Убийца и его жертва

      Мадара сидел за своим столом, пролистывая в интернете последние новости, и неторопливо попивал уже остывший чёрный кофе. Его глаза методично двигались вверх-вниз, читая заголовки статей. Его интересовали новости из мира политики. Мадара мог с уверенностью сказать, что ему за всю жизнь не приходилось присутствовать на выборах или дебатах, да и вообще интересоваться этим вопросом, но сегодня у него были на то причины.       Мадара был киллером всю сознательную жизнь. Первого человека он убил в шестнадцать, а к двадцати годам уже считался профессионалом своего дела. Юное дарование внушало ужас соратникам по оружию, так как не было ни одного дела, которое он бы провалил. Его хладнокровие во время работы поражало. Его руки дрожали лишь один раз, когда он в упор застрелил убийцу своего младшего брата. С тех пор и началась его «карьера». Сейчас Мадаре двадцать восемь, и он мёртв. Мёртв по всем документам в своей родной стране. Он стал тенью ради своего образа жизни. У Мадары нет родственников, нет жены и нет детей. Вместо личности есть пачка денег и дорогое оружие. Но у Мадары есть привычки, такие как курить, выпивать в день пару чашек своего любимого черного кофе или закутаться в безразмерный вязаный свитер, когда становилось прохладно.       Этим утром Мадаре от доверенного лица поступил заказ на политика мелкого уровня, претендующего на роль будущего мэра и принимающего участие в выборах. Теперь Мадара начинал свое расследование. Он не часто копался в чьей-то жизни, особенно в жизни будущей жертвы, но сейчас ему стало даже интересно, чем же кому-то насолила птичка такого невысокого полета. Птичкой оказался двадцативосьмилетний Хаширама Сенджу. Этот молодой мужчина явно подавал огромные надежды избирателям. Его репутация оказалась чище простыней Королевы Виктории. Это позабавило Мадару, ведь стали понятны мотивы заказчика, который сам на деле оказался замешан в паре-тройке грязных делишек и явно уступал своему оппоненту во многих аспектах. Глядя в монитор на фотографию Сенджу, Мадара испытывал чувство, что уже где-то видел этого человека, но это точно было не на экране телевизора, потому что у Мадары его попросту нет. Это чувство шло откуда-то из глубин его подсознания, что вызывало ещё больший интерес к данной персоне. Он обязательно убьёт этого человека, только сначала послушает, как птичка поёт.       Чтобы добраться до указанного города, Мадаре пришлось ехать чуть более суток на машине. Он устроился в небольшой гостинице, заплатив при этом сверху за анонимность. Ночь провёл в дополнительной чистке своих парных пистолетов, а остаток ночи пил кофе и читал излюбленный томик одного из японских писателей. Мадара не любил засыпать в кроватях. Где угодно, но только не в них. Поэтому он всегда неожиданно засыпал в кресле или за столом у себя дома. Так случилось и сейчас: тёплый свет от лампы и дальняя дорога к утру сморили его уставшее тело. Утром же он умылся и невольно посмотрел в зеркало на своё отражение. На него смотрел молодой, но усталый мужчина с большими мешками под глазами, пересохшими губами и бледной кожей. Роскошной шевелюре, обрамлявшей его лицо, явно требовался хороший уход. Он не любил своё отражение. Оно напоминало о Нём. Слишком они были похожи. Поэтому Мадара в спешке покинул ванную комнату и пошёл собираться. В расписании сегодняшнего дня числилось посещение утренних дебатов. Мадара не особо вдавался в подробности данного мероприятия, потому как ближе к ночи уже должен быть в пути домой.       На улице стояла жара, а это значит, что оружие прятать будет сложнее. Но за столько лет практики Мадара освоил все секреты экипировки. Он вышел из отеля в лёгких штанах, рубашке и пиджаке, под одеждой к телу плотно прилегала кобура с пистолетом и метательными ножичками, а на руках, как обычно, были чёрные перчатки. Он был первый раз в этом городе, но благодаря современным технологиям легко маневрировал по незнакомым улочкам. Только отойдя на приличное расстояние от отеля, он вызвал себе такси, попросив телефон у какого-то незнакомца. Когда он подъехал к главной площади города, там все ещё только собирались. Мужчина не намеревался толпиться с людьми, а направился в близлежащее кафе, у которого были столики на улице, откуда была хорошо видна данная площадь. Время было только десять утра, поэтому официанточка сразу же подошла к нему принять заказ. Мадара вновь хотел выпить кофе. Это стало некой зависимостью в последние месяцы. Официантка ушла, напоследок ласковым голоском произнеся, что если он ещё что-либо пожелает, пускай зовёт именно её. Но Мадара пропускает это мимо ушей и берёт в руки лежащую на столике газету. Чтобы занять себя на время ожидания, он вновь перечитывает статьи о сегодняшнем мероприятии. Время шло, народу становилось всё больше, и вот в микрофон заговорили первые голоса, вещавшие о скором начале дебатов. Прозвучали имена оппозиционеров, но среди этих имён не было нужного. Мадара оторвался от чтения газеты и взглянул прямиком на сцену. Нахмурился, ведь не мог он так просчитаться! Посмотрев ещё раз на дату в телефоне, он утвердительно кивнул сам себе: ошибки быть не может. За соседними столиками уже рассаживались люди. Становилось слишком шумно для того, чтобы подумать над дальнейшим развитием событий, но внутренний монолог был прерван мягким мужским голосом:       — Извините, свободных столиков уже не осталось, а вы, как я понял, никого не ждёте. Я присяду?       Рука незнакомца уже покоилась на спинке стула и планомерно отодвигала его для дальнейшего приземления.       Мадара бы просто ушёл, не желая разговора с незнакомцем, но, оторвав глаза от экрана телефона, он не поверил им. Перед ним стоял мужчина точно с тех фотографий в интернете. Только он был в очках и шляпе, а также в лёгкой майке и джинсах. На лице его была улыбка, но не такая, когда просят об одолжении или которую натягивают на себя в присутствии нежелательного гостя, она была весёлой и лёгкой. Мадара нахмурился ещё больше. Он никогда в жизни не был на таком тоненьком волоске от пропасти, как в этот момент. Мадара таращился на мужчину напротив, повисло молчание.       — Ох… Вы, должно быть, меня узнали? Прошу, пожалуйста, не выдавайте меня, а то мне придется искать другое место, а это было бы не кстати… — мужчина уже успел присесть и осмотреть Мадару, — вам ведь можно доверять? Я Хаширама, — шёпотом произнес он, протягивая руку для пожатия.       Мадара, опустив взгляд на руку Хаширамы, неуверенно протянул свою и пожал её. Сейчас нужно взять себя в руки.       — Мадара. — при произнесении своего имени Мадара немного вздрогнул, он сам не ожидал, что скажет ему НАСТОЯЩЕЕ имя. "Хорошо, он все равно умрёт" - так успокоил себя Мадара и попытался расслабиться. Но это получилось не особо хорошо, ведь теперь нужно не упустить его, а то, каким образом это сделать, Мадара пока не понимал.       Пока Мадара обдумывал новый план, Хаширама уже успел заказать себе завтрак и смотрел на площадь напротив них. Но было заметно, что Хашираму привлекала отнюдь не площадь, а человек, сидевший напротив. Сенджу мог сказать, что редко видел подобных людей. Он сразу определил, что Мадара не из бедных. Об этом говорили мобильный телефон, часы и рубашка. Хотя, сам внешний вид смотрелся не очень опрятно. Хашираме понравился Мадара, кем бы он ни был. Мадара чувствовал его внимание и нервничал, а вместе с этим лицо его мрачнело всё больше и больше.       — Вас что-то беспокоит? — вдруг вновь раздался мягкий голос Хаширамы, — Вы расскажите, ведь я не знаю вас, вдруг вам полегчает, — Хаширама вновь с тёплой, наверное, свойственной только ему улыбкой смотрел на Мадару.       — У меня всё в порядке, — только и смог выдавить из себя Мадара. Он уже хотел пристрелить Хашираму за эту его улыбку и добрый взгляд. Какого черта он подсел именно сюда?! — А как насчёт тебя? Разве ты не должен быть сейчас там? — Мадара даже забыл про формальности и махнул головой по направлению к сцене.       — Всё дело в рейтинге. У меня его достаточно, чтобы я мог позволить себе понаблюдать со стороны на других кандидатов, — Хаширама вновь вернул взгляд к сцене, откуда доносились пылкие речи.       Воцарилось молчание. Так как Мадара не мог отсюда уйти, он заказал еще кофе. Уже третья чашка с приезда сюда.       — Может, вам поесть чего-нибудь? — заметив взгляд Мадары, Хаширама добавил. — Извините, что лезу не в своё дело, но пить один только кофе не очень хорошо. Вы и так бледный! Попробуйте… — он пододвинул свою тарелку с яичным омлетом ближе к Мадаре, — если понравится, закажи и себе такую… — Хаширама всё смотрит на Мадару, а Мадара почему-то не в силах отказать. Когда брюнет вилкой подцепляет небольшой кусочек омлета, Хаширама вновь спрашивает. — Мы с тобой не встречались когда-либо?       Мадара лишь отрицательно качает головой, жуёт омлет, который ему понравился. Это улавливает Хаширама, заказывая у официантки ещё одну порцию. Сенджу лишь легко улыбается, когда Мадаре приносят его порцию, и тот своими тонкими пальцами ловко орудует вилкой. Правда, в эту жару руки в перчатках выглядят немного странно.       — Раз уж мы перешли на «ты», то могу ли я спросить, кем ты работаешь? — вновь не унимается Хаширама. Он хочет откопать хоть что-то, что поможет ему прояснить возникшее в душе чувство.       — Перевозки, — на подобным случай у Мадары имеется легенда, поэтому голос его входит в привычные холодные тона. — Я на один день в этом городе.       — Ммм… — Сенджу задумчиво мычит и опускает глаза. Он понимает, что брюнет не из тех людей, которые будут после одного дня знакомства звонить, поздравлять с праздниками и узнавать как дела.       Мадара тем временем доедал, а поднимающееся солнце уже забирало тень с площадки со столиками. Ещё чуть-чуть, и лицо Мадары начнет обгорать с непривычки, поэтому ему следует уходить. Он встал, не глядя на Хашираму, полез за бумажником, но чужая рука легла ему на запястье, отчего Мадара вздрогнул. Он не привык к чужим прикосновениям.       — Я тебя угощаю, не стоит, — вновь добрая улыбка, но уже не такая весёлая, какой она была в начале знакомства. Брюнет, не говоря ни слова, убирает бумажник обратно. Ему это было только на руку. Хаширама одобрительно кивнул и сам положил деньги на стол, с лихвой накинув официантке чаевых. Хаширама хотел предложить Мадаре прогуляться с ним, но неожиданный звонок нарушил его планы. Звонил его младший брат, который был очень недоволен тем, что старший незаметно улизнул, а куда — не сказал.       Пока Хаширама решал свои неожиданно возникшие проблемы, Мадара молча удалился из его поля зрения. Он ощущал себя не в своей тарелке. Чувство, будто они виделись ранее, усиливалось с каждым жестом и словом Хаширамы, а его идентичный вопрос и вовсе подкреплял веру, что это всё неспроста. Брюнет шёл быстрым шагом, но уже не зная, куда. Остановился только тогда, когда понял, что оставил телефон на столике в кафе. Его пронзил ужас. Не за то, что он может быть легко раскрыт, нет, а за то, что вообще позволил себе отвлечься от основного дела. В телефоне не было ничего такого, что могло разрушить его жизнь, ведь в телефонной книге не было ни одного номера, ни единой смс, а все важные файлы хранились под паролем. Он резко развернулся и сразу же застыл, ведь недалеко от него стоял Хаширама и крутил его телефон в своих руках.       — А я всё думал, когда же ты заметишь! — Хаширама начал идти навстречу Мадаре, улыбнувшись.       Мадара лишь сложил руки на груди и пристально глядел в глаза Хашираме, ему уже начало казаться, что тот раскусил его и теперь хочет поиграть с ним в кошки-мышки. Дойдя до Мадары, Хаширама не спешил возвращать чужое имущество, он хотел… Но чего он, собственно, хотел? Он уже и так задал достаточно вопросов, чтобы понять, что дискуссии с ним вести не намерены, но тем не менее хотелось сделать что-нибудь, дабы завладеть вниманием этого знойного брюнета. Постойте, "знойного"?! С чего вообще такие мысли в голове?..       — Так ты мне его отдашь, или мы так и будем стоять тут, на жаре? — в голосе Мадары чувствовалось раздражение. Но было что-то ещё, чего пока не мог уловить Хаширама, хотя, это казалось хорошим знаком.       — Ты мой должник, — с уверенностью произнёс Хаширама.       — И что же я тебе должен? Денег? Или дать свой номер телефона и пригласить на свидание? — Мадара ухмыльнулся и оценивающим взглядом пробежался по Хашираме сверху вниз.       — Да! — воскликнул Хаширама, — именно этого я и хочу. Я хотел тебя позвать, но ты так стремительно ушёл…       — Нет, — Мадара неожиданно для Хаширамы выхватил из его руки телефон и положил его в карман пиджака.       — Что? Но почему? — в голосе Сенджу нескрываемое удивление. Недавно же он слышал весёлые нотки в голосе собеседника, а теперь!..       — Не переношу политиков. Они вруны, — задержав взгляд на глазах Хаширамы, Мадара отступил от него и, обойдя, направился в противоположную сторону. Стоит уйти быстрее, чем он начнет сомневаться в том, что следует закончить работу до конца. — Никогда не стоит разговаривать с тем, кого намереваешься убить… — шёпотом повторяет Мадара.       Хаширама так и остался стоять на месте, провожая взглядом удаляющийся силуэт Мадары. Было больше вопросов, чем ответов о том, кто же он, этот Мадара. Незнакомец был для него призраком из приоткрывшейся завесы, которую Хаширама не в силах открыть один. Когда Мадара удалился из виду, Хаширама вновь надел на себя очки, которые снял еще во время завтрака, и направился к своей припаркованной неподалеку машине.       Вновь плутая по извилистым улицам, Мадара понимал, что за один день теперь ему точно не справиться. Необходимо было выждать время, ведь мало ли кто их мог видеть. Не хотелось, чтобы всё полетело к чёрту из-за одного опрометчивого шага. Мужчина ходил в задумчивости некоторое время, пока вновь не вызвал такси и не уехал в отель. Номер встретил брюнета запахом пыли и прохладой. Он сел в кресло, где несколько часов назад проснулся, ещё раз оглядел номер и откинул голову назад на спинку. Мадара тихо простонал в голос. Ему так же были нужны ответы, как и Хашираме. Но как найти то, о чём не имеешь ни малейшего понятия? После проведенных нескольких минут в тишине Мадара решил успокоить разум и выкурить сигарету. Неспешно подойдя к сумке с одеждой, он вытаскивает чуть помятую пачку и зажигалку. Наконец-то доза никотина поступает в его организм. На некоторое время наступает умиротворение. Он курит прямо в номере, не открывая окон, а пепел смахивает в первую попавшуюся вазу без цветов. Ему плевать, ведь этот отель и так затхлый настолько, насколько это вообще возможно. Мадара стоит и смотрит в окно, сейчас ему кажется, что весь город замер вместе с ним, словно он дышит с ним в унисон. Он скидывает с себя рубашку и кобуру с оружием. Резко накатившая расслабленность заставляет Мадару вновь опуститься в кресло и задремать на пару часов. Возможно, во сне он сможет отдохнуть от всего этого мира.       Но засыпает Мадара крепко. И, вопреки надеждам, ему снится сон о двух мальчишках, которые соревнуются в чём только можно. Но, тем не менее, оказывая при этом полную поддержку друг другу в трудных ситуациях. Он не может чётко осознать внешность этих героев или уловить нить разговоров, но сразу становится очевидно, что те двое дороги друг для друга, хоть им еще и немного лет. Сон прерывается на одном из самых интересных и волнительных моментов, когда дружба этих сорванцов подверглась первой проверке, когда стало очевидно, что их связь не что иное, как запретный плод.       Просыпаться было трудно, веки слипались, и пока это длилось, Мадара мог уловить последние образы героев своего сна. Концовка так и осталась затуманенной для него. По начинавшимся сумеркам Мадара понял, что проспал добрую половину дня. Тело затекло, и вставать было так же трудно, как и просыпаться. Но Мадара всё же смог размяться и покинуть кресло. Он достал телефон, чтобы посмотреть время, и заметил одну странность. Одно входящее сообщение. Этого просто не могло быть! Никто не знает этот номер! Мадара незамедлительно открыл его и прочел следующее: «Я предполагал, что ты откажешься пойти куда-либо со мной, поэтому схитрил. Очень странно, что у тебя нет ни одного номера в телефонной книге, но я это исправил!». Сразу же после прочтения Мадара заглядывает в телефонную книгу и вслух произносит единственное написанное имя: «Хаширама». Понимание того, что от него так просто не отстанут, уже устойчиво укоренилось в его голове, поэтому Мадара решает, что если эта птичка хочет попасть в клетку, она попадет. Хаширама станет наглядным пособием о том, почему нельзя иметь ничего общего с Мадарой. С Учиха Мадарой.       Мадара звонит ему, но вместо голоса на проводе получает в ответ лишь долгие гудки.       — Да он издевается… — сквозь зубы процедил Мадара, но, не успев произнести очередную колкость в своей голове, услышал ответ:       — Я знал, что ты позвонишь, — весело раздалось в телефонной трубке.       — Что тебе нужно от меня? Называй любое место, и я пойду с тобой туда, но это будет последняя наша встреча. Больше мы не увидимся, и ты не услышишь мой голос, а также мой номер будет стёрт с твоего телефона. — Мадара не лукавил, ведь всё верно. После этой встречи Хаширама будет мёртв.       — Я пока не могу тебе сказать место, но я могу заехать за тобой. Где ты поселился?       Мадара не сразу ответил, ведь не стоит раскрывать своё местоположение, пусть даже и будущему трупу.       — Я могу вызвать такси и сам подъехать, куда скажешь.       — Ну что ж, хорошо. Тогда записывай адрес, — Хаширама начал давать подробные инструкции, как и куда стоит подъехать, — Хочу, чтобы ты был удивлён, не думаю, что ты сможешь увидеть что-то подобное где-либо еще! Так что в девять вечера я буду ждать тебя, Мадара, — впервые Хаширама произнес это имя, отчего по телу ранее упомянутого пробежала волна тепла.       Ничего не ответив, Мадара просто отключил вызов, но ещё с минуту смотрел на уже потемневший экран телефона. Он все ещё не понимал, чем мотивировано такое отношение к его персоне. Но уже пора потихоньку собираться, ведь опоздание не входило в план Мадары...       Хотя, разве ещё что-либо осталось от так называемого «плана»?       Как только он пересёк черту этого города, всё пошло не так.       Мадара, как и прежде, надел на себя кобуру, спрятав её под той же рубашкой и пиджаком, но добавил второй пистолет вместо ножей — на всякий случай. В начале девятого он вызвал такси с телефона отеля и вскоре уже ехал в назначенное Хаширамой место. Место это оказалось местным пляжем, по которому в вечернее время гуляло множество народу. Как только Мадара вышел из машины, он заметил Хашираму, только что приехавшего сюда. Они встретились взглядами и одновременно пресекли расстояние, что отдаляло их друг от друга.       — Я очень рад, — вновь мягко улыбался Хаширама. Было заметно, что он немного нервничает, но это было даже забавно. — Сегодня в городе праздник. Это особенный день, поэтому я хотел, чтобы ты это увидел… По тебе не скажешь, что ты когда-либо бывал где-то, кроме северных районов, — Хаширама тихо рассмеялся своему остроумию, но так как Мадара никак не отреагировал, то и он вскоре перестал смеяться. — Лучше пойдём, я тебе все покажу!       В начале прогулки они ходили по пляжу под истории, которые Хаширама травил Мадаре обо всём, что видел или слышал. По прошествии часа Хашираме всё же удалось пробить трещинку в стене, которую вокруг себя создал Мадара. Мадара отвечал, пусть и несмело. На втором часу прогулки и вовсе рассказал пару историй. Ещё чуть позже прорезался и тихий смех от того, что Хаширама, поедая яблоко в карамели, умудрился откусить всего один раз, после чего оно упало в песок. Сенджу лишь театрально нахмурился и предложил Мадаре самому попробовать съесть эту сладость. Мадара вызов принял и, более того, с успехом одержал победу, откусив целых два раза! Вскоре яблоки были забыты, а путь их продолжился прямиком к океану.       Уйдя от толпы, они смогли уединиться у самой воды. Здесь было прохладно, но из-за жаркого дня температура в такое время не опускалась ниже комфортной. Они уселись прямиком на песок плечом к плечу. Какое-то время каждый думал о своём. Мадара - о том, что ему непременно следовало сделать уже пару часов назад. Хаширама - о том, какой всё же необыкновенный этот Мадара. Сколько же секретов скрывает его личность и душа?..       — Мадара, с тобой очень легко… — издалека решил начать Хаширама. Но Мадара будто впал в транс и не реагировал ни на какие слова Хаширамы. — Я бы не хотел, чтобы ты думал, что, раз я политик, то я вру тебе в чём-то…- почему-то Хаширама хотел оправдаться, но получалось всё сумбурно и неловко.       Мадара повернул голову к Хашираме и пристально посмотрел на него. Во взгляде брюнета читалась тоска, которая лишь нарастала с каждой минутой.       Хаширама, видя этот взгляд, лишь тихо прошептал:       — Ну вот, я вижу, что тебя что-то гложет… Расскажи мне… — и, прикрыв глаза, подался вперёд, прикасаясь своими мягкими губами к сухим губам Мадары.       — Ты точно хочешь это знать? — с придыханием прямо в губы шепчет Мадара. К удивлению для самого себя, он наслаждается этим моментом и так же прикрывает глаза. Хаширама лишь кивает и накрывает нижнюю губу Мадары своей верхней, углубляя поцелуй. С такой бережностью и нежностью Мадару никто не целовал, поэтому его руки легли на плечи Хаширамы, но чем дольше длился поцелуй, тем сильнее пальцы впивались в плечи мужчины.       Мадара разорвал поцелуй, резко отдернув от себя Хашираму. Поднялся на чуть дрожащих ногах и уже сверху вниз смотрел на ничего не понимающего Хашираму. Сенджу лишь ждал дальнейшего развития событий, шестым чувством понимая, что ничего хорошего сейчас не случится.       — Мне должно быть все равно, кто передо мной находится. Мужчина. Женщина. Ребенок. Или все сразу. Я исполнял свою работу чисто и без лишних эмоций. До этого момента… — Мадара заводит руку за спину, поднимает рубашку и пиджак. В следующий миг Хаширама видит пистолет в его руке. — Но с тобой всё изначально шло как-то не так… С самого моего приезда в этот город. Нет, с того самого момента, когда я увидел твою фотографию. Отвечая на твой вопрос в том кафе, скажу: да, ты мне тоже кажешься знакомым, словно я тебя знаю, а вспомнить никак не могу. Меня это бесит, злит до чёртиков. Ты выводишь меня из равновесия, Хаширама! Я искал причину для того, чтобы не убивать тебя, и… — направляя пистолет на Хашираму, Мадара закрыл глаза.       Хаширама шокировано смотрит на Мадару и не может сначала выговорить ни слова, но, в конце концов, решает задать ему один вопрос:       — Я сумел сделать так, что этот день ты не забудешь до конца жизни?.. — он не убегает, это лишнее сейчас. Он готов принять смерть. Он примет её, как старую подругу.       — Сумел…       Хашираме кажется, что Мадара выстрелил, но, когда он очнулся от того, что вокруг него столпились люди и пытаются привести его в чувства, он понял, что жив. По боли в челюсти он также понял, что Мадара лишь оглушил его, оставив без сознания. Мадары рядом не было, как будто его не было вовсе. Вставая на ноги, Хаширама почувствовал, что в кармане его брюк что-то шуршит. Опустив руку в карман, Хаширама достал листок бумаги. Развернув его, он увидел лишь написанное имя. Это точно была подсказка от Мадары. Это точно был тот, кто замешан в несостоявшемся покушении на него. И мужчина сразу же понял этот посыл. Теперь оставалось разрулить всё самостоятельно. Как только Хаширама убедил всех зевак в том, что с ним все хорошо, он незамедлительно покинул центр всеобщего веселья. Этот день и эту ночь он запомнит навсегда, пусть даже Мадара и исчез, но Хаширама поклялся себе в том, что непременно отыщет его и… уже не отпустит.