Мой братишка

POV Жора - А спиртное вам еще рано, – оказавшись у меня за спиной, выдал братик и забрал ром, который я припрятал для подобного случая. – Кто тебе его вообще продал? - Меньше знаешь, крепче спишь. – Попытался, было, я забрать бутылку, но Рюрик увернулся и, оказавшись у меня за спиной, обнял и, повернув за подбородок к себе, прошептал, чуть касаясь моих губ: - Ты же не хочешь, чтобы наши гости узнали нашу маленькую тайну? На его фразу я покраснел, но не вырывался: - Дурак, отпусти меня… Сердце бьется как ненормальное… Почему? Ну почему мы сейчас не одни?.. Смотрю в его голубые глаза и начинаю чувствовать жар во всем теле. - Брат… - тихо прошептал я. - Прошу, оставь это на потом, – тихо попросил меня брат, прошептав на ухо. - Что оставить? – не понял я. - Слово «брат» из твоих уст будоражит все мое тело, и боюсь, я не удержусь. – Его руки сжимают меня все сильнее, но мне это даже нравится. Я прекрасно понимаю, что на кухню могут войти в любую секунду, но это только прибавляет мне адреналина, отчего я решаюсь и снова повторяю: - Брат… - тихо, почти со стоном, сам потянувшись навстречу к его губам, – Хочу… Тебя… Из гостиной раздаются веселые разговор и смех, словно напоминание, что мы не одни, но кажется у брата «поехала крыша». Поставив бутылку на стол и развернув меня лицом к себе, он запустил свои длинные и тонкие пальцы в мои волосы. Стон самопроизвольно вырывается, я ничего просто не могу с этим поделать. Рюрик опускает одну руку на мою ширинку и улыбается. - Ты уже готов. Нежное прикосновение ко мне, и я начинаю сопротивляться. Хочу, я ужасно хочу его, но мы сейчас очень сильно рискуем. Лучше уж немного подождать. - Нет, Рю. Вздохнув, брат поцеловал меня в лоб и на секунду застыл в таком положении. Потом вдруг счастливо щелкнув пальцем о палец, он вылетел с кухни к друзьям. Чего это с ним? Не могу больше ждать и иду в гостиную, услышав последнюю фразу брата: - Мы быстро, просто Жора обнаружил, что масла вообще нет. Чего? Но не успеваю войти в комнату, как оттуда вылетает брат. Его глаза, да и не только они, он весь словно сиял. - Иди к машине, мы едем в магазин, – кинув мне ключи, скомандовал Рюрик, я на это лишь пожал плечом и пошел к выходу. Сел в машину. Сижу, жду. Где он так долго? И чего это он вспомнил про масло? Дома есть, зачем ему? Смотрю, брат быстрым шагом вылетает из дома, держа в руке пакет, и идет сюда. - Рю, а зачем в магазин-то? – решаюсь я у него спросить. - Подожди. – Кинув пакет на заднее сидение, он заводит машину и уезжает. Сглатываю. Что-то не нравится мне все это. Какой-то брат угрожающе странный. Смотрю на него, а тот на меня нет. Он все время оглядывался сторонам, высматривая что-то. Что? Здесь кроме деревьев и поляны ничего нет. - О, здесь, – выдал старший брат за все время, что мы ехали в полнейшей тишине и, свернув с дороги, заехал в самую гущу елей. - Брат… - тихо позвал я. Рюрик быстро отстегнул ремень безопасности, приблизился ко мне и поцеловал. Он… Он же не хочет делать это здесь? Снова я возбудился, стоило брату провести рукой по моей плоти хоть и через ткань штанов. Глаза сами собой закрываются, полностью отдаюсь этой сладкой минуте и слышу опять щелчок. Рюрик отстегнул мой ремень безопасности и навалился на меня, вдавливая в сидение. Кислорода стало катастрофически не хватать, и я уперся ладонями брату в грудь. - Какой ты стеснительный, – разорвав поцелуй, выдает брат, и тут я ощущаю, как мое сидение опускается в лежачий режим. Снова кровь приливает к щекам. – Так-то лучше. Мои руки устремляются к его лицу, смотрю на него, нежно водя большим пальцем по его щеке, и не могу оторвать взгляда. Какой же он красивый… Почему я раньше этого не замечал? Тем временем его руки начинают медленно расстегивать мою рубашку. Его холодные пальцы обжигают, как огонь, те участки кожи, которых он случайно касался. - Как я соскучился по тебе. – Брат нависает сверху, только сейчас я замечаю, что он уже наполовину голый. Когда только успел? Он наваливается сверху. Какой он горячий! Провожу руками невидимую линию на его спине, а брат тем временем начинает целовать мою грудь. Мое дыхание участилось. Когда он укусил меня за левый сосок, я пискнул, на что брат, словно извиняясь, стал зализывать место укуса, даря мне просто сногсшибательные ощущения. От одного лишь его языка я стонал и хотел продолжения. Но брат, кажется, совершенно не торопился. Медленно стянул с меня предпоследнюю вещь, оставив только трусы. - Давай-ка назад, – чмокнув меня в губы, попросил он, отчего я неуклюже, на ватных ногах попытался перелезть на заднее сидение, успев получить укус на своей филейной части. – Не виляй попкой, а то ведь недосчитаешься половинок. «Вспыхнул» я после такой фразочки, ощутив себя девчонкой-девственницей. Наткнувшись на пакет, я с интересом заглянул внутрь, обнаружив подсолнечное масло. - Рю, а тебе это зачем? – указал я на пакет. Тем временем брат тоже стянул с себя штаны и поспешил перелезть ко мне, не забыв вернуть кресло в нормальное состояние. - Просто дома не оказалось крема, – и тут же пленил мой рот, заставив меня лечь. Пошлые мыслишки тут же подкинули мне извращенную картинку, отчего я закрыл глаза и углубил поцелуй. Но братик не позволил насладиться этим всласть, он вновь продолжил свое путешествие по моему телу, оставляя небольшие засосы в наименее заметных местах. - Подними-ка попку, – нежно попросил он, и я, подчинившись, лишился последней своей защиты. Как же стыдно лежать вот так, совершенно обнаженным, перед Рюриком, а он еще так облизывается и не отрывает своего взгляда с моего вставшего дружка. Языком невесомо провёл по животу, опустился ниже и, поцеловав головку, вобрал член на всю длину. Перед глазами стало все мутнеть, в этом мире ничего больше нет, кроме брата и его горячего рта, который дарил мне неописуемое наслаждение. Рукой провожу по его голой спине и спускаюсь ниже. Брат все еще в боксерах. Его член давно уже стоит. В горле пересохло, но я не могу по-другому. Брат дарит мне такие невероятные наслаждения, а я просто лежу. Конечно, раньше я бы ни за что в жизни не позволил себе опуститься до такого… Но сейчас все изменилось. Протянув руку вперед к набухшей плоти брата, начинаю мять яички. Рюрик довольно промычал, так и не выпустив члена изо рта, и стал кончиком языка облизывать уретру. Я готов кончить, но вместо этого запускаю руку в боксеры и начинаю водить по всей длине. Горячий и большой, провожу большим пальцем по головке. Влажно. Хочу. Хочу попробовать. Брату нравится то, что он делает. Возможно, и мне понравится. Но как попросить брата о подобном, у меня просто язык не повернется. Глянул вниз и тут же отвел взгляд. С каким же удовольствием брат сосет. Сглатываю и начинаю стягивать боксеры, Рюрик помогает, так и не выпустив моего члена. Глаза заворожено следят, как возбужденная плоть чуть подергивается. - Брат… - прошептал я и тут же закрыл рот. Рюрик поднял на меня взгляд, а я понял, что и слова не смогу из себя выдавить. Просто нужно делать и поменьше говорить. Кое-как встав, я уложил несопротивляющегося брата на сидение и, присев на корточки, опустил лицо к его паху. Сейчас я был менее решительным, чем до этого. Заметив мою нерешительность Рюрик только усмехнулся, из-за чего я ощутил себя полным придурком. - Давай-ка так, а то тебе, наверное, неудобно. – Продолжая улыбаться, брат помог мне закинуть одну ногу через него, оказавшись в положение 69. Честное слово, сейчас мне было куда стеснительнее, чем прежде, а брату все побоку. Лизнув мою плоть, он незамедлительно взял головку в рот и стал работать, только и было слышно причмокивание. Щеки горят, глаза наблюдают за членом брата. Опершись на левую руку, правой стал водить по стволу и, приблизив лицо, лизнул головку. Солоноватый привкус, терпкий. Но ничего такого уж ужасного я не заметил. Смелости прибавилось, и я позволил войти чужой плоти в глубину своего рта. Не неприятно, просто странно. Хотелось до одурения сделать брату приятно, и я стал сосать, стараясь не задеть нежную плоть зубами. Рюрик остановился и застонал, чуть поддавая бедрами вперед. Слишком быстро для меня, боюсь сделать что-то не так, потому придерживаю его последней оставшейся свободной рукой и уже без помощи начинаю заглатывать плоть. Брат вновь продолжил свои нежности. То выпустит мой член и начинает на него дуть, то, как сейчас облизывает яички, а рукой вовсю надрачивает. Терпению пришел конец, не могу больше сдерживаться, в момент, когда я заглотил наполовину член Рюрика, пришел мой пик, и мое тело прошибла приятная дрожь. Брат не отстранился, и я кончил прямо ему в рот. Секунда прошла, как брат последовал моему примеру, но я просто не успел отстраниться, и неприятная жидкость заполнила мой рот. Как Рюрик, я не решился проглотить семя и, закашлявшись, поспешил вытереть белую жидкость с подбородка. Ноги свело, будто меня имели добрых два часа, хотя почти так и есть. На улице потемнело. Что подумают ребята? Рюрик помог мне перевернуться к нему лицом, а потом и вовсе вновь оказаться на спине. - Приподнимись и застынь в таком положении, – приказал мне брат. И снова я не могу ему противоречить. Разведя ноги и руки, делаю что-то наподобие мостика. Брат приближается, и нежно прикоснувшись губами к яичкам, опускается ниже. Руки тут же задрожали, он вновь целует меня там. Тяжело дышать. Жарко, очень жарко. Боюсь, я так долго не простою, но тут в меня проникает один палец брата, и я издаю стон недовольства. Из-за моего положения его проникновения были куда сложнее, но, кажется, для брата нет ничего невозможного. Достав из пакета масло, он немного отлил его себе на руку и вновь вернулся к моей заднице. Теперь проникать было куда проще, но все равно неприятно. - Я больше не могу, – простонал я и рухнул на спину. - Ничего, отдыхай и получай удовольствие. – Улыбнувшись мне, он помог мне сесть, чтобы ему было удобнее устроиться у меня между ног и продолжить начатое. Как и в прошлый раз, он потихоньку расширял меня и, желая заглушить неприятные ощущения, сосал, как всегда, с причмоками, как будто знал, что эти звуки заставляли меня настораживать слух. Никого здесь нет, я знаю, но этот звук был настолько пошлым, да и вообще все, что мы сейчас делаем. Я бы умер от стыда, если бы нас сейчас кто-нибудь увидел. Перевернув меня на живот и поставив раком, он прижался к моей спине и аккуратно стал продвигаться в мою узкую попку. - Узкий и, как всегда, до жути напряженный. Мне, конечно, приятно, но, милый, я так не успею доставить тебе удовольствия, если сейчас кончу, хоть и очень хочется. – За этим монологом действует поцелуй в висок, а я… а что я? Обычно после его славной речи только больше смущаюсь и, кажется, вместо того, чтобы расслабиться, сжимаюсь сильнее. Протяжный нисколечко нескрываемый стон удовольствия вырывается из его уст, и брат изливается в меня. - Черт, – тяжелое дыхание и поцелуй в макушку, – Я тебя сейчас накажу. Кому я говорил расслабиться? - Прости, – опять это чувство, будто я девочка-подросток. - Одного извинения мне мало. Целуй. – Рюрик показал на свою плоть, которая вновь стала набухать и расти, словно на дрожжах. Господи, мне уже страшно, сколько же он может продолжать? Брат усаживается поудобнее раздвинув ноги, а я, вжавшись, опускаюсь и начинаю целовать его ствол. Вначале просто поцелуи, облизываю и только я успел полностью заглотить член, как брат отстраняет меня и опять ставит раком. - А теперь расслабься, – снова нанеся на свою плоть подсолнечного масла, он стал потихоньку проникать. Но стоило ему только полностью войти, как он тут же, стал быстро вколачиваться в меня. Боль оглушила, я начинаю вырываться, но брат только прижимает меня к сидению и начинает мне дрочить. К боли присоединяется удовольствие. Терплю и не вырываюсь, но уже через какое-то время я сам насаживаюсь на его член. Как же хорошо, его ствол такой большой и дарит мне такие приятные ощущения. Мне все мало и потому брат, положив мою ногу на спинку переднего сидения, вновь проник в меня. Поменялся угол проникновения, он стал словно глубже входить. Я не стону, я кричу от удовольствия. Еще, еще!!! В машине было ужасно жарко, поэтому брат вытащил меня оттуда и улегся на траву. - Иди ко мне, – протянув руку, позвал он. Я, как послушный мальчик, подошел и без его помощи стал насаживаться. Руки завел назад, опираясь на прохладную землю и влажную траву. И начинаю двигать бедрами все быстрее и быстрее. Тут брат не выдерживает, садится и, схватив меня за бедра, начинает увеличивать темп. Развязка приближалась, член уже болел от того, что я сдерживался. - Люблю тебя, – слышу я, и теплая жидкость растекается внутри меня. Больше я не сдерживаюсь и изливаюсь на брата.

***

- Вы ездили в такую даль за одним лишь маслом? Могли бы прикупить и еще чего-нибудь, – недовольно взвыл Славка. Был уже час ночи, когда мы вернулись домой. Как и следовало ожидать, я накормил гостей тем, что у нас осталось, решив приготовить что-нибудь вкусное в следующий раз. Вызвав гостям такси, Рюрик пытался угомонить школьников. И вот мы снова оказались наедине. Часы показывали почти два часа ночи. Я, думая, что брату на сегодня хватит, стал подниматься к себе в комнату. Даже задней мысли не было, чтобы повторить начатое в машине. Но брат перехватил меня еще на лестнице, вновь скрепив наши языки в страстном поцелуе. - Теперь моя очередь, – толкнув старшенького на его кровать, я стал стягивать с себя рубашку. На мою фразу брат разводит ноги, словно приглашает. Сердце забилось быстрее. Я и не думал, что он мне разрешит.