she should have been dead

Помогите, я жива (дрожь опускается вниз по позвоночнику, и я знаю, что они съедят меня заживо) помогите, я жива, моё сердце бьётся, как молоток, и я глотаю воздух вместе с каждым их словом, и я подставляю угрюмое лицо солнечным лучам, нежелающим видеть меня на этом пустыре («я ни о чём не жалею» — это так сложно сказать) помогите, я жива, моя кровь течёт по разбитым венам, и на вкус она приятно сладкая, мои мысли текут по каналам связи, и они затухают и вспыхивают вновь каждую секунду (и если эта жизнь — моя, то что дальше?) помогите, я жива, моё сердце бьётся, словно молоточек, мои враги встречают меня с распростёртыми руками, и я хватаюсь за каждую ниточку, чтобы выстоять до конца, звёзды смотрят на меня сверху и тоже улыбаются (и если мы всё ещё живы, то что дальше?) помогите, я жива, мои лёгкие находят себе нового друга, и кончики пальцев трясутся так оживлённо и нормально, будто в камин моего сердца подкинули дров, и их треск и тепло заставляют меня двигаться, помогите, я жива, люди вокруг целятся в мою спину, и я, задыхаясь, бегу (если это называют жизнью, то что дальше?) говорят, мне сложно быть мягкой и сложно быть ласковой, так что я срезаю шёлк с кожи и «лёгкий» уровень переключаю на «экстремально сложный», помогите, я жива — моё сердце бьётся, как молоточек, и я отвечаю за каждое своё действие и за каждую блокировку кислорода, и мои глаза — это огни, освещающие самый тёмный угол этой комнаты.