Изуна Учиха но Йоко

Мне оставалось только мысленно скрипеть зубами от бешенства, наклеив на лицо подбадривающую улыбку. Дети настороженно и недоверчиво смотрели на нас, но бежать и не думали. Чего-то такого мы и ожидали перед началом операции…

***

Поспать удалось порядком восьми часов, что хорошо сказалось на самочувствии. Призванные вновь ниннеко доложили, что на огороженной территории находятся три дома. Один жилой для шиноби, второй лаборатория и третий - тюрьма. Причём два последних уходят под землю хотя бы на один этаж. Это место оказалось лабораторным поселением какого-то клана. И здесь проводились эксперименты над детьми. Признаться, после такой информации чуть не рванула грудью на баррикады, как говорится. Но моя хладнокровная часть быстро взяла верх, утверждая, что так будет только хуже. После этого ловила Аки, которая сама ломанулась к лаборатории. С нашими воспоминаниями прошлого мира мы легко могли вообразить, что можно сделать с беззащитными детьми. В это мгновение я пожалела, что читала записи фашистских лагерей… Оставалась надежда на сравнительно маленький срок пребывания ребят в лаборатории… Проникать в лагерь противника решили ночью. Каждый в нашем отряде имел ночное зрение, в отличии от тех шиноби. Как заметили ниннеко, основное внимание охраны направлено внутрь базы, на подопытных. Поэтому незаметно убрать часовых оказалось удивительно легко. Неко-ниндзя хоть и специализировались на шпионаже, но их вторым призванием было тихое убийство. В прямых столкновениях с шиноби у них не было и шанса, но незаметно подобраться к скучающим ниндзя и нанести всего один смертельный удар… у кошек получилось. Следуя плану, после проникновения на территорию мы разделились: Аки с Ючи пошли в тюрьму. Их задачей было убить всю присутствующую в том доме охрану, собрать подопытных в одной комнате и окружить барьерами фуина, чтобы никто не смог до них добраться. После этого тигр должен был остаться там: охранять, пресекать истерики и успокаивать детей. А сестра шла зачищать лабораторию. По возможности она должна была оставить кого-нибудь в живых для допроса, но с её настроем и после вида детей… Не думаю, что кто-то выживет. Обежав казарму, обклеила стены подготовленным заранее фуином. Что ж… пора оправдывать славу Принцессы Войны и сестры Бога Войны, как прозвали Мадару! Подойдя к двери в казарму, кровожадно оскалилась. Пощады не будет! Вынув одной рукой кунай, в другую взяла последнюю печать. Приоткрыв дверь, молниеносно скользнула внутрь, метнув кунай в успевшего только потянуться за оружием шиноби, прилепила печать на закрывшуюся дверь и активировала барьер. Теперь покинуть дом можно будет только если сорвать её, а я никому не дам такой возможности! Планировка дома была простой: из небольшого зала перед дверью выходил длинный коридор, по бокам которого находились спальные комнаты шиноби. И всё из дерева! Просто рай для Учихи! Из комнат послышался шум: ниндзя почувствовали барьер и проснулись. Не мешкая и не жалея чакру, создаю друг за другом несколько мощных ветряных лезвий, которые перерубили комнаты и перегородки. Вряд ли вскочившие при первом подозрительном шуме шиноби смогут уклониться. По крайней мере в первых комнатах точно. А до сих пор валяющиеся в кроватях сони по определению не могут быть сильными противниками. Дом наполнился криками. Несколько шиноби выскочили в коридор. Тут же посылаю туда Великий Огненный Шар. Легко, быстро и очень эффектно. Начался пожар. Жёстко ухмыльнулась, вытащила катану и шагнула в огненный ад. Жар? Для Высшей Огненной Кицунэ? Не смешно! Это я устрою здесь ад! Молитесь о быстрой смерти, твари!

***

Рёв пламени, треск сгорающего и падающего дерева, запах дыма, крови и палёной плоти. А среди языков пламени мечется тонкая фигурка.

Не покажу тебе Все то, что есть во мне… Но жаль в душе все не под контролем… Ты от меня беги, Ведь стану зомби - По телу ярость разольется с кровью.

Но не сегодня. Сейчас ей скрывать нечего. Губы шепчут слова песни из далёкого прошлого.

Царапины везде: В коридоре на стене. Уже нет сил, и все не под контролем… А ярость уж во мне, В моем теле, в голове! Прошу сейчас избавь меня от боли! Где конец?!

Крики тех, за кем пришла Сен-Химе. Сестра Бога Войны. Принцесса Войны. Дочь Девятихвостого Кьюби.

Я чувствую внутри, Как ярость вновь кипит! Признаться сложно, Но я словно монстр! Хочу убить себя! Кошмар вновь начался! Признаться сложно, Но я словно монстр!

Горит огонь, отбрасывая блики на стены, мелькают тени, сверкает металл. А посреди пожара танцует Огненная Кицунэ.

Хочу все сохранить, Чтоб дальше просто жить… Но жаль в душе все не под контролем… Свободу он найдет И всех на части разорвет! Прошу сейчас избавь меня от боли! Где конец?!

Шаринган ищет достойных соперников, вьются девять чёрных хвостов, защищая спину, поёт алая от крови катана, смеётся, веселится демоница. Пляшет между чужих клинков.

Я чувствую внутри, Как ярость вновь кипит! Признаться сложно, Но я словно монстр! Хочу убить себя! Кошмар вновь начался! Признаться сложно, Но я словно монстр!*

Но сегодня Принцесса Войны покажет своего внутреннего демона, своего монстра. Чёрная кицунэ уничтожает тех, кто посмел вызвать её гнев. И не будет им спасения. POV Аки Внутри клокотала чистейшая ярость. Достаточно было вспомнить пятерых детей, которые были спрятаны за такими барьерами, что и Мадара с Хаширамой не сразу бы пробились. Вот только все виновники моего гнева были мертвы. Или почти все. За спиной прогремел взрыв, заставив довольно ухмыльнуться. Это взлетела на воздух лаборатория. Радостно оскалив клыки, посмотрела на пылающее здание казармы. Прислушавшись к сенсорике, поняла, что барьер ещё активен. Значит, Изуна там… И она в бешенстве. А ещё от дома так и веет страхом, гневом, ненавистью и обречённостью. Похоже, сёстра тоже нашла тех, на ком можно сбросить такие сильные и разрушительные эмоции. Не стоит забывать, что мы ёкаи. И не простые, а Высшие Кицунэ. Сильные, хитрые, яростные, мстительные и… очень трепетно относящиеся к детям создания. Демоны в принципе заботятся о детях, а лисы всегда лидировали в этом. Для кицуне свои дети практически священны. Их отпускают в большой мир, но только когда передадут максимум знаний и умений для выживания. И всё равно потом присматривают. Чужих детей демоны тоже оберегают, хотя и не так старательно. Считается, что у них уже есть родители и защитники. Если маленький ёкай становится сиротой, то его быстро забирают в какую-нибудь семью. Понятия «беспризорные дети» у демонов просто нет. Ёкай может убить ребёнка, но это… не совсем нормальная ситуация. Такое может произойти случайно или под влиянием каких-то очень сильных обстоятельств. Я даже думать не хочу, на сколько должен был сойти с ума отец, чтобы попробовать уничтожить младенца Наруто. Или Однохвостый Шукаку. Так старательно сводить с ума Гаару? Скорее всего он сам уже давно сошёл с ума к моменту запечатывания. Мы же с сестрой обладаем огненным темпераментом, присущим всем Высшим Кицунэ, какими бы стихиями кроме Катона те не обладали. И взрывным характером. Для его контроля нужна железная воля, которая не всегда помогала. Например, я всегда очень активна, эмоциональна и порывиста. Даже знать не хочу, какая сила воли у моей сестры, если она ведёт себя при посторонних как истинная Учиха, и только в кругу семьи позволяет себе шутить, смеяться и веселиться. Только не стоит забывать про остальные черты характера. Такие, как хитрость и мстительность. О!.. Мстить Изуна умеет со вкусом и расстановкой. Хитрость? Всегда пожалуйста! Со своими эмпатическими способностями кицунэ всегда с лёгкостью определяют врагов и их ловушки. И уничтожают всех, кто встал на пути их семьи. Огненный темперамент, что сказать? Стихия Огня, кстати, была у всех лисов поголовно. Интересно, а у Учих никто из рыжих в родословной не затесался? Или у сверхэнергичных Узумаки? Это бы многое объяснило. Вздрогнула, почувствовав исчезновение барьера. Пламя в тот же миг набросилось на ранее недоступные из-за фуин внешние несущие стены. Дверь распахнулась, и оттуда спокойно вышла Изуна в форме кицуне. Чёрная от сажи, в немного подгорелой одежде и чужой крови. Она внимательно прислушалась к эмпатической сенсорике и только после этого вытерла и убрала катану. — Всё? — ответ мне был не нужен. — Не ранена? — Да, — Учиха убрала хвосты и спокойно направилась к тюрьме, где остались дети. — Там не было достойных противников. Только шваль, способная разве что на издевательства над слабыми и детьми, — на секунду в глубине невозмутимых глаз вспыхнул огонь, но тут же погас. — Ты оставила кого-нибудь в живых? — Уже допросила… После ответов оставлять в живых этих… учёных совсем расхотелось. База зачищена полностью. — И? — Три не слишком сильных клана без улучшенных геномов пожелали получить Кеккей Генкай за чужой счёт. Похищали клановых детей и обычных людей с зачатками кейракурей. Взрослых шиноби эти сволочи и не пытались поймать. Пытались привить Кеккей Генкай обычным людям и детям шиноби без геномов. Экспериментировали на клановых, пытаясь понять, откуда у них такие способности… Много чего тут делали. — Кто жив? — Наши трое детей и две девочки близняшки. Про них ничего пока не знаю. — Хм. Ну идём. Там Сенджу… надень маску. В комнате с барьерами нас встретили шесть пар настороженных глаз. Ючи сразу расслабился и деактивировал барьеры. Дети опасливо жались к стене. — Здравствуйте, — я приветливо улыбнулась. — Не стоит нас бояться. — Я Учиха. Мы следовали за братьями и Сенджу, чтобы вернуть в кланы. Девочки… вас мы не ожидали увидеть, но можем забрать с собой в Коноху или помочь добраться до вашего клана. — Учиха? — старший мальчик удивленно прищурился, активировав двухтомойный Шаринган. Хмыкнув, Изуна дотронулась до маски, позволяя увидеть сквозь неё свои три томое. — Теперь верю. Но… — А давайте дойдём до нашего лагеря неподалёку? — мне решительно не хотелось оставаться в этом месте дольше необходимого. — Там поедим и поговорим. Дети оживились при упоминании еды и потянулись за Изуной на выход. Замыкал колонну Ючи. Я немного задержалась, расклеивая взрывные печати и догнала сестру. Пока шли по коридорам, было видно, что эти ребята будущие шиноби. При взгляде на кровь и трупы они лишь бледнели, но спокойно шли мимо. На улице маленькие шиноби потрясённо замерли, рассматривая разорённую базу и полыхающие остовы зданий. В их взглядах появилось злорадство и удовлетворение. Даже знать не хочу, откуда это взялось в детях. Тогда предложила ребятам посмотреть салют и активировала печати. Тюрьмы как не бывало: она сложилась внутрь, как карточный домик, и вспыхнула. — Так, идти не слишком далеко, но сейчас темно, а вы устали. Поэтому я понесу младшего Учиху, Сенджу — моя сестра Аки, близняшек повезёт тигр, старший своим ходом. Хорошо? — Изуна подошла к мальчику и присела, давая ему время на выбор. Помявшись, мелкий устроился у неё на спине. Остальные медленно заняли свои места, и мы медленно побежали по ночному лесу. До лагеря добрались только через три часа, когда начало светать. После этого Ючи откланялся, признав нас достойными призывать его, и исчез, а накормленные ребята быстро сомлели и заснули. Конец POV Аки Первым проснулся старший Учиха, а за ним к костру подтянулись и остальные. — Итак, — дружелюбно улыбнулась прижавшимся друг к другу детям. — Давайте представимся. Моё имя известно только в моём клане, поэтому можете называть меня Сен-Химе. Я Учиха, но недавно частично вошла в клан но Йоко на правах дочери главы. — Я — Аки но Йоко, химе клана но Йоко, сестра Сен-Химе. Теперь вы. — Меня зовут Изаму Учиха, а моего двоюродного брата — Кагами, — решил начать старший. Мальчики имели типичную для нашего клана внешность, разве что волосы были чуть кудрявыми. — Её — Хэна Сенджу, — он кивнул на жавшуюся к Кагами худенькую блондинку с карими глазами. — Сестёр не знаю. Кагами? Я переглянулась с Аки. Уж не родственник ли это Шисуи? Вполне может быть. Он тоже вроде бы был весьма талантлив. — Я Наоки, а сестру зовут Наоми, — девочка очень нервничала, чувствую неустойчивость своего положения. В то же время при взгляде на нас у обоих близняшек появлялось в глазах какое-то странное чувство. — Мы из клана Юки. Вот это поворот! Девочки имели темно-синие, почти чёрные волосы и голубые глаза. На известного нам по аниме Хаку они были похожи разве что изящным телосложением! — Расскажите, что с вами произошло. — Родителей убили, когда мы были за пределами клана. Нас привезли сюда, — пожала плечами Юки и поёжилась. — Так больно… Мы никогда не были семьёй в полном смысле этого слова: просто жили вместе, а теперь… — То же самое. Разве что нас троих поймали вместе, — кивнула Сенджу. — Потом раскидали по камерам. Меня посадили с Хэной, а брата одного, — подал голос Кагами. — Мы были вместе, — сёстры. — Вы сказали, что отведёте в клан… А Хэну не убьёте? — серьёзно посмотрел на нас Кагами, спрятав девочку за спину. — Нет. Наши кланы заключили союз. — Союз союзом, а о ней никто не узнает… — Они не убьют ребёнка без веской причины, — вдруг улыбнулась одна из Юки. — С чего ты так решила, — склонила голову на бок Аки. — Просто знаю, — она уверенно посмотрела мне в глаза. — Вы уничтожили всех вдвоём? — спросил Изаму. — С нами был тигр и ниннеко. — Они помогли, но основную работу сделали вы, — Хэна с невольным уважением и страхом посмотрела на нас. К этому моменту мы уже успели помыться и переодеться, поэтому не напоминали кровавых ночных демонов. — Не многие так смогли бы. — Неважно, — Аки передёрнула плечами. — Юки, что вы решили? — Мы хотим вернуться в клан. И представить вас нашему главе. — Э… Ладно. — Я… Я… Я не хочу идти в клан. Там все, а я… И мама… Не хочу! — вдруг разрыдалась Сенджу. Остальные дети растерянно переглянулись. Мда, боязнь женских слёз есть и в этом мире. Присела рядом и осторожно притянула девочку к себе, позволяя уткнуться в плечо. Кивнув Аки, поднялась и вышла из лагеря. Хэне надо выплакаться и желательно без присутствия кого-то кроме «жилетки». Хэна плакала долго, хватаясь за мою одежду, как за спасительный круг. Вжималась в меня, стараясь исчезнуть, спрятаться от реальности. Я молча гладила девочку по спине, ничего не говоря. Заговорила только когда рыдания начали стихать, оставив содрогающееся тельце у меня на руках. — Я не умею утешать, но скажу, что думаю. Ты многое потеряла, Хэна, но такова жизнь. Одни уходят, другие приходят. За чёрной полосой следует белая. В жизни шиноби всегда много потерь, но знаешь, какая самая главная черта настоящего шиноби? — Сенджу заинтересованно подняла на меня глаза. — Умение вставать. Принимать удары судьбы с осознанием, что завтра наступит рассвет. Сегодня ты можешь биться в истерике, кричать, срывая голос, но завтра встанешь, не смотря на все невзгоды, гордо поднимешь голову и пойдёшь дальше. Жизнь продолжается, что бы не случилось. А от прошедшего останется память. Будь сильной, ты же Сенджу! Одна из клана, который равен красноглазым демонам. То есть, моему, — девочка тихо и немного неуверенно улыбнулась. — Кстати, а тебе не кажется странным, что маленькую Сенджу утешает Учиха, — я состроила преувеличенно шокированное лицо, вызвав ещё один смешок. — Может, меня кто-то в гендзюцу отправил, а я и не заметила? Девочка повозилась у меня на коленях, обняла и прижалась. — Знаешь, моя мама… — Хэна, захлёбываясь словами и сбиваясь, говорила и говорила. О маме. Об отце. О друзьях. О том, что случилось. Об испытанном ужасе. О новом друге Учихе, который не набросился на неё, а начал защищать. — И что мне делать? — потерянно прошептала девочка. Кажется, ответа она не ждала, вот только он у меня есть. — Знаешь… у меня был момент, когда я потеряла все ориентиры. После почти смертельного ранения почти всё забыла. Клан? Для него я была фактически мертва, да и не помнила. Родственники? У меня остался один брат, который не мог находиться рядом. Его я не помнила, но ощущала родным. Мне пришлось уйти и скрываться. Только куда? Зачем? К чему стремиться? Сейчас я понимаю, что у меня был шок, но тогда… — вздохнула, погружаясь в воспоминания. В тот момент я действительно не осознавала, насколько меня выбила из колеи потеря… всего. — Тогда я была полностью беспомощна, растеряна. Это потом у меня появились сестра, тётя, отец. И цели. Присоединить к нашей немного сумасшедшей семейке моего старшего брата. Защитить семью. Всё остальное идёт в комплекте и не имеет таково же значения. — Семью? Не клан? Появились сестра, отец и тётя? — Хэна не по-детски серьёзно смотрела на меня. — Я сама создала свою семью, — осторожно обняла девочку и погладила по волосам. — Нашла тех, кто стал мне близким, кто не предаст. Но я хотела сказать не это. Даже когда я осталась одна, рядом всё равно кто-то был. Как бы странно это ни прозвучало. Аки. Курама. Мататаби. Недавно я вернулась в клан, но это было уже не важно. Там меня держит только брат. Меня поддерживали, не дали сойти с ума, просто были рядом. Эти люди стали моей новой семьёй. Ради них я пойду на всё, — откинулась на ствол дерева и подняла лицо к небу. Рассвет. — Я только хочу сказать, что одна ты не справишься, но с друзьями — да. Не закрывайся от людей, не бойся привязываться. Они станут твоим якорем. Больше мы не произнесли ни слова. Молча наблюдали за восходом Солнца. Кровавый. Выдохшуюся девочку я потом отнесла в лагерь.

***

— Ребята, я заметила, что срочная медицинская помощь вам не нужна, поэтому хотя бы этот день мы проведём в этом лагере. Вы согласны? — Да. Мне… тоже не хочется возвращаться в клан, — неуверенно произнёс Кагами, сев рядом с Хэной. — Меня тоже никто не ждёт, — опустил глаза Изаму. — И нам некуда спешить, — пробормотала Наоки. — Прекрасно! Кто поможет мне собрать ветки и развести костёр?

***

— Сен-Химе, Аки… Мы тут подумали… — Изаму попытался вернуться в ровный ряд детей, но его снова пихнули вперёд. — Мы пока не готовы вернуться в Коноху. Зачем? Вспоминать? Ловить сочувствующие взгляды или слушать издевки? И Кагами с Хэной подружились. А в Деревне над ними будут за это издеваться, — младший мальчик сильнее сжал руку девочки. — Пусть наши кланы заключили мир, но враждебное отношение друг к другу никуда не делось. Это мы… поняли, что похожи, многое пережили вместе, а коноховцам это только предстоит. Можно, мы где-нибудь поселимся? Хотя бы ненадолго! Мы будем всё делать сами! Готовить, стирать, работать. Мы с Аки шокировано переглянулись. Такого мы не ожидали. — Мы всё продумали, — уверенно продолжила Наоми, впрочем, не давая Изаму затеряться в группе детей. — В деревеньках всегда есть пустые дома, которые можно занять. Мы можем поселиться там, да. — Юки, а вы почему не хотите вернуться? — сестра задумчиво рассматривала сестёр. — Вам в Коноху не надо. Даже более того: клан Юки вроде собирался вступить в другой союз. Поэтому вам надо вернуться как-можно скорее, иначе могут посчитать предателями. — Мы хотим проверить одну теорию, — уверенно приподняла носик Наоки. — А ещё есть идея, как известить клан. — Ну? — У нас есть призыв, — гордо прищурилась Наоми, ловя удивлённые и завистливые взгляды детворы. — Это птицы. Мы можем отправить письмо. — Это надо обдумать, — пробормотала я. Идти в неизвестный клан совсем не хотелось, но и бросать детей тоже. Забрать в Коноху? С их стихией льда нужны клановые учителя, которых там нет. А бесклановых шиноби пока почти нету, поэтому девочкам будет очень тяжело. И веры им полностью не будет. — Сочинять письмо будем вместе, — поставила условие Аки. — Без вас мы его отправить не сможем, — пожала плечами. — Чакры хватит только на птенца. Поэтому нужен тот, кто добавит чакру в технику. Судя по тигру, для вас это не проблема. — Хорошо. Пишем письмо и уходим отсюда. Я даже знаю куда, — вздохнула. Ни дня без сюрприза. — Мы посетим клан но Йоко, наш клан. Там вас никто не тронет.

***

Уйти на следующий день оказалось не судьба. У меня появилось чувство, что я присутствую при рождении бюрократии. По крайней мере количество бумаги для согласования (уговаривания и угроз) нашего перемещения не в Деревню, а в другой мир явно на это намекало. И это Мадара решил не извещать Сенджу! Тогда, думаю, мы бы и через месяц не сдвинулись с места. Тобирама бы мне точно мозг вынес, пусть и письменно. И вот как это было: Письмо для Юки сочиняли все вместе. Получилось… с юмором, но вполне читабельно. Только меня смутила фраза, на которой настояли близняшки. «На наших глазах легенда стала явью». И что это значит? Явно какой-то шифр. Призывом у девочек действительно оказались птицы. Говорящие. Последнее было ожидаемо, но всё-таки… С моей помощью удалось призвать сине-голубую птицу, чей размах крыльев почти достигал полутора метров. Мы договорились, что ответ отдадут этой же птице, а мы призовём её через месяц. Параллельно связалась с братом, обрадовав удачным завершением миссии и огорчив отсрочкой возвращения в Коноху. Успела пообщаться с отцом, передав через него просьбу всем ёкаям принять свою человеческую форму. Нечего смущать детей хвостами, ушками и клыкастыми улыбками. После этого спокойно собрались и упаковались. Пока Аки наблюдала за детьми, вышла за пределы их видимости и открыла портал. Круглые глаза мелких шиноби стоили всей этой мороки с переговорами одновременно с тремя абонентами.