю к двери, чтобы уйти, но тут меня хватают и с силой прижимают к стене спиной, так, что я мог видеть разъяренное лицо брата: - Хватит убегать! Георгий ты уже взрослый мужик хватит убегать от проблем. Ты пытаешься, вести себя как взрослый, так веди и пытайся преодолеть то, чего так боишься! Боишься свою гордость помять? К черту гордость, ты должен в первую учесть размышлять мозгами. Если музыка это то, чем бы ты хотел всегда заниматься, так добивайся этого! Убегают только трусы, так что теперь говорит тебе твоя гордость? Хочешь всегда быть гордым трусом или как? - Я… Но сказать мне ничего не дал звук открываемой двери. Я и не заметил, как в зале песня закончилась, и снова играл ди-джей. Войдя в туалет, группа парней тут же остановилась, уставившись на этакую картину. Два парня оба тяжело дышащие так к тому же один прижимал другого к стене. Это меня отрезвило, и я вырвался из рук брата, тут же выбежав из клуба. Слова брата до сих пор звенели у меня в ушах, я понимал, что он говорит правильно. Я и раньше подумывал вернуться в группу, но как говорит брат, гордость не позволяла вернуться после того, как меня уволили. Но я не хотел, чтобы брат оказался прав! Да я может быть и дурак, что так поступаю, но все же я не смогу после этого спокойно общаться с бывшей группой, будто ничего и не было. На улице уже была ночь. Я медленно брел по дороге вокруг ни души. Лето, тепло и такая странная грусть в душе. Тихо, чисто для себя вспомнились слова одной песни, что я написал, когда мне было точно так же плохо, я запел: - Тише, души на крыше Медленно дышат перед прыжком Слышу все твои мысли, То, что нам близко всё кувырком Как проще сказать, Не растерять, не разорвать Мы здесь на века Словно река, словно слова молитвы Всё, кроме любви Вся наша жизнь так далеко Я, я не один, Но без тебя просто никто Проходя мимо детского двора, я решил немного посидеть на качелях и, не переставая тихо напевать, сел продолжая представлять, как играет музыка: - Пепел легок и светел Я не заметил, как время прошло Чары силу теряют И превращают жемчуг в стекло Как пусто в душе Без миражей, без волшебства Мы здесь лишь на миг Пусть он звучит словно слова молитвы Всё, кроме любви Вся наша жизнь так далеко Я, я не один, Но без тебя просто никто Напевая мелодию, я тихо качался, смотря в небо. - Всё, кроме любви Вся наша жизнь так далеко Я, я не один, Но без тебя просто никто Всё, кроме любви Вся наша жизнь так далеко Я, я не один, Но без тебя просто никто Смотрю на небо, сегодня звезды ярче обычного. И луна такая красивая и круглая. Тишина кругом, пока я не услышал тихие хлопки. Обернувшись на звук, увидел паренька, который сидел на скамейке и курил. Я его не заметил сразу, так как он был за деревом и сидел он ко мне спиной. Сейчас он встал и не спеша подошел ко мне: - Хороший голос и хорошая песня, правда, какая-то она грустная. - Спасибо. – Не сильно-то меня и тянуло поболтать, а парень удобнее устроился в песочнице и, продолжая курить, смотрел на меня. Не устраивает меня такая компания, я встал, собирался уже уходить как парень, кинув окурок в сторону, заговорил. - А я тебя узнал. Ты же раньше в группе «Динки» выступал. Я вздохнул и обернулся: - Ну, было дело. - Ты не думай я не твой поклонник. Просто у меня есть сестра, которой очень нравятся твои песни. Она прям, тащится с них. Но последнее время тебя не видно на выступлениях. Что-то случилось? И откуда он взялся такой добренький на мою голову? Не хочу с ним делиться своими проблемами, никогда не любил плакаться кому-нибудь в жилетку и сейчас не собираюсь. Молчу и потому незнакомец, чуть нахмурившись, встает и протягивает мне руку. - Геннадий. - Георгий. – Пожимаю его руку, и Гена улыбается. - Вот и хорошо. Ты ничем завтра не занят? Я удивленно хлопаю глазами: - Нет. - Слушай, у моей сестренки завтра день рождения. Я очень хочу сделать ей подарок, но лучшего подарка, чем ты, я не найду. Пожалуйста, спой ей песню. Чего? Он меня настолько удивил, что я даже не знаю, как мне реагировать на подобную просьбу. А парень, сложив руки в жесте мольбы, продолжил меня уговаривать: - У меня есть гитара, пожалуйста, спой ей. Я ее очень люблю, сколько хочешь, я тебе заплачу. Пускай я не богач, но для сестренки я на все пойду. - Но у меня голос… - я уже как бы согласился, но просто не был уверен в себе. - Я слышал как ты только что пел. Эту песню я тоже слышал и она ничем не отличается, хотя нет… она намного лучше звучала сейчас. Пожалуйста. Я не знал куда деваться. Парень так распинается передо мной, хотя я и никто для него. - Хорошо. - Вот и отлично. – Его конопатая физиономия расплылась в широкой и такой искренней улыбке, что я сам удивился, когда улыбнулся. – Тогда давай завтра встретимся здесь. Генка достал из кармана маленький блокнот и ручку, что-то накалякал там и, оторвав лист, протянул его мне. Я быстро пробежался глазами по строчке: - Так это же больница. - Ну да, моя сестренка попала в аварию и свой день рождения, она будет отмечать там. – Парень грустно так посмотрел в сторону, а я ощутил, как у меня руки похолодели. При одном лишь упоминании об аварии мне стало не хорошо. Как никто другой я его понимал и искренне сочувствовал. - Знаешь, у меня есть такое заманчивое предложение. Ты же никуда не торопишься? – поинтересовался Гена. - Внимательно слушаю. – Улыбнулся я. - Я тут у друзей сейчас. У моего знакомого днюха, хочу предложить присоединиться к нам. - Реально заманчиво. А ничего, что я без подарка? - Ты сам как подарок. Прям на голову свалился. – Усмехнулся паренек. – Ну, тогда пошли. Мы, увлеченно разговаривая, направились к дому напротив. Поднялись на второй этаж и вошли в квартиру, которая была не закрыта. Это была однокомнатная квартира, оказавшись внутри я, тут же ощутил запах алкоголя и сигарет. - О, Генка вернулся. А мы думали ты там укурился. – Из комнаты раздался чей-то веселый голос. - Ты не стесняйся. – Похлопал меня по плечу Гена, пропуская в комнату. – Ребята смотрите, кого я привел в нашу компанию! Знакомьтесь, это Жорка. Ощущая неловкость, я оглядел небольшую толпу парней, которые сидели за столом и курили. Просторная комната, я сразу приметил две подвесные колонки на стенах и рядом гитару. Красивая синяя электрогитара. Телевизор возле балкона и большой диван, на котором сидели ребята. Всем можно было дать от 18 до 22 лет. Самому Генке я бы дал 20 лет. При свете я смог лучше его разглядеть. Он одного со мной роста, но будет поплотнее меня. Темные короткие волосы, лицо все в веснушках, голубые глаза. Такой веселый паренек. - О, он же певец в этой… как ее… ну название группы такое необычное. – Выскочил один паренек и протянул мне руку. – Я Владик, рад познакомиться. - Жора, бывший вокалист группы «Динки». – Пожал руку поражаясь как легко мне становится при разговоре с незнакомыми. - Во, точно. - Подтвердил Влад свою догадку. - Так, кстати вон наш именинник Вовка. – Ко мне сзади подошел Гена и ткнул пальцем в сторону самого большого мужика, у меня других слов не находилось как его назвать. Он единственный кто выглядел старше всех. По сравнению с ним все выглядели как дети. Темноволосый, с козлиной бородкой. Короче мощный мужичек. - Руслан, Тимур, Федька… - Гена перечислял мне остальных, а я только успевал пожимать каждому руку. – Ну что присаживайся. Что пить предпочитаешь? - Пиво. - У нас и водка есть. Будешь? – предложил Влад, протягивая мне рюмку. - Не, не хочу напиваться. – Стал я отнекиваться. - Эй, а за здоровье именинника. – Выскочил рыжий парень, сидящий рядом с именинником и, кажется, зовут его Федя. - Да-да, за здоровье именинника нужно. Даже не смей отнекиваться. – Запричитал Владик, уже подливая мне в рюмку. Блин, ну куда мне деваться теперь. Только вздохнул от своей безысходности. И вот прошло уже два часа. После двух рюмочек мне эта компания стала роднее брата. До того было хорошо и легко. С Генкой мы так сдружились, что ощущение было будто мы с ним вечность знакомы. Я кстати поделился с ним такой мыслишкой на что он, только, заржал, подливая мне коньяк. Мы оба уже не владели родным языком, но каким-то чудом понимали друг друга. И вот уже три часа ночи, половина гостей уже преспокойненько дрыхла там, где сидела. Мы с Генкой все еще вели деловой разговор только уже на кухне, так, как только там, оказалось, был кислород почище. В комнате так обкурились, что дым стоял под потолок. - Я эт… ик… - икнув, отпил еще из горлышка пива, - говою, вы че твоите. Они… не понмают ик меня, мне было так тжело. Сидели в обнимочку, я делился с парнем всем, что накопилось у меня в душе. Генка сочувственно гладил меня по спине, а я только грустно вздыхал и икал. - Да, моя сесленка слву Богу жва и здова. - Выпим за твоюю… ик… пгости… сестру. – Подлив коньяк по стопочкам, мы чокнулись ими и выпили. Я сразу потянулся за лимоном, так как внутри все еще неприятно жгло. Легли мы спать только под утро хорошо, что у них был большой диван на кухне. Мы преспокойно смогли умоститься на нем вдвоем, правда, лежали на боку, тесно прижавшись, друг к дружке. Я спал с краю и чтобы не упасть, Генка держал меня, обняв за талию. (Би-2 - молитва, Би-2 - И корабль плывет)