Наушники

Арсений недовольный зашел в гримерку и плюхнулся на кресло перед громадным зеркалом с яркими маленькими лампочками. Он поморщился от них, совершенно не понимая, зачем их постоянно красят и зачем для этого столько света. Пара мазков кистью и этим кремом — тональником — и они готовы идти, разве нет? Разве зритель будет обращать внимание на их синяки под глазами и прыщи? Попов совершенно так не думал. Скорее всего, у самих зрителей так же были синяки, ведь съемочный день начинался в восемь утра — по крайней мере для них, но никак не для самих актеров. Они сюда приезжали еще раньше, чтобы подготовиться к шоу. Но, к сожалению, не это было причиной такого пониженного настроения актера. Это все Паша. Это все его милые улыбки в сторону Арсения, его тонкие запястья и постоянно искрящиеся радостью и смехом темные глаза. А еще эта его нездоровая любовь к стёбу, когда Попов надевает на голову наушники перед импровизацией "Вечеринка" или "Свидание вслепую". Только подумав об этом, Арсений уже хотел сдохнуть. Ну, или оказаться в своем прошлом, когда он еще не знал комика и не был замешан в этом шоу. - Как же ты бесишь, - тихо, под нос, выдохнул Попов и прикрыл глаза. Через секунду дверь со скрипом распахнулась, отчего мужчина аж подпрыгнул в кресле, но глаза не открыл. Он точно знал, кто зашел. Только этот человек мог так беспардонно завалиться кому-то в гримерку, без стука перед этим. - Ой, а кто это у нас тут такой обиженный сидит? Не наш ли любимый актеришка? - голос прозвучал прямо над ухом Арсения, и он открыл глаза, встречаясь в зеркале взглядами с Пашей, что стоял позади него. - Уже "наш"? Ах, да. Я же чмо, как ты сказал сегодня, - Попов фыркнул и отвел взгляд в сторону, всеми силами стараясь не выглядеть обиженным, что, если честно, получалось не очень хорошо. Воля довольно усмехнулся, глядя на этого обиженного щеночка. Он присел на соседнее кресло, понимая, что следующие минут десять перерыва они проведут за разговором. И он не был против. Главное, чтобы Арсений перестал обижаться на него. - Меня бесит, что ты постоянно говоришь какие-то гадости, когда люди надевают наушники. - Не постоянно, Белоснежка, не надо, - Паша нахмурился и отрицательно покачал головой, все же довольно замечая, как Арсений постарался не улыбнуться на это прозвище в его адрес. Но образование актера явно давало о себе знать, потому что Попов с легкостью вернул хмурое выражение лица. - Паш, ты постоянно говоришь гадости про меня. Я уже ненавижу надевать эти тупые наушники. Вот нахрена тебе это? Я понимаю, смех и все такое. Но ты делаешь это все время, - Арсений закатил глаза, невольно начиная закипать и от этого активно жестикулировать руками. - Нет, чтоб что-то хорошее сказать! Так ты это делаешь, даже когда мы все просто сидим в гримерке, и я в наушниках. Ну, это ни в какие ворота не лезет, честное слово, Паш. Попов наконец соизволил посмотреть в сторону ведущего, скрещивая руки на груди. Тот молчал некоторое время, а после спокойно проговорил: - Ну, один раз я сказал, что у тебя хорошая задница. А это разве плохо? Арсений не сдержал смеха, не сводя с мужчины глаз. Он совершенно не понимал, как в итоге оказался в отношениях с этим человеком. Даже под смертельной пыткой он не сможет объяснить этого. Но актер и не жалеет, что связался с ним. - Ты неисправим, Паш. И меняй, у меня не просто хорошая задница, ты знаешь это. - Ой, прям отличная задница! - Меня-яй! - Прям щикарная задница! Атвичаю! - с кавказким акцентом и улыбкой практически прокричал Воля, глядя, как Арсений не прекращает с него смеяться. Он поднялся и вновь встал позади мужчины, обнимая его за плечи. - Не дуйся, Арс. Ты же знаешь, что я не со зла это все говорю. И ты не чмо... Я вообще "чмок" сказал, Серый меня раскусил. - Смотри мне. А то отомщу, - Попов с улыбкой провел ладонью по предплечью мужчины, смотря на его отражение в зеркале перед ним. Паша только фыркнул и любовно чмокнул его в затылок. - Пошли, нас заждались уже. Перерыв почти закончился. - Паш. - Ау? - Ты же знаешь, что я все равно люблю тебя? - Арсений наблюдал, как Воля поправил прическу, а после отошел ко все еще открытой входной двери. - Конечно, знаю. И я люблю тебя... Чмо, - Паша довольно засмеялся и убежал из комнаты. - Ах, ты ж скотина такая! А ну, стой! - Попов быстро поднялся с места и помчался за мужчиной, чувствуя, как его настроение только становится лучше.