Научить жить заново.

      После его слов я выронил стакан с горячим шоколадом и оно разлилось на снегу. Саймон поднял стакан. — Ты всё такой же, всё у тебя из рук выпадает, — смеётся.       Неожиданно для него и для себя я рванул с места, отпихнув его. Я бежал так быстро, что не заметил, как подбежал к дому. Войдя в квартиру, я быстро прошёл в комнату, попутно скидывая вещи. — Зачем? Зачем ты вернулся? Я же только забыл тебя… — сказал я тихо, на глазах начали появляться слезинки. Из соседней комнаты доносилась музыка.       Целый час я старался выкинуть его из головы, но не получалось. — Неужели вновь я ощущаю те же чувства, как и тогда? Он опять заставляет меня плакать… — я сжал подушку.       В комнате выключилась музыка. Кто-то постучал в дверь, я решил проигнорировать это и отвернулся к стене. Хочу быть один. Дверь открылась и включился яркий свет, от которого я зажмурился. — Марти, всё в порядке? — папа положил руку мне на голову. — Да, — сквозь слёзы сказал я. — Не ври, — папа повернул меня к себе. — Откуда тогда эти слёзы? Кто обидел моего мальчика? — я прижался к нему и постарался рассказать, что со мной произошло за это время. Папа сидел с широко раскрытыми глазами. Когда я закончил рассказывать, папа отодвинул меня от себя и дал хороший подзатыльник. — Ай! За что? — потёр я ушибленное место. — Ты совсем? Не говорить такое. Как ты вообще это вытерпел и почему, когда я тебе звонил, ты всегда говорил, что всё хорошо, и просил не приезжать? — Пап, я не хотел, чтобы вы волновались за меня, я хотел сам справиться со всем, — сказал я, вытирая слёзы.       Папа обнял меня, и так мы просидели ещё долго, а к утру уснули. Когда я проснулся, папы не было. Я прошёл на кухню, где все уже сидели, и присел к ним. Отец встал со стула и пошёл наливать чая мне, папе и себе. Мы пили и говорили о всяких мелочах, но стук в дверь прервал наш разговор. Папа пошёл посмотреть, кто пришёл. Послышались голоса папы и Саймона, они спорили. Отец вышел к папе, и через минуту они вернулись на кухню. — Он хотел тебя увидеть, но я сказал ему, что ты не хочешь, — сказал папа. — Спасибо, — опустил я голову. — Что Саймон делает здесь? Он же должен быть у родителей в другой стране и помогать отцу в компании, — с непониманием посмотрел на нас отец. — Я не знаю и не хочу знать, — я замолчал на секунду и теперь посмотрел на него вопросительно. — Откуда ты его знаешь? — А, да, мы с его отцом часто общаемся, и иногда Саймон приходит к нам. Хороший парень. Странно, что Хэнк, отец Саймона, не сказал, что тоже приезжает, нужно будет позвонить ему, — ответил отец, достал телефон и начал набирать номер. Он ушёл в гостиную. — Сынок, может, тебе стоит поговорить с ним? Может, он объяснит всё, — сказал папа, я кивнул и вышел из-за стола.       И правда, чего я бегаю от него, пускай он всё расскажет. Я переоделся в джинсы и толстовку, накинул куртку и надел кроссовки. Мне хотелось узнать, зачем он приехал и пришёл ко мне. Выйдя на улицу, я увидел Саймона, который сидел на скамейке. Я постарался, не выражая эмоций, подойти к нему. — Ты что-то хотел? — холодно спросил я. — Ты вышел! — вскочил он и широко улыбнулся. Его улыбка сводила всех омег сума, сейчас даже я хотел всё забыть и обнять его, но я сдерживал себя. — Ты что-то хотел? — переспросил я. — Да, Мартин, я хотел объяснить, почему тогда так с тобой поступил, и извиниться, — он опустил голову. — Ну попробуй, — сказал я и сел на скамейку. — Дело в том, что…